К чему приводят провокации...

Дорогие читатели, не удивляйтесь, что у них зима. Ход времени в романе не совпадает с тем, что за окном у нас. POV Алика Целовались мы долго, минут двадцать. Я зацеловывал страх, который он был вынужден пережить, мягко и нежно водил по хрупкому телу ладонью, отгоняя мерзкие ощущения, которыми его облил этот подонок. Сейчас Даня был спокоен и расслаблен. Нацеловавшись всласть, он немного отстранился от меня и улегся на бок, практически тут же погружаясь в сон, я же еще долго не мог уснуть, думая о прошедших событиях... Утром следующего дня он опять старательно делал вид, что ничего не было. Какой же он все-таки упорный и странный. Уже даже я почти смирился, а он при малейшей возможности сдает позиции. Ха, а еще называл себя великим... слэшером. Евгений, как и обещал, решил все проблемы. Мерзкий тип был переведен из института, а следы моих кулаков на его теле не обернулись для меня никакими проблемами. Шумиха была замята - уж не знаю, как Женька мог всегда все улаживать, но это определенно его конек. Следующее утро, да и вообще весь день, были спокойными. Сначала я хотел оставить Даню дома, но он отказался, поэтому пришлось брать его с собой в институт. Ненавязчиво наблюдал за ним, но ничего такого не заметил, его одногруппник везде был с ним, поэтому без присмотра он не оставался.

***

Сначала я переживал за то, как это все могло на нем отразиться, но дни шли, неприятная история стала постепенно забываться. Я не видел того, чтобы он очень переживал или нервничал на этот счет. Казалось, что Даня даже очень быстро отошел от произошедшего, можно было подумать, что ничего и не было. Но все равно это определенно на нем сказалось, причем в странную сторону. Теперь вокруг него образовалась толпа девчонок. Его ангельская внешность, безусловно, привлекала, в нем было какое-то тайное очарование, поэтому неудивительно, что на него стали заглядываться. Странно, что раньше этой толпы не было. Но если до этого он вел себя со всеми равнодушно, то теперь он стал заигрывать с ними. Пока мы сидели с Юлей в одной части коридора, я наблюдал, как там, в другом конце коридора, этот чертёнок флиртовал с каким-то девчонками и мальчишками своего курса, а может даже и с ребятами постарше. Интересно, это так сказалась попытка изнасилования или это он решил со мной поиграть по новым правилам? - Альберт, - окликнула меня Эльвира Георгиевна. - Да, - я подошел к нашей завкафедрой, относительно молодой женщине, любившей построить глазки старшекурсникам. - Намечается торжественный вечер в связи с наступающим праздником, и директор разрешил сделать что-нибудь такое... - Женщина выразительно посмотрела на меня и улыбнулась. - В связи с этим мы надеемся на тебя. - Хорошо, - ответил я, - все сделаем. Канун Нового года - особая атмосфера, это запах елок с мандаринами, пора снеговиков и больших семейных застолий. Новой год - время сказок и чудес... На новогоднюю дискотеку решили сделать что-нибудь эдакое. Долго гадать и мучиться не пришлось. Идея этого выступления пришла ко мне, как только Юля сказала, что танцует. Несколько дней усиленных репетиций - и дело в шляпе. Юля довольно легко согласилась, хотя то, что ей предстояло сделать, было воистину тяжелейшей задачей. К этому времени я уже дочитал книгу, которую мне дал Женя. Видно, она оказала на меня сильное влияние, поэтому теперь я смотрел на мир немного иначе. Более того, я даже сам еще поискал подобной литературы, которая рассказывала о древних обычаях и культуре гомосексуализма. Сначала я хотел просто понять, что это такое и нормально ли это. К своему глубочайшему удивлению я узнал, что раньше такое себе могли позволить только жрецы... К тому же доля гомосексуализма есть в каждом, но в ком-то она выражена ярче, а в ком-то скрыта. Одним словом, мысль о том, что я могу любить не девушку, уже не приводила меня в ужас, поэтому я, можно даже сказать, настроился на... ну вы поняли, хотя, конечно, сомнения еще оставались. Безусловно, Даня иногда меня жутко раздражал своими выходками, фразами, но в то же время было что-то такое, даже в этих выходках, что заставляло меня думать о нем, хотеть прикоснуться, быть с ним... Но я отвлекся. Вернемся к предстоящему празднику. Это выступление, так сказать, убило бы сразу двух зайцев. Во-первых, оно сделает Юлю известной среди студентов, особенно парней, а во-вторых, подыграю Дане, если он так хочет. Стас, отвечающий за светомузыку и просто музыку, внимательно следил за всеми показателями, он то добавлял света, то убавлял громкость. У меня создавалось такое ощущение, что сегодня пришли все до единого, огромный зал напоминал большую волну во время шторма. Народ весело отплясывал под Morandi. Уверен, что наше выступление оценят. Я стою за кулисами и наблюдаю за происходящим в зале, так сказать, из тени. За моей спиной парни проверяют инструменты в последний раз, сейчас будет наша очередь. Юля, бледная и тихая, сидит в кресле возле столика, Валера поправляет ей прическу, о чем-то говорит, но по ее виду понятно, что она не слушает. На ней потрясающее платье в черно-рыжих оттенках, с разрезом до бедра. Когда она двигается, то напоминает пламя костра. Я подхожу к ней и опускаюсь на колени, беру за руку, тыльной стороной пальцев другой руки провожу по ее щеке; она медленно поднимает на меня глаза. - Не бойся, милая, все будет хорошо. - А если я не смогу... - ее голос дрожит. Это ее первый выход на такую большую аудиторию. - Не волнуйся, я с тобой, - целую ее руку. - Ну что, вы довольны? - слышится голос Стаса. Толпа в ответ начинает гудеть. - Вы готовы увидеть гвоздь нашей программы? - Народ снова что-то загудел. - Что? Я не слышу вас! - Невольно усмехаюсь, Стас как всегда. - Д-а-а-а-а-а! - взвыла толпа. - Тогда встречайте наших легендарных героев и королеву сегодняшнего танцпола! - Народ завыл и зааплодировал. Свет в зале потух. - Ну, что ж, пусть сегодня будет жарко, - я мельком осматриваю каждого и беру Юлю за руку... (Libertin - Kiss of Sin) Включается экран на стене, видно только наши с Юлей силуэты. Через пару секунд Стас добавляет блеклый свет, и нас становится немного видно. Зал отвечает тем, что начинают загораться маленькие огоньки. С каждой секундой их становится все больше. Постепенно начинает играть музыка, огоньки в зале начинают покачиваться в такт музыке. Юля плавно начинает двигаться по сцене, а я начинаю петь. Специально понижаю голос, чтобы он звучал еще ниже и сексуальнее, судя по девушкам, что стоят ближе к сцене, эффект просто потрясающий. Расстегнутая черная рубашка дает всем любителям меня олицезреть мой прекрасный торс. Тем временем приближается самая сложная часть... Теперь Юля танцует возле меня, прижимаясь спиной к моей груди. Nights of love... Она начинает извиваться как змея, а я провожу рукой от груди по ребрам к бедру. Taste me, love me... Юля резко разворачивается, продолжая танцевать, и я говорю это почти ей в губы. Одним движением она срывает с меня рубашку, и она летит в зал, восторженные вопли перекрывают собой музыку: чуть-чуть улыбаюсь, значит, все идет как надо. Hold me in your hands.... Её идеальный шпагат, затем она закидывает ногу мне на бедро, а я обнимаю ее за талию... Резкий разворот, отчего ее платье развивается, и можно подумать, что пылает пламя. I would be your man.... Я проницательно смотрю в зал, а она, преданно смотря на меня, плавно спускается по моей ноге вниз и цепляется пальчиками за ремень джинс. Kiss of sin... Я перевожу взгляд на нее и касаюсь пальцами ее подбородка. Девчонки в первых рядах начинают визжать. Через секунду Юля вихрем переносится в другой конец сцены. Ее грациозность и пластика завораживают даже меня. Вот она снова рядом, соединяем ладони, пара плавных движений, а затем я подхватываю ее на руки. Верхняя стойка, после чего резко опускаю ее вниз. В зале может казаться, будто бы я ее кинул, но на самом деле я опускаю ее очень аккуратно. Kiss of sin... Вот она снова опускается вниз, проводя ладонями вдоль моих ребер, а затем по животу, я смотрю в зал на плывущие в темноте огоньки, музыка постепенно стихает, и свет гаснет. Зал взрывается криками, аплодисментами, визгом и прочим... - Умничка, - я обнимаю ее и прижимаю к себе. Она часто дышит, но улыбается. Слышно, как Стас что-то говорит залу, но я не вслушиваюсь, сейчас это не имеет никакого значения. Важно лишь то, что она справилась, что мы все справились. - Без тебя бы ничего не получилось, - она обнимает меня за шею и прижимается крепче. - Все молодцы, - вставляет свои пять копеек Женька. - Кстати, а где Ник? Что-то не видно его нигде. - Да придет скоро, небось курить пошел, - отвечает Рус. - Ну что, теперь мы в бар? - радостно спрашивает Миша, обнимая подошедшую к нам Вику.

***

POV Дани Наверное, я похож на идиота. Почти каждый вечер вот уже три дня мы целуемся, а дальше я веду себя как пень. Я не могу понять, почему я так делаю. Возможно потому, что моя вредная натура не хочет подчиняться чувствам. Кстати, про натуру: она уже изрядно сбавила обороты, я становлюсь послушным и тихим. Это не дело. Пора обзавестись свитой и начать творить беспредел, по-тихому. Все только и твердят про новогоднюю дискотеку и про то, что там будет что-то "у-у-у-х". Наверное, это Алик опять должен там ухнуть. Ну, после того выступления я в этом не сомневаюсь. Наверное, надо сходить... ...Я стою возле умывальников и обдаю лицо холодной водой. С самого начала их выступления было понятно, что это будет этакая пара. Но когда она вот т-а-а-а-к сползла вниз, да еще за джинсы ему схватилась, а он... он... В горле неприятно начинает першить, и я снова обдаю себя ледяной водой, чтобы не заплакать. Не хочу из-за него реветь и не буду! Из глаз начинают катиться большие капли, но я перевожу все на холодную воду. - Дань, - раздается за моей спиной, отчего я вздрагиваю. Все же должны быть на дискотеке. Медленно оборачиваюсь и вижу одного из друзей Алика, вроде Никиту, если не ошибаюсь. Высокий, но довольно худой парень, выглядит как-то грустно и озадаченно. - Что? - я слегка трясу головой, отчего капли с меня летят вниз. Мгновенно делаю пустой взгляд и смотрю ему в глаза. - С тобой все хорошо? - он нерешительно подходит ближе, рассматривая мое лицо. - Да, просто там очень душно, решил освежиться, - совершенно спокойно вру я. - А-а-а, понятно... - Ну, я пойду, - я попытался его обойти и выскользнуть из туалета, но он резко поймал меня за руку и притянул к себе. - Стой, не уходи... - его голос стал совсем другим, а в глазах читалась мольба. Я замер от удивления и ужаса. Это еще что такое? - Я не могу больше без тебя, я люблю тебя и хочу быть с тобой. Между тобой и Альбертом все равно ничего нет, что бы ты ни говорил. Он любит Юлю, поэтому я хочу, чтобы ты стал моим, целиком и полностью. - Чего? - я попытался высвободить руку, а заодно прикинуться полным придурком, чтобы легче было слинять, но как оказалось, все было не так легко и просто. Эта шпала прислонила меня к стене и навалилась сверху, но совсем не так, как это делал Алик. Да вообще ничего общего! - Дай мне шанс, и я завоюю тебя, пожалуйста, - он почти шептал мне в губы, а после чего слегка коснулся их своими губами. Мой шок был настолько велик, что я даже забыл сопротивляться. Дать шанс?.. - Мне нужно подумать... - все же здравый смысл вернулся (ненадолго), и я отвернул голову. - Хорошо, я готов ждать столько, сколько тебе потребуется, - теперь он скорее обнимал меня, нежели прижимал. Он смотрел на меня своими огромными зелеными глазищами, и я видел в них безграничную преданность... но... Я не могу сказать, что мне было противно от его прикосновений, нет, но что-то в этом было не то... что-то... Как я вышел из института, я не помню. Уже было совсем темно, с неба летели большие хлопья снега. Вакуум. Вакуум внутри меня. Картина того, как Альберт обнимал Юлю, и того, как Никита обнимал пять минут назад меня, смешались в одну кашу, состоящую из отдельных, пока еще непонятных ощущений. Ну что же это такое? Почему я не могу нормально жить и пакостить без последствий? Какое-то время я бродил по улицам города, пиная снег и натыкаясь на прохожих. Именно сейчас мне показалось, что во мне есть душа, что-то где-то ныло, но где и что, понять было невозможно. Между тобой и Альбертом ничего нет... Эти слова как кислота въелись в память. Нет?.. Но как же? А эти поцелуи?.. А как он спас меня?.. А как потом ухаживал?.. Разве ничего нет?.. В одно мгновение мир вокруг померк. Ни приближающийся праздник, ни снегопад, который я так люблю, ни даже то, что меня якобы кто-то любит... ничто не могло сейчас утешить меня или вернуть к жизни. Все стало скучным и мертвым. За последнюю неделю выпал метр снега. Все вокруг меня светилось ощущением приближающегося праздника. Это время всегда было самым моим любимым. Завтра приедут родители... Как мне придется себя вести, чтобы они ничего не заподозрили и не поняли, что со мной что-то происходит? Я остановился в парке напротив елки, недалеко от дома Алика. Большая мохнатая красавица была увешена гирляндами и разноцветными шарами. Я провел рукой по колючим веткам, коснулся пальцами стеклянного шара. Я никогда никого не любил... Боже, да я практически-то и нормально ни с кем не целовался, кроме как с Аликом, что уж говорить про любить. Так может это и есть любовь? Горячая, как жидкий свинец, и затягивающая, как болото... Я тону и ничего не могу поделать. Я даже не понимаю себя самого, но мне хочется завыть... Именно в этот момент силы закончились. Стойкость и относительное равнодушие, которые я усиленно держал, испарились, и я, опустившись на снег, беззвучно зарыдал, склонив голову перед величественной и молчаливой елью...