Маски

Iʼm not one to scatter ashes But thereʼs some things that melt the plastic Try and dig down deeper if you can (Thousand Foot Krutch — Welcome To The Masquerade)

      Мне снова снился сон. Только на этот раз он был довольно странный и пугающий: словно я стою посередине улицы, а мимо меня во все стороны нескончаемым потоком бегут люди, одетые все в строгие деловые костюмы, из-за чего выглядели они все, словно сошли с конвейера. И всё вроде ничего… кроме того, что все люди носили маски, наподобие тех, что носили в японских театрах кабуки. Я умудрился заглянуть в глаза одному из людей и не увидел под маской ничего. Словно все они вовсе и не были людьми, а лишь пустыми оболочками, ведомыми за руками кукловода. Только кто кукловод — это осталось для меня загадкой. Неожиданно все марионетки одновременно остановились и посмотрели в мою сторону, отчего стало неподдельно жутко. Потому как несмотря на то, что лиц под масками у них нет, нутром я чувствовал, что все они могут видеть меня насквозь. — Скоро он придёт за тобой. Прятаться и бежать бесполезно, — все как один заговорила толпа и от этого у меня «душа ушла в пятки». Но внешне я старался этого не показывать, хотя колени начали слегка трястись. — Кто придёт и с какой целью? — спокойно поинтересовался у них я. — Скоро сам узнаешь, — ответила толпа. — Неведение — это великое блаженство. Но блаженство — скука. Тебя же нужно подготовить ко встрече. — и все люди в масках (или кто они там на самом деле?), начали собираться в единую, огромную маску-кабуки, состоящую из множества мелких.       После того как гигантская маска была полностью собрана, она открыла рот и в одно мгновение поглотила меня. Отчего я и проснулся, некоторое время не понимая, сон это был, видение или реальность? Настолько правдоподобно всё выглядело, словно вчерашний сон про тот странный пионерлагерь… Э, минутку? Я всё ещё тут. И раз так, то этот лагерь вовсе не сон, а реальность. Значит нужно всё ещё попытаться понять, как и с какой целью я сюда попал, до того момента, пока за мной не явятся. Если то, что я видел, не является сном. Что-то всё как-то слишком запутанно. Ничего не понимаю. Пойду, умоюсь, что ли. Верну ясность мыслям. И только я было собрался пойти к умывальникам, как заметил, что на моём стуле в этот раз оказался странный пакет и два загадочных листа бумаги.       И судя по тому, что вожатой уже не было на месте, а пакет лежал на моём стуле, то можно смело предположить, что вожатая оставила это всё для меня. Посмотрев на часы, я присвистнул: ё-моё, уже полдесятого утра. Сколько же я спал? Завтрак, так точно уже проспал. В любом случае уже хватит валяться в кровати и пора заняться более важными делами. Например, найти что-нибудь перекусить, а после искать выход из этого лагеря.       Решив развернуть пакет, я был приятно удивлён: там было пара бутербродов с сыром и колбасой, одно яблоко и небольшой термос, судя по всему, с чаем. Очевидно, всё это оставила тут для меня вожатая, только наверняка не просто так, от доброты душевной. Что и было подтверждено её письмом ко мне, в котором она говорила о том, что я должен сегодня проставить необходимые подписи в общих кружках, музыкальном кружке, библиотеке и медпункте. И что время у меня на всё это дело до вечера. То есть, проще говоря, вожатая заранее знала, что быстро разобраться с этой бюрократией не получится. Поэтому и позаботилась о моём провианте. Что же, спасибо ей за это. Только до вечера этого довольно мало, если только… я вытащил из шкафа свою сумку и извлёк из неё свой НЗ. А именно небольшую упаковку роллов и пару кусков пиццы, которые я брал с собой в дорогу, направляясь к своей новой интернет-знакомой. Принюхавшись с своим запасам я понял, что их ещё вполне можно есть. Поэтому «прикончив» вначале их, я оделся, взял пакет и обходной лист, закрыл дом на ключ и направился для начала умыться и почистить зубы. А уже после решил пойти за этими подписями.       Спросив у проходивших мимо пионеров, где тут можно умыться, я всё-таки дошёл до умывальников, которые на деле оказались обыкновенными стойками с краном и всего одним переключателем воды. Открыв кран, я попробовал умыться, плеснув себе на лицо воды, даже не измерив до этого её температуру. А зря. Так как вода оказалась просто ледяной. И когда умыться ещё не было особых проблем, чистить зубы в такой воде я не рискнул бы. Тем более делать всё это странным порошком, похожего на мел, вместо зубной пасты. — Физкульт-привет, — бодро поприветствовала Славя, одетая в этот раз в тренировочную форму, видимо, занимаясь утренней пробежкой. — Как спалось на новом месте? Чего на завтраке не был? — И тебе доброе утро, — ответил я, вытираясь довольно жестким полотенцем. — Спалось хорошо, вот и проспал завтрак. Ольга Дмитриевна мне поесть принесла, так что голодать не буду. Теперь вот надо будет подписи ходить собирать, для обходного. Так как я тут новенький, и должен везде отметиться. — Ясно, — ответила Славя. — Помощь нужна? — Я думаю, что сам управлюсь, так что пока нет. Но всё равно спасибо, — ответил улыбнувшись я. Она улыбнулась мне. — Как знаешь, — пожала плечами помощница вожатой. — Я после пробежки с уборкой территории обещала помочь. Так что найдешь меня на площади, если нужна буду. — И отсалютовав мне, Славя побежала дальше, оставляя меня одного возле умывальника. Но чтобы не терять время зря, я тоже решил не тормозить и направиться проходить этот «квест».       Я решил идти строго по списку и первым делом заглянуть в общие кружки — первое здание, которое я видел по приезде в лагерь. Поэтому я без труда нашел дорогу до пункта назначения. Однако, судя по визжащим и сверлящим звукам, доносившиеся по округе, можно предположить что у молодых светил советской науки и техники работа кипела полным ходом. Поэтому я посчитал, что для начала будет лучше вежливо постучаться. Вдруг они сейчас заняты каким-нибудь прорывом в советской инженерии и им сейчас просто не до моего обходного? А может и просто решили расслабиться, потому как я заметил, подсмотрев в окно, что у них на столе стоит початая бутылка, явно с каким-то алкоголем. Хотя с чего я взял, что они это пьют? Может они этим раствором железки протирают? И потом, кто я такой, чтобы судить других? Я ведь сам никогда не пытался и не пытаюсь изменить мир. Я просто стараюсь вписаться в него. Только вот мир отчего-то видимо был против всего, что я делаю. Да и размеры его со мною несравнимы. Чего-то меня опять понесло. Надо бы заняться делом, а то так с катушек недолго слететь. И чтобы вновь не погружаться в свои бредни, я помотал головой собирая мысли в кучу и вежливо постучал в дверь. — Входите, открыто, — послышалось изнутри и я вошёл.       