Utinam veniat

Драко решил сделать передышку: дать время остыть и себе, и Поттеру. Вымолив у потихоньку звереющего Кингсли ещё две недели отпуска, Малфой заказал портал и уже на следующий день был в Греции. После пары лекций — ну будто он маленький, честное слово, — родители, видимо, решили, что он уже достаточно наказан и оставили его в покое, так что две следующие недели Драко провёл, купаясь в море и валяясь на пляже, размышляя о своём плане, словах Поттера и бренности бытия в целом. Все шло не по плану — и это чертовски бесило. Подспудно он думал, что Гарри, узнав за кого он вышел замуж, обрадуется, восхитится смелостью их совместного каминг-аута, поймёт насколько Драко изменился за этот год, и они дружно начнут строить новую совместную жизнь. Конечно, он допускал некоторые попытки со стороны Поттера показать характер, но шутка затягивалась, и в голову Малфоя уже начинали закрадываться сомнения. Если все пойдёт по плану, то даже развод не станет для него помехой, но… если Поттер все же упрется и не вернётся к нему? Тогда Драко останется двадцативосьмилетним разведенным мужчиной, которому будет закрыт путь ко всем мало-мальски приличным невестам. Он либо возьмёт в жены какую-нибудь полукровку, либо родит ребёнка вне брака и признает его по магии, чтобы передать наследство. Да, в целом перспективы так себе… Помимо прочего, он просто хотел, чтобы Поттер вернулся. Драко любил его, давно уже любил, просто не признавался вслух, да и просто не признавал этого. Он хотел, чтобы Гарри был рядом, он хотел Гарри. Разумеется, он спал с Асторией, но это не то, не те ощущения, не те эмоции, ему не хотелось целовать свою невесту чаще, чем полагалось, не хотелось прикасаться к ней, делать ей приятные сюрпризы, у него не подгибались колени от одних только поцелуев, не трясло от ярких оргазмов с нею так, как это было с Поттером. Ну примерно как после столетнего коньяка пить прошлогодний. Это было не для него, она была не для него, ему нужен был Гарри, и он обязан был его вернуть. Третьего июля сова принесла ему письмо: заседание суда по поводу их с Поттером развода должно было состояться седьмого. С сожалением вернувшись из солнечной Греции в туманную Англию, Драко вышел на работу и начал приводить в действие свой план. Ему нужно было просто доказать мужу, что он изменился. В чем там его всегда упрекал Поттер? Боязнь общественного мнения — ну, теперь его в этом не упрекнёшь. Недостаточно внимания — будет ему внимание. Отсутствие романтики? С этого и надо начать. По-быстрому разобрав скопившиеся за прошедший месяц дела, Драко выпросил у сотрудницы женский журнал и, найдя в нем нужную рекламу, отправил сову в «Подарки для всех». В конверте, помимо денег, лежало письмо с заказом: каждый день в течение месяца доставлять букет из тридцати алых роз с шипами и без открытки в аврорат на имя Гарри Поттера. Он нарочно использовал прежнюю фамилию мужа, как бы намекая, что будет любить его даже если они разведутся, хоть и надеялся, что до этого не дойдёт. Помимо цветов Драко подумал, что стоило бы наладить отношения с друзьями Поттера, поэтому написал пространное письмо с фальшивыми извинениями Грейнджер и короткое, но неискренне дружелюбное, — Уизли. Совы от обоих вернулись без ответа. Седьмое число наступило до противного быстро. Отпросившись с работы после планёрки, Драко спустился в зал суда, старательно сглатывая вставший в горле ком. На этот раз Поттер не пришёл к нему на помощь, поэтому сквозь толпу журналистов пришлось пробиваться одному, но он был к этому готов: за последний месяц парень действительно часто вынужден был игнорировать часто бестактные вопросы не в меру любопытных коллег и знакомых. Оказавшись, наконец, в зале заседаний, он выдохнул и, широко улыбнувшись нахохлившемуся на своём месте Поттеру, занял свой стол. Судьёй была назначена все