Помоги мне вспомнить (сиквел к Прощению)

Погода была потрясающая. Жара уже немного спала, легкий ветерок шелестел в листьях деревьев, и Джастин не спеша шел по алее Центрального парка, толкая перед собой прогулочную коляску. Малышка Лили с удовольствием рассматривала голубей, которых тут было просто несметное количество, периодически звонко смеялась и хлопала в ладоши. Тут её внимание привлек клоун в яркой одежде с неизменным красным шариком вместо носа и рыжим париком. Он продавал воздушные шарики всевозможных форм и расцветок. - Сарик! Сарик! - захлопала в ладошки девочка, указывая отцу в сторону клоуна своим маленьким пальчиком. - Ты хочешь шарик? Хорошо, сейчас папа купит тебе шарик. Какой ты хочешь: розовый или голубой? А может, желтый? - Касный! Сетце! Сетце! - Лили пыталась выскочить из коляски, но ремень безопасности крепко держал девочку. - Ой! Па, смотри, и белобрысый с малявкой тоже здесь! Джастин, забыв про шарик и брыкающегося ребенка, повернулся на знакомый голос и просто застыл. Два предыдущих дня он привык видеть Брайана в дорогих костюмах, галстуках и идеально отутюженных рубашках. И уж совсем не таким сексуальным, каким Кинни был сейчас. Серые дизайнерские джинсы, рубашка из тончайшего хлопка, облегающая торс, расстегнутая на три верхние пуговицы… Джастин с замиранием сердца разглядывал такое когда-то до боли знакомое и родное тело, а когда поднял взгляд, то почувствовал, что проваливается в бездонную пропасть. По видимому, сыграло роль освещение: при свете дня Тейлор не видел своего бывшего возлюбленного уже много лет, и сейчас глаза Брайана были не карие и не зеленые, а цвета виски. Удивительные. Джастин подался вперед, утонув в этом взгляде. Совершить последний шаг опять помешал вездесущий Гас: - Эй, папаша, ты где ребенка потерял? Джастин охнул, кинул беглый взгляд на коляску и увидел расстегнутые ремни. Его сразу охватила паника. Блондин судорожно стал озираться по сторонам и тут он увидел причину своего недавнего наваждения прямо перед клоуном. Кинни держал на руках девочку, которая тянула свои маленькие ручки к большому красному шарику в форме сердечка. Белые волосы Лили развевались от легкого ветерка, она восторженно хлопала в ладоши, а Брайан улыбался. Джастин бы уже и не вспомнил, когда он в последний раз видел такую открытую и искреннюю улыбку. Взволнованное сердце успокаивается, мир сужается до двух человек: мужчины, стоящего в нескольких шагах от Джастина, и ребенка у него на руках. И тут ему безумно захотелось рисовать. Прямо сейчас, хоть карандашом, хоть углем, лишь бы навсегда запечатлеть в памяти этот момент. Как же давно к нему не приходило вдохновение! А тут как раз кстати ему на глаза попался Гас, который молча стоял в стороне. Джастин был настолько возбужден и взволнован, что не заметил ни нахмуренного взгляда, направленного на отца, ни сжатых в кулаки рук парня, зато увидел небольшой рюкзак на плече. - Гас, у тебя есть карандаш и какой-нибудь лист бумаги? - Тейлор подскочил к парню и схватил за рукав рубашки. - Отвали. Забирай свою мелочь и валите дальше. Мы с отцом больше месяца не виделись, а мои мамаши ни в какую не хотят отпускать меня на каникулы к нему одного. Так что не мешай нам общаться. Он уезжает сегодня вечером назад в Питтсбург и вернется только в среду, и этот день мы хотели провести вместе. А тут ты со своей белобрысой дочкой и шариками, - Гас отдернул руку и отвернулся. «Это что такое только что было?» - Джастин уже хотел обидеться и поставить наглого тинэйджера на место, но потом вспомнил о внезапно посетившем его вдохновении и решил приберечь показательную порку до вечера. - Дай мне карандаш и лист и через 15 минут мы уйдем, - блондин с трудом сдерживал гнев. Гас фыркнул, всем своим видом выражая презрение и недовольство, полез в свой рюкзак. Когда Джастин примостился на ближайшей свободной скамейке, Брайан и Лили уже были у лотка с мороженным. Художник провел несколько линий карандашом по листу бумаги - и понеслось. Это было в его крови. Его страсть, его талант, его жизнь. Тейлор не помнил уже, сколько раз он бросал свое увлечение рисованием, но ровно столько же раз к нему и возвращался. Рука ничего не забыла, набросок получился очень достоверным и таким эмоциональным. Его босс, грозный тиран мистер Кинни, вытирает салфеткой испачканную мороженым щечку двухлетней девочки. И при этом он выглядит таким романтичным, довольным и счастливым. Джастин продолжал рисовать, но с каждой минутой в нем нарастала какая-то смутная тревога. «Что-то тут не так. Как будто я в театре и мне показывают различные представления с одним и тем же актером на главных ролях. Тот Брайан, который был в офисе, строгий и своенравный самодур, был совсем не похож на того мужчину, каким был в Питтсбурге со своими сотрудниками в «Киннетике». И вот этот Брайан, который сейчас сюсюкается с моей дочкой, вообще ведет себя, как пришелец с другой планеты, - он никогда себя так не вел с Гасом, когда тот был маленьким. Что все это значит? Неужели за десять лет он смог так измениться? Нет, только не Брайан Кинни! Он - единственная постоянная величина во Вселенной!» Тейлор никак не мог собраться с мыслями по поводу такого странного поведения мужчины, с которым когда-то был очень близок; Кинни ни на шаг не отходил от ребенка, чем несказанно радовал девочку; Гас, хмурый и ужасно злой, со всей силы загонял в ближайшие кусты камешки с дорожки. Мимо гуляющие пары с восхищением озирались на эту странную компанию, и почти каждый как бы невзначай пытался заглянуть в набросок, который делал Джастин. Одна женщина все же не выдержала и сказала: - У вас такая замечательная семья! Такой красивый муж и просто очаровательные дети! Долгого вам счастья! Джастин улыбнулся в ответ, даже не пытаясь скрыть то, что был очень польщен таким комплиментом, а Гас демонстративно закашлялся. Они так толком и не поговорили в этот день, но Тейлор запомнил слова парня о том, что Брайана не будет в Нью-Йорке целых три дня. «Это только к лучшему, у меня будет время все обдумать», - размышлял Джастин, пристегивая Лили в коляске и завязывая на ручку большой красный шарик в форме сердечка.