Бахак
18 мая 2025 г., 17:39
Усиленно делая вид, что полностью сосредоточилась на пистолетах и их перенастройке, Шепард не могла не слушать причитания Алекса. Поначалу заражённый неслышно сидел на ступенях, но потом поднялся и стал за ней ходить. Они почти ругались, и винить в этом Шепард могла только себя. Не следовало открывать сообщение от Хакета. Но игнорировать личную просьбу адмирала она тоже не могла.
— Почему ты? — настаивал Мёрсер, склонившись над ней, словно мрачная тень. — Сомневаюсь, что за свою долгую блистательную карьеру он не нашёл, кем ещё пожертвовать.
— Мной не жертвуют. Он просит спасти друга.
— Если он такой хороший друг, то какого чёрта сам не отправился на выручку?
— Он адмирал.
Алекс развёл руками и театрально хлопнул себя по лбу.
— Ах, точно, ему дорога репутация. То ли дело ты. На тебе всё равно уже поставили крест. Буквально.
Шепард замерла. Пальцы не слушались, и она с третьей попытки кое-как запихнула элемент питания назад в приклад. Она понимала, что более всего в данной ситуации её раздражает то, что Алекс был в чём-то прав. Хакет ставил ей очень узкие рамки, запретил брать с собой напарников и просил вторгнуться на враждебную территорию. Её с батарианцами связывало особо дурное прошлое. Во время Блица она нажила достаточно врагов среди представителей этой расы. И, если подумать, то она была худшим кандидатом для такой миссии. Но Шепард уважала Хакета и понимала, что он выбрал её именно потому, что доверяет. Когда она предложила изменить условия, он отказался, явно не располагая иными доверенными лицами. Если капитан "Нормандии" ему не поможет, то не поможет никто.
— Нравится тебе или нет, я не могу его подвести. Развлекитесь пока на Омеге или сгоняйте на Цитадель. Джокер рвался в увольнительную на днях.
Алекс накрыл её руку своей, прижав к столу. Шепард подняла на него глаза, прекрасно зная, что он скажет дальше.
— Хакет запретил мне брать спутников.
— Не помню, чтобы меня хоть когда-то волновало его мнение. Это не ему пришлось собирать тебя по крупицам, так что и не ему отправлять тебя на очередное самоубийственное задание. Если так подумать, то это мне нужно идти туда в одиночку. Я могу менять облик и переживу, если кто-то меня застрелит.
Шепард тяжело выдохнула. Чего она ожидала? Окажись на его месте кто-то другой, она могла бы осадить и отдать прямой приказ. Но Алекс приказам не подчиняется. И он действительно мог бы упростить ей задачу. Хакет всё равно не проверит, сдержала она обещание не брать спутников или нет. Не было ничего плохого в небольшом прикрытии. Тем более, что любой батарианец застрелит её на месте, если увидит. А с Алексом они могут разыграть настоящий спектакль и обойти любую защиту без потерь.
Но что-то внутри у Шепард противилось этому решению. Возникло дурное предчувствие, и она не могла понять, с чем оно связано. Она полагала, что после того, как они угнали корабль, Призрак вышлет отряд уничтожения. Но пока что ничего не происходило, и, возможно, именно постоянное ожидание удара породило в коммандере паранойю. Алекс научил её скептически смотреть на вещи, и она начинала подвергать сомнению то, над чем никогда бы прежде не задумалась.
— У тебя нет выбора, — видя её колебания, спокойно сказал Алекс. — Если не хочешь, чтобы я отправился с тобой, придётся меня остановить. Мы оба знаем, что ты не станешь меня бесить и использовать биотику. К тому же, даже будь ты настолько упряма, это не помешает мне пойти следом. Просто я поубиваю всех батарианцев, которые мне попадутся, чтобы выместить свою естественную злобу.
Капитан улыбнулась. Она не привыкла, что о ней кто-то заботится. Она ненавидела, когда её жалели, потому что это означало сомнение в её способностях. Но Алекс упрямился не поэтому. И она это хорошо понимала. Скажи он, что идёт убивать Призрака в одиночку, коммандер тоже бы пришла в ярость. Они сами выбрали созависимые отношения, и теперь отказ разделить трудности приравнивался к эгоизму. Шепард не привыкла к такому. И Алекс – тоже. Но заражённый продолжал стоять на своём. Да и не может быть ничего глупее, чем игнорировать его умение менять облик. Она нетерпеливо забарабанила по столу пальцами.
