I've hurt myself by hurting you

POV Эрик       Последняя неделя была самой прекрасной в моей жизни. Кристин была счастлива и чувствовала себя более, чем прекрасно! Мое сердце радовалось, душа была спокойна. Мы постепенно обживали новое место, этот чудный дом неподалеку от поместья-де Шаньи. Кстати, Рауль у нас частый гость, — нашел себе какую-то мадемуазель. Об этом я узнал, когда, работая в Опере, он пришел вместе с ней и представил нас друг другу. Весьма не плохая девушка, однако, я не к этому веду. В этот день в Опере была и Кристин. В ее глазах были видны очень яркие искорки, невооруженным глазом было видно ее ревность. И я никак не мог понять: то ли она так сильно меня любит, то ли это все беременность. Кто поймет этих женщин?!       И снова я не о том, что нужно. Мадам Жири и Мэг должны вскорости вернуться во Францию в Париж, чтобы занять свои прежние места в Опере. Мы возвращаем старых рабочих, всех, кто когда-то работал в театре… — А что ответил мсье Рейер? — взволнованно спросила Кристин у Рауля. — Прости, Крошка Лотти, но он не ответил. Я даже не знаю, получил ли он письмо, — с грустью в голосе произнес виконт. — Странно, почему?! — задумчиво произнес я, понимая нашу насущную проблему. — Мы вернули всех актеров, танцовщиц, музыкантов… но… — Но у нас нет дирижера! — закончила Кристин. — Без него ничего не получится! — я видел, как сбивается ее дыхание, краснеют щечки от волнения. Вдруг она схватилась за живот. — Любовь моя, ты как? — тут же испугался я. — Что-то с ребенком? — Нет-нет, просто пинается, — облегченно улыбнулась она. — Все хорошо, — заверила моя жена. Ну да, конечно. Скорее бы Надир приехал! Его приезда я ждал больше всего на свете! Вот и угораздило же перса отправиться всей семьей в Рим. Но, слава Богу, я успел перехватить его на половине пути. Мой гонец привез от него весть две недели назад, что они должны прибыть в Париж к концу месяца, который, кстати, уже наступил. — Так, что же делать? — Рауль вернул нас к злободневной теме, мучающей нас уже третий день. Нахмурившись, виконт о чем-то усердно задумался. — Хотя.. — Рауль? — Кристин вопросительно посмотрела на друга. — У тебя есть какие-то мысли? Ты знаешь решение нашей проблемы? — Да, кажется, знаю! — восторженно ответил мсье-де Шаньи. — Ну? Говори же! Не томи нас! — я потребовал от него разъяснений. — Эрик, — только лишь и сказал Рауль. — Да, я слушаю! — раздраженно ответил я. — Ты — наше решение! Ты ведь м-музыкант! Я знаю, что ты играешь на фортепиано, скрипке, и Бог еще знает на чем… Пишешь великолепную музыку и… Ты учил Кристин пению! Вот, что я знаю о тебе. И не думаю, что тебе составит много труда стать еще и дирижером! — я был потрясен предложением друга. — Пф-ф-ф, это нонсенс! — возразил я. — Я ведь не могу быть… — Почему? Эрик, — сидящая на кресле Кристин протянула руку ко мне и притянула меня ближе к себе, — ты ведь очень талантлив! Я уверена, что у тебя получится. Для тебя — там ничего сложного нет! — Кристин, я знаю… Знаю, что в дирижировании нет ничего сложного! Сложность в том… как я выгляжу! — Как? — в два голоса спросили Кристин и Рауль. — Вот так! — пальцем я показал на маску. — Это не привлечет больше внимания, Рауль. Все вспомнят трагедию многомесячной давности и мое лицо! Никто никогда не придет сюда! Тогда, весь труд и деньги вложенные в восстановление просто напросто не окупятся! — они что, в самом деле задумали сделать меня дирижером Опера Популер? — Эрик, о твоем лице уже все давно забыли, — настойчиво сказала Кристин, гладя мою руку. — Пойми, ты — наш единственный выход! Кроме как на тебя, нам больше не на кого надеяться, Ангел! — Я… не знаю. Ведь в зале будет много зрителей! В два раза больше, чем было в старой Опере! Я не смогу… — я замешкался. Это предложение совсем выбило меня из колеи. Я? Выйти перед толпой людей? Да Боже упаси… Или? — Эрик, прошу, не отказывайся! — взмолился виконт. — Любовь моя, ты не будешь в центре внимания. Все зрители смотрят на сцену, а не на оркестр! Им интересно действо на сцене, — нежно говорила моя жена. Я и забыл, каким чудным даром убеждения обладает моя Кристин. — Кстати, да, она права, Эрик! — заметил Рауль. — Ладно-ладно, успокойтесь! Я подумаю над этим, но я еще не согласен — только лишь подумаю! — я пригрозил указательным пальцем. — Но это ведь и не «нет»! — хитро улыбнулась Кристин. — Так что ты почти согласился… — Это и не «да», мой ангел… — Мсье Дестлер, Вас спрашивает какой-то мужчина, — нас прервал рабочий. — Что за мужчина? Где он? — сразу же спросил я. — Как он представился? — Говорит, что знает Вас еще с «дворцовых интриг» в Персии, - ах, Надир! — Он ждет в холле. — Проводи его сюда, будь добр! — мое сердце запрыгало от радости. Наконец, мы сможем узнать, что же с ребенком и