Сделка со зверем

      За последние два дня корабль превратился в площадку для игры в прятки. И очередь искать была за Мёрсером. Команда нервничала. Тали и Эшли ложились спать в обнимку с дробовиком или клали пару гранат под подушку. Кайден поймал себя на мысли, что постоянно отвлекается от работы, оглядываясь по сторонам. Джокер стал как-то молчаливее, опасаясь, что очередная шутка покажется вирусу неудачной. Интендант на нижней палубе и вовсе заикался и даже понизил цены, будто стремясь всё побыстрее продать. Что до Шепард, она в пятый раз обошла "Нормандию" и не смогла найти и следа Мёрсера. Она чертыхнулась, осматривая каждый уголок. "Почему этот грёбаный мутант не может просто быть в одном месте, хотя бы держаться в пределах радиуса пяти метров?"       Шепард вздохнула. Фразу "быть дружелюбными", видимо, экипаж понял хуже, чем "следите за ним и будьте готовы". Капитану это не нравилось. Она решила обязательно снова поговорить с подчинёнными на эту тему. Но сейчас Шепард стремилась найти самого Алекса и поблагодарить наконец за то, что он сделал на Х57. Возможно, сам инфицированный не придавал поступку особого значения, но ведь он не обязан был это делать, и Шепард считала своим долгом высказаться.       Тем временем Эшли и Кайден сидели в столовой на общественной палубе. Аленко грел руки о чашку с кофе. Эшли стучала пальцами по столу, раздражая звуком окружающих. На коленях у неё лежал готовый к стрельбе пистолет. Просто, на всякий случай.       — Уильямс, — наконец позвал её Кайден.       Та дёрнулась, будто готовая встать и отдать честь.       — Ты не могла бы убрать эту штуку? Или хотя бы направить её в другую сторону?       Лейтенант опустил взгляд под стол, намекая на оружие, которое и правда дулом смотрело прямо на него. Эшли послушалась и положила пушку рядом с нетронутым завтраком. Она не сомкнула глаз в эту ночь. Мерещились какие-то тени и слышались странные звуки, а стоило закрыть глаза, начинались кошмары. Эшли отхлебнула немного кофе из кружки. Напиток сварили из синтетических материалов, а потому хоть по вкусу он и не отличался от оригинала, особой бодрости не придавал.       К двоим людям присоединилась кварианка. Странно, учитывая то, что Тали не обедала со всеми, предпочитая принимать пищу на инженерной палубе. Она поднималась только забрать свой декстро-паёк. В этот раз кварианка неуверенно потопталась вокруг столиков, растирая руки. Данный жест всегда выдавал в Зоре волнение или смущение. В конце концов паломница подошла к Эшли и Кайдену и неуверенно промямлила:       — Можно сесть?       Эшли всё ещё не привыкла к пришельцам на корабле. Шепард чётко дала понять, что не одобряет ксенофобии или недоверия по отношению к другим членам команды. Уильямс поклялась, что проблем с этим не будет, но в душе всё ещё не хотела знакомиться с представителями другого вида. Однако после встречи с Зевсом любой турианец или кварианка покажутся совершенно безобидными.       — Конечно, — сразу ответил Кайден, указывая на стул.       Тали приземлилась и сложила руки в замок. Повисла неловкая пауза. Кварианка решила-таки её нарушить только спустя минут пять:       — Не могу работать. Мне как-то не по себе на инженерной палубе.       — Мне тоже, — буркнула Эшли. — Новый питомец капитана всё ещё ходит где-то здесь, и я не могу об этом не думать.       Она смолкла и уставилась на Аленко. Слова прозвучали излишне вольно в присутствии старшего офицера, причём высказывалась Уильямс не вполне лестно об их общем командире.       — Считаете, он что-то задумал? — спросила Тали.       — Его нигде не видно. И не слышно. И это настораживает, — отметил Кайден. — Шепард ему верит, но она сказала оставаться начеку. Мы пока мало о нём знаем.       