***
Аратот отличался высокими среднесуточными температурами. Лишь на полюсах случались дожди, а благодаря полярной ночи, длившейся около трёх месяцев, здесь можно было даже немного погулять. Но атмосфера содержала слишком мало кислорода, чтобы находиться было комфортно. Тем не менее, СУЗИ засекла, что состав воздуха на планете значительно отличался от официально заявленных прошлогодних показателей. Батарианцы планировали полномасштабную колонизацию, и, похоже, вопреки запретам Цитадели, по полной развернули здесь свои базы. После высадки шаттл под управлением автопилота вернулся на "Нормандию". Джокеру было приказано покинуть систему, пока Шепард не даст обратной команды. Если хоть кто-нибудь обнаружит человеческий корабль, может начаться конфликт. Учитывая недобрососедские отношения с батарианцами, любая стычка рисковала стать началом войны. На улице шёл ливень. Но духота при этом стояла невыносимая, и Шепард с Алексом поспешили укрыться под навесом. Никакой охраны. Только дверь защищал кодовый замок. Шепард собиралась его взломать, но заражённый отыскал рычаг, который сработал быстрее. Шепард пошутила бы про ключ под ковриком, но всё ещё опасалась говорить. Хоть Алекс и предупредил бы о чьём-то присутствии, стоило помнить, что это тайная операция. Внутри шлюза их встретили примитивные вручную выкопанные туннели. Судя по всему, здесь добывали местную руду. Батарианцы не заморачивались с технологиями, поскольку рабский труд был бесплатным. Голодные невольники прекрасно рыли землю и не требовали дорогостоящих элементов питания. Здесь всё ещё было очень тихо и безлюдно, как будто верхние уровни были покинуты уже не первый год. Где-то текла крыша, где-то осыпался проход. Очевидно, что основная выработка шла не здесь, и, возможно, этим шлюзом уже давно никто не пользовался. Когда лазутчики спустились ниже, Алекс тихо шикнул, предупредив о варренах. Звери разгуливали чуть впереди, обнюхивая завалы. Шепард пристрелила их и осмотрела помещение. Здесь лежало много костей, и все они принадлежали гуманоидам. Варрены до бела обглодали скелеты и раздробили трубчатые структуры, чтобы выесть костный мозг. — Должно быть, сюда отправляют пленников на смерть, — шёпотом констатировала коммандер. — Нужно скорее отыскать Кенсон. — Или просто подождать, пока её сюда приведут, — усмехнулся Алекс, пиная череп у себя под ногами. Шепард проигнорировала его колкое замечание и двинулась дальше. Они быстро упёрлись в тупик, и пришлось вернуться в предыдущую комнату, а затем двинуться наверх. Помещения казались заброшенными. Им попалась ещё пара варренов, которые вольготно бродили по пустым коридорам. Местами появлялись лазерные заграждения. Примитивные. При желании их можно было отключить от сети. Возможно, они служили преградой для диких животных, а вовсе не для заключённых. Там, где нельзя было отыскать кнопку, Алекс просто рвал кабели, и лазеры гасли, лишаясь питания. Спустя ещё несколько поворотов появились силовые поля. Их уже не удалось просто выключить, да и работали они, похоже, на прикосновение. Тут же раздались голоса. Алекс, не пользовавшийся переводчиком, сообщил, что слышит человека и батарианца. Женщину и мужчину. Значит, они двигались в правильном направлении. Вскоре и сама Шепард начала различать слова, но те раздавались по ту сторону полей, и пришлось искать обход. В параллельных коридорах они наткнулись на решётку, над которой располагалась газовая труба. Капитан задумчиво её осмотрела. — Я бы сказал, что это плохая мысль, — предупредил её Алекс. — Но либо мы привлечём охрану взрывом, либо прикосновением к полю. Это всё при условии, что нас не завалит насмерть. — Мы вдвоём без труда удержим обломки потолка, — заявила Шепард. Она рассчитывала, что укрепления шахт предусматривали возможные взрывы, учитывая любовь батарианцев к взрывчатке. К тому же, её биотика и грубая сила Алекса действительно могли спасти их от смерти. Ещё немного подумав, Шепард всё-таки пальнула по трубе из пистолета. Решётку сорвало, будто крышку с бутылки, но окружающие конструкции