Внутренний интерьер помещения выглядел словно тут проводили обыск: повсюду валялись какие-то железки, шестерёнки, гайки инструменты и прочие технические принадлежности. Посреди помещения стоял большой стол, за которым сидели двое пионеров, с виду напоминавших молодых Шурика и Электроника и мастерили нечто… похожее на робота? Здесь? Робот? Во времена СССР? Да вы шутите. Не может такого быть. Тем не менее, я не подал виду что меня что-то здесь шокировало. Потому как всё что я тут вижу является шоком для человека, появившегося в эру высоких технологий и гаджетов и случайным образом оказавшемуся в пионерлагере времен «Совка». Вместо того, чтобы чему-то удивляться, я широко улыбнулся и протянув обходной сказал. — Добрый день, товарищи учёные. Наша вожатая отправила меня с этой бумажкой к вам на сбор подписей. Не мог бы кто-нибудь из вас расписаться, и я пойду дальше? Изобретатели вначале посмотрели на меня, словно на местного дурачка, а потом немного задумались, обмозговывая новую информацию. — Новенький, да? — прищурив глаз, спросил «Электроник». — Что, так заметно? — поинтересовался я. — Заметно, — ответил за него «Шурик». — Говоришь так, словно из нобелевского комитета и пришёл нам Нобелевскую премию вручать. — Так что расслабься. С нами можно не так официально, — улыбнувшись ответил Электроник, протянув руку в знак знакомства. — Серый. Но все зовут меня Сыроежкой. Из-за фамилии. Сыроежкин я. Или Электроником, потому как на одноимённого киношного персонажа очень похож. — Семён. — представился я, пожав ему руку. — Саша, — представился второй изобретатель, поправив очки, как у киношного Шурика. — Но можешь звать меня Шурик, если хочешь. — Очень приятно, — кивнул я и решил «закрыть» вопрос, по которому пришёл.— Ну так вы мне обходной подпишите? — Почему нет? Давай сюда. — пожал плечами Сергей, беря обходной и поставив на нём свою подпись, вернул эту бумажку мне. — Пожалуйста. — Не хочешь, кстати, к нам записаться? — поинтересовался Шурик. — Не знаю, — задумался я. — Надо подумать. — Записывайся, не пожалеешь. У нас тут весело, — бодро дополнил его Электроник. — Подумаю, — ещё громче ответил я. — Мне для начала с этим обходным закончить надо, тогда и вынесу своё решение, хорошо? — Ладно. Как передумаешь, дай знать — грустно ответили вместе оба изобретателя, возвращаясь к своему роботу. Который явно был женского пола, в виду наличия некоторых… признаков, присущим женщинам. Только помимо этого, робот имел также… подобие больших кошачьих ушей. Что же за монстра они тут делают? В голове тут же всплыли кадры из старого фильма о Франкенштейне, когда в монстра ударила молния, и он оживает, а его создатель в порывах радости кричит: «Оно живое! Живое!». От подобной картины я слегка хихикнул, но к счастью изобретатели ничего не заметили, так как были увлечены своей работой. И чтобы не отвлекать деятелей науки от прорыва в научном прогрессе, я решил продолжить выполнения задания по сборам подписей. К тому же, насколько я понимаю, до обеда осталось не так много времени, а мне ещё столько всего нужно сделать. Хорошо хотя бы до вечера всё успеть.       Следующим пунктом в обходном значился музыкальный кружок. Но стоило мне только выйти из здания кружков, я нос к носу столкнулся с Яной, которая сидела с довольно грустным видом на скамейке, возле здания клубов, при этом что-то держала в руках. И я, как человек воспитанный, не мог пройти мимо, даже не спросив, что случилось. — Привет, — я подсел к ней и улыбнулся. — Чего грустим? Алиса чего наговорила? Так ты не принимай близко к сердцу. Чтобы она не говорила, это явно не со зла. — Да я не из-за этого грущу. Вот, — ответила она, показав того, кто был у неё в руках. А именно жалобно пищащий комок перьев и клюва, с раненным крылом. Одним словом маленький совёнок. Правда, пострадавший. — Миленький, — честно признал я, намереваясь погладить птицу, но взамен чуть не лишился пол-пальца. — Он, наверное, из гнезда выпал, когда летать учился. Вот крыло и поранил. — Да нет. Не выпал, — ответила Яна, слегка погладив птенца. — Гнездо разрушили какие-то мальчишки, ради развлечения забросав камнями. Хорошо хоть ему удалось выжить, а то и его бы зашибло. Вот откуда у людей столько злости? Не понимаю. Ведь этот совёнок никому ничего плохого не сделал. А его чуть камнями не закидали. Где справедливость в этом мире? — Хороший вопрос, — задумчиво произнёс я. — Сам бы хотел знать. — Что это вы тут делаете? — встряла в наш разговор Ульяна. Затем заметив пищащего Совёнка поинтересовалась. — Ой, а это кто? — Совёнок. Я его в лесу на земле нашла, — пояснила Яна. — А я думала совы летающие птицы, а не наземные. — почесав в затылке выдала она. — Так ведь он же ещё птенец, — пояснил я. — Не умеет летать ещё. И не научится наверное уже. — Почему? — не унималась Ульяна. — Гнездо, где он жил, местная шпана камнями разгромила. Он чудом жив остался. — рассказал историю птицы я. — Да что б у них руки у всех отсохли, — в сердцах топнула ногой Ульяна.— Да что бы им… — Не надо, — остановила её поток оскорблений в адрес этих вандалов Яна. — Они ведь, наверное не знали, что высоко на дереве будет гнездо. — И что?! — продолжала возмущаться Ульяна, становясь похожа на колобка. — Это дает им разве право швыряться камнями в беззащитных птичек? А если бы они его вообще убили? — Не убили и то хорошо, — ответил я, вставая со скамейки. — Ладно. Давайте нашего раненого в медпункт отнесём. Вдруг там и для птиц что-нибудь найдётся. — А ты знаешь, как его правильно вылечить? — поинтересовались Яна с Ульяной. — Потому как наша медсестра лечит людей, а не зверей и птиц. — Думаю, справлюсь, — ответил я. — У меня самого дома волнистый попугай, так что я имею представление что делать. Мы втроём направились в сторону медпункта, слегка отклоняясь от очерёдности в моём списке. Ну да ничего. В этом деле главное же результат, а в каком порядке он будет достигнут — это дело десятое. Однако, как назло в медпункте никого не оказалось и нам пришлось ждать Виолетту, параллельно с этим пытаясь успокоить раненного Совёнка, который продолжал жалобно пищать, прося о помощи. — Кто это тут у вас? — поинтересовалась проходившая мимо нас Алиса. — Совёнок, — ответила Яна, показывая птицу. — Правда, милый? Да сестрёнка? — Вечно ты всяких бездомных животных в дом приносишь, а потом нас обеих от блох и клещей дезинфицируют, — поморщившись произнесла Алиса, покосившись на Совёнка. — Тебе не надоело? И мне вот что интересно, девочки, — родители птенца случайно не рассердятся, за то, что вы его сюда приволокли? Я слышала, что совы очень злопамятные и агрессивные птицы. — По-твоему надо было его оставить умирать на холодной земле, так что ли? — даже слегка всплакнула, от чёрствости сестры Яна. — Делайте что хотите. В конце концов, это ваша жизнь и я в неё не вмешиваюсь, — махнула рукой Алиса. — Ульян, не хочешь мячик попинать, пока наша Ольга Дмитриевна нас всех работать не заставила? Та растеряно переводила взгляд с Яны и меня, на Алису и обратно, не решаясь что же ей выбрать. — Да я как-то… даже не знаю, — замялась она, но Яна упростила ей задачу. — Ты иди, если хочешь, — улыбнувшись кивнула сестра Алисы. — Мы тут сами со всем справимся, да Семён?       