та же Боунс, и это раздражало — девушка была явно необъективна и предвзята по отношению к Гарри. А уж эти взгляды, которые она на него бросала, когда думала, что никто не видит… Драко подавил в себе порыв послать в неё какой-нибудь прыщевой сглаз. Заседание было до обидного коротким. Судья снова попросила Поттера подтвердить свой иск, а Драко — признать его (ну разумеется, нет, он не согласен), спросила о причинах — в этот раз Поттер упомянул «утрату взаимных чувств, являющихся основополагающим фактором брачных отношений», Драко предсказуемо выразил свой протест, а Боунс предсказуемо его отвергла. Всего пятнадцать минут — и вот, стук молоточка и «суд постановил удовлетворить иск и вынести судебное предписание о разводе». Драко был подавлен и разбит, но, в целом, он был к готов и к этому. Стоило судье удалиться, как Гарри неожиданно встал и сам подошёл к его столу. Удивлённо взглянув на своего ещё-пока-что-мужа снизу вверх, Малфой приподнял бровь в немом вопросе: у него самого не было сегодня желания начинать диалог. — Я уже договорился с пастором Ласкоу о ритуале разрыва связи. Встречаемся в воскресенье в двенадцать у меня дома, вот листок с координатами. Он протянул листок, но Драко даже не шевельнулся. — Ты действительно хочешь, чтобы ритуал провёл Ласкоу, даже после того, что он сделал? — Так проще. Он создавал связь, для него произвести ее разрыв дело одной минуты, а кто-то другой будет возиться целый час. Мне это не нужно. Драко все ещё сидел, пристально глядя в зеленые глаза напротив, не делая и попытки взять протянутый листок. Бросив бумажку на столешницу, Поттер развернулся и вышел в коридор. Всю субботу Драко пил. ** — Хозяину Драко пора просыпаться. Хозяин Драко не должен опоздать на встречу, сэр. Драко запустил в домовика уже второй подушкой, но тот, ловко увернувшись, продолжил натиск. — Хозяин Драко велел Ручеру разбудить его не позже одиннадцати, но уже половина двенадцатого, а хозяин Драко ещё не встал. Ручер накажет себя потом, когда хозяин Драко отправится на встречу… Бормотание домовика медленно достигало его сознания, но в какой-то момент Драко вдруг резко осознал услышанное и подскочил с кровати, откидывая одеяло. — Половина двенадцатого?! Твою мать! Все, происходившее с ним с вечера пятницы, Драко помнил смутно, а может, это и к лучшему — там был Блез и много, много алкоголя, так что, скорее всего, он влил в себя в разы больше допустимого и ныл Забини о своей сложной судьбе. И все же спать он вчера разумно отправился в полночь, так какого черта проснулся так поздно?! Одной рукой колдуя заклинания из своего утреннего ритуала — бреющее, чистящее, укладка, — а другой засовывая в себя бутерброды, Драко собрался и без одной минуты двенадцать уже открывал бумажку с координатами, стоя одной ногой в камине. Удивительное дело этот Фиделиус: адрес дома, в котором они с Гарри прожили почти целый год во время их отношений — Гриммо, 12 — как он мог забыть? В доме ничего не изменилось с момента, когда он был здесь в последний раз почти два года назад. Привычно перешагнув низенькую каминную решётку, Драко вежливо поклонился портретам маминых предков, и огляделся: ни Поттер, ни Ласкоу его в гостиной не ждали. Как гостеприимно. Оба мужчины обнаружились в столовой — неприязненно поглядывая друг на друга, они сидели за разными концами стола и ждали полдень. Увидев Драко, Ласкоу аж подпрыгнул: — Начнём ритуал, мистер По…ттер, мистер Малфой, — он, очевидно, хотел сделать Гарри приятное, назвав прежней фамилией, — у меня все готово. Гарри, кивнув Малфою с каким-то странным выражением лица, встал. Пастор расположился прямо у дверей: двумя пассами волшебной палочки он, очевидно, превратил дверной проем в имитацию арки отношений — той самой, через которую они прошлись вместе всего полтора месяца назад. — Возьмитесь за руки. Встав близко, плечом к плечу, парни взялись за руки. Драко едва ощутимо вздрогнул, почувствовав, как тёплая ладонь Гарри обхватывает его пальцы. Они не касались друг друга так с самой свадьбы, да и тогда он был слишком напряжен, чтобы что-то почувствовать… он ужасно скучал по этим рукам, на самом деле. Зачем этот дурацкий ритуал развода? Зачем это все? Драко замер, глядя в одну точку и стараясь не вслушиваться в слова обетов, произносимых пастором. Ритуал разделения не требовал от них вербального согласия, поэтому парень усилием воли заставил себя абстрагироваться от происходящего. Ему не больно, вовсе нет, а если и есть боль, то совсем чуть-чуть, потому что Драко то знает что делать, он знает, что ничего ещё не кончено. Мерный голос Ласкоу стих, и слизеринец почувствовал, что Гарри осторожно тянет его за руку. Точно, надо же пройти через арку. Подавив в себе желание упереться каблуками в пол, Малфой с независимым видом первым шагнул в дверной проем. Гарри прошёл за ним, и деревянные косяки замерцали тёплым светом. Ритуал был окончен. Вырвав руку из пальцев Поттера, Драко вернулся в гостиную. Он понимал, что сейчас лучшее время, чтобы начать восстанавливать отношения — Гарри утомлён, голоден — ритуал отнимает много сил, — а ещё чувствует себя виноватым за разрыв связи, вот такой он гриффиндорец до глубины души. Блондину стоило бы сейчас вернуться, предложить Гарри пообедать вместе, по-дружески отметить развод, но Героя наверняка ждала его Грейнджер, а ещё за его спиной был слышен диалог: — Мистер Поттер, я приношу свои искренние извинения за произошедшее недоразумение и напоминаю вам, что заключение брака с мисс Грейнджер возможно не раньше, чем спустя год с сегодняшнего числа. Так же выражаю свои поздравления с этим предстоящим событием и буду счастлив провести эту церемонию в удобное для вас время. — Вы серьёзно? Изумление напополам со злостью в голосе Поттера было таким искренним, что Ласкоу мгновенно попрощался и залетел в гостиную ещё быстрее, чем Драко. Кивнув слизеринцу, пастор виновато пожал плечами и скрылся в камине. — Драко… — раздалось за спиной парня, когда он уже взял щепотку летучего пороха. — Не забудь обновить Фиделиус, — посоветовал он, не оборачиваясь. — Вдруг я ночью прокрадусь, украду тебя, принцесса, и заточу в башне? Из камина в мэноре он практически выпал, от слабости запнувшись о ковёр. К черту планы, к черту завтрашний понедельник, к черту Поттера с его твердолобостью. Сегодня у него снова суббота. Присев на корточки, он бросил в огонь порошок и, засунув голову в камин, позвал: — Блез! Из гостиной мэнора Забини на Драко смотрел испуганный эльф-домовик. Он явно не знал разрешено ли ему говорить с гостем, но решил рискнуть: в конце концов, Малфой был частым гостем в их доме. — Мистер Малфой, хозяина Блеза нет дома, сэр! У хозяйки Панси начались схватки, и хозяева поехали в Мунго, сэр! Вот зашибись. Не удостоив домовика ответом, Драко вынырнул из камина и сел прямо на пол. Куда ему теперь деваться? Может, ещё не поздно вернуться и предложить Поттеру обед? Никаких намёков, просто обед. Драко потянулся к подставке под порох, но замер, поняв, что не помнит адреса. Поттер уже вычеркнул его из списка допущенных, обновив заклинание доверия. Драко обессилено прислонился спиной к стене, машинально оглаживая изгибы барельефа на боковинах камина. Ничего ещё не кончено, повторил он про себя. Не время раскисать: ничего ещё не кончено. ** Вместо попойки в одиночестве, он забрался в кровать и, укутавшись тяжёлым пуховым одеялом, сосредоточил свои разбегающиеся мысли на книге. Наверное, он так бы и срубился на ночь, не вставая с кровати, если бы в восемь вечера не сработали сигнальные чары. Кто-то настойчиво хотел попасть в мэнор. Отогнав непрошеные мечты об одумавшимся Поттере, Драко впустил гостя. В гостиную ввалился вдребезги пьяный