действительно не пострадали. Коммандер лишь развязно пожала плечами. — Иногда я задаюсь вопросом, удачливая ты или просто сумасшедшая, — беззлобно заметил Алекс, когда они пробирались сквозь обломки. — Разве ты не знаешь ответа? — улыбнулась ему капитан. Ей бы сосредоточиться на задании. Ничего весёлого в прогулке по вражеской тюрьме не было. И отправься она сюда в одиночку, то уже взмокла бы от напряжения. Но с ней пошёл Алекс. Рядом с ним она не знала страха. Её предыдущее волнение отступило, и Шепард сочла, что приняла правильное решение. Одной пришлось бы раздумывать над каждым шагом с бо́льшим уровнем стресса, потому как спину уже никто бы не прикрывал. И любая ошибка могла стоить жизни. Алекс ничего не ответил, а лишь сверкнул глазами в темноте. Он высматривал противника, принюхивался и прислушивался, и мешать ему не стоило. Заражённый повернул вентиль, перенаправив загоревшийся газ в другой коридор, и они прошли дальше. Навстречу снова выбежал варрен, и Алекс размозжил зверюге голову кулаком. Этот экземпляр уже выглядел иначе. Похоже, был домашним и примчался на шум взрыва. В подтверждение этому за поворотом оказалась светлая кухня со столом и микроволновкой. Тут же валялся датапад, из которого стало ясно, что батарианцы в курсе присутствия людей в поясе астероидов, и что их давно нужно оттуда убрать. Помещение было тупиковым и снова пустовало. Возможно, из-за рабского труда батарианцы не ценили потраченное время и просто бросали комнаты, когда те переставали быть нужными. Петляя по подъёмам и спускам, Шепард вышла в технические помещения. Здесь потолки и стены уже были из металла, а за одной из дверей снова раздались голоса. Батарианцы обсуждали пленников и их цели. Один из инопланетян заявил, что пойманные террористы собирались разбить ретранслятор астероидом, и к Шепард вдруг вернулось дурное предчувствие. Хакет говорил, что Кенсон нашла доказательство скорого возвращения Жнецов, но как-то не ладилось это всё с уничтожением ретранслятора. Капитан обменялась взглядами с Алексом, как бы спрашивая, что он думает на этот счёт, но времени стоять не было, а вслух они обсудить ничего не могли. Прежде чем Шепард подошла к соседней двери, Алекс удержал её за руку и, когда она остановилась, дотронулся до её щеки. В голове возник образ улицы и существ в инфракрасном спектре. Заражённый передал ей расположение врагов и укрытий. Коммандер кивнула и осторожно открыла выход наружу. Ливень всё не прекращался, а сумерки стали уже полноценной ночью. Шепард укрылась за перилами крыльца, вслушиваясь в разговоры батарианцев. Враги стояли далеко, и переводчик не улавливал сути. Направление тоже было неопределённое. Шепард надеялась проникнуть вглубь тюрьмы, а вышла наружу, и начинало казаться, что они где-то пропустили поворот. Но, если здесь они не найдут карту, то всегда могут вернуться к силовому полю и опробовать тактику напролом. Алекс мог бы поглотить кого-нибудь и узнать всё сам, но Шепард решила оставить такой вариант на крайний случай. То, что Кенсон предположительно хотела взорвать ретранслятор, взволновало её, и капитан уже не была уверена, кто здесь враг, а кто друг. Алекс помог ей ориентироваться. Он лучше воспринимал расположение противника, а потому Шепард позволила ему идти впереди. Они пересекли двор, прошли через пустой капсульный домик и вошли в то, что походило на офисы. Здесь уже сновало много батарианцев, и ошибиться было легче. Шепард сняла перчатку на левой руке и держалась за Алекса, чтобы без слов обсуждать маршрут. Он предупреждал её образами и словами, сохраняя внешнее безмолвие. "Справа." "В комнате." "Туда." Так они незаметно прошли все помещения и оказались в гараже. К счастью, тут уже никого не было, зато имелся подъёмник, на котором удалось спуститься снова под землю. За пыльным каменным коридором по правую руку у них осталось силовое поле. Судя по всему, им удалось обойти его с другой стороны. Но ближайшая комната на камеру или допросную не походила. Скорее на пульт управления охраны с кучей мониторов и компьютеров. Шепард