Надежда Лаптаргии

Дэнни подарили рюкзак. Там была одежда, ножичек, фонарик и… толстый учебник. — Возьми с собой еще что хочешь, — сказал альфа, — мы отправляемся в большой город, покатаешься на поезде. Проведаем одного моего старого приятеля и поживем там пару дней. Дэнни мстительно пнул книгу глубоко под кровать, а в рюкзак положил зайца. Он был всем, что осталось от прежней жизни, от того Дэньки, что так надеялся на встречу со своим истинным, добрым и самым сильным на свете альфой, от той хрупкой мечты, где он для кого-то дорог, значим, необходим… И ему все равно, что они подумают про него: зайца он не оставит даже на пару дней в этом огромном холодном доме. Накатывала тоска по папе. Дэнни знал, что тот жив и здоров, но где же он? Сбежал и прячется или те ужасные люди держат его у себя? Зачем? Почему? Слун обещал разыскать Лукаса. Омега верил ему, но внутреннее волнение не отпускало. От горьких мыслей, как ни странно отвлекал этот раскрасавец бета. Он вообще почти не отходил от него, хоть омега всем своим видом показывал, как он его терпеть не может. Мальчишка демонстративно молчал, разговаривал только со Слуном, а если и вынужден был отвечать Рэю, то смотрел поверх него, как на пустое место. Рэй не замечал этого и всё время что-то выспрашивал, тормошил, рассказывал и никак не мог догадаться, что не хочет с ним Дэнни говорить и даже видеть его не хочет, вовсе не хочет! Но бета оказался на редкость тупым. Вот в поезде, когда руки Дэнни сами по себе, пока мужчины вышли в тамбур, взяли и бросили соль в напиток Рэю. И что? Дэнни ждал, что бета заорет, начнет плеваться и жаловаться на него альфе, но тот, сделав глоток, кашлянул и всё! Всё! Потом Дэнни конечно пожалел об этом поступке, мелочно как-то, несерьезно, но он не подумавши это сделал, мозги как будто отключились на минуту. Дэнни наблюдал за Рэем пока тот не видел. Не такой уж он красавчик, а еще вызывал подозрение. Не доверял ему Дэнни, и не только потому что был этот человек бетой, а вот… не доверяло сердце. И как только Рэй оказывался слишком близко, или касался его, приспускалось оно в бешеный ритм и во рту пересыхало от волнения. Город ему понравился. Они гуляли по улицам, заглядывали в магазинчики, посидели в таверне, потом отправились в одно место, где выводили и выращивали лошадей. Дэнни даже преподали уроки верховой езды. Слун остался очень довольным и похвалил его, назвал молодцом и прирожденным всадником. Ночь провели они в гостинице, в одной комнате, на одной большой кровати, как вполне взрослые самостоятельные люди. Дэнни всеми силами старался показать, что он не напуган. Слун ему, конечно, всё объяснил: гостиница для пар и супругов, а они ведь пара и почти что супруги, и надо выбросить всю дурь из головы и отдохнуть хорошенько, так как завтра им предстоит еще больше приключений. Дэнни замялся, на вопрос альфы: «Не нужна ли ему помощь?», фыркнул возмущено и скрылся в душе. Плескался долго. Его никто не торопил. И вышел разрумяненный, чистенький, закутанный в пижаму с нежными фиолетовыми разводами и пахнущий также тонко и сладко. Сдвинул брови, неодобрительно взглянув на Рэя, и лег на край, сливаясь со стенкой. Через время к нему присоединился Слун, и с улыбкой посмотрев на кокон, взял и перебросил аккуратно мальчишку через себя, положив посередине. — Так привыкай, — сказал строгим голосом и закрыл глаза. А потом из душа пришёл Рэй, и даже не взглянув на Дэнни, лег, повернувшись к нему спиной. Мальчишка замер, боясь пошевелиться. В комнате установилась такая тишина, что мужчины слышали гулкие удары его сердца. Дэнни чувствовал себя странно. Ему