Песок времени. Том 2. "Книга пламени"

Когда за Каем пришли, он ждал этого. Сначала его отвели в перевязочную - сменить повязку на руке. Он скосил глаза, когда сняли бинты, хотел видеть, что стало с его рукой. Оказалось, ничего страшного – очень аккуратный разрез, который при должном уходе заживёт и будет практически невидимым. Хотя при всём этом рука болела, видно, всё-таки они глубоко успели в неё залезть. Ему опять ввели обезболивающие и ещё непонятный раствор. Стало легче, боль осталась только вдали сознания, она явно не помешает работать. Потом его повели по коридорам, завели в лифт. Выйдя из него, оказались в помещении – и вот здесь Кай ожил. Это была огромная химическая лаборатория, где стояли столы с приборами и шли химические реакции. Он попал в свой мир, он так хотел быть учёным, работать вот в такой лаборатории, когда всё вокруг шипит, переливается, кругом колбы с реагентами, на стене доски, исписанные формулами, мониторы, отслеживающие реакции, мигающие лампочки, датчики. Он даже забыл обо всём. Просто пошёл к столам, смотря на всё происходящее, его не остановили – растерялись. Он внимательно изучал, что происходит, где какая реакция, ему было это интересно, увлекательно. Потом почувствовал на себе взгляд, поднял глаза, Гор и остальные внимательно за ним наблюдали. – Нравится, – Гор говорил без интонации, Кай по смыслу уловил, что это вопрос, а не утверждение. – Да, хорошее оборудование. Вот, особенно это, – он подошёл к системе сложных трубок и мониторов. Стал увлечённо говорить, что он знаком с таким, но здесь более совершенное оборудование и поэтому больше возможностей правильно проследить химическую реакцию, сократить её время. Его слушали, не перебивая. – Посмотри формулу на доске, – Гор указал на доску в полстены. Кай подошёл, сразу увидел ошибки, взял губку, стёр часть и стал фломастером писать правильную цепочку. Дописал, остановился и стал пояснять, что дальше нужно опытным путем запустить реагенты и посмотреть, и только потом на результате проведенного эксперимента двинуться дальше. – Хорошо, – опять неопределенно прозвучало от Гора, – вот этим ты и займёшься. Будешь работать. Пока ты нам нужен здесь. Перестанешь быть нужен - пойдёшь на органы. Гор повернулся к Фахру и стал говорить ему на своем языке, Кай догадался – отдает распоряжения насчёт него, он уже запомнил несколько слов и сейчас слышал их повторение, и примерный смысл разговора стал доходить до его понимания. Гор договорил, посмотрел на него. – Как тебя зовут. – Кай, а тебя Гор, смотреть за мной будет Фахр. Гор помолчал, сверля глазами Кая. – Хорошо, работай, Кай. Тогда ты проживешь дольше. На этих словах он вышел. «Прозвучало депрессивно», – подумал он, но решил сейчас не думать больше об этом. Он перевёл взгляд на это бесценное богатство и пошёл к столу с реактивами, понимая, что сейчас может заниматься тем, что так ему нравится. *** Жизнь Кая потекла достаточно ровно и даже неплохо. Его регулярно кормили, отводили спать, приводили обратно, и он работал. Вернее, фанател от работы, погружался в неё с головой, забывая обо всем. Работы было много. Ему постоянно давали новые и новые химические реакции, которые у них не шли, он перепроверял всё заново, находил ошибки, опытным путем проводил эксперименты, писал отчеты. Это было увлекательно. За это время он узнал имена многих, кто его окружал. Он узнал, что у Гора два основных его помощника - Фахр и Тонн. Остальные им беспрекословно подчинялись. Кай наблюдал, слушал и слышал. За это время он стал понимать многие слова, произносимые ими, и даже несложные предложения. Правда, ещё ни разу не выдал своих знаний. По ходу работы ему приходилось общаться с другими работниками этой лаборатории, все говорили с ним на английском, говорили так же, как Гор, механически, без эмоций. Но он к этому привык – работать