склонилась над клавиатурой в поисках полезной информации и открыла последнее сообщение. Батарианцы перехватили сигнал бедствия с астероида, который, должно быть, и послала Кенсон. Они знали, что Альянс вышлет помощь, а значит, спасательная операция могла оказаться ловушкой. Заражённый предупредил о двух солдатах в следующем помещении и вызвался пойти вперёд. Шепард эта идея не понравилась. Она ничего не могла сделать с необъяснимой нараставшей тревогой. Ей казалось, что если они с Алексом разделятся, случится что-то плохое. Сквозь Шифр он ощутил её опасения и замер перед дверью. — Ты же знаешь, меня непросто убить. — Знаю, — утвердительно кивнула она. Алекс внимательно на неё посмотрел, раздумывая, должно быть, как успокоить её излишние волнения, затем изменил форму, обратившись варреном и вышел за дверь. Это помогло, потому как даже если его кто-то увидит в этом обличии, то вряд ли станет стрелять. Батарианцы не ценили жизни рабов, но своих боевых собак продавали и покупали за большие суммы. Через пару минут заражённый вернулся за ней. Шепард положила руку на его шипастую спину и, следуя подобранному моменту, обошла комнату с тюремщиками по дуге. В конце коридора показалась единственная доступная дверь, за которой слышалось стрекотание какого-то прибора. Алекс сквозь Шифр предупредил, что там точно есть человек и батарианец, и Шепард ворвалась внутрь. Комната была пыточной. Здесь располагался аппарат, проводивший ток через пленников. Внутри стальных хомутов почти на цыпочках стояла женщина лет сорока пяти с то ли бледными, то ли уже седыми волосами. Батарианец, стоявший напротив орудия пытки, собирался включить электрошок, но Шепард вырубила палача ударом в лицо. — Доктор Кенсон? — уточнила Шепард и представилась. — Я здесь, чтобы вас вытащить. — Коммандер Шепард? — женщина медленно повторила имя, будто бы смакуя его. — Я слышала, что вы живы. Значит, Хакет получил моё сообщение. Капитан незамедлительно отключила замки хомутов, выпуская Кенсон из плена. — Если батарианцы узнают, что я здесь, дипломатический скандал обеспечен. Надеюсь, ваше открытие стоит рисков. Шепард обошла аппарат и встала напротив доктора. Что-то в ней вызывало тревогу. Женщина была уже немолода, у неё был мягкий и ровный голос, но интонация не соответствовала словам. Будто бы Кенсон была чем-то недовольна, но усиленно пыталась это скрыть. Она избегала зрительного контакта, хотя, возможно её просто изнурили пытками. — Стоит, — ответила наконец доктор. — Сюда летят Жнецы, и дипломатия должна беспокоить нас меньше всего. В коридоре послышались шаги, затем рык варрена и визг убитого батарианца. Шепард передала Кенсон "Хищник" и попросила поторопиться. Следовало выбираться, пока вся колония не сбежалась посмотреть, что случилось. Пока Шепард вышла в коридор, чтобы убедиться, что Алекс всё ещё ждёт снаружи, Кенсон ловким движением ноги сломала шею оглушённому тюремщику. Не будь у них времени в обрез, коммандер этого бы так не оставила, но новые волны врагов мчались в их сторону, и Алекс прыгнул им навстречу, словив первые пули и откусив пару голов. Кенсон двинулась в другую сторону, направляясь прямо к ангару с шаттлами. Шепард рукой махнула Алексу, чтобы он не отставал. В ангаре их нагнали десятки батарианцев, и пришлось вручную закрывать шлюзы, пока Кенсон взламывала терминал управления подъёмником. Алекс, всё ещё в виде варрена, догнал их через минуту и помог Шепард расправиться с недобитками. Всё происходило очень быстро, и когда они наконец запрыгнули на платформу, чтобы проехать наверх, заражённый рявкнул на Кенсон, вынуждая ту нацелить на него пистолет. Шепард заслонила его от выстрела, но к моменту, когда доктор намеревалась выяснить, что происходит, они приехали на этаж, и снова началась перестрелка с батарианцами. В этот раз перекрыть входы не было возможности, и дальнейшая задержка могла их убить. Кенсон поспешила на шаттл, утягивая за собой Шепард. Коммандер не поддалась, продолжая осыпать врагов из винтовки. — Алекс! — позвала она, перекрикивая свист