Я машинально кивнул и тут же почувствовал на себе испепеляющий взгляд Алисы. Словно она меня насквозь лучом лазера прожечь пыталась. Интересно только почему, раз я для неё (как мне кажется), просто друг и ничего серьёзного? Или же она считает, меня уже своей собственностью и не хочет ни с кем делить? Даже с родной сестрой? Кто знает, что у других в голове происходит? В своей бы разобраться сначала. И только когда Алиса с Ульяной скрылись из виду, мне стало намного легче. Словно сняли с плеч целую гору проблем, которую я держал, словно мифический Атлант небесный свод. Главное, чтобы из-за этого мне не пришлось страдать как его брату Прометею, и впоследствии Алиса мне за это решение не выклевала бы печень через темечко. — Доброе утро… пионеры. Вы чего в такую рань и уже ко мне? Болит чего? — поприветствовала нас с Яной медсестра в коротком халате, отпирая ключом медпункт. С виду лет ей было как нашей вожатой (ну может чуть-чуть старше). У неё были длинные чёрные волосы, связанные в длинный тугой хвост, довольно симпатичное лицо и что самое интересное, глаза разного цвета: один голубой, другой карий. Никогда раньше таких людей не встречал. От подобного зрелища я даже забыл зачем мы с Яной сюда пришли, пока она не рассказала ей нашу проблему, показав раненого совёнка. Медсестра внимательно осмотрела птицу и только тогда спросила. — А вы где его вообще нашли? — В лесу. Его гнездо какие-то хулиганы разрушили. Он сам чудом жив, остался, — объяснила Яна. — Пожалуйста, помогите ему, Виолетта Церновна. Вы ведь врач. Медсестра немного задумалась, после чего ответила: — Хоть я и не орнитолог. И уж тем более не ветеринар, сделаю что смогу, — пообещала она, беря птицу в руки. — Эм… Виолетта… извините, забыл ваше отчество? — вставил слово я. — Церновна, -напомнила она. — Что хотел… пионер? — Может вы мне тоже, одну бумагу подпишите, пока я здесь? — поинтересовался я, передавая ей обходной. Виолетта быстро посмотрела на бумажку, потом на меня, потом снова на обходной и спросила: — Жалобы на что-нибудь есть? Корью, скарлатиной, ветрянкой, свинкой другими заболеваниями болел? — спрашивала она. — Всем понемногу. В детстве… то есть в раннем детстве, — исправился я. — На данный момент здоров и жалоб нет. Виолетта ещё раз посмотрела на меня, затем вытащила из кармана халата ручку и расписавшись в обходном, отдала его мне. — Если почувствуешь себя плохо — не медля и секунды сразу ко мне, понял? — напоследок сообщила она, удаляясь с совёнком внутрь медпункта. — Вот и хорошо. Осталось ещё две подписи собрать и даже на обед успеваем, — сообщил я, складывая обходной в карман рубашки. — Я наверное дальше побегу. Пойдёшь со мной за компанию? — поинтересовался у Яны я. — Извини, но нет, — отказалась она. — Дождусь новостей о состоянии совёнка. Без обид, хорошо? — Да ладно, какие обиды? — улыбнулся я. — Я и сам со всем справлюсь. Тогда за обедом встретимся, да?       Яна кивнула, и я направился дальше в свой «поход» уже в одиночестве, параллельно задумываясь, какой же ерундой я тут занимаюсь, вместо того, чтобы искать выход? Потому как во Вселенной ничего просто так не делается. Вот и я, по-видимому попал сюда явно не случайно, а с какой-то определённой целью, которую мне пока не понять. Ну ничего, успею ещё разобраться. Время-то ещё есть? По крайней мере, до следующего автобуса, точно есть.       Следующим пунктом назначения в обходном была библиотека. Я вообще-то не очень люблю читать бумажную литературу, стараясь обходиться цифровыми копиями нужных книг (к тому же я откровенно не понимал, зачем мне вообще тут может понадобиться библиотека? Разве что попросить подробный план местности, когда буду искать выход отсюда. Только боюсь, что после этого вопроса, и впоследствии, раскрытия правды о том, кто я такой и откуда, им придётся вызывать психушку, сочтя меня сумасшедшим). Заметив, что дверь библиотеки чуть приоткрыта, я осторожно заглянул внутрь. В нос тут же ударил запах пыли и типографской краски, отчего я не выдержал и чихнул. Но это, на удивление, не вызвало никакой реакции, со стороны местной библиотекарши, (или библиотекаря). Спит она там, что ли? Как не странно, но эта мысль оказалась верной: зайдя внутрь я увидел миниатюрную девушку в такой же как и у всех пионерской форме, спавшей сидя за столом, подложив себе под голову книгу. У библиотекарши были чёрные волосы, короткая стрижка, симпатичное, но, по-моему, немного хмурое лицо, и большие очки на носу. Ладно, что поделать? Не будить же её только ради того, чтобы подписать мне обходной? Заработалась, наверное, в библиотеке, вот и решила немного отдохнуть. С кем не бывает? Позже значит зайду. Когда проснётся. И только я собрался идти на выход, как нос к носу столкнулся с… Алисой? Уж кого, но её в библиотеке я ожидал увидеть в последнюю очередь. Да ещё и с книгой. И тем более, интересно знать, что же может читать, такая… гм… неординарная личность как она? К сожалению, название книги прочесть не удалось, потому как Алиса тут же спрятала её себе за спину. — Привет, — поздоровался я. — Чего не на футболе? Вы же вроде как с Ульянкой туда собирались? — Вспомнила, что в библиотеку кое-что отнести нужно, — хмуро ответила она, пряча взгляд. — И вообще, это не твоё дело, ясно? — Понятно, — кивнул я. — Куда уж яснее-то? Ладно, ты как хочешь, а я пойду дальше. А то библиотекарша всё равно спит ещё. Потом на обратном пути загляну. — Я уже не сплю, — сообщила нам библиотекарша, став перед нами и поправив очки на носу. — Так что незачем лишние действия делать. Только время терять. Чего у вас? — Дамы вперед, — деликатно решил пропустить Алису вперед я. — Я не тороплюсь. Решай ты сначала свои проблемы, потом я, — сообщила она, отойдя в сторону. Я же пожал плечами и протянул библиотекарши обходной. Та посмотрела сначала на бумажку, потом на меня, затем снова поправила очки и поставив свою роспись, вернула обходной мне. — Если книгу будешь брать, сообщи мне заранее, — объяснила она, — чтоб я читательский билет на тебя оформила. Если больше вопросов нет, не смею задерживать. — Есть один, — вставил слово я. — Меня Семён зовут, а тебя? — Евгения. А теперь, прошу простить у меня ещё дела, — деловито ответила она, переключая внимание на Алису. Я же посмотрел напоследок в сторону пыльных книжных полок, со всевозможной советской литературой и удивился, что тут вообще можно читать? Сплошной марксизм и ленинизм. Такое впечатление что в этом времени вообще другой литературы нет. С этими мыслями я и покинул библиотеку, направляясь к своей конечной цели в обходном листке, а именно к местному храму музыки — музыкальному кружку.       Сколько себя помню, всегда мечтал заниматься музыкой и овладеть хоть каким-то музыкальным инструментом. Но мне вечно чего-то не хватало - то ли таланта, то ли желания. Но раз уж судьба (или нечто другое?) забросило меня сюда, то почему бы не сделать то, о чём я мечтал и поучится чему-то новому? Например, улучшить свой навык игре на клавишных, а то я умею играть только простые мелодии да и то не целиком, а отрывками. Спросив дорогу у проходивших мимо меня пионеров, я довольно быстро дошел до одиноко стоявшего деревянного здания с виду ничем не отличающееся от других. Не считая того, что изнутри доносилась красивая песня на японском языке*, что в сочетание с довольно жесткой для этого времени аранжировкой слушалось вполне эффектно. Интересно кто бы это мог быть? Неужели Яна так быстро меня обогнала и пришла сюда раньше меня? Хотя судя по голосу это была не она, поэтому мне уже безумно не терпелось познакомиться с этим юным дарованием.       Дверь кружка оказалась чуть приоткрыта, поэтому я смог разглядеть в открытую щель исполнительницу: ей оказалась девушка лет шестнадцати, с большими глазами цвета бирюзы, азиатским типом лица, и длинными (я бы даже сказал очень длинными) волосами, цвета морской волны (или по другому — цвета аквамарин), в яркой, цветастой блузке и довольно короткой юбке. При этом она была полностью погружена в творческий процесс и не обращала на меня никакого внимания, что дало мне возможность подойти ближе, чтобы лучше слышать. Слов песни я не разобрал, потому как девушка пела на японском, а во вторых довольно в быстром темпе, в результате чего я изредка слышал только обрывки непонятных слов. Но всё равно было в этой песне (да и в исполнительнице тоже), нечто притягивающее, словно магнетизм какой-то. Когда же она закончила петь, я не удержался и захлопал, чем немного испугал девушку, которая по видимому, гостей сегодня не ждала. Но растерянность быстро ушла с её лица, уступив место доброжелательной улыбки. — Привет. Меня Хацуне Намики зовут. Но ты можешь звать меня просто Мику. Я председатель нашего музыкального кружка, и одновременно единственный его участник. Потому как других сюда силком не затащишь. А как твоё имя? — интересовалась она, ставя инструменты на место. — Семён, — представился я и помог Мику с уборкой инструментов. — Мне вот сказали одну бумажку подписать, вот я сюда и пришёл. — А записаться ко мне хочешь? — с надеждой поинтересовалась она.