среди то ли людей, то ли роботов, то ли зверей. Для него главным была возможность заниматься химией. Параллельно работе он провёл ещё несколько экспериментов. Гору их показали, Кай узнал, что он одобрил его инициативу. За всё это время Гор больше не появлялся. Но поскольку Кая не трогали, значит, он следил за его работой. *** В один из дней в лабораторию зашёл Гор. Кай был погружён в созерцание через микроскоп химического процесса. Почувствовав чье-то присутствие, он оторвался от микроскопа, поднял глаза. Гор смотрел на него, стоя рядом с его столом, с ним как всегда рядом были Тонн и Фахр. – Ты хорошо работаешь. Так хочешь жить. – Я люблю химию и занимаюсь тем, что мне интересно. – Зачем тогда ты здесь. Ты военный. – Не всегда есть выбор. Мне пришлось стать военным. – Значит, тебе нравится работать на меня. – Я делаю то, что мне интересно. – Тогда работай, и ты проживешь долго. Гор уже собрался уходить. Кай бросил ему вслед, произнося слова на их языке: – Я буду работать, но у меня есть к тебе просьба. Гор остановился, замер, развернулся, произнес на своем языке: – Откуда ты знаешь наш язык. – У меня здесь было время его изучить. – Неплохо… Ты нас понимаешь. – Основное. Ещё мало времени прошло на мое обучение. – Какие языки ты ещё знаешь. – Арабский, японский и несколько европейских. – У тебя хорошая память. Что ты хотел попросить, – всё это время Гор говорил с Каем на своем языке и сейчас продолжил говорить на нём же. – Ты не против, если я продолжу изучение вашего языка, спрашивая перевод слов у вас, – Кай обвел взглядом присутствующих. – Хорошо. Так будет проще, если ты будешь говорить на нашем языке. Гор повернулся и пошёл к выходу. – Еще просьба, – крикнул вдогонку ему Кай. Гор обернулся, замер, он не ожидал такого. Его все люди боялись, а этот… – Сигареты можно, курить очень хочется, – уже на английском сказал Кай, так как знал, что они не курят и такие слова у них он не смог услышать. – Дайте ему сигареты, – сказал он Фахру. – Фахр, я напишу марку, которую я курю. Гор опять обернулся. – Фахр, дашь ему те сигареты, которые он скажет, и место для курения покажешь, – это Гор говорил на английском. С сигаретами жизнь наладилась. Теперь он регулярно бегал на перекуры в коридор к вытяжке. Там даже поставили специальную урну для сигарет. Поскольку курил здесь только он. За его выходы на перекур никто не переживал, да и куда он денется, везде камеры и кодовые замки на проход в другие части их подземного бункера. То, что всё это под землей, он осознал. Да и говорили об этом, что араксы отстроили под себя всё под землей. Так что даже авиобомбы не достанут – очень глубоко. Он работал и учил их язык, теперь это стало проще. В течении дня он спрашивал у рядом находящихся араксов слова или целые предложения на английском, а потом записывал это на их языке и повторял. Кроме этого и занятия химией он изучал и запоминал всё, что его окружает. Какие замки с кодом, где расположены камеры видеонаблюдения, расположение коридоров, по которым его ведут. Подсматривал за нажатием на клавиши кода. Он видел, что араксы уверены, что он не убежит, и поэтому не следили за ним, думая, что он просто работает, а он, несмотря на всю идиллию исполнения его мечты – стать ученым, планировал побег. Когда его допустили к основному компьютеру, который был подключен к системе, вот тогда Кай решил, что его план близок к осуществлению. Незаметно, параллельно с работой он взломал коды и проник в базу, а потом добыл схемы туннелей. Он увидел, на каком подземном уровне он сейчас находится и как ему пройти к автостоянке, чтобы потом выбраться на поверхность. Самое ценное – это то, что он за несколько дней всё-таки незаметно сломал файл с кодами на двери. Всё это Каю приходилось запоминать - записывать было нельзя. Но он разведчик, он учился этому - откладывать в своей памяти нужную информацию. Постепенно четко проработанный план побега был построен. Он знал, если его поймают, не пощадят. Поэтому он не спешил бежать. Здесь нельзя торопиться. Нужно всё просчитать, построить план и только тогда осуществить побег. Поэтому он работал, бегал на перекуры и учил их язык. Результатами его работы были все довольны, да и он сам доволен. Так легко ему давались сложные цепочки, и как это было увлекательно. Несколько раз он просил Фахра отводить его спать позже, показывая, что должен дождаться цепной реакции, и даже пару ночей провел у монитора, отслеживая процессы. *** Ему дали сложную формулу, он над ней бился несколько ночей, а потом пошло. В результате он на радостях, устав от скучной гнетущей атмосферы, бросил в колбу несколько компонентов и при нагревании из колбы стали выстреливать разноцветные искорки – такой мини салют. Все замерли, Кай засмеялся, видя, что араксы не знают, как на это происшествие себя вести. В этот момент в лабораторию зашел Гор и его сопровождающие, и они застали чудную картину – сидящего на столе Кая и рядом разноцветный салютик. Кай звонко смеялся но, увидев вошедших, закашлял и спрыгнул со стола. Гор молча подошёл к нему, изучающие смотря в его глаза, затем на салют, потом опять на него. Кай сжался, подумав, что сейчас ударит. – Я не собираюсь тебя бить, – Гор увидел, как Кай замер, ожидая удара, – зачем всё это. – Я раскусил ту формулу. Вот, смотри, – он указал на монитор с результатами. Гор посмотрел на монитор. – Хорошо. А это зачем. – Ну, скучно же. Это так, для позитива. Гор помолчал. – У людей очень много лишних эмоций, это мешает. – Зато у вас нет эмоций - и что? – Мы совершенны. – Толку-то? Без меня вы бы с этой формулой год бились. Чем тогда мои эмоции мешают в работе? – Ты оказался уникальным. Ты не все, и ты это знаешь. Теперь ты будешь работать на нас всю жизнь. Гор повернулся и вышел. Кай услышал свой приговор. С одной стороны, его не порежут на органы, с другой стороны, он здесь и состарится. Но есть третье, что они не учли. Он уже всё подготовил к побегу: график смены охраны, коды дверей, схема помещений. Весь четкий план был у него в его голове. Значит, сегодня ночью он его и осуществит. Вот только нужен отвлекающий манёвр, а его он им сделает. И он приступил к плану своего освобождения. *** Опять убедив Фахра, что он ночью должен вести эксперимент, он вышел покурить и, дождавшись времени, когда глазок камеры переместится в сторону, пошел к двери лифта. Он рисковал, ведь кроме четкого плана всегда были обстоятельства, которые назывались непредвиденными: например, в лифте он мог случайно с кем-то столкнуться или в коридоре. Но ему повезло. Он шёл, открывал двери, набирая коды, и, наконец, вышел к подземной парковке. Там, сняв ключи с крючка на стене и видя на брелке номер машины, нашел её. Завёл, подъехал к выезду, набрал код и нажал педаль газа. Дальше – только свобода. Через пол часа после его выезда из подземного бункера в лаборатории, которую он покинул, начались взрывы веществ в колбах. К этому времени о его отсутствии уже забеспокоились, но взрывающиеся колбы отвлекли внимание от него ещё на тридцать минут. А потом Гор понял, что Кай бежал. Утром ему дали подробный отчёт, как он это сделал. В отчёте было всё: их взломанный внутренний компьютер, похищение кодов и схем помещений и взрывы в лаборатории. Гор осознал, насколько талантлив Кай. Он его не оценил. А зря. Такого человека он встречает впервые. Он сейчас потерял ценного сотрудника, намного более ценного, чем он предполагал. Гор отдал распоряжение, чтобы поймали Кая, любыми средствами – но поймали. Что он сделает с ним за такое? Сам будет вскрывать и доставать его сердце, несмотря на его ценность, но как работник он им не нужен. Он был неправ, оставив его. Человек не должен у них работать, человек всего