пуль. — На это нет времени! — почти прорычала Кенсон. — Скорее, капитан, не то они повредят двигатели. Шепард колебалась. Разумом она понимала, что заражённый задержит батарианцев, пока они не взлетят. Когда свидетелей рядом не будет, он сможет поглотить обидчиков и улететь на другом транспорте. А они с Кенсон доберутся до безопасного места за пределами досягаемости Аратота и его защитников и смогут спокойно обдумать дальнейшие действия. Алекс счёл бы такое решение разумным, учитывая то, что именно ему пришлось стоять под пулями. Скрепя сердце, коммандер села в шаттл и закрыла дверь, готовая набрать сообщение о точке встречи.***
Алекс довёл Шепард до нужной двери. Треск электричества в катушках пыточной заставил его отвлечься, но пришлось быстро переключиться на новую цель. Пока Шепард освобождала Кенсон, к ним начали сбегаться заподозрившие неладное охранники. Алекс напрыгнул на одного из них, пока батарианец, не ожидавший этого, верещал и размахивал руками. Остальные сразу поняли, что боевой зверь решил сменить сторону, и открыли огонь. Тем временем Шепард с освобождённой пленницей побежали в ангар. Коммандер по рации сообщала о своих передвижениях, но даже без подсказок заражённый следовал за её запахом. Из-за шума автоматических винтовок и хлопков биотики он упустил из виду Кенсон, от которой исходил гул индоктринации. Только когда все трое воссоединились на подъёмнике, удалось чётко и окончательно понять, что доктор уже стала слугой Жнецов. Алекс попытался предупредить Шепард, но капитан не распознала ход его мыслей. Кенсон тут же собралась пристрелить варрена, а коммандер – защитить. Но прежде чем Мёрсер внёс ясность, они прибыли на этаж и угодили в окружение. Укрытий тут было достаточно, но батарианцы атаковали со всех сторон, и пришлось снова отвлекать внимание. По прошествии нескольких жарких баталий заражённый хотел уже сменить облик, поглотив всех батарианцев разом, но Шепард с Кенсон запрыгнули в шаттл и отбыли. Без него. Шаттл развернулся в воздухе и направил двигатели вниз, опалив до корочки ближайших батарианцев. Несомненно, Шепард это бы не понравилось. А значит, судном управляла Кенсон. Алексу пришлось отпрыгнуть, чтобы и самому не получить струю в сотни градусов в лицо, и драгоценный момент был упущен. Он не успел зацепиться хотя бы за крышу. Он принял наконец привычный вид и с яростью смял обидчикам головы. Когда от взвода батарианцев осталось от силы четверо солдат, они замерли, как заворожённые глядя на Мёрсера. — Демон Терминуса? — спросил один из них, снимая шлем. По отметинам на лице Алекс понял, что это был Чарн. Тот самый подневольный, что помогал Балаку в теракте на Терра Нове. Иронично. И даже нелепо, насколько тесной может быть галактика. Алекс убрал когти и активировал инструментрон. "Кенсон индоктринирована. Скинь мне локацию. Нагоню позже", бегло написал он и вернул взгляд Чарну. Батарианец хорошо помнил, на что способен Алекс, а потому жестом приказал своим опустить оружие. — Что ты здесь делаешь? — спросил он осторожно. — Шепард решила отомстить нам за прошлый раз? — Нет, — сухо бросил Алекс и требовательно добавил, — мне нужен шаттл. И быстро. Не желая его злить, Чарн указал на соседний ангар, попутно отмахиваясь от недоумевавших сослуживцев. Они показали на видавший виды "Агарон", который был одним из немногих шаттлов, произведённых батарианцами, и запустили системы. Алексу управление было незнакомо, но он быстро разобрался, ориентируясь на опыт с судами других рас и на батарианские надписи на панели. Выйдя на орбиту, заражённый открыл канал связи с "Нормандией", и из динамиков послышался голос СУЗИ: — Чем я могу помочь вам, мистер Мёрсер? Джокер, должно быть, отсыпался в жилом блоке, и учтивый ИИ принял решение его не будить. Тем лучше. У СУЗИ были все необходимые коды доступа, и ей было проще и быстрее объяснить суть. — Отправь результаты сканирования пояса астероидов в системе Бахак. Что удалось обнаружить? Она быстро перекинула фото и несколько координат. Минимальная задержка говорила о том, что далеко "Нормандия" не улетела и скорее всего дрейфовала где-то в чёрном космосе на окраине Бахака. На СУЗИ возложили дежурство и ожидание команды, и она должна будет разбудить пилота при первой необходимости. — Где коммандер Шепард? — поинтересовалась она, пока Алекс разглядывал экран. — Как обычно – по уши в неприятностях и в шаге от смерти, если не ответит наконец на звонок. — На одном из участков я не смогла провести сканирование, — добавила СУЗИ. — Предположительно, там работают глушители сигнала. Думаю, оттуда и стоит начать. Могу я ещё что-нибудь для вас сделать? В её синтетическом голосе прозвучало почти реальное сочувствие. Алекс знал, что принцип её работы основан на нейронной сети, и эмоции она подсматривает у людей и применяет в схожих ситуациях, прямо как он сам. СУЗИ просто стремилась быть полезной и не заслуживала дурного к себе отношения. Да и вряд ли она понимала, что это означает. — Нет, — холодно ответил Алекс. — Будь готова к эвакуации по первому зову. Как только я отключу глушилку и заберу Шепард. Он откинулся в кресле, направляя штурвал к неисследованной зоне поля астероидов. Из-за мелких частиц космической пыли и мусора обшивка дребезжала, словно под стеной осадков. Машина оказалась неповоротливой, но прочной, и Алекс быстро освоился с манёврами. Он почти без остановки вызывал Шепард, но её инструментрон не получал сигнала. В конце концов, капитан не дала бы себя в обиду, да и связалась бы с ним сразу, как увидела пропущенные звонки. Но там, где замешаны Жнецы, ни в чём нельзя было быть уверенным наверняка. Алекса смутило не само присутствие Кенсон и даже не её попытка разрушить ретранслятор, а собственная неосведомлённость. Всё, с чем Шепард сталкивалась ранее, было заранее ему знакомо. Он знал о Жнецах до Сарена, знал о Коллекционерах и их мотивах до воскрешения Шепард. Но о Бахаке ему было ничего неизвестно. Зачем Жнецам это место? И почему именно сейчас? Они только недавно потеряли человеческого протожнеца, и их присутствие здесь, на границе Гегемонии и Альянса казалось бессмысленным. Разве что они заранее всё спланировали. Знали, что Хакет попросит именно Шепард разобраться в ситуации. Альянс официально отрицал существование Жнецов. А о самом Мёрсере знали только древние машины. Знали они и то, что он распознает их марионетку при встрече. Стоило расспросить Колдуотера. Возможно, они что-то упустили, и Цербер внедрился в Альянс намного глубже, чем предполагалось.***
Никогда Шепард не решилась бы на уничтожение ретранслятора. О принципе их работы многое было неизвестно, но когда заходит речь о том, чтобы кинуть планету в источник бесконечной порождённой антиматерией энергии, стоит хорошенько всё обдумать. Мало кому в здравом уме придёт подобное в голову. И именно поэтому Шепард начала подозревать, что с Кенсон и всем её проектом что-то не так. В её словах была жестокая математическая логика. Если не уничтожить ретранслятор, то Жнецы вторгнутся в Млечный Путь. Но даже если Кенсон и располагала доказательствами неизбежности этих событий, от коммандера не укрылась её неуместная жестокость. Они могли предупредить колонию, дать время на эвакуацию. Но этого никто не сделал. Оставалось два дня до предполагаемого вторжения, но проект существовал уже не первый месяц, и времени на дипломатию им хватало. Но даже так в голове не укладывалось, как Альянс такое позволил. Поиск и исследование артефакта Жнецов на территории враждебного государства? На такое способен разве что Цербер, но никак не официальное военное подразделение. Когда Шепард сообщила Совету, да и адмиралтейству, что узнала о Жнецах из видений, над ней только сдавленно посмеялись и крутили пальцем у виска. Ей верил только Андерсон, и даже Хакет, едва ли прислушался бы, не помогай она ему столько раз. А тут совершенно иной агент вдруг говорит, что общается с артефактом Жнецов, и его обязательно поддерживают и даже ставят приоритетной целью сохранение проекта. На базе было людно. Персонал насчитывал пару сотен, если не больше. Удивительно, что их не заметили на Аратоте. Возможно, батарианцы были слишком заняты шахтами, чтобы изучать небо. Шепард тщетно пыталась связаться с Алексом, но сигнал отчего-то не проходил. Они шли через весь комплекс и, пока Кенсон поясняла причины, по которым стоит убить триста тысяч мирных граждан, Шепард бесконечно обновляла страницу сообщений. Разлука с Алексом её нервировала. Прямо как на поверхности планеты, когда он пошёл проверить соседнюю комнату. И она всё ещё не могла смириться с тем, что бросила его на растерзание охранникам. — Представляю вашему вниманию "Объект Ро"! — торжественно объявила Кенсон и указала ладонью на огромную лавкрафтовскую конструкцию с металлическими щупальцами и тёмной рябью вокруг них. Из артефакта раздавались нарастающие шепотки, и хотелось скрежетать зубами от неприятного чувства головокружения. Будто бы некая сущность вдруг забралась в голову и шевелилась, делая больно глазам и перемешивая мозги. — Вы поставили его здесь? Вот так просто, в открытом доступе? — ужаснулась Шепард, держась за голову. Ей уже доводилось находить артефакты Жнецов. Там, где это происходило, оставались только тревожные записи учёных и толпы хасков. — Когда мы его нашли, он показал мне прибытие Жнецов, — сообщила Кенсон с благоговейным трепетом. Капитан сжала в руке пистолет. — Кенсон... это очень плохо. — Просто подожди немного, Шепард, и оно даст тебе нужные доказательства. Коммандер начала отступать. Её инструментрон вдруг запиликал, и первое же сообщение от Алекса, отправленное парой часов ранее, высветилось на дисплее. Он заранее знал, что Кенсон одержима. А сама Кенсон, чувствуя в нём угрозу, отказалась брать его на борт. Нельзя было бросать его на Аратоте. Нельзя было лезть в очередную ловушку. Шепард нацелила пистолет на доктора, но артефакт вдруг начал гудеть, да так, что заболели глаза. Коммандер упала на колени, пытаясь сдавить готовую разорваться черепную коробку, и перед глазами возник образ тысяч Жнецов, летевших к ретранслятору Альфа. Отсюда они попадут в любую точку галактики, и начнут свою жатву с ближайшей расы – с людей. Шепард распахнула глаза, в ужасе принимая новую правду. База коллекционеров была всего лишь одним из звеньев цепи событий, отвлекающей яркой вспышкой, чтобы сбить их всех со следа и скрыть истинный план машин. Дыхание перехватило от боли, и капитан стояла на четвереньках, пытаясь не потерять сознание. Кенсон подняла выпавший у Шепард пистолет и нацелила капитану в голову. В этот раз не свезло. И Алекса, чтобы спасти от неминуемой смерти, рядом не было. — Я не могу позволить запустить Проект, — заявила уже не скрывавшая своего одурманивания Кенсон. — Я не дам тебе остановить Прибытие. С остальных входов в помещение вошли ещё несколько индоктринированных. Они начали обступать Объект Ро со всех сторон, и бежать было некуда. Доктор между тем отвлеклась, осматривая соратников, и Шепард, наконец смерившись с пульсацией в висках, вывихнула Кенсон руку. Женщина вскрикнула от боли и снова обронила пистолет. Остальные люди открыли огонь по Шепард, и капитану пришлось лечь на пол и откатиться за ближайший столб. Кенсон отдала приказ схватить коммандера, а сама поковыляла на выход, запечатав за собой дверь. — Шепард, — раздалось в ухе. — Ответь уже, чёрт тебя задери. Алекс почти рычал в гарнитуру, явно не первый раз не получая ответа. Шепард позволила себе облегчённо выдохнуть. Хотя бы с ним всё было в порядке. Она приложила пальцы к уху и отозвалась: — Я на 157-Голгофе. У них тут штаб по изучению... — Я знаю, — оборвал он её на полуслове. — Нам нужно отсюда убираться и побыстрее. — Где ты? — Скоро тебя догоню. Не смей умирать или я собственноручно передушу каждого, кого встречу. Даже взрывать ретранслятор не придётся. — Подожди, — быстро вставила Шепард. Она сбила волной биотики подошёдших слишком близко солдат и продолжила: — Если не взорвать ретранслятор, Жнецы прибудут через пару дней. — Получишь ты свои взрывы, если хочешь. Насколько всё плохо? Коммандер быстро осмотрела помещение. Враги наступали со всех направлений. С дюжину одурманенных уже