Блез, размахивая початой бутылкой огневиски. — Поздравляю! — Меня то с чем? — рассмеялся Драко: Забини был так безумно счастлив и так безбожно пьян, что трудно было не улыбаться, глядя на него. — С рождением крестника! Запнувшись о ковёр, Блез свалился Драко в объятия и доверительным шёпотом пробормотал на ухо: — А у меня для тебя сюрприз. Вот и попробуй теперь сказать, что я не лучший друг на свете. — Что за сюрприз? — поморщившись от неприятного запаха перегара, Малфой рывком дотащил друга до софы и скинул на неё. Призвал из шкафа бокалы — ну тут уж грех не выпить, правда? — В общем, мы же не делали магическое сканирование во время беременности, помнишь, да? Ну и произвели фурор сегодня в Мугно… тьфу, в Мунго, когда Панси родила мальчика…, а потом девочку! — Что?! — Драко аж заорал, не в силах контролировать себя. — Мальчик и девочка?! Близнецы? — Двойня, — поправил его друг, подняв указательный палец вверх. — Офигеть! И что теперь делать? — Ну, мы рассчитывали на одного, так что девочку думаем отдать… — увидев, как вытянулось лицо Малфоя, Блез заржал. — Что-что, растить и лелеять, что ещё теперь делать? Так вот, о сюрпризе… — А что, есть ещё сюрпризы на сегодня? — О да. В общем, мы с Панс решили, что раз детей двое, то и всякие эти детские штуки мы поделим пополам. Я, как отец, назвал мальчика Амир, в честь третьего и моего любимого отчима, и выбрал крестным тебя, а Панси назвала девочку Айрин и назначила ей крестным… Поттера! — Что? — в последнее время у Драко либо проблемы со слухом, либо весь мир стал крутиться вокруг его во всех смыслах бывшего. — Ну ты знаешь, она же в последние годы часто с ним сталкивалась по работе, вот они и сдружились. Она ещё в беременность предлагала сделать Гарри крестным, но в итоге мы сошлись на тебе. А вообще — ну представь, крестный — Герой Британии, кавалер Ордена Мерлина… — У меня крестный — Герой и кавалер, — мрачно перебил его Драко, слегка оскорбленный тем, что Панси не хотела назначать его крестным. — Ну Поттер, по крайней мере, жив. — И вообще, он может ещё не согласиться. Блез вдруг отпил из своего бокала и уставился на свои ноги. — Что? О, Мерлин, ты что, уже был у него? Ты решил сообщить мне, твоему самому лучшему другу, о рождении твоих детей второму?! — Ну… — У скольких ты уже побывал, Блез? — угрожающе спросил Драко, надвигаясь на друга. — Ну у родителей Панси, у мамы, у Гарри, у Нотта… — У Нотта?! Да вы даже не друзья! — Я не знаю, само собой как-то вылетело когда камин шагнул. Ну прости, прости! Зато теперь у вас с Гарри будет повод пообщаться, разве я не молодец? — Забини, смеясь, вскинул руки в защитном жесте — Мне не нужно искать повод, чтобы с ним пообщаться, — желчно выплюнул Драко, откидываясь обратно на спинку софы. — Ну да. Кстати, когда там ваш развод? — Восемь часов назад. — О, прости, прости, я забыл! Надо меньше пить, да, — он украдкой взглянул на часы и перевёл на Драко напряжённый взгляд. — И как ты? — Ой, вот только давай без сеансов психоанализа, ладно? Беги уже в свои ясли, тебя там дожидается пара грязных пелёнок. — Упаси Мерлин, на что мне, по твоему, домовик? Но ты прав, Панс с меня шкуру спустит, если не вернусь до девяти, сам понимаешь, гормоны, послеродовая депрессия. Малфой усмехнулся, не рискуя ответить. Всем давно было известно, что и без всяких гормонов Забини с самой школы под каблуком у их милой, но хищной однокурсницы. Проводив друга и дав обещание приехать к ним в гости на неделе, Драко без сил упал на кровать. Похоже, у него начинается депрессия: упадок сил точно налицо. И во всем виноват Поттер. Крестный, ну надо же! Они с Забини, конечно, давно ладят, уже лет восемь, но все равно… И всюду Поттеру надо сунуть свой нос. Засранец. Насладившись последней — несправедливой, но гаденько-радостной, — мыслью, парень завернулся в одеяло и мгновенно уснул.