Кристин. — Одну минуту, сэр, — рабочий тут же удалился за моим старым другом. — Кристин, Эрик, у меня есть дела. Брат просил пораньше приехать домой, — Рауль стал собирать свои вещи. — Эрик, подумай о моем предложении! Я надеюсь, что ты примешь верное решение! — Подумаю, — вздохнул я. Что за бредовая идея сделать меня дирижером, где я на виду у публики? Ладно, может, через пару дней они забудут об этом и найдут кого-то еще на эту должность. Сейчас самое важное — Надир и моя жена, чтобы он смог ее осмотреть! — До завтра, Крошка Лотти! — виконт поцеловал Кристин в щеку, пожал мне руку и удалился из кабинета директора. — О, кажется, кто-то скоро станет папочкой и мамочкой! — весело с акцентом произнес перс, разводя руки в стороны. Мужчина был немного ниже меня с темными, как смоль волосами и не большой бородкой, на которой виднелась проседь. Мне нравится тон его кожи — словно только приехал с моря! Ах эти персы… — Надир, я рада тебя видеть! — Кристин поднялась с кресла и обняла его. — Ты немного не прав, еще не скоро. Только 5 месяцев. — Но ведь… Кристин, у тебя такой живот, что ты вот-вот не сегодня-завтра родишь! — Надир удивленно осматривал мою жену своим врачебным взглядом. — Именно поэтому я и попросил тебя приехать, друг, — когда перс отпустил Кристин на кресло, я тоже его обнял. — Она… Мы очень волнуемся из-за ребенка. Хотя, местный врач говорил, что ребенок в порядке. Это было несколько месяцев назад. — Что ж, пять месяцев беременности и… Мы все выясним, солнышко, не переживай! Нет надобности говорить, что это вредно, — ухмыльнулся Надир. — Хотя это действительно вредно. — Тише дети, спокойнее! И ведите себя прилично, не то не разрешу вам играть! — из коридора послышался насколько может быть строгим женский голос. Ах, видимо, это Жанна. Она вошла в кабинет с тремя детьми: старшему мальчику лет 13, среднему мальчику лет 6, и младшей несколько месяцев. Какая хорошенькая девочка, и очень похожа на своего отца! Вдруг я испугался… Что, если наш ребенок будет как я? Нет-нет, нужно выбросить эти мысли из головы! Все будет хорошо! — Эрик! Оу, Кристин, ты… Ничего себе, ребят, как вы быстро… — Привет, Жанна! — я поцеловал руку даме, после чего она подошла к моей жене и они поцеловали друг друга в щеки. — Дорогая, ты чудесно выглядишь, но как так… Вы ведь женаты меньше, чем срок… — удивленно смотрела жена перса. — Вот именно! — возмутилась Кристин, расстроившись. Господи, только не снова! Я не хочу, чтобы она плакала! Снова… — Жанна, ты ведь мама троих детей. Скажи, это опасно? Я не знаю, я очень переживаю за малыша… — Кристин, милая, я не знаю, опасно ли это. Но тебе не стоит так переживать, — женщина улыбнулась моему Ангелу, стараясь успокоить ее. — Ну вот, хочешь немного потренироваться? — Жанна затейливо улыбнулась. — Держи малышку, тебе нужно потренироваться, Кристин. — Что? — Кристин чуть попятилась. — Я не смогу, я сделаю ей больно… Лучше не надо! — Эй, все будет хорошо. Просто возьми ее на руки, а остальное за тебя сделает материнский инстинкт, — Жанна все же вложила малышку в руки моей жены. — Ну-ка, Оливия, полежи пока у тети Кристин, чтобы мама могла немного отдохнуть…       Когда Жанна передавала малышку, она издала какие-то звуки недовольства, что потревожили ее сон, но только оказавшись у Кристин на руках, она вновь притихла и сладко засопела. Я упивался видом, Кристин прелестно выглядит с ребенком на руках. Просто завораживающее зрелище, которое заставило мое сердце биться чаще. Пока мы все добирались до дома, Кристин всю дорогу держала Оливию на своих руках, а я никак не мог налюбоваться ею. Как только мы прибыли, Надир принялся за осмотр моей жены, потому что нас всех действительно волновало состояние малыша. Пока они были заняты в комнате, я старался не думать о плохом и наблюдал за двумя старшими сыновьями друга, как они играли вдвоем на полу нашей гостиной около камина. Я представлял, что так будут играться и наши с Кристин дети. От моего взора не ускользнула и картина Жанны, успокаивающей плачущую дочку. — Эрик, — вздыхая, Надир спустился к нам. Я не мог прочитать эмоций на его лице, потому что перс надежно их прятал. — Ну что? Что ты скажешь? — с надеждой спросил я. — Она отдыхает в комнате наверху. Ей нужен покой и отдых, очень много отдыха, чтобы набраться сил, — слова Надира были и обнадеживающими, и разочаровывающими в одно и то же время. — Милый, она в порядке? — к нам подошла Жанна, убаюкивающая Оливию. — Я с таким… никогда раньше не сталкивался, Эрик, — от этих слов друга во мне все похолодело. — Я слышал о таком, но… Моя практика бедна на такие случаи.       Господи, что же с моей Кристин? Мою голову стали посещать самые что ни на есть ужасные мысли о разных болезнях, но все же нужно было выслушать перса до конца.