лишь мясо, органы и не более. Он допустил ошибку, теперь он ее исправит. *** Видя, что погони нет, Кай порадовался: значит, он всё четко просчитал. Да, они сейчас заняты этими взрывами, потом поисками его, потом просмотрами записи видеокамер, потом пониманием, что он всё взломал и как он вышел. Но будет уже поздно за ним гнаться. Он далеко. Кай знал и другое – его не пощадят, если он попадется к ним. Он перегнул палку. Его знания их уже не интересуют. Теперь он им интересен как донор органов и не более. Он поёжился. Решил, что сейчас не будет об этом думать. Их машину он бросил в ближайшем селении, зная, что она чипирована, взял местный драндулет. Поехал на нём, потом его бросил и ушёл в горы, а там через два дня дошёл до своих. Это был блокпост на дороге. Этот маршрут передвижения он тоже проработал заранее. Всё удалось. Он у своих, они кормят его и связываются с гарнизоном для вызова вертолёта за ним. Вот только чувство, что Гор в бешенстве, разрушало картину радости от побега. Хотя разве Гор испытывает эмоции? Кай был уверен – испытывает, и был прав. Гор осознал, что Кай заставил его чувствовать. Раньше ему всё было всё равно. Но после такого дерзкого побега Гор испытал впервые эмоцию злости и эмоцию желания заполучить этого человека, который посмел так поступить с ним. Гор знал, что будет убивать его долго и мучительно. Он опять поймал себя на том, что будет испытывать эмоции при убийстве Кай. Это его ещё больше разозлило. «Я убью тебя, Кай!» - эта мысль постоянно теперь была в его голове. *** Кай вернулся в гарнизон, сразу пошёл на отчет в кабинет батяни. Тот был рад его возвращению. Долго не стал мучить вопросами, отпустил отдыхать. Проезжающий УАЗик подбросил его до их домиков. Через полчаса в дверь вломились братки с Себастьяном и Шером, они радостно обнимали Кая и говорили все разом. Затем усадили его на диван и стали накрывать на стол, слушая его рассказ о его попадании в плен и побеге. Ребята с интересом рассматривали оставшийся на его руке порез, который уже практически зажил. После нескольких тостов за него, его здоровье, его возвращение и всех них Себастьян обеспокоено сказал: – Я думаю, Гор на тебя очень зол. – Уверен, что зол. Они такого и не предвидели, чтобы от них кто-либо сбегал. – Тебе ему лучше не попадаться. – Да мне многим лучше не попадаться. – Знаешь, лучше банда Махмуда, чем на органы быть порезанным. Страшно у них было? – Да, – честно ответил Кай. Шер налил еще водки. – Выпьем за тебя! За твою удачу и везение! Кай был благодарен ребятам за их искреннее отношение к себе, за их радость за его возвращение и то, что сейчас они с ним. Он взял гитару, все оживились. Кай сел опять на диван, провёл по струнам и запел… Вдоль обрыва по-над пропастью, По самому по краю, Я коней своих нагайкою Стегаю погоняю. Что-то воздуху мне мало, Ветер пью, туман глотаю, Чую, с гибельным восторгом Пропадаю, пропадаю. Чуть помедленнее кони, Чуть помедленнее, Вы тугую не слушайте плеть. Но что-то кони мне попались Привередливые, И дожить не успел, Мне допеть не успеть. Я коней напою, я куплет допою, Хоть немного ещё постою на краю. Сгину я, меня пушинкой Ураган сметёт с ладони, И в санях меня галопом Повлекут по снегу утром. Вы на шаг неторопливый Перейдите, мои кони, Хоть немного, но продлите Путь к последнему приюту. Чуть помедленнее кони, Чуть помедленнее, Не указчики вам кнут и плеть. Но что-то кони мне попались Привередливые, И дожить не успел, Мне допеть не успеть. Я коней напою, я куплет допою, Хоть немного ещё постою на краю. Мы успели, в гости к Богу Не бывает опозданий, Так что ж там ангелы поют Такими злыми голосами. Или это колокольчик Весь зашёлся от рыданий, Или я кричу коням, Чтоб не несли так быстро сани. Чуть помедленнее кони, Чуть помедленнее, Умоляю вас вскачь не лететь. Но что-то кони мне попались Привередливые, Коли