Надежда Лаптаргии

Рэй на мгновение растерялся. — Я думаю, — сказал он осторожно, — Слун не будет против, ведь это твое желание. Он не будет возражать и даже сам… — Нет! Я же сказал, чтобы никто… мне надо самому, как ты не поймешь! Надо было и тебе ничего не говорить! Теперь побежишь к альфе докладывать, да? Рэй был неприятно удивлен резким обвиняющим тоном мальчишки. Некоторое время он внимательно вглядывался в раскрасневшееся лицо Дэнни. Тот отвел глаза и стал вырваться из рук, но бета держал крепко, не давая отстраниться. Омега обижено закусил губу и зажмурился. Рэй покачал головой. Что-то тут не так, зачем мальчику возвращаться в это ужасное место, да еще втайне от всех. Бета был уверен, что и его попросили об одолжении просто из-за того, что омега еще слишком слаб, чтобы добраться до маяка самостоятельно. — Дэнни, может ты мне скажешь, зачем тебе туда? Что за тайны? О чем ты только думаешь, Дэнни? «Мне просто все надоело! И я устал от всего, что происходит вокруг меня. Отчего так много боли… куда бы я не попал, куда бы не взглянул? Я хотел бы увидеть, как рассеивается туман над Черной скалой и солнечную землю от горизонта до горизонта, увидеть счастливого папу, а рядом, чтобы не было ни одного злого лица, и чтобы складка между твоими бровями Рэй разгладилась, а Слун… Я хочу знать, что хоть немножко…» Дэнни молча покачал головой, он хотел такого, для чего не находилось слов и что давно вызревало где-то в глубине души. Омега вздохнул. Никогда он не чувствовал себя таким целым рядом с двумя этими мужчинами. Слун дарил ему чувство защищенности, Рэй — тепла. А что дает им он? Бета почувствовал, как обмякло тело мальчика в его руках. Дэнни смущенно улыбнулся ему. — Я прошу тебя… поверь мне. Мне очень надо к маяку и я не хочу, чтобы все знали про это. Не спрашивай почему. Я не знаю ответа, просто чувствую… Помоги мне… После некоторых сомнений Рэй кивнул в ответ. — Хорошо, мальчик, будь по-твоему. Сделаем это завтра. Альфа будет занят, а перед Бертом мы не обязаны отчитываться. «Надеюсь, я не пожалею об этом…» — подумал Рэй про себя. Слуну он сказал, что ему нужен мобиль на утро кое-что перевести из больницы, а Дэнни чувствует себя достаточно хорошо, чтобы остаться самому. Тем более, добавил он, мальчику необходимо побыть наедине, устал он от всех нас с родственничками вместе. И желательно до вечера не беспокоить его, омега сам просил об этом. Откровенная ложь давалась Рэю с трудом. Он говорил, растерянно барабаня пальцами по оконной раме, не глядя альфе в лицо. — Рэй, — задумчиво спросил Слун, не отводя глаз от замершего силуэта у окна. — Что тебя мучает? — Да ничего… я не знаю, отчего это пришло тебе в голову… — Зато я знаю, — твердо произнес альфа, — ты врешь мне. Я не буду допытываться почему. Просто ответь — ты уверен, что ложь не несет угрозу тебе или мальчишке? Ты можешь поручиться за вашу безопасность? Рэй обернулся и посмотрел в ясные глаза альфы. Хотя он и не требовал всё рассказать и дать немедленное объяснение лжи, было ясно, что он думает именно об этом. Рэй сделал глубокий вдох. Было ощущение, что он стоит на плато и смотрит вниз. Чувство неуверенности и вины перед Слуном росло. — Только глупец специально ищет неприятности. Жизнь и без того щедра с нами. Так что, Рэй? — Ему нужно на маяк. Я не знаю зачем. Мы договорились, что завтра я отвезу его к морю. Поездка должна остаться тайной для всех. Это всё. Вопреки ожиданиям Рэя, альфа кивнул и ободряюще улыбнулся ему. — Ты правильно сделал, что сказал мне. Тайна, так тайна. — Значит, я могу взять машину и отвезти его туда? — Конечно можешь. Я мешать не буду. Присмотришь там за ним. Тревога, которую испытывал бета в течение всего дня, мгновенно была вытеснена чувством облегчения. Щемящее чувство тепла и нежности к альфе переполняли Рэя. — Устал? — участливо спросил бета. Он бы многое отдал за то, чтобы не было этой грусти в глазах Слуна. Его рука скользнула вдоль его тела. — Пойдешь отдыхать? — Ты уверен, что хочешь этого? — с улыбкой спросил альфа. Слун подтянул к себе бету и мазнул губами по виску. — Мне пора на боковую? — Ты выглядишь уставшим… Слун… да, что же ты… Негромкий смех альфы подействовал на Рэя так же, как и рука, дразнящая его плоть. — Будешь спорить по этому поводу? — спросил Слун, улыбаясь лениво и жарко. Став перед Рэем на колени, он стал снимать с него брюки. Губы оставляли легкие поцелуй, лаская низ живота и опускаясь ниже. Рэй закрыл глаза и всё смешалось. Проснулся бета в одиночестве. Едва светало, но альфы уже не было рядом. Мужчина потянулся и встал с постели. Интересно… как это заниматься сексом втроем? Рэй был уверен, что альфа с омегой скоро найдут общий язык и перестанут мучить друг друга. Сколько уже можно в самом деле… Да и как отпускать мальчика самого с этими… пиратами-родственничками? Дальнейшую свою жизнь без омеги Рэй уже не представлял. Бета задумчиво покачал головой. Будем решать проблемы по мере их поступления. Впереди поездка к маяку. Здесь Рэй был дважды. Привозил его один из работников Медвежатника, после того как упала бочка с маслом на ногу грузному и мрачному хозяину. Угрюмое холодное море. Бета поежился и повернулся к Дэнни. — Ты молчал всю дорогу… скажи уже хоть что-то, — спросил обеспокоенно. Мальчик сидел, нахмурившись, бледный и очень серьезный. — Не волнуйся. Я… мне надо попрощаться… с морем. Подожди меня здесь, хорошо? Я недолго, — заверил Дэнни. — Попрощаться? — Потом, я всё потом расскажу. Спасибо тебе, что привез меня сюда. Не ходи за мной. Подожди в машине. Всё хорошо, правда, не переживай, тебе не придется долго ждать. Мне просто надо побыть какое-то время одному… подумать, понимаешь? Рэй кивнул. Побыть одному… он понимал это. — Ты только… — Рэй, — немного рассержено воскликнул Дэнни, — мне не десять лет! Ну да… не десять. Бета смотрел в спину удаляющемуся по морскому берегу омеге. На плечах болтался рюкзак, тот, что они подарили ему с альфой. Тонкая, чуть ссутулившаяся фигурка. Попрощаться… значит, мальчик принял решение. Как только быстро закончилось лето. Будто и не было его. Сколько они пережили за эти месяцы, их жизнь изменилась, и уже не будет как прежде… Вдруг ему пришла в голову мысль о том, сколь разный для каждого из них этот одинаковый мир. Солнце, облака, горы, темные воды и земля под ногами, надежды и призрачное будущее… Им надо закрепить истинность. Связать сеть отношений, которая никого не оставит в изоляции и даст каждому простой человеческой уверенности, твердую почву под ногами — и в чем, как не в этом, ей быть? Уверенности во всегда доброжелательных, теплых к тебе глазах, в том, что не окажешься совсем беззащитным перед лицом жесткого мира, в возможности кому-то рассказать самые нелепые несуразные мысли, поделиться страхами и болью, радостью и… — Не заскучал, милый? — Ты?! — Я, — подтвердил Слун, присаживаясь рядом, — ты испугался, неужели о морском дьяволе подумал? — Но как же… Слун, это нечестно. — Не говори ерунды. Я провел разведку на местности. Всё чисто, чужих нет. Думал, что мальчику в дом надо, а он видишь, к скале потопал… — Ему просто захотелось с морем попрощаться. Он, скорее всего, принял предложение Берта, Слун. — Я знаю. Устал от ваших недомолвок. Берт так тот сразу поставил перед фактом, — усмехнулся альфа, — через два дня отплываем на остров. — Отплываем? — Ну, ты же не думал, что я отпущу Дэнни одного? — Да-да, конечно… я успею за эти дни подогнать кое-какие дела в больнице и… — Рэй, — мягко произнес Слун и дотронулся до его щеки, — тебе не надо спешить. Ты остаешься дома. К острову плыву я с Дэнни. Их суденышко не способно на большее. Даже мне отказывали, но я поставил их перед фактом. Или — или. Бета медленно отвернул лицо, и его пальцы сжали руль. — Я понимаю. Ты — его истинная пара. Я же… Всё правильно, — сказал наконец он. — Нет, не правильно, — с нажимом произнес Слун, — но по-другому никак. И я не хочу больше ничего слышать про какую-то исключительно нашу с ним истинность. Наше будущее — тройственный полноценный союз. Ты ведь не против? — О большем и не мечтаю… это всё, что я хочу, — признался Рэй. Взгляд альфы потеплел. Он положил руку на плечо беты и сжал его. — У нас всё получится. Вот посмотришь. — Это мои слова, — заметил Рэй. — Ага, набираюсь от тебя мудрости, — подмигнул Слун, — а теперь ты спокойно посидишь в машине и понаблюдаешь за местностью, а я схожу, прослежу за нашим Дэнни. И сделаю это как можно незаметнее. — Зачем? — возмутился бета. — Он ведь попросил не ходить за ним. — А я очень любопытен, — пошутил альфа, но выражение глаз было серьезным, — если он придет первым, не ждите меня, отправляйтесь сразу домой. Рэй кивнул, и альфа вышел из машины. Слун прочесал все в округе. Мрачно и пустынно было здесь. Конечно, у маяка появился новый смотритель, только вот жил он не в доме, а прямо на маяке. Ничего путного старик не рассказал ему. Местность пользовалась дурной славой и трагедия, произошедшая пару месяцев назад, еще раз подтвердила это. Если верить местным легендам, где-то здесь обитало морское чудовище. Чушь… Но неприятная тревога не отпускала. Что-то тут не так. В шуме угрюмого моря слышалась угроза. Ноги увязали в песке. Слун стряхнул наваждение, замер и ушел в беззвучие. Знакомая боль резко полоснула по глазам, и он увидел их. Неясные силуэты обретали форму и плоть. Русалы? Их перекошенные морды скалились неровным частоколом острых зубов, они шипели, смотрели с угрозой, нервно били хвостом по черным волнам. А там впереди, у скалы, по пояс в воде, окруженный этими гадами стоял Дэнни. Альфа побежал. Упал, поднялся и рванулся к хрупкой фигурке. Его омега, его мальчик светился добротой, словно был окутан ею, как одеждой, словно стоял под ярким солнечным светом, она проступала в белоснежно-чистом, первозданном виде. Жуткие твари кружили вокруг него, но альфа видел, что мальчик улыбался, протягивал руки и касался слизких серых спин, гладил их перепутанные космы, и уходил всё дальше и дальше от берега. — Нет! — закричал Слун и что есть силы рванул за нить истинности. — Нет! Дэнни обернулся и стал падать. — Нет, — еще раз прошептал альфа, подхватывая омегу на руки и прижимая к груди, — нет… я так люблю тебя… ну как без тебя, зачем? Дэнни почувствовал каплю на своей щеке и вздрогнул. Он будто очнулся от сна. Сна, в котором он отдавал камень судьбы его хозяину, где русалы пели нежные песни и приглашали поиграть, где искрились голубые волны, а небо было так близко, большое и теплое. Он протянул руку и дотронулся до щеки Слуна. — Ты… плачешь? — спросил он потеряно. Они стояли на берегу, а навстречу им бежал Рэй. С разбегу он обнял их и прижал к себе. Сердце беты колотилось в груди, тело била крупная дрожь. Он хотел что-то сказать, но только втягивал со свистом воздух и хрипел. Омега прислонился щекой к груди беты, там, где стучало сошедшее с ума сердце, и поднял лицо. Мужчины нагнулись и поцеловали его. Дэнни ощутил горьковатый вкус своих и их слез и счастливо выдохнул.