Маски

I'm not afraid I'm not ashamed I'm not to blame Welcome to the masquerade (Thousand Foot Krutch - Welcome To The Masquerade)

      Мне снился очередной странный сон: словно я оказался среди нескончаемого потока очередных чудиков в традиционных японских масках и чёрных балахонах, бесцельно снующих туда-сюда. Но стоило мне только коснуться одного из них, как все ряженые чудики растаяли как утренний туман. Все… кроме одного. Последний «ряженный клоун» стоял прямо напротив меня. И какого же было моё удивление, когда до меня дошло – это был я. Причём все старания снять маску и весь этот странный наряд, не увенчались ничем. Маска и костюм, словно стали со мной одним целым. Неожиданно для самого себя я начал истерично хохотать, а затем сильно двинул кулаком по своему отражению. Причём так сильно, что умудрился расколоть, маску пополам и когда та упала с лица отражения, я увидел под ней голый череп, который скалился в злобной усмешке, отчего я даже почувствовал, как покрылся холодным потом от ужаса. - Кто ты такой? Чего ты хочешь от меня? – нерешительно поинтересовался у него я. - Зови меня Гардом, - представилось существо. – А хочу я от тебя, то же что и от всех остальных –развлечений. - И ты используешь меня для этих целей? – возмутился я. На что Гард пожал плечами. - А что такого? - как ни в чём не бывало, ответил он. - Для меня вы, смертные, изначально были лишь источником пищи. Но когда еды становится в избытке начинают появляться иные потребности. Например, в развлечениях. - Но ведь все мы живые люди, - пытался воззвать к его совести я. – Нельзя обращаться с нами как с игрушками. - Вы, смертные, теперь для меня не только источник пищи, но и весёлые игрушки, которые, к сожалению имеют свойства ломаться, - пояснил монстр. – Но вместо того, чтобы чинить поломанные вещи, я всегда могу сделать ещё. И не вздумай мне мешать, не то познаешь меня в гневе! - в этот момент глаза черепа вспыхнули странным фиолетовым пламенем и... я вскочил с кровати, всё ещё обливаясь холодным потом.       Затем осмотрелся по сторонам и понял, что это всё тот же странный пионерлагерь со своими странными, и одновременно невероятно нормальными обитателями. Тогда что за бред мне сейчас снился? И что это вообще за тварь, которая со мной общается через сны? Ничего не понимаю. Надо бы пойти умыться и попробовать собрать мысли в кучу.       Заметив что Ольга Дмитриевна всё ещё спит, я осторожно взял пакет с умывальными принадлежностями и вышел из домика, направляясь в сторону умывальников, по пути пытаясь вспомнить ещё и события вчерашнего дня. Помню, что сильно поругался с Алисой и Яной, правда причину уже не помню, ещё помню… что меня целовала Ульяна. Только делала она это для того, чтобы спасти меня от какой-то зловещей тени, за которой я хотел ночью отправиться в лес и наверняка сгинул бы там, если бы не познания сказок Ульяны о том, что почти любое колдовство можно снять поцелуем. Интересно, а она заранее знала, что это сработает или действовала наобум? Одно знаю точно: сегодня лучше мне не показываться ни Яне, ни Алисе, ни Ульяне. Во избежание дальнейших проблем. Пусть пока всё более-менее утихнет, а я займусь другими делами. Например, попробую поискать возможный выход отсюда, пока этот Гард со своей свитой не добрался до меня в реальности. - Привет. Что-то ты рано сегодня? – поздоровалась Юля, вновь появившись из ниоткуда. - Не спится чего-то, - вяло буркнул я, продолжая путь к умывальникам. – Всё кошмары какие-то донимают. - Тебя тоже? – удивилась кошкодевочка, отчего я даже остановился. - В смысле? – не понял я. - Я уже которую ночь подряд каких-то странных людей вижу в снах. Они все в масках и чёрных