не хватало воздуха, но сделать глубокий вдох он не решался, к горлу подкатывала тошнота, а в голове мелькали картинки одна интереснее другой. От них становилось муторно, виски опалило жаром и начала болеть голова. Слун подтянул его к себе, легко коснулся прохладными губами лба и проворчал: — Хватит фантазировать… спи. Сразу стало полегче, омежка нерешительно придвинулся еще ближе, альфа не возражал, а потом и вовсе обнял его и Дэнни наконец-то заснул. Еще три дня они просто гуляли по городу, много катались на лошадях, ели мороженое и даже побывали в кино. Это было очень дорогое удовольствие и по-настоящему завораживало. Дэнни только слышал про живые картинки, для него это было сродни настоящему чуду. Омега охал, ахал и был настолько потрясен, что совершенно не заметил, как Рэй взял его за ладошку. Комната в гостинице уже не пугала его так, за день мальчишка выматывался и уставал, засыпал сразу, правда всегда в надежных объятиях Слуна. А потом случилось страшное. Его альфа сказал, что он через несколько дней вернется домой один, а им с бетой предстоит путешествие в горы. Сделать это надо незаметно, тайно. — Но зачем? — спросил потрясенный таким предательством Дэнни. — Я… я могу очень тихо сидеть у нас дома и во двор не выходить даже… как у Медвежатника… меня никто не увидит! — Нет, малыш, нет. Я буду всё время переживать за тебя и последнее, что мне хочется, так это чтобы было, как у Медвежатника, понимаешь? Дэнни не понимал. Расставаться со своим альфой не хотел, только не сейчас, не сейчас… Руки Дэнни обхватили Слуна за талию. — Слун, не отправляй меня никуда, я буду тихо… я даже к окошку не подойду… я из комнаты своей не выйду! — Успокойся, мальчик, ну же… Мы ведь не навсегда расстаемся. Это вынужденная мера. Пойми, если я буду знать, что с тобой всё в порядке и тебе ничто не угрожает я стану сильнее, да мне тогда ни огонь ни вода не страшны. Тебе в город пока нельзя. Все знают, что у меня скрывается единственный свидетель, люди волнуются, дебоширят. Как только я найду Зира и его сообщника, я за тобой сам приеду. Я даже скажу тебе по секрету: Мирт напал на его след. Так что проведи это время с Рэем. Подружись с ним, я прошу тебя. — Ты… ты точно приедешь за мной, ты об-бещаешь? — Да. — И тебя… тебя… ты… не… — не мог выговорить Дэнни. — И меня не убьют, не ранят, я не пропаду и не исчезну, не волнуйся. — Я сразу узнаю, если с тобой что-то случится. Слун приглушенно рассмеялся. — И как же, малыш? Дэнни поднял удивленные глаза и прошептал: — Мы же истинные, а значит, можем чувствовать друг друга, по связи… — То есть… ты хочешь сказать: сколько бы километров нас не разделяли будешь знать, что со мной? Омега кивнул. — Я и папу слышу… Я не знаю, где он и с кем… просто я чувствую, что ему… ничего не угрожает, он жив и здоров. Я знаю, что и папа слышит меня. — Вот как… вот как… интересно… ты и правда мой… мой омега, — альфа присел, оторвал мальчишку от себя и с любопытством, как будто первый раз, посмотрел на него. Дэнни смутился и сердечко его болезненно сжалось. — Значит, ты сомневался в нашей истинности? Мы что… мы… — Успокойся. Я знал, что ты мой еще не видя тебя. Это долгий разговор. Я всё объясню потом, но я очень-очень рад этому факту… Только пусть это будет нашим секретом пока… Договорились? Дэнни расстроено кивнул. Мысль о том, что Слун покинет его, ужасала. Потемневшими от страха глазами он смотрел в глаза своему альфе. Его Слун такой красивый, мужественный. И Дэнни так нуждается в этой силе альфы, этой уверенности, без него невыносимо одиноко, пусто, ему нельзя быть вдалеке от него! Каким-то образом всё это надо объяснить Слуну, он поймет и не бросит его на произвол судьбы. — Дэнни, ты дрожишь. Тебе нездоровится? Озабоченность Слуна вернула Дэнни надежду. Альфа действительно беспокоится о нём. Он увидел это в необычном выражении его глаз — не черных и не голубых, а цвета густых сумерек, теплого летнего вечера. Омежка с облегчением улыбнулся: он будет понят! — Просто… мне нельзя быть… Но тут в комнату постучались и вошел взволнованный Рэй. — Простите. Слун, тебя ждет Крот. Срочно. — Слун, — протестующе прошептал Дэнни. Но было уже поздно. Альфа резко встал и вышел из комнаты. Дэнни с ненавистью посмотрел в лицо Рэю. Он не мог сдержать своих чувств и не хотел. Мальчишка развернулся и бросился за альфой, но Рэй щелкнул замком и покачал головой. — Нет. Не надо мешать. Просто так Крот не приехал бы сюда. Дело серьезное. Подождем Слуна вместе. Лицо Дэнни вытянулось. Он отшатнулся от беты в сторону окна. Ветер стонал за стеклом и стучал ставнями. Сердце мальчишки сжалось от нехорошего предчувствия, когда порыв ветра перерос в протяжный, леденящий душу вой. «Мой альфа со мной. Я в безопасности. Я не один. Он не бросит, не оставит меня.» В комнату вернулся Слун. — У нас нет пару дней, — сказал он, — вы немедленно отправляетесь в горы, а я домой. Рэй поднял на него сосредоточенный взгляд и кивнул. — Я понял. За нас не волнуйся. Усталая благодарная улыбка коснулась губ альфы. — Я вернусь за вами. Рэй, помни… пусть будет так, как я просил… Дэнни, слушайся во всем Рэя. Обещай мне. И дождавшись заторможенного кивка омеги вышел из комнаты, сделав знак бете. Рэй вернулся через несколько минут. — Одевайся, забирай вещи. Мы уходим. Ничего не понимая, Дэнни взял рюкзак и двинулся за бетой. Они вышли из гостиницы через запасной выход, бесшумно прикрыв за собой дверь. Прошли по аллее, свернули за угол. Ветер доносил запах костра. Мальчишка следовал за Рэем. Дождь хлестал ему в лицо, но он не замечал этого. Они добрались до конюшни и вошли в нее с черного хода. Их ждали. Рэй не скрывал своего нетерпения. После того, что сообщил Крот он понимал, что их отъезд не остался незамеченным и Слун был во всем прав, но даже и он не ожидал такого разворота событий. Кто-то распустил слухи, что Слун скрывает преступника, городок взбунтовался и последующее убийство подстегнуло толпу, предводителем которой выступил Зир. Им грозила реальная опасность. Лошади приветственно заржали при появлении Рэя и потянулись к нему. Он умел обращаться с ними, всё детство прошло в конюшне. Бета в тишине вывел двух меринов. Они уже были готовы к путешествию. Помог мальчишке подняться. — Нормально? Омега предсказуемо молчал. Рэй достал плащ и протянул Дэнни. — Надевай. Это дорожный. Очнись, мальчик. Надевай или мне как поросенка запихнуть тебя в него, как в мешок? На мгновенье в светлых глазах зажглись возмущенные искорки. Но всё же мальчишка взял плащ и натянул поверх, буквально утонув в нем. — О духи, какой же ты мелкий, — пробормотал Рэй с досадой. Он достал из кармана кожаный ремень и присобрал им ткань вокруг тонкой омежьей талии. Затем порылся в своей дорожной сумке и достал длинный шерстяной шарф. — Наклонись. Дэнни машинально подчинился. Бета надежно обмотал ему голову шарфом, завязав концы на подбородке. — Вот еще перчатки. Надевай. — Да мне уже жарко! — Вот и наслаждайся этим пока можешь… скоро всё это кончится. Рэй тронул поводья и они выехали из конюшни во тьму, где их встретил безотрадный, назойливый дождь. «Всё будет хорошо, — мысленно прошептал себе Дэнни, отворачиваясь от холодных струй дождя, — Слун придет за мной. Обязательно. Он обещал».