Эшли пробурчала что-то невнятное себе под нос, явно желая оспорить сказанное.       — Это приватный разговор, Уильямс. Я не собираюсь докладывать капитану, так что можешь говорить свободно.       — Просто... — Эшли колебалась, — мы были там, сэр. Мы же видели, на что он способен. Этот... эта штука создана убивать. Нужно избавиться от неё, пока она не избавилась от нас.       — Шепард редко ошибается в людях, но Мёрсер не человек. Мне кажется, что ему от нас что-то нужно, и когда он это получит, мы станем ему мешать.       На палубу спустился Гаррус. Он замер, глядя в сторону собравшихся, откашлялся и, подойдя к столу, сел.       — Дайте угадаю. Мёрсер.       Все молча закивали.       — А что ты о нём думаешь? — спросила Тали.       Турианец развёл мандибулы в стороны, будто вопрос насмешил его, и не торопясь, ответил:       — Не уверен. Меня не было с вами на той планете, ребята, так что я не знаю, с чем вы там столкнулись. Но за последние несколько часов я не могу избавиться от мании преследования. Иногда кажется, что он стоит прямо за спиной.       В данном опасении присутствующие обрели солидарность и даже дёрнулись, чтобы обернуться.       — Рекс, тем не менее, хорошо о нём отзывается, — продолжил Вакариан, — Говорит, он задал жару на последней вылазке.       — Это не делает Зевса безобиднее, — излишне агрессивно заявила Эшли. — То, что он отлично убивает людей, было понятно ещё при первой встрече.       — Но он ведь убивает наших врагов. Нужно просто направить его силу в нужное русло. И, по-моему, Шепард отлично с этим справилась, разве нет?       Оптимизм Гарруса казался Эшли невообразимо глупым. Турианец никак не хотел видеть мрачную действительность: это существо жрёт людей. И не испытывает при этом никаких угрызений совести. Для него "Нормандия" – шведский стол с закусками. И неизвестно, когда зверь снова проголодается.       Алекс лежал под потолком в вентиляционном канале, наблюдая за сидевшими через решётку. Он улыбнулся. Его боялись. Значит, он всё ещё главный хищник, даже спустя почти двести лет. Заражённый не винил их. Ведь они правы. Все они – не более чем добыча. Алекс слышал их пульс, ощущал тепло, исходившее от тел и запах. Это сводило мутанта с ума. Он едва сдерживался, чтобы не накинуться на команду. Сейчас он не голодал, но что будет, если он долго не получит подпитки? Экипажу лучше этого не знать. Развитый не мог долго находиться в обществе. Скрываться, таиться, но оставаться на расстоянии – безопаснее. Обитателям "Нормандии" повезло, что в них Мёрсер пока не нашёл ничего особенного. Они не показались интересными. Большинство навыков и талантов, коими они обладали, уже имелись в его распоряжении. Жажда поглощать и совершенствоваться пока не давала о себе знать. Но с Шепард всё обстояло иначе.       Когда Алекс услышал о ней, то счёл обычной лицемеркой, коих хватает в армии. Такие люди желали власти и шли по головам в карьере. Они брали себе заслуги подчинённых, а потом бросали их на произвол судьбы или как-то избавлялись, чтобы особо не болтали. Но Шепард была другой. Она готова была умереть за тех, кто сражался на её стороне, а потому союзники последовали бы за капитаном хоть в ад. Шепард являлась примером не потому что её окружал лживый ореол славы, а потому что она ставила свою жизнь на равне с жизнью рядового солдата. Коммандер переживала потери в бою так, словно умирал кто-то близкий. И это делало Шепард фриком, аномалией среди homo sapiens. Алекс прекрасно знал, что в человеческом, турианском, да и в любом другом обществе таких особей нет, ибо от них избавляется естественный отбор. Выживаемость человека, готового броситься под пули ради других куда ниже, чем у сущего подонка, перешагивающего через трупы. Даже если такие как Шепард выживают достаточно долго, рано или поздно они начинают мешать, потому что во всё горло орут о справедливости и милосердии. Некоторые готовы заплатить, чтобы этих идеалистов заткнули. Но Мёрсер пока не знал, правда ли Шепард чувствовала всё это или только врала себе и окружающим.       Алекс видел её в деле. Он видел, как биотика, самая сильная, как он слышал, среди людей, ломала врагов. Он чувствовал и лицезрел через глаза крикуна истинную первобытную жестокость. Тогда в глазах капитана "Нормандии" горело голубое пламя. Может, Шепард просто оправдывала свою жажду крови тем, что убивала только "плохих" парней. Пока трудно было судить. Но нельзя отрицать один немаловажный факт. Шепард оказалась очень незаурядной.       Коммандер показала себя прирождённым лидером и солдатом до мозга костей. При этом она не лишена была хитрости и амбиций и очень уверена в себе. Всё вкупе делало её желанной для поглощения. Она могла бы многому научить Мёрсера, но они заключили сделку. А слово Отца Роя кое-чего стоит. Он ведь не человек, у него есть принципы. Если он что-то обещает, то выполняет. Всегда. Хотя соблазн изменить привычкам оказался велик.       Алекс наблюдал за сердцебиением Шепард, слушая каждый удар и видя мощное натренированное сердце в инфракрасном спектре. Инстинкт требовал, чтобы он вырвал живительный орган, но Алекс не слушал свои животные желания. Пульс капитана не сбивался. Слегка ускорялся временами, но скорее не от волнения, а от усталости. Шепард не прятала глаз, смотрела прямо на Алекса, что делало её ярко-зелёные глаза какими-то наивными. Коммандер не топталась на месте, не шевелила руками. Ни один жест не выдавал сомнение. И Мёрсер уважал её за это. Шепард говорила на одном с ним уровне, и их знакомство стало встречей двух волков в отаре овец.       Алекс снова усмехнулся. "Нормандия" и правда казалась овчарней, полной провианта. Единственная причина, почему он не вырезал экипаж – это место уже было угодьями Шепард. Забавно, что ей досталась такая фамилия, но она чётко её характеризовала. Она была здесь пастухом. И она не даст резать стадо какому-то зверю. Алекс решил пока наслаждаться процессом и наблюдать за капитаном. Когда придёт время, он либо потеряет к ней интерес и покинет, либо заберёт к себе в Рой. В зависимости от того, насколько ценными окажутся таланты коммандера.       Но сдержать обещание Мёрсеру мешало теперь одно важное препятствие. Последний раз, когда после побега Балака они разговаривали, Алекс подошёл слишком близко и ощутил запах Шепард, который стал более явным из-за активных движений и снятого шлема. Алекс вдохнул его. Случайно. И голод снова пробудился. Развитый не делил запахи на приятные и неприятные. Для него это были просто запахи, ориентиры для хищника. Но временами он встречал людей с особым шлейфом. Как правило, в них таилось что-то незаурядное: талант, редкая мутация. Мёрсер сразу желал охотиться за ними и поглотить. Заражённый решил, что это способ вируса определить важность ДНК жертвы. Инстинктивно Алекс всегда мог сказать, кто и что из себя представляет. Капитан пахла металлом, запёкшейся кровью и уни-гелем. Но поскольку без шлема её кожа на шее оказывалась неприкрыта, Зевс ощущал и саму Шепард. Помимо специфического букета типичных химических соединений примешивался гель для душа с цитрусовой отдушкой, синтетическое постельное бельё и ткань, из которой сшита военная форма. Возможно, для человека подобная смесь показалась бы отвратной, но Алекс чувствовал иначе. Он отшатнулся в самый последний момент, чтобы не поглотить Шепард на месте. Недопустимо. Он дал себе слово, что научится контролировать инстинкты. Для древнего существа с таким богатым опытом и развитым умом постыдно опускаться до уровня животного.       