Бабочкой на свечу

      Славка — Святослав Калинин, был старым другом Ромки и Андрея, а по совместительству старшим следователем городской прокуратуры. У него-то в кабинете и назначил Малина встречу Жданову. Когда Андрей вошел в его кабинет, Малина со Славкой разливали уже по второй, и, как выяснилось, уже после того, как Роман сдал порцию крови на экспресс анализ.       — О, Дюха приехал, — громовым басом пролаял Славка, — давай подгребай, за встречу нужно опрокинуть. Глянь, Ромку уже подлечили. Сейчас тебя лечить будем. Вот синий какой и круги под глазами. Срочно нужен опохмелятор.       — Нет, ребятки, пить я не буду. У меня сегодня две важные встречи, и вечером мне в форме нужно быть.       Ребята оживились, заговорили на два голоса, начали выяснять для кого это Жданчику вечером в форме быть нужно. Особенно усердствовал Роман.       — Андрюша, только не говори, что для «жены», — и он захохотал, захохотал громко и как-то нагло, — нет, готовит она отменно, но в постель с такою не ляжешь. Нужно будет с собою в кровать фотографии красавиц брать, чтобы хоть что-то получилось.       — Малина, заткнись. И я не шучу. Мы потом с тобой поговорим на эту тему. Ты меня сюда затащил, чтобы выпить? Ромка, ты в курсе, что у нас показ на носу? Ты в курсе сколько у нас работы? Ты идиот, или прикалываешься? Мы вчера два часа разрабатывали план, и теперь ты…       В эту секунду в кабинет вошел молодой симпатичный парень под два метра ростом и с тоненьким девчачьим голоском, судмедэксперт Сережа.       — Святослав Анатольевич вот результаты, — сказал он, протягивая Славке два голубых листочка, — все, как Вы и думали, только этот препарат применяется и у анестезиологов тоже. Поэтому проследить его будет сложно. Роман Дмитриевич, Вы говорили, что в пузырьке были таблетки, это зацепка, хотя и призрачная. У анестезиологов этот препарат в жидком виде.       — Ромка, а что здесь происходит? А? Что за препарат, какой пузырек? Мне кто-нибудь, что-нибудь объяснит? — Андрей начал нервничать.       — Андрюха, я, кажется, вляпался и тебя вляпал. Поехал вчера к Викусе. Сегодня проснулся, голова трещит, ничего не помню, кроме того, что Викуля задавала мне очень много вопросов. Ни каких вопросов, ни что я отвечал, я не знаю. А утром я у нее на кухне нашел пузырек с какой-то гадостью. Мне анализ крови взяли, вот Сережа принес результат. Славка, ну что там?       — Там дура!       — Что? — в два голоса спросили Андрей и Ромка.       — Там дура! Баба, которая давала тебе «Пентотал»* с алкоголем, да еще в количестве двух таблеток, полная и окончательная идиотка. Ромка, скажи, что бы ты мог рассказать выжрав ящик водки за один присест? Что вообще может рассказать труп? Ну, может быть после первых трех глотков ты еще и был на что-то способен, а потом труп.       — Какой труп, блин? Я встал с дикой головной болью, но вполне бодренький.       — Короче, ребята, это так называемая сыворотка правды. Она действует как алкогольное опьянение. С алкоголем ее употреблять нельзя. Эффект от алкоголя усиливается в сотню раз. То есть, выпив пару рюмок с «Пентоталом»* вы становитесь пьяны, как от ведра. Утром просыпаетесь, с головой чугунной, как после паленой водки. Все понятно? Но, хочу предупредить, что минут пять ты был способен что-то рассказывать.       Андрей схватил мобильный и начал лихорадочно набирать номер. На другом конце провода никто не снимал трубку. — Катя, ответь, — шептал он. Ничего, только длинные холодные гудки.       — Ромка, за мной. Быстро, — крикнул Жданов и вылетел в коридор. Ромка успел еще одну рюмку опрокинуть, пожать Славке руку и бросился вслед за другом.       