— Ты играешь на чём-нибудь? Даже если нет — не беда. Я научу! — Да я как-то… даже не знаю, — несколько замялся я, от такого предложения.— У меня было, конечно желание научится играть на чём-то, но вечно не хватало чего-то: то ли таланта, то ли сил, то ли желания. — Но ведь теперь у тебя буду я, — улыбнувшись ответила Мику, и тут же саму себя поправила. — В качестве учителя, я имею в виду. — Я так и понял, — кивнул я. — Ладно. Записывай в свой клуб. Убедила. Мику радостно закивала, поставила на листке две подписи и вернула мне. — Добро пожаловать в наш клуб, — поздравила она меня со вступлением. — Готов приступить к занятиям? — Готов, — ответил я. — Когда начнём заниматься? — Да хоть сейчас, — бодро ответила Мику, но её пыл остудил сигнал, созывающий всех пионеров на обед. — Ну вот, — расстроено протянула она, облокачиваясь на рояль. — Ничего и не успели. — Не переживай, — приободрил её я. — У нас ещё после обеда полно времени будет. — И то верно, — повеселела она. — К тому же это не последний день, до конца смены. Ещё всё успеем. Ну что — пошли обедать? — Ты иди, мне ещё кое-куда заглянуть надо, а потом я сразу в столовую, — сообщил я, пряча подписанный листок в карман шортов. — Хорошо, — кивнула она, не задавай лишних вопросов. — Тогда в столовой ещё увидимся. — Конечно, — заверил её я и вышел из здания музыкального клуба и не раздумывая направился в сторону домика вожатой, чтобы отдать её подписанный обходной и уже со спокойной совестью идти обедать.       Однако у меня внезапно появилось чувство, что будто кто-то за мной наблюдает. Хотя может у меня потихоньку начинается паранойя, вместе с шизофренией, оттого что я считаю это место и всех людей присутствующих здесь реальными? Всё может быть. Однако не стоит расслабляться и при всяком удобном случае продолжать искать зацепки и подсказки на вопрос: почему я здесь и как отсюда сбежать? Ведь из любой, даже порой безвыходной ситуации, должен быть выход. Но пока что это всё только ничем не подтвержденные теории…       Заметив что вожатая лежала на шезлонге перед домом и читала книгу, я невольно улыбнулся. Потому как думал, что должность вожатого подразумевает под собой большую ответственность и постоянное внимание за тем, что происходит в лагере. А оказалось —лежи себе целый день, да ерундой страдай. Хотя, как я понимаю, это ведь совсем необычный пионер-лагерь и поэтому всё, что тут происходит не обязательно должно вписываться в наше привычное представление об окружающем мире и людях. Что-то меня опять не туда занесло. Надо будет после обеда где-нибудь прогуляться, а то того и гляди сам с собой скоро разговаривать начну. — Вот, Ольга Дмитриевна, ваше задание выполнено, — гордо произнёс я отдавая вожатой обходной. — Что, неужели уже все подписи собрал? — не поверила Ольга Дмитриевна, отложив чтение и тщательно проверяя листок, думая что я её разыгрываю. — Ну-ка посмотрим. Мхм… все подписи на месте. И ты даже в музыкальный клуб записался. Молодец. Хвалю. — Рад стараться… Эм… То есть, всегда готов, я хотел сказать, — исправился я.— Можно идти на обед? — Конечно иди. Зачем спрашиваешь? Сигнал же был, значит можно, — поинтересовалась она, пряча листок в кармане. — Просто вы же сами вчера говорили, что я и Алиса под домашним арестом, и что без вашего разрешения, мне и носу из дома высунуть нельзя. И раз уж на то пошло, то вы хотя бы Алису простите, потому как это я первый начал ссору. Вот мне и отвечать, — грустно вздохнув сообщил я.  На что Ольга Дмитриевна умилённо улыбнулась и положила руку мне на плечо. Отчего мне стало одновременно тепло и приятно, но с другой как-то некомфортно. Потому как не знал, что делать в данной ситуации? Она ведь всё-таки как моя непосредственная начальница, а я её починённый. И думал, что с её стороны вообще чужды какие-либо проявления нежностей к другим пионерам. Но теперь вижу, что плохо знаю нашу загадочную Ольгу Дмитриевну. Словно в этот самый момент она была настоящей, а до этого на ней была всего лишь маска строгой и требовательной вожатой. — Я вас обоих уже давно простила, — ответила Ольга Дмитриевна. — И это очень мило, что ты хочешь взять всю вину на себя. Значит, из тебя выйдет достойный советский гражданин. — Спасибо за комплимент, — немного смутился я, от такой похвалы, с её стороны и только сейчас заметил, что машинально взял её за руку, отчего мигом отпустил и спрятал руки за спину. — И за это тоже извините. Случайно вышло. — Ничего страшного, — спокойно ответила вожатая, вставая с шезлонга. — Только в следующий раз так не делай. По крайней мере, на улице, хорошо? Я кивнул и поинтересовался. — Вы обедать идёте? Составить вам компанию? — Не откажусь, — улыбнувшись, ответила она, и мы вдвоём с ней направились на обед.       По дороге болтая о всякой ерунде, как давние знакомые, словно мы знали друг друга уже очень давно, только забыли это. Как будто кто-то стёр эти воспоминания из моей памяти. Кто знает, может мне даже стоит рассказать вожатой правду, о том кто я есть и откуда? Только вот интересно, не воспримет ли она всё мною сказанное как бред сумасшедшего? В любом случае стоит над этим подумать? И трижды взвесить все «за» и «против» раскрытия кому-либо из здесь присутствующих правду о себе, чтобы не нажить себе дальнейших проблем и не лежать в палате с мягкими стенами, одетым в смирительную рубашку, пуская слюни и безумно хихикать, до конца своих дней. Поэтому пока лучше будет помалкивать. По крайней мере до тех пор, пока я не найду того (или ту?) которому могу полностью доверять. Но в данный момент, я подозреваю что все присутствующие в этом месте какие-то странные, даже несмотря на их якобы, абсолютную обычность и повседневность. Хотя с чего вдруг такая паранойя? Неужели я буду верить всему, что говорит внутренний голос. Надо успокоиться. Сейчас вот поем и стресс как рукой снимет. А не поможет — у нас ведь тут есть медпункт и… кстати, как там Яна с раненным совёнком? Интересно, Виоле удалось его вылечить? Надо будет найти Яну или медсестру и всё узнать. Мне ведь тоже небезразлична судьба этого маленького комка перьев, даже несмотря на то, что он мне чуть палец не откусил, при нашем первом знакомстве. Однако, встретив радостную Яну идущую по направлению к столовке, я понял что всё прошло довольно удачно и птица скоро снова вернётся в лоно природы. Или станет у Яны домашним питомцем, как попугай или черепаха. Только, насколько мне известно, сову довольно трудно приручить и они сторонятся людей. Хотя и Яна не совсем обычная девушка, что мне в ней сразу и понравилось ещё при нашей первой встречи. Когда она помахала мне, а я ей, вожатая отпустила меня, и я подошёл к Яне ближе, чтобы более подробно обо всём расспросить. — Привет. Ну и как поживает наш пернатый друг? — поинтересовался я. — Никогда бы не подумала, но Виолетта могла бы стать прирожденным ветеринаром, — восхищенно начала она. — Наложила совёнку шину на крыло, причём он в тот момент даже не пикнул. Вот что значит профессионал своего дела. Только сказала, что ему ещё недели две так походить придётся. — Ну ничего. Главное что он теперь жив здоров и всё с ним будет хорошо, — улыбнувшись ответил я. — Пошли обедать? — Я только за, — согласилась Яна. — А то от всех этих нервов есть захотелось, просто жуть. — Тогда пошли, — сказал я, и мы направились в столовую, стараясь найти свободный столик.       Внутри как всегда было довольно многолюдно, и найти два свободных места оказалось довольно проблематично. Но заметив, что Мику машет кому-то со своего места, я предположил что именно нам с Яной, поэтому мы направились к ней. — Привет. Ты что-то долго ходишь, — обратилась она ко мне. — Я уже думала, что не смогу так долго отстаивать свободное место, — затем обратила внимание на Яну и немного взгрустнула. — И судя по всему зря держала, раз ты не один. — Ничего. Пусть Семён с тобой сядет, а я поищу где-нибудь в другом месте себе местечко. — спокойно ответила Яна и не дожидаясь моего ответа, оставила меня одного с Мику. И так как у меня больше не было других вариантов, я решил сесть рядом с нашей главой музыкального кружка. Но прежде нужно пойти и взять себе (и ей заодно), что-нибудь из еды. — Ты первое будешь? Я на раздачу пойду, тебе принести? — Спасибо, но я как-нибудь сам, — деликатно отказался я, на что Яна пожала плечами и направилась себе за обедом. — Так значит ты вместе с Яной? — поинтересовалась Мику. — Поаккуратнее с ней. Знаешь, чья она сестра? — Знаю, Алисы, — с ходу ответил я. — И не переживай, мы с ней просто дружим, и Алиса совсем не против этого. — Она сама тебе об этом сказала? — продолжила расспрос она. — Слушай, давай я поесть нам возьму, а потом поговорим, хорошо? — предложил я. Мику кивнула и я смог направиться на раздачу сегодняшнего обеда.       На первое давали гороховый суп, на второе котлеты с макаронами, на сладкое же был кисель с двумя галетами. Что ж, по советским меркам кормят тут весьма неплохо. Не сказать, что на убой, но мне вполне хватало. И котлета была из настоящего мяса, а не из сои и хлеба. И вот, пока я занимался тем, что тщательно пережевывал пищу, параллельно стараясь собрать все мысли в одно целое, Мику тараторила почти без остановки, изредка останавливаясь, чтобы съесть ложку супа и продолжить говорить. Странно, по первой нашей встрече, никогда бы не подумал, что она так любит поговорить. Тем не менее, я старался её почти не слушать, изредка кивая и поддакивая, на её вопросы. И до какой-то поры это прокатывало, пока я не заметил, что она внезапно замолчала. Я поднял глаза от тарелки и встретился с её сердитым взглядом. Возможно я упустил что-то очень важное. Но что, вот в чём вопрос? — Семён, — строго начала она. — Тебе что вообще не интересно, о чём я тебе сейчас рассказываю? Честно ответь, я не обижусь, обещаю. — Да нет, очень интересно, — немного замявшись, ответил я. — Просто я кое о чём своём думал, вот и отвлекся немного. А так — очень интересно, продолжай. — Врешь, — раскусила она меня. — По глазам видно. Просто признай, что тебе скучно с такой болтушкой как я, и я тебя больше не буду доставать своими рассказами и вопросами. — Ну… как бы… понимаешь… я, — не нашел что ответить я. — Прекрасно понимаю, — обиженно бросила она, вставая из-за стола. — Извини, что побеспокоила. Оставляю тебя в покое. Приятного аппетита, — и взяв свой поднос с грязной посудой, девушка направилась обратно на кухню, оставляя меня в смешанных чувствах. С одной стороны теперь стало значительно тише и спокойней, без неё, но с другой, я начал чувствовать себя таким… виноватым что ли, перед Мику. Обязательно сейчас же пойду к ней и извинюсь. А то действительно не очень хорошо получилось: она ко мне так по доброму относится, в клуб записала, играть на чём-нибудь обещала научить, в конце концов место заняла в столовке, а я… кто я после этого?       Поэтому я мигом вскочил со своего места, быстро отнёс поднос с посудой обратно на кухню и решил направится в музыкальный клуб. Однако кто я такой, чтобы за себя здесь что-то решать? Вожатая появилась передо мной словно из ниоткуда и перегородила дорогу. — Семён, ты, после обеда ничем не занят? — поинтересовалась она. — Вообще-то есть немного, — сухо ответил я. — Что нужно? — Да так, по мелочи, — туманно начала она. — Там на спортплощадке сетку надо натянуть для игры в теннис и бадминтон. Да и лавки покрасить не помешает. — А почему вы меня об этом просите? Тут у вас есть завхоз или человек, который за порядок отвечает? Вот с него и спрашивайте. А у меня сейчас дела поважнее ваших сеток и лавок есть. Так что пропустите, пожалуйста, — перестав мямлить, ответил я, отчего все присутствующие на мгновение перестали жевать и уставились в мою с вожатой сторону.   Видимо ей стало немного не по себе, и она пропустила меня на выход. И что самое странное, мне было абсолютно наплевать от того что сейчас произошло. Хотя раньше такого со мной не случалось. Может само это место начинает менять меня изнутри? Или тут есть, кто-то такой, который может манипулировать разумом людей. А что? Вполне может быть. Я такое в одном журнале вычитал. — Ты всё сделал правильно, только это зависит ещё и от того, что именно ты хотел этим сделать, — вновь объявился таинственный голос в голове. — Потому как таким нестандартным поведением, ты рушишь всю систему. Мне это нравится. Люблю бунтарей. От них такой каскад эмоций получаешь, что порой одного нарушителя спокойствия надолго хватает. — Кто бы ты ни был, пошел прочь из моей головы, — прошипел в ответ голосу я. На что голос лишь противно рассмеялся. — Шутишь? Нет, дружок. Ты мне ещё нужен для одного важного дела. А после — ступай на все четыре стороны, — пояснил голос. — Так что не рыпайся и всё у тебя будет хорошо. И без фокусов у меня. А то ведь я быстро могу найти тебе замену. — Да кто ты такой, черт тебя побрал? — с ужасом спросил я, от того что реально ощутил инородную сущность, которая пыталась завладеть мной. — Скажем так, я тот, которому не составит труда устроить тут при помощи тебя настоящий ад, и выйти сухим из воды, потому как винить в этом будут все тебя, — холодно и на полном серьёзе произнёс голос. — Так что не делай того, о чём будешь потом жалеть и возможно, отправишь обратно домой целым и невредимым. Ясно тебе? — я молча кивнул. — Вот и чудненько. Можешь развлекаться дальше. И без глупостей, я два раза не повторяю, — после чего замолк, а чужеродная сущность покинула тело, давая возможность свободно говорить и двигаться. И что это было? Видимо я реально сошёл с ума и становлюсь опасен для окружающих. Надо будет позже с этим разобраться. Пока что у меня есть дела поважнее. Например извинится перед Мику и начать учиться играть на каком-либо музыкальном инструменте.       