одеждах, -рассказала она. – И всем им что-то от меня надо. – То есть ты хочешь сказать, что видишь те же сны, что и я? – уточнил я. - Судя по всему да, - задумчиво ответила она. - Но разве такое возможно? Юля пожала плечами, потом повела ухом и в одно мгновение исчезла из поля зрения, почуяв что кто-то идёт. А точнее бежит. Это была всё та же Славяна, всё в том же спортивном костюме. Видимо пробежку она устраивает себе каждое утро. Чего не скажешь обо мне. Я бегать не очень люблю. Дыхания не хватает. - Физкульт-привет, - бодро поздоровалась помощница вожатой, продолжая бег на месте. – Чего вчера на ужине не был? - Есть не хотелось, вот я и пошёл спать пораньше, - отмахнулся я. - Ясно. А чего встал так рано? До подъёма ещё около часа. Или тоже решил здоровый образ жизни начать вести? – продолжила расспросы помощница вожатой. - Не совсем, - ответил я. – Кошмары снятся, вот и не спится. - Понятно, - задумчиво протянула Славя, но не стала вдаваться в расспросы, что, да почему. – Ну что же – бывает. Меня вон, тоже несколько недель подряд кошмары мучили, а теперь всё нормально. Всё потому, что я перестала перед сном забивать голову всеми дневными проблемами, говоря себе: «утро вечера мудренее». И как следствие спокойно засыпала. - Ясно, - кивнул я. – Спасибо за совет! Если не возражаешь я бы хотел всё же пойти умыться. На завтраке ещё встретимся. - Конечно-конечно. Не смею задерживать, - улыбнувшись ответила Славя, продолжая свою пробежку. Я же дошёл до умывальников, и пару раз ополоснувшись ледяной водой, окончательно проснулся. А всё-таки Славя права: не стоит забивать себе голову лишними переживаниями и проблемами, когда своих вагон и маленькая тележка. Может никто и не обиделся вчера на мои слова, а я тут себя накручиваю. - Привет, - устало буркнула подошедшая к умывальникам Алиса. – Чего не спишь? - Могу задать тебе тот же вопрос? – дружелюбно ответил я, на что Алиса улыбнулась приклеенной улыбкой и резко открыв кран, облилась с ног до головы. - Вот же ***! – Выругалась она, отряхиваясь от воды. - *** утречко началось! Просто ***! - Ты не могла бы так ярко не выражать свои эмоции? - попросил её я. – А то всех разбудишь. - Да мне *** на всех, - грубо ответила она. – Меня вообще тут не должно было быть. - Что ты имеешь в виду? – осторожно спросил я, навострив ухо. Вдруг она такая же случайная жертва обстоятельств, что и я, и попала в этот лагерь по недоразумению? - Что «имею», то и «в виду», - буркнула Алиса, продолжая отряхиваться. – Меня с Янкой вообще в другой пионерлагерь направляли поначалу. На море. Но моя «любимая сестрёнка» настояла на этом недоразумении, где мы сейчас – в этом зачуханом лагере, да ещё и на речке. - А что такого? – пожал плечами я. – Река бывает не хуже моря. Причем иногда даже чище, из-за подводных течений. - Мне пополам, эти твои течения, - отмахнулась Алиса. – Я хотела поехать к морю, и всё тут, - и тут же призадумалась. – Хотя и тут можно найти свои плюсы. - Какие? – поинтересовался я. - Например, знакомство с новыми интересными людьми, - задумчиво ответила она. – Потом ещё… - Со мной, ты хочешь сказать? – попытался расколоть её я. - Нужен ты мне больно, - фыркнула Алиса. – Ты ведь обычный неудачник, каких тут десятки по всему лагерю шастают. А учитывая какой «концерт» из ничего ты вчера устроил, то… - Но цепляешься ты больше отчего-то именно ко мне. - подметил я.       