Поэтому заражённый решил пока избегать капитана. До тех пор, пока голод чуть не уймётся. Он лежал в пустой и холодной вентиляционной шахте, вслушиваясь в галдёж внизу. Словно кот, до которого доносится щебет птиц, кот, слишком ленивый, чтобы охотиться. Он старался ни о чём не думать, закрыл глаза и попытался погрузиться в дрёму. Алексу не требовался сон, но иногда, для экономии энергии, он ложился и замедлял свой метаболизм до минимума. Тем не менее, он всегда был готов к бою и мог даже воспроизвести в памяти всё, что происходило вокруг во время сна.       Шепард в очередной раз поднялась в жилой отсек и обнаружила компашку, собравшуюся за столом.       — Кто-нибудь видел Мёрсера?       Все отрицательно замотали головами.       — Мы думали, ты знаешь, где он. С самого вашего возвращение с Х57 он не появлялся.       — Рекс сказал, что видел его, — отозвался Гаррус.       — Да? И где?       — Сказал какую-то жуть про то, что "он повсюду" и "всегда наблюдает" и засмеялся. Сама решай, как это понимать, — пожал плечами офицер СБЦ.       Шепард постояла ещё немного, а потом подошла к столу и села во главе. Она решила воспользоваться случаем, раз уж все собрались в одном месте.       — Вы его не особо жалуете, верно?       — Без обид, капитан, но Мёрсер пока разговаривал только с тобой. Ты можешь знать его лучше, чем мы. Для нас он – зверь, — сказал за остальных Кайден.       Шепард скривила губу, как будто расстроившись, и опустила взгляд на стол.       — Я думала так же, — она глубоко вздохнула. — Но после того, что я увидела на астероиде, я сомневаюсь.       Команда пододвинулась ближе, некоторые даже склонились, словно плохо расслышали.       — Он спас мне жизнь.       — Как?       — Меня окружили четверо батарианцев, готовые в упор расстрелять из винтовок. Мой барьер никогда не был особо сильным, так что я оказалась почти что нагишом против полных четырёх магазинов пуль. Мёрсер подбежал за доли секунды до того, как они спустили курки.       — Он убил их? Четверых сразу? — удивился Гаррус.       — Да. Зрелище не из приятных, но на их месте могла оказаться я.       Повисла пауза. Неловкое молчание нарушил Кайден:       — Без тебя нам точно не справиться с Сареном, Шепард. Так что этот парень спас главную надежду человечества. Не знаю, из каких побуждений, но он заслужил шанс.       Эшли посмотрела на Аленко, как на сумасшедшего, раскрыла рот, но тут же его закрыла, не решаясь комментировать.       — Я прошу вас дать ему этот шанс, — продолжила Шепард. — Просто попытайтесь отнестись к Мёрсеру, как к товарищу. Это не приказ. Это просьба.       Она улыбнулась и посмотрела на команду. Ей ответили одобрительные и дружелюбные кивки.       Мёрсер зашевелился. Он резко открыл глаза и посмотрел вниз через решётку. Собрание закончилось, и все разошлись по своим постам. Но Алексу чётко запомнился голос Шепард. Он не видел сны, это не могла быть галлюцинация. Коммандер что-то о нём говорила. Пытаясь вспомнить, Алекс покопался у себя в голове. Он привстал на четвереньки и пополз прочь из вентиляции.       Шепард стояла за столиком оружейной, рассматривая своего "Мстителя". Она не любила эту пушку, но финансирование Альянса пока не позволяло приобрести что-то покруче. Шепард скопила уже приличную сумму, не хватало только пары тысяч на новую винтовку "HMWA", в которую капитан просто влюбилась после открытия доступа СПЕКТРа.       — Если хочешь, я ей займусь, — раздался знакомый голос за спиной.       — Тебе стоит повесить на шею колокольчик.       — Я могу притопывать, чтобы быть более слышным. Но ничего не обещаю.       Алекс подошёл к столу и навис над ним. Шепард до этого всё никак не могла рассмотреть его лицо. Теперь, когда Мёрсер отвлёкся на пушку, коммандеру выпала такая возможность. У его хищничества имелась и обратная сторона. Взгляд заражённого казался очень внимательным, примечал любые детали. А внимательный взгляд всегда придаёт живому существу разумному или нет более умный вид, особую красоту. Капитан тряхнула головой.       — Знаешь, ты права. Проще выбросить эту рухлядь.       — Планирую сделать это, как выпадет шанс. Хочу приобрести наконец что-нибудь из арсенала СПЕКТРа.       — Сколько не хватает?       — 1764 кредита.       Алекс поднял руку на уровень груди и активировал свой инструментрон. До этого Шепард даже не подозревала, что у вируса вообще есть какая-то техника. В бою Алекс им не пользовался. Через секунду собственный инструментрон Шепард засветился у неё на руке.       — Готово. Надеюсь, ты найдёшь достойное применение этой пушке. Всегда мечтал посмотреть на оружие СПЕКТРов в деле.       Шепард округлила глаза. На её личном счёте появились лишние десять тысяч кредитов.       — Не благодари. Ты удивишься, сколько за годы можно скопить денег, если тебе не нужно покупать еду и одежду. К тому же, у меня идеальная кредитная история.       Капитан не знала, что сказать. Подобная внезапная щедрость смущала.       — Ты уверен?       — Я всегда знаю, что делаю. Пора бы уже это понять, Шепард.       Алекс развернулся к ней спиной и направился к лифту. Как он не силился, не мог вспомнить, что конкретно Шепард сказала команде. Развитый не любил, когда его действия не имели смысла. Хотя бы он предоставил капитану ресурсы, необходимые для раскрытия её талантов. А Мёрсеру очень хотелось посмотреть и на знаменитую винтовку СПЕКТРов, и на Шепард, стреляющую из неё. Алекс находился на полпути к лифту, когда капитан его окликнула.       — Я так и не сказала спасибо.       — Я же сказал...       — Не за кредиты. Ты спас мне жизнь там, на астероиде.       Алекс вспомнил. А ведь и правда. Он конечно всё равно убил бы этих батарианцев, но Шепард восприняла случившееся близко к сердцу. Для коммандера это, похоже, много значило. Заражённый мог бы выдать какую-нибудь колкость в ответ, но не стал. Не хотелось в этот раз быть сволочью. Даже Зевс умел быть вежливым, когда кто-то этого заслуживал.       Дана. Его сестра. Нет, не его, а настоящего Мёрсера. С ней Алекс не смел быть грубым. Она пробуждала в нём необъяснимое чувство заботы, он хотел закрыть её от всего мира, защитить. Дана была наивной идеалисткой и отличалась готовностью умереть ради помощи другим. Может, вот оно? Причина, по которой Алекс не хотел грубить сейчас Шепард? Мёрсер понял, что кроме Даны он ни с кем не был особо учтив. Он не был её братом, но он отдал бы всё, чтобы стать им хотя бы на день. В нём проснулась противная ему самому сентиментальность. Слабость. Грин внутри Роя, его чокнутая мамочка, всегда говорила, что привязанность к людям – это рудимент, оставшийся от тела, в котором живёт вирус, что нужно игнорировать эти эмоции, поскольку они ненастоящие и делают развитого уязвимым. Но несмотря на все усилия, Алекс не мог забыть те моменты, когда считал себя человеком, те моменты, что он провёл с Даной.       Он обернулся к Шепард. Эта женщина заставила пробудиться воспоминания, будить которые Алекс не хотел. Ему это не нравилось. Что если это манипуляция? Ловушка? Нет, он не позволит трогать его прошлое.       — Если бы ты погибла там, мне было бы скучно, Шепард. Кто знает, что ещё ты натворишь в ближайшее время. Я хочу это видеть.       Алекс ушёл, оставив капитана наедине со своими мыслями. А сам остался наедине со своими. Усилием воли он погасил проступившие эмоции, столь сильно роднившие его с людьми. А эта женщина и правда опаснее, чем кажется...