Однако по дороге к музыкальному кружку у меня вновь обострилось чувство паранойи. Причём я мельком снова заметил, торчащие из кустов, большие кошачьи уши. И даже помотав головой из стороны в сторону, они не исчезли. Даже наоборот — неожиданно из кустов появилась голова этого существа…, а точнее девушки с милым на вид личиком и глазами желтого цвета. Такого поворота событий я вовсе не ожидал, поэтому на мгновение застыл на месте, отчего эта странная девушки хихикнула и полностью выйдя из своего укрытия. Девушка-кошка (как я её пока что решил назвать) оказалась одета в короткое платьице коричневого цвета, из-под которого выглядывал… длинный хвост. Вот это уже действительно необычно. И очень странно. Девушка пристально смотрела на меня, отчего стало одновременно неловко и страшновато. Потому как понять, что можно от неё можно ждать — было совершенно невозможно. — Ты… кто? — нерешительно спросил её я, не надеясь что она меня вообще понимает. Но на удивление довольно быстро получил ответ. — Я — это я. Неужели не видно? — ответила она, мило улыбаясь и покачивая хвостом из стороны в сторону. — Это понятно, но… у тебя есть имя? — продолжил расспрос я, решаясь подойти ближе. — Не знаю, — пожала плечами она. — Верней — не помню. Может было когда-то, но видимо я забыла. — Как можно было забыть собственное имя? — шепотом удивился я, а вслух спросил. — Ну, а что или кто ты за существо? — В смысле? — удивилась она. — Я такая же как ты. — Ну да, если не учитывать что ты другого пола и кошачьи уши с хвостом. А так, никаких отличий, — фыркнул я. — Ладно, не важно. И если ты не помнишь или не знаешь, как тебя зовут, то тогда я буду звать тебя… допустим Юлей. Потому как ты одну мою знакомую напоминаешь… из прошлой жизни. Как тебе такой вариант? — Юля, — задумчиво проговорила она, как бы примеряя на себя это имя. — А что? Мне нравится. — Вот и хорошо, — кивнул я. — А я… — А ты Семён. Я знаю, — опередила она с ответом меня, чем удивила меня. — Откуда? — настороженно поинтересовался я. — Так ты же не первый раз уже со мной разговариваешь. Только, наверное, забываешь про это. Словно всё для тебя начинается сначала, — пояснила она, чем ввела меня в полный ступор. — Эээ… Не понял? То есть ты хочешь сказать, что я с тобой уже знакомился до этого? — спросил я. Юля кивнула. — Странно. Тогда почему я этого не помню? Девушка-кошка пожала плечами, и только было хотела что-то ещё сказать, но видимо испугалась скрипа двери музыкального кружка и снова спряталась в кустах, оставляя меня наедине с новым ворохом вопросов. Что она имела в виду, говоря про не первую с ней встречу. Неужели тут есть кто-то в точности такой же как я. Тогда это ещё более странно, чем тот голос у меня в голове. Эх, надо было и про него у Юли расспросить. Вдруг она ещё что-то знает. — Чего пришёл? — сухо поинтересовалась Мику выглянув наружу. — Решил: раз добивать меня, то окончательно? Так я без тебя знаю, что много болтаю. И не то, что нужно. Но что я могу сделать? Раз человек я такой, — она шмыгнула носом и потупив взгляд, хотела снова скрыться в своём музыкальном клубе, однако я не дал этого сделать. — Ну чего ещё? — раздраженно бросила она, даже не смотря в мою сторону. — Прости, если чем-то тебя обидел. Это вышло случайно, — вставил слово я. — Это всё? — спросила Мику, посмотрев на меня взглядом говорящим о том, что одними извинениями я тут явно не отделаюсь. — Не совсем. Помнишь, ты обещала меня научить на чём-либо играть?— использовал последнюю попытку я. — Так вот я готов обучаться. — Давай не сегодня, ладно? — кисло произнесла Мику. — А то я чего-то устала. — Как скажешь, — согласился я. — Тогда давай завтра? На что владелица музыкального кружка призадумалась. — Я подумаю, — туманно ответила она, и кокетливо улыбнувшись, закрыла двери музыкального кружка и добавила. — Можешь меня даже до моего домика проводить, если, конечно, тебе ещё не надоело моё общество. — Спрашиваешь? — фыркнул я. — Конечно провожу. О чём разговор?       Мы неспеша направились в сторону домика Мику, болтая о всякой ерунде. Вернее она болтала, а я по большей части молчал и иногда поддакивал, чтобы поддержать разговор. И отчего-то в тот момент мне казалось, что и Мику не так проста, как казалась на первый взгляд. Словно за этой маской простой девчушки-болтушки - хохотушки скрывается тонкая творческая натура, которую Мику глубоко спрятала от всех, чтобы никто не узнал какая она на самом деле. Но зачем? Зачем притворяться тем, кем ты не являешься, если только тобой не движут какие-либо злые помыслы? Кто знает, какие скелеты в шкафу прячут обитатели этого странного пионерлагеря? Короче, надо не терять бдительность и быть тут со всеми настороже. Потому как я не нашел ещё того человека, которому могу тут полностью доверять.       Проводя Мику до домика, мы с ней ещё немного постояли у входа, друг напротив друга, уставившись каждый себе под ноги. — Ну… мне пора, — первой сказала Мику, прерывая затянувшуюся паузу. — Спасибо, что проводил и в общем… вот. — Да не за что, — промямлил в ответ я. — И ты это… ну… прости меня, ладно? За всё прости, что я наговорил. Честное слово, я не хотел и… — Ничего страшного, — тепло улыбнулась она. — Я уже тебя простила. Так что не переживай. — Тогда на ужине увидимся? — спросил я. — Безусловно, — заверила она, и скрылась за дверью домика, оставив после себя тонкий цветочно - ягодный аромат.       Я лишь мечтательно вздохнул и побрёл куда глаза глядят, коротать время до ужина. И сам не заметил, как пришёл именно на то место, где впервые встретил Яну. То есть к лесному озеру. Только на этот раз на берегу прямо на земле сидела Юля, и посыпала грибы каким-то белым порошком. Отчего мне стало немного смешно. — И что это ты делаешь, можно узнать? — поинтересовался я у кошкодевочки. — Сам не видишь? Грибы сахаром посыпаю, чтобы росли быстрей, — на полном серьёзе пояснила она. — Зима ведь не за горами. А запасы у меня только на половину собраны. — А здесь значит и зима бывает? — заинтересовался я, подойдя ближе. — Ну… да, — нерешительно ответила Юля, перестав «кормить грибы». — Вернее должна быть. Разве нет? — Тебе лучше знать, — сказал я, присаживаясь рядом. — Как давно ты тут обитаешь? — Сколько себя помню, — пыталась вспомнить она. — А где твои родители? — продолжал расспросы я. — Я одна с самого рожденья тут живу. О родителях ничего не помню, — хмуро ответила она, затем обижено добавила. — И вообще, что ты мне тут допрос устроил, словно я в чём-то виновата?! — Просто интересно, — начал оправдываться я. — Не хочешь — не отвечай. — Тихо, — шикнула на меня Юля и повела ухом. — Слышишь, идёт кто-то? — Да нет тут никого, что-то ты выдумываешь. Да и кто сюда вообще прийти может? — заверил её я, но тут же заметил, что Юли и след простыл, а неподалеку послышались чьи-то всхлипывания. Недолго думая, я вооружился тем что попало под руку (увесистым камнем), и решил отправиться на разведку, чтобы не быть застигнутым врасплох. Но какого же было моё удивление, когда я увидел Алису, сидевшую на пне, и растиравшую слёзы по щекам. А её правый глаз теперь «украшал» здоровенный фингал. — Привет, а что ты тут делаешь? — решил показаться из своего укрытия я. — Не твоё дело, отвали! — огрызнулась она, отворачиваясь. А когда я попытался положить руку ей на плечо, то скинула её. — Кому сказала, отвали?! Русского языка не понимаешь?! — Да я просто посочувствовать хотел, вот и всё. — честно ответил я. — В *** твоё сочувствие, — выругалась она, чем немного меня удивила. — Никогда бы не подумал, что приличные советские девушки, могут так выражаться. — признал я, на что Алиса даже немного повеселела. — А кто сказал, что я приличная? — на мгновение улыбнувшись ответила она, но затем вновь погрустнела и закрыла лицо руками. — Просто уходи. Не хочу, чтобы кто-то видел меня такой… такой беспомощной. — Ты хоть скажи, кто это