Надежда Лаптаргии

— Выпей, это поможет тебе немного расслабиться, ну же! — чуть прикрикнул бета и Дэнни сделал глоток. Он тут же задохнулся и закашлялся. Рэй спокойно достал из рюкзака другую флягу и поднес к губам мальчишки. — Вода, — пояснил он. Дэнни быстро отпил из фляги, но горячий след бренди ощущался до самого желудка. — Лучше? Мальчишка кивнул, потому что не мог говорить. Им овладело какое-то удивительное, непередаваемое чувство, шедшее от низа живота, горячее, крепкое, как бренди, как руки беты… Дэнни будто отключился на мгновение, его ноги мелко подрагивали, тихо застонав, омега перевернулся и лег на живот. Тут же сладострастная дрожь пробежала по всему телу, а потом мышцы напряглись, ноги свело и скрутило болезненной судорогой. Несмотря на попытки, Дэнни не мог ни выпрямить, ни пошевелить ими. — Рэй, Рэй… я не пойму, что со мной… — почти прокричал он. Бета осторожно перевернул мальчишку, Дэнни вздрогнул, и зажмурился. — Спокойно, я не сделаю тебе больно. У тебя началась течка. Я тебя поздравляю, мальчик, ты повзрослел. Не думал, что так рано… — задумчиво произнес Рэй и буркнул сам себе под нос: — Как же я зол на тебя, ваше высочество, придушил бы сейчас… — Что? — Это я не тебе, маленький, не обращай внимания. Сильно больно? — Я… я… не могу пошевелиться и у меня… у меня… там… — Да, я вижу. Послушай, мой хороший, и постарайся принять. Я в первую очередь лекарь. И сейчас оказываю помощь при течке, восприми это так. Сперва я сниму эту ненужную одежду. И оботру твое тело… вот так… Можешь глаз не открывать, если тебе так легче. Сейчас, малыш, я переверну тебя. Нежность в голосе Рэя соперничала с нежностью его пальцев. Мягкая влажная ткань приятно скользила по груди, спине, ногам. Потом Дэнни ощутил, как она коснулась его бедра и ниже, ложась на твердый вздрагивающий член. Мальчишка вздрогнул. Он, как будто только сейчас осознал, что лежит абсолютно голый перед этим мужчиной. Из горла вырвался сдавленный крик. — Что-то случилось? — вежливо спросил Рэй. — Рэй, пожалуйста… пожалуйста… — Ты хочешь чтобы я убрал руку? — Да… нет… Рэй… — Всё хорошо, а сейчас будет еще лучше… — Рэй ловко и быстро стал ласкать рукой мальчишку, и Дэнни почувствовал, что близок к обмороку. Он разжал ноги и подался вперед, а потом вздрогнул и кончил в ласкающую ладонь. Дэнни вспыхнул от груди до лба. — П-прошу п-прощения… — Не стоит так смущаться, — ответил Рэй, нарочно спокойным голосом, и прикрыл мальчика одеялом, — надо бы давно усвоить, что мы с тобой не чужие люди, а будущие супруги. — А ты… сказал… как лекарь… а сам… — Тебе несказанно повезло, — улыбнулся бета, — я — два в одном. Легче? Вместо ответа Дэнни нахмурился. Ему и правда стало лучше, жар отпустил, ноги перестало сковывать судорогой. Но омега чувствовал, как по-прежнему пульсировало, томилось внизу живота, и он понимал, что это лишь временная передышка. — А сколько длится течка? — спросил он. — Обычно неделю, может чуть меньше или больше. А ты знаешь, что в давние времена, первую течку у омег всегда срывал бета. Верили, что это приносит удачу, у бет нет узла, секс с ним безопасен, к тому же таким образом бета подготавливает омегу для альфы. — Только попробуй… — угрожающе прошипел Дэнни. — А рукой значит можно… — Рэй обижено поджал губы и горько выдохнул. — Ненавижу… да ну тебя! — Дэнни отвернулся и всхлипнул. — Эй, малыш, прости… бета и метку поставить может… — Ничего не хочу слышать! — А ты послушай для общего развития. Метка бет временная в отличие от метки альфы. Но отпугнуть чужаков может. Поэтому в паре омега-бета, бете приходится постоянно обновлять метку. Эх, вампиризм какой-то, ты так не считаешь? — Отстань. — Угу… а вот ты целоваться умеешь? Знаешь, как Слуну нравится. Научить? Дэнни развернулся и уставился сердитыми глазами на Рэя. — Мне хочется тебя задушить! — Значит, целоваться не будем, — задумчиво произнес бета, — тогда я в костер дров подброшу, а то замерзнешь ты у меня голеньким… — Отдай мне одежду! Отдай немедленно! — После того, как в ручье выстираю и на ветру высушу. Лежи, не дергайся. Тебе еще и покушать надо успеть до следующего приступа. Дэнни вспыхнул, хотел огрызнуться, но сказать ничего не смог. Кажется, никогда в жизни он не чувствовал себя до такой степени уязвимым. Дэнни вспомнил папу. Он тоже боялся начала Дэнькиной течки, теперь мальчишка лучше понимал почему. Рэй, наверное, считает его легкодоступным и вряд ли достойным своего альфы. Чтобы как-то успокоиться Дэнни сделал глубокий вздох. Это продлится несколько дней. Может неделю. А затем они отправятся дальше в путь, к дедушке Рэя, потом за ними придет Слун, скажет что нашёл папу, а потом Слун и Рэй от души посмеются над дурным омегой. Но это будет уже не важно, они с папой осуществят свою мечту и уедут далеко-далеко. Слун… При мысли о нем Дэнни ощутил дикое желание внутри. И он опять шагнул за черту, когда было всё равно, чьи руки ласкают его тело. Теплое дыхание Рэя смешивалось с прерывистым дыханием Дэнни. В этот раз они кажется целовались. Губы Дэнни помнили тепло и сладость чужих губ. Он дотронулся пальцами до них и с горечью прошептал: — Это плохо… плохо быть омегой… Обида в голосе мальчишки звучала настолько отчетливо, что её невозможно было не услышать. Рэй понял, о чем подумал Дэнни. — Не будь к себе так строг, малыш. Свободным омегам тяжело справиться с течкой, а тем более с первой. — Но мне… мне все равно кто ласкает меня, лишь бы… лишь бы унять этот жар. Я не хочу этого, не хочу так… — Этого не будет, когда альфа поставит метку. Слышишь, Дэнни? После того, как Слун пометит тебя, ты станешь свободен от зова тела. Не расстраивайся так, мальчик, не надо. У вас с альфой всё будет хорошо. — А как же ты? Глядя куда угодно, только не в эти светлые наивные глаза мальчишки, Рэй ответил: — И у меня. Теперь отдохни, поспи немного и помни: альфа любит тебя, хоть и сам еще не догадывается насколько, и то, что сейчас происходит, не встанет между вами, потому что не имеет никакого значения… ни для тебя, ни для него. Ты сохранишь невинность для своего альфы. Спи, маленький, спи, и не думай о плохом. Я тоже посплю. Рэй прикрыл глаза и выровнял дыхание. Сердце разрывалось, проклиная свою судьбу за жестокость. Кто он такой, чтобы вставать между истинными… Если он сделает так, как велел альфа, то в дальнейшем обретет только ненависть обоих. Глупый бета, надеющийся на счастье…