Пока они ехали, Андрей рассказал Малине о вчерашнем Кирином визите, о том, что Катя успела спрятаться, но чемодан и вещи Кира видела. Правда он наплел ей о визите бабушки, но поверила ли она, хрен его знает.       — Ромка, давай ищи слесаря. Срочно нужно сменить замок. Срочно, Ромочка — это сейчас! Любые деньги. И Катя не отвечает, черт!       Когда они поднялись к квартире Жданова, у двери уже стоял мужчина в синем комбинезоне. «А вот и слесарь», — подумал Андрей, открыл входную дверь, предоставив мастеру делать свое дело и вбежал в прихожую. Ромка не отставал.       — Катя! Катя, где ты? — закричал Андрей.       — Опаньки, уже на «ты»?       — Ромка, заткнись. Кааааатя! — Андрей вбежал в спальню, никого. Идеальный порядок и никого. — Каааатяяяя! — Андрей уже кричал и метался. И тут из кабинета вышла Катя. Мгновенно оценив обстановку, спросила:       — Андрей Павлович, Вы меня звали? Что случилось? Почему Вы кричите.       — Ты почему трубку не берешь? — Заорал Андрей, да как заорал. Не как начальник на подчиненную, а как муж, который домой из командировки вернулся, да жену с любовником застал.       — Мало ли кто звонить может. Мы же договорились, что о том, что я здесь никто знать не должен. Вот я трубку и не снимала. Не кричите на меня, пожалуйста.       — Возможно, что о твоем местопребывании уже известно не только нам троим. Прости, что заорал. Я за тебя просто испугался. Сегодня куплю тебе мобильный, его номер будет только у меня, сможешь смело отвечать.       — А что, Роману Дмитриевичу мы уже не доверяем? — с усмешкой спросила Катя.       — А Роман Дмитриевич отличился. Он у нас, Катенька, выпить не дурак. А как выпьет, так сразу выдает врагу «военную тайну». Просто какой-то Мальчиш-плохиш получается.       Ромка засмеялся, Андрей тоже. Сейчас, когда напряжение спало, они могли себе позволить подурачиться. Катя заварила кофе, а к кофе подала сладкие маленькие печенюшки с кардамоном, гвоздикой, корицей и имбирем. И когда только испечь успела? Ромка сластена, уплетал печенюшки за милую душу. Андрей больше кофе наслаждался, сваренным по рецепту его бабушки, уж это он точно знал. Пока они ели-пили, Катя им рассказывала, что она еще придумала, чтобы компании в кризис войти не дать. В общем все были при деле.       — Хозяин, — донеслось из прихожей, — принимай работу.       Работой слесаря Андрей остался доволен и подхватив Ромку за шкирку, потащил его на работу, строго настрого велев Кате никому двери не открывать. Едва друзья оказались в машине, Роман сказал:       — А ведь между вами, Андрюха, что-то произошло. Ты спал с ней? Да? На экзотику потянуло? Ну, и как она? Слушай, Жданыч, а тебе брекеты не мешали?       Андрей остановил машину, повернулся к Малиновскому и, по его посеревшему вдруг лицу, Ромка понял, что шутки кончились.       — Роман, если я готов защищать Катю от всего мира, то неужели ты думаешь, что я позволю тебе вначале жрать то, что она приготовила, а потом говорить о ней в таком тоне. Либо ты начинаешь ее уважать, либо мы с тобой по разные стороны баррикад. Я понятно излагаю?       — Андрюша, ты чего? У нас же никогда не было тайн друг от друга. Я только спросил было ли у вас что-то и не было ли тебе противно. Вот и все?       — Это касается только меня и Кати, было у нас с ней что-то или нет.       — Твою мать. Ты чего влюбился? В Катю Пушкареву?       — Нет, Ромка, не влюбился. Все гораздо хуже. Я ее люблю.

***

      Кира была вне себя. Ну, надо же быть такой идиоткой, оставить пузырек в кухне на столе. Теперь все. Теперь, если мальчики захотят по настоящему, они ее раскрутят. Припугнут тюрьмой, Славика своего подключат и Вика заговорит, как пить дать заговорит. И что теперь делать с проблемой по имени Вика, Кира не имела понятия. Ладно вечером у них с Андреем состоится разговор, может тогда хоть что-то прояснится.