дожить не успел, Так хотя бы допеть. Я коней напою, я куплет допою, Хоть немного ещё постою на краю. После проигрыша гитара смолкла, в наступившей тишине раздались хлопки. Все обернулись - в проёме двери стояли Варфоломей, Торпедо и Перец. Фрол и Иван у стены, чуть правее. Фрол перестал хлопать. – Хорошо поёшь, – Варфоломей смотрел на Кая, ещё находясь под действием его голоса и текста песни. Потом опомнился, пояснил, – вот пришли узнать, как ты? Шер агрессивно шагнул в их сторону. – Что узнать-то? Совесть замучила, что ли? Так бросать его там не нужно было. Фрол тоже шагнул вперед. – Тебя, урка, никто не спрашивал. – Хватит! – Кай резко встал. Шер сделал ещё шаг в сторону Фрола: – Зря ты рот свой открыл, мы тебе его быстро закроем, – сказал он Фролу. – Тихо, – Варфоломей примирительно поднял руку, – мы сюда не ругаться пришли. Как услышали, что ты вернулся, сразу приехали. Хотели узнать, как выбраться оттуда удалось? – Нет, посмотри на них? – Шер не обращал внимания на Кая, – заботливые какие прибежали узнать. Что узнать – как он в плен к этим уродам попал, к араксам, как его чуть там на куски не порезали. Как чудом бежал. Что, совесть замучала? – Хватит, – обреченно повторил Кай и, опустившись на диван, закрыл уши руками, зная, что этих двоих уже не унять. – Молчать, – очень четко и жестко произнес Себастьян, смотря на Шера, затем повернулся к Варфоломею, – думаю, вам в другой раз лучше сюда прийти. – А ты не командуй тут, – Фрол перевёл свой взгляд на Себастьяна, – мы к Каю пришли, это вам в другой раз лучше прийти. Кай поднял голову. – Варфоломей, ребята, спасибо, что зашли. Я к вам завтра заеду - всё расскажу. Фрол еще хотел что-то сказать, но Варфоломей, грубо развернув его за плечо, вытолкнул в дверь. За ним последовали все остальные. Входная дверь хлопнула. Кай сидел, опустив голову, зная, что конфликт, которого он так хотел избежать, назревает на его глазах и никто не хочет идти на уступки. – Расстроился? – Себастьян сел рядом с Каем. – Да. Лишнее всё это. – Что лишнее? – Шер плюхнулся на кресло напротив, – на место нужно поставить этих уродов. – Шер, я с ними вместе на задания езжу, там война, это не местечковые разборки. Понимаешь? А ты здесь от безделья бесишься. Шер вскочил, бросился к Каю, но, наткнувшись на его взгляд, замер и опустился в кресло. – Знаешь, – Шер смотрел, не отрываясь, в глаза Кая, – вот тебе я готов всё прощать. Тебя я уважаю. Но в следующий раз не нарывайся, а ведь тоже могу обидеться. Кай устал от всего этого. Он откинулся на спинку дивана и закрыл глаза. – Прибить меня хочешь… так сделай это… для меня это единственное освобождение отсюда… Повисла тишина. От смысла сказанного весь запал у Шера прошёл. – Прости, братан, я погорячился. – Забудь… проехали. Кай открыл глаза и молча протянул Шеру руку, которую тот пожал. Себастьян кипел от гнева, но сейчас при Кае он не хотел продолжать эту разборку. – Ты, наверное, устал? Мы пойдём. Тебе отдохнуть нужно. Кай так же молча протянул руку Себастьяну, его действительно начало клонить в сон. Когда опять хлопнула входная дверь, он понял, что все ушли. Грустные мысли о его пребывании здесь вернулись. Он обреченно обвел взглядом комнату, зная, что это не его выбор, но он ничего изменить не может. Потом вспомнил о Горе и всех них. Только ему ещё этих не хватало в враги к себе записать. И так Махмуд за ним охотится, лично поквитаться хочет за его побег, и вот он себе ещё одного врага нажил. Каю было страшно. Он понимал, насколько сильно теперь Гор будет хотеть его поймать. Ведь он был у них там, внизу, в их секретных подземных бункерах, откуда никто не выходит живым. А он вышел. Его не радовало понимание всей картины происходящего. Он заставил себя прекратить об этом думать. Хотя в душе знал, что лучше, чтобы его пристрелили, чем живым попадаться Гору.