сделал? — использовал последний шанс я. — Я его знаю? — Да. И даже больше, чем нужно было бы знать, — сухо ответила она, успокоившись и вытерев слёзы. — Потому как это со мной сделала моя родная сестра Яна. От такой новости у меня глаза на лоб полезли от удивления. Вот тебе и дитя природы. А с виду такой тихой и скромной казалась. Хотя в тихом омуте всегда кто-то не тот водится… — Эмм…, а ты уверена, что это была она? — нерешительно спросил я, на что Алиса посмотрела на меня как на идиота. — Ну может там темно было, и ты рассмотреть, как следует не успела... — Не веришь и не надо! — возмутилась она вставая с пня. — Больно хотелось тебе правду рассказывать. Только не удивляйся потом, что сам будешь с фонарём под глазом ходить, — и с этими словами Алиса ушла обратно в сторону лагеря, оставляя меня в полной растерянности. Ибо я не знал кому здесь можно верить, поэтому не могу безоговорочно становиться на чью-либо сторону, но и в стороне оставаться в стороне тоже будет не правильно. Что же делать? — Рано или поздно всегда нужно будет делать выбор Сеня, — ответил на мои мысли довольно знакомый голос. — Иначе, если его не сделаешь ты, за тебя его сделает кто-то другой. — Кто ты такой? И как я сюда попал? Мне нужны ответы! Отвечай, сейчас же! — истерично завопил неизвестному я, чем вызвал у того лишь скрипучий смех. — Ты сейчас не в том положении, чтобы угрожать мне, — пояснил голос и меня всего словно парализовало. Я не мог пошевелить даже пальцем. — Так что будь паинькой, слушайся меня и возможно останешься в живых, понял? Я с трудом кивнул, и, обретя способность двигаться, просто рухнул на землю. — И потом ты задаешь совершенно не правильные вопросы. Не важно кто я и где ты. Главное — зачем ты здесь? — пояснил голос. — Ну и зачем же я здесь? — хрипло поинтересовался я, потирая шею, словно меня душили. — Чтобы найти свою цель и предназначение в этом мире, — пафосно ответил тот. — И какое же у меня может быть предназначение? — заинтересовался я. — А это Сенечка… правильный вопрос, — туманно ответил голос умолкая и оставляя меня наедине со звуками природы.       Немного поразмыслив я решил перебраться туда, где безопаснее. А именно поближе к лагерю, чтобы освежиться и привести мысли в порядок. Всё это просто очередной сон, бред, паранойя и когда я снова вернусь домой, то буду просто смеяться, вспоминая эту историю. А ничто так не освежает, как ледяная вода из крана умывальника. Но стоило мне только начать водные процедуры, как кто-то подкрался ко мне сзади и закрыл глаза. — Угадаешь кто? — весело спросила сестра Двачевской. — Ха, ха, ха. Очень смешно Яна, — наигранно посмеялся я. На что она посмотрела на меня через плечо. — Что-то не так? — поинтересовалась она. — А будто ты сама не знаешь. — взбрыкнул я. — Нет, — пожала плечами она. — Может расскажешь, что случилось? — А может это ты объяснишь, за что с Алисой подралась, — аргументировал в ответ я, чем сильно удивил Яну. — Я?! Ударить Алису?! Да у меня и в мыслях такого не было, чтобы руку на родную сестру поднять, — пояснила она. — Точно? — прищурился я, смотря на неё с подозрением. — Честное пионерское, — твёрдо ответила она. — Но, если это точно была не ты, тогда кто же поставил Алисе… — хотел было спросить я, но услышал приближающийся разговор, и решил что нам с Яной стоит спрятаться, чтобы никто не видел нас вдвоём. И спрятались мы как раз вовремя, потому как в то же мгновение к умывальникам подошли Алиса с Ульяной, о чём-то споря друг с другом. — А я говорю, что так поступать нехорошо, — «нападала» на Алису Ульяна.— Ты вообще о других когда-нибудь думаешь, кроме себя? — Ой, я тебя умоляю, — фыркнула Алиса включая воду, — Не строй из этого трагедию, ладно? Тем более давно надо было проучить этого наглого, заносчивого, самодовольного… — Да ты походу того, подруга, — прищурив глаз лукаво произнесла Ульяна. — Чего «того»? — не поняла Алиса. — Втюрилась ты в новенького походу, вот что. Поэтому всё с фингалом и подстроила, да? — выпалила Ульяна. — Чего? — скривилась Алиса. — Я?! В этого… Что, сильно заметно, да? — Невооружённым глазом! — ответила Ульяна. — Кстати про глаз, спасибо, что напомнила. А то целый день бы так проходила, — вспомнила Алиса и ополоснувшись, не оставила от своего «фонаря» и следа, что, например, меня довольно разозлило. Я был готов в ту же секунду выйти из кустов и высказать Алисе всё, что о ней думаю, но Яна меня вовремя остановила, сказав, что это не выход из ситуации и что нужно просто научиться прощать. Поэтому я пока что решил не торопиться. Потом ей как-нибудь отплачу той же монетой. Когда же эти закадычные подружки ушли, мы с Яной вышли из кустов, и я с большим трудом сдерживался, чтобы не начать материться. — Ну я ей покажу. Она у меня до конца жизни мою шутку запомнит, — начал вынашивать план мести я. — Не стоит оно того, Сень, — пыталась меня образумить Яна. — Плохими поступками — добра не сделаешь. — И что ты предлагаешь? — поинтересовался я. — Она ведь явно хотела нас поссорить, и всё из-за дурацкой ревности. Яна улыбнулась в ответ. — Иногда ревность толкает людей на безумства или же дурацкие поступки. Не переживай, я за всё время что живу с Алисой, давно привыкла к подобным шуткам и научилась смотреть на всё с юмором, не обижаясь. Да и то, что ты ей нравишься тоже здорово. Может у вас, что и получится. — В смысле? — не понял я. — В том смысле, что я могу помочь тебе наладить с ней контакт. Если ты этого хочешь, — пояснила Яна, чем заставила меня задуматься. А действительно — нравится ли мне Алиса, как ей нравлюсь я? Этого я пока однозначно не знал. Поэтому и рисковать тоже не хотелось. — Спасибо Яночка, но… как-нибудь в другой раз, хорошо? — поинтересовался я. — Как скажешь. — пожала плечами она.       Неожиданно у меня резко и сильно разболелась голова. Поэтому я решил пока есть время до ужина, пойти прилечь отдохнуть. В конце концов имею ли я право на заслуженный отдых, после столь разветвленного квеста?       Проходя мимо домика Алисы и Ульяны (который выделялся черным флагом с черепом и костями на двери, словно говорящий сам по себе: Не влезай! Убьёт!), я заметил, что дверь чуть приоткрыта, поэтому осторожно решил посмотреть что же там внутри происходит. — Стой! А что это ты тут делаешь?! — в шутку крикнула Ульянка посмотрев через дверной проём. От чего я слегка дрогнул, попятился назад и споткнувшись упал плашмя на спину. Надо мной тут же повисла растерянная мордашка Ульянки. — Ты как? Живой? — спрашивала она, помахав рукой перед моим носом. — Когда цветут ромашки в заброшенном саду… — стал нести всякий бред я, чем видимо её немного испугал. К счастью я быстро пришёл в себя, когда Ульяна на меня упала, пытаясь поднять на ноги. Я помотал головой из стороны в сторону и спросил: — Что случилось? И почему мы лежим на полу? — Ты вначале упал, потом какой-то бред, про ромашки и сад нести начал, — стала перечислять она, всё ещё продолжая лежать на мне. И хоть она маленькая, но уже была весьма увесистой девочкой. — Это, конечно очень информативно. Но может слезешь с меня уже, — посоветовал я ей. — А что? Тебе разве не нравится, когда на тебе лежат? — кокетливо поинтересовалась она, чем ввела меня в ступор. — Ты это на что намекаешь? — не понял я. — Как на что? Насиловать будешь? Или как? — спросила она, чем ещё сильнее огорошила. — Чего? — Ошарашено спросил я. — Ты вообще соображаешь, что говоришь? На что Ульяна, лишь досадно вздохнула, слезла с меня и снова пыталась помочь подняться. Но я встал сам, вежливо отказавшись от её помощи. — Уже и пошутить нельзя. Совсем шуток не понимаешь, — обиженно буркнула она, становясь похожа на обиженного колобка. — Дурацкие у тебя шутки, — бросил я, чем ещё сильней обидел Ульяну, на что она ответила возмущенным вздохом и толкнула в плечо. — Сам ты… дурака кусок, — ответила рыжая бестия, прожигая меня мстительным взглядом. — Чего вообще припёрся? Не видишь что ли чёрный флаг на двери? Это «рыжая гавань» и всяким не рыжим умникам тут делать нечего. Я слегка хихикнул, но тут же снова принял серьёзный вид, когда Ульянка грозно на меня посмотрела. — А я может, хотел вступить в ваше общество. Я для этого даже перекрасится готов и бандану по типу пиратской себе сделаю, только чтобы в ваш клуб вступить. Можно? — поинтересовался я, чем теперь вызвал у Ульяны приступ хохота. Не долго думая я тоже присоединился к её веселью. Но это продолжалось недолго: появившаяся из-за угла Алиса, заставила нас вновь принять серьёзный вид. Причём сама она была явно не в духе. — Привет Алис, а мы тут с Семёном как раз… тебя дожидаемся, — сообщила Ульяна закрытой Алисой двери. — Чего это с ней? — поинтересовался я. — Не знаю, — пожала плечами Ульяна. — Сама её первый раз в таком состоянии вижу. — Она постучала в дверь. — Пошли вон! — послышалось от Алисы. А когда я решил заглянуть внутрь, чтобы понять что происходит, то чуть не получил по голове гитарой. — Двачевская, ты что сдурела?! — крикнул я, когда оказался снаружи. — Больно надо мне всяких шпионов доморощенных слушать! — крикнула в ответ она. — Я же не специально, — стал оправдываться я. — Откуда я знал, что ты тоже к умывальникам пойдёшь? И зачем весь этот спектакль вообще нужно было устраивать? — Потому как тебе до всех тут есть дело, кроме… а, ладно, не заморачивайся. Больше не буду вам докучать. — грустно послышалось из-за двери. — Кому это нам? — поинтересовалась Ульяна. — Ты то здесь причём? — фыркнула Алиса. — И вообще в разговоры взрослых не лезь, ясно тебе? — Да я… да ты… да… — не нашла что сказать Ульяна и разревелась бы, если я не положил руку ей на плечо, чтобы утешить. — Грубо Алис, — отчитал её я. — Мы ведь тебе помочь хотим. Сочувствуем. Переживаем. А ты так себя ведешь. Нехорошо... — Тоже мне философ нашёлся, ***, — выругалась Алиса. — В своей башке разберись, а потом уже в другие лезь! — Алиса, — пристыдил её я, прикрыв на секунду Ульяне уши. — Здесь же Ульяна. Хоть бы её постеснялась. — Она уже не маленькая и должна понимать, как устроен этот мир, — ответила она. — А теперь отвяжитесь оба. Мне нужно побыть одной. Можешь идти к своей любимой Яночке. Не буду вам больше мешать. — Так ты что, реально подумала что я с твоей сестрой… типа вместе? — пытался понять я. На что Алиса открыла дверь и уставилась на меня, словно на клопа, которого намеревалась раздавить. — Я же не слепая. И не тупая, — печально вздохнув, ответила она. — Я вижу как вы смотрите друг на друга. Поэтому и… ревновала тебя к ней. Думала, что если у тебя с ней не выгорит, ты на меня внимание обратишь. Не получилось. Что ж, будьте счастливы и простите меня за все те пакости, что я вам делала. — Погоди, сестрёнка, — остановила Алису Яна, прежде чем её сестра снова закроет дверь. — Чего тебе, дитя природы? — сухо спросила Алиса. — Есть минутка? Поговорить надо, — сообщила Яна, и прежде чем скрытся внутри домика, поспешила успокоить меня с Ульяной. — Не переживайте, всё будет хорошо. Мы просто поговорим по душам. — Смотри, как бы Алиса тебя не придушила! — сморозила Ульяна, отчего я сердито нахмурился, а Яна лишь улыбнулась. — Не беспокойтесь за меня. Всё будет хорошо. Мы ведь сестры и всегда поймём друг друга. — тепло ответила она и скрылась внутри домика, закрыв за собой дверь, очевидно рассчитывая, что я с Ульяной пойдём по своим делам, но мы вовсе и не собирались уходить, пытаясь подсмотреть и подслушать, что же там происходит. — Ну как, видно что-нибудь? — шёпотом спросила Ульяна пытаясь подслушать под дверью, в то время как я пытался рассмотреть, хоть что-то в окно. — Ничего, — честно признал я, тщетно пытаясь хоть что-нибудь разглядеть через щель от занавесок в окне. — А у тебя, слышно что-нибудь? — Разве что только обрывками и то не всегда приличное. — ответила она, сильнее прижимаясь к дверям.       Я уже был готов подумать что угодно, как вдруг заметил, что рядом с нами промелькнула какая-то подозрительная тень. И нет, чтобы остаться на месте и продолжить наблюдение — я решил всё бросить и пойти на поиски этой странной и загадочной тени, даже, несмотря на все протесты Ульяны не уходить далеко. Я словно чувствовал, что мне нужно искать именно эту таинственную тень. Что именно она ключ к разгадке, почему я здесь. И я бы ушёл, если бы не одно но. Очевидно Ульяна, не найдя другого способа меня остановить, решила избавить меня от этого наваждения, как делают в сказках — то есть поцеловала. И на удивление это сработало: я пришел в себя вновь начиная понимать кто я и где нахожусь. А рядом со мной стояла красная, как пионерский галстук, Ульяна и стыдливо уставилась в пол. — Спасибо что спасла. — поблагодарил её я. — Да ладно, чего уж там? — смущённо ответила она. — Только давай не будем никому говорить что тут было? Особенно про наш с тобой поцелуй. Хорошо? Я сделал вид, что закрыл рот на замок и выкинул ключ. Ульяна проделала тоже самое. И как раз вовремя, потому как двери домика открылись и на пороге появились стоявшие в обнимку сёстры Двачевские, продолжая что-то весело обсуждать друг с другом. — Ну как всё прошло? — с нетерпением спросили мы с Ульянкой. — После содержательной беседы и некоторых моих весомых доводов, мы пришли к выводу, что ты и Алиса будете хорошей парой. — гордо объявила Яна, чем повергла меня в полный шок. — То есть, проще говоря, ты меня ей сватала там, так что ли?! — начал закипать от возмущения я. — Можно и так сказать, — кокетливо подмигнула мне Алиса. — Просто мы не стали из-за тебя лишний раз ссориться и пришли к кумпро… компру… короче одному и тому же решению. — Вы что, обе свихнулись что ли?! — завелся я. — Я что, по-вашему: игрушка или домашний зверь, которого можно передаривать из рук в руки?! — Но я же как лучше… — хотела было возразить удивлённая Яна. — Ничего не хочу слышать! — резко обрубил я. — Так что извините, но теперь уже мне нужно побыть одному. Всем спокойной ночи!       И с этими словами, я развернулся и продолжил свой путь к домику вожатой, даже несмотря на сигнал пионерам собираться на ужин, иногда слегка чертыхаясь, отчего проходившие мимо меня пионеры, шарахались от меня, словно от прокаженного. Даже проигнорировал Мику, которая звала меня на репетицию. Открыв дверь своим ключом (очевидно вожатая уже ушла в столовую), я снял обувь и прямо в форме завалился на кровать, уставившись в потолок. Я хотел просто немного полежать и привести мысли в порядок. Но неожиданно на меня накатила вселенская усталость, отчего я залез под одеяло, намереваясь поспать. И даже не заметил, как провалился в глубокий сон. Последнее о чём я успел перед этим подумать, так это про поцелуй Ульяны. Откуда она вообще была уверена, что это сработает? И потом какое ей до меня дело, чтобы спасать из разных передряг? Может я ей тоже не безразличен? Если так, то из нас вышла бы неплохая пара, будь она чуть старше. По крайней мере, она точно не стала плести различные интриги за моей спиной.