находилась внутри, и они всё прибывали. Врать смысла не было. Алекс знал её как облупленную. Она очень хотела бы услышать, что он остался на планете и сможет быстро её покинуть. Но, к сожалению, даже она сейчас понимала, что этого не случится. Если потребуется, заражённый разнесёт комплекс и действительно убьёт каждого, пока не найдёт капитана. И будет очень грустно, если к тому моменту она будет уже мертва. Нельзя сдаваться. Это было бы нечестно. — Плохо, — наконец ответила Шепард. — Они прижали меня в центральном зале. Думаю, смогу пережить несколько волн, но лучше поторопись. Она услышала, как он грязно ругнулся, раздумывая над ответом. Шепард выпустила короткие очереди, убив двоих. Если она хотела выжить как можно дольше, следовало экономить термозаряды. — Ты нужна им живой, — напомнил Алекс. — Но что важнее, ты нужна живой мне. Так что возьми себя в руки и докажи, что не зря носишь значок "N7". Он отключился, и Шепард действительно собралась. Вдвоём они могли что угодно. Оставалось только дождаться. А выживать её учили ещё с молочных зубов. Она активировала биотику и сбила с ног троих нападавших, расстреливая повисших в воздухе беззащитных оперативников. Ей не нравилась мысль, что она убивает своих же. Но Шепард поспешила себе напомнить, что одурманенные уже не были офицерами Альянса. Они обратились в кукол и от хасков отличались теперь только человеческой личиной, истинные обладатели которой не пытались бы её сейчас убить. Спустя несколько минут у неё начало получаться. В ближайших ящиках она нашла лишние обоймы и стимуляторы, и боевой дух возрос. Сначала на неё спускали только мелкие единицы. Космопехи и оперативники, которые только вчера стояли с мензуркой в руках начали заканчиваться, и им на смену отправили ИМИРа. Это было уже пострашнее, потому как обычно с тяжёлыми мехами Шепард расправлялась в команде. Она сняла со спины гранатомёт и пробила синтетику грудную пластину, но этого оказалось недостаточно. Крупнокалиберные снаряды иглами прошивали хрупкую мебель, пока Шепард отчаянно ползла под столами и перевёрнутыми шкафчиками. Она не могла погибнуть. Она обещала. И от неё всё ещё слишком многое зависело. Осколки оцарапали ей щеку, но боли не было. Пока Шепард ещё способна держать оружие, бой не проигран. Она перекатилась через пару плиток на полу и перевалилась через клумбу. ИМИР тут же открыл огонь, но пушка перегрелась. Воспользовавшись уязвимостью, Шепард деформировала его оптику и выпустила вторую ракету прямо в походивший на цифру восемь дисплей. Снаряд раздробил голову робота, и тот отключился, а Шепард облегчённо выдохнула, расчёсывая царапину на щеке. Кровь попала ей в рот и напомнила о найденном тут же панацеллине. Сколько ещё у Кенсон людей? Может, они отступили, поняв, что им не тягаться со СПЕКТРом? Присоединись к нам, Шепард. Служи нам, и мы сохраним тебе жизнь. Слова раздались где-то в затылке, но не было сомнений, что произносил их артефакт Жнецов. Убеди Мёрсера прекратить сопротивление, и вы оба узрите наше Прибытие. Голос принадлежал Предвестнику. Не узнать его было сложно. Объект Ро, похоже, служил каким-то древним средством коммуникации, и Жнец решил воспользоваться им, чтобы вновь потребовать сдаться. Шепард это разъярило, и она только больше уверилась, что доживёт до подхода заражённого. Она вслушивалась и высматривала фигуру в капюшоне, но после уничтожения ИМИРа толпы врагов исчезли, а от артефакта начал исходить интенсивный писк. Сразу за этим Объект Ро вспыхнул энергией, ударная волна которой чуть было не вытрясла из коммандера душу. Шепард поняла, что теряет сознание и повалилась на холодный металлический пол. Её вырвало слюной. Она не ела уже достаточно давно, и желудок был пуст. Тем не менее, язык обожгло кислотой, что только прибавило неприятных ощущений. В глазах двоилось, комната вертелась, словно карусель, а недалёкие шаги, отдавались новыми приступами тошноты. Кенсон опустилась над ней, словно ребёнок над выброшенной на берег морской звездой. — Отнесите в медотсек и подлатайте. Она нужна нам живой.