На что Алиса покраснела, быстро собрала вещи и ушла, крикнув напоследок «дурака кусок». Хорошо ещё, что не что то более грубое. Я же хмыкнул, сам себе улыбнулся и закончив умывания, направился обратно в домик вожатой, вернуть обратно гигиенические принадлежности и пойти на завтрак, потому как желудок уже давно напоминал, что вчера его оставили без ужина. Явившись в домик, я заметил что вожатая уже проснулась, переоделась и сидела перед зеркалом расчесывая волосы. Заметив меня через зеркало, она повернулась и дружелюбно (если не сказать тепло) сказала: - Доброе утро, Семён. Как самочувствие? - Моё? – переспросил я, после чего сам себя ощупал. На всякий случай. – Да нормально вроде. А что? - Да нет, ничего, - ответила Ольга Дмитриевна, продолжив расчесываться. – Просто я вчера тебя на ужине не видела, а как пришла, гляжу, ты уже и спишь. Причём прямо в форме и сильно дрожал, словно замёрз. Оно и понятно – ты ведь спал, ничем не укрывшись. - Так значит, это вы накрыли меня ночью простынкой? - догадался я, вспоминая события вчерашнего дня. - Ну надо же было что-то делать, чтобы мой сосед не замёрз, - ответила она мило улыбнувшись и возвращаясь к расчёсыванию. - Спасибо Вам за это большое, Ольга Дмитриевна, - смущенно ответил я. – Что бы я без Вас делал? Вожатая хотела было что-то ответить, но вдруг ойкнула и пыталась вытащить расческу, которая запуталась в волосах. Я же решил прийти на помощь, пока она себе клок волос не выдрала. - Позвольте, я помогу, - пообещал я. - Ну ладно. Только хуже не сделай, пожалуйста. А то мне волосы стричь жалко будет. Долго отращивала, - попросила Ольга Дмитриевна и я приступил к распутыванию. Поначалу вожатая не верила, что я смогу помочь ей, без помощи ножниц, но примерно через пару минут мне удалось распутать ей волосы, при этом всё же случайно вырвав только пару волос. - Вот и всё. А вы боялись, - хихикнул я, передавая ей расчёску. - Спасибо тебе Сень большое, - искренне поблагодарила меня Ольга Дмитриевна. – Чтоб я без тебя делала, спаситель мой? - Наверное, так бы и пошли на завтрак, с расчёской в волосах, - улыбнувшись, ответил я. Она улыбнулась мне и посмотрела прямо в глаза, отчего я, слегка смутился. И если бы не сигнал на завтрак, я и понятия не имею, чем бы закончились наши с ней игры в гляделки. - Там вроде как на завтрак пора идти, - прервал наше затянувшееся молчание я. - Да, ты прав. Пора, - подтвердила вожатая, надев свою привычную панаму. – Ладно, хотела сегодня походить без неё, но видимо не судьба. Составишь мне компанию… до столовой, я имею в виду? - Почему бы нет? – подумав, ответил я. - Тогда пошли, - ответила Ольга Дмитриевна, мы вдвоём с ней вышли из домика, и направились на завтрак.       И всё бы ничего, вот только у меня вновь обострилась паранойя и складывалось такое впечатление, что за мной кто-то следит. Однако, я старался не подавать вида, что чего-то боюсь, чтобы не потерять в глазах вожатой образ «героя» спасшего её от ножниц и короткой стрижки. На удивление наша вожатая оказалась вовсе не такой, какой её привыкли видеть другие (строгой и требовательной врединой). Сейчас я видел перед собой просто красивую, добрую, весёлую и умную девушку, которой просто выпала определённая роль – играть строгую вожатую. Хотя на самом деле она совсем не такая. Не даром ещё Шекспир заметил: «весь мир театр, и люди в нём актёры». - О чём задумался? – поинтересовалась у меня Ольга Дмитриевна. - А? Что? Вы что-то спросили? – отвлёкся от своих мыслей я. - Семён, с тобой всё хорошо? – взволнованно спросила вожатая. - Всё нормально, - заверил её я. – А почему вы спрашиваете? - Просто вид у тебя сейчас был, какой-то… слишком задумчивый... - наконец произнесла она. – Может, расскажешь, что у тебя случилось? - Да ничего не случилось. Не переживайте вы так, - пытался перевести тему «в другое русло» я. – Со мной всё хорошо. - Как же мне не переживать? – пожала плечами она. – Ведь я тут за всех вас отвечаю, не только потому, что должность обязывает. Ещё и потому, что человек я такой – не могу оставаться в стороне, когда кто-то нуждается в помощи. - Спасибо, конечно, но… сейчас мне это не нужно. Честно. Потому что у меня нет проблем, - признал я и улыбнувшись добавил. – Но всё равно спасибо за заботу, Ольга Дмитриевна. Она улыбнулась в ответ и только сейчас заметила, что мы держимся за руки, словно молодожены, приехавшие в лагерь на наш медовый месяц. И чтобы у остальных не поползли слухи о том, что у меня с вожатой, что-то есть, мы одновременно одернули руки и стыдливо уставились под ноги. - Прости, Оль я… эээ… то есть, я хотел сказать, простите Ольга Дмитриевна, я так больше не буду, честное пионерское. Вот, - начал сбивчиво извиняться я. На что вожатая отреагировала вполне спокойно. - Ничего Сень. Я не обижаюсь, - мягко ответила она. – Давно хотела предложить тебе перейти на «ты». Раз уж мы соседи. И потом, я ещё не такая старая и опытная, чтобы меня на «вы» называли и по имени - отчеству. - Но Вы ведь… то есть ты ведь старше меня, да к тому же вожатая. То есть моё непосредственное начальство. Не будет ли это означать, что я фамильярничаю с тобой, называя тебя на ты при остальных пионерах? – спросил я. На что Оля задумалась. - В этом что-то есть, - согласилась вожатая. – Тогда давай так сделаем: можешь называть меня на ты и по имени, но только когда мы наедине. А при всех, веди себя со мной как и остальные. - Ясно, - кивнул я и тут же спросил. – А мне теперь случайно никаких привилегий ещё не будет, случайно? Раз уж мы теперь на «ты»? - Каких ещё «привилегий»? – нахмурилась она, выделяя это слово. - Ну, например, освобождение от общественной работы или двойная порция в столовой, - стал перечислять я, но когда увидел недовольный взгляд вожатой, то решил остановиться. – Понял. Переборщил. Так это же я пошутил. Шутка. Ха, ха, ха. - Не смешно, - сухо сказала она, даже не улыбнувшись. - Ладно. Всё понял. Не очень из меня комик, - признал я. – Больше так шутить не буду. Пошли лучше быстрее, а то в столовой вечно не протолкнуться и мест свободных постоянно нет. - Так в чём проблема? Сядешь рядом со мной, - с ходу ответила она, успокоившись. – А что в этом такого? - А как же Славя? Она ведь твоя помощница, разве нет? – вспомнил я. - Это же не означает, что она должна всё время быть рядом со мной. Она может садиться с тем, с кем захочет, - пояснила Ольга, тут же добавив, немного надувшись, якобы от обиды. – И ты, кстати, тоже, если тебе не нравится моя компания или ещё что. - Нравится, конечно. И ты сама мне тоже нрав… гм… в общем пошли уже, а то все хорошие места расхватают, - закончил я, немного осекшись. Но видимо Оля всё поняла и загадочно улыбнувшись, продолжила вместе со мной путь к столовой.       Как я и предполагал, в столовой снова было не протолкнуться, от наплыва оголодавших пионеров. Славя, конечно успела занять Ольге место, но мне там было никак не втиснуться. Пришлось снова примоститься между Алисой и Ульяной, которые не были против моей компании, но и особого желания, чтобы я сел с ними рядом тоже не испытывали. - Чего встал над душой? – спросила Алиса вместо приветствия. – Или падай, или топай дальше. Аппетит только портишь. - И тебе снова доброго утра, Алис! - улыбнувшись, ответил я, присаживаясь между девочками. Причем Ульянка, как бы невзначай, придвинулась ко мне поближе, хотя свободного места ещё было достаточно. Но я решил просто не обращать внимания. Вместо этого я спросил. – А где Яна? Что-то я её не увидел в столовой? - Как? Она разве не с тобой? – удивилась Ульянка. – Я думала, что вы всегда вместе ходите. Вы что, поссорились? Алиса лишь фыркнула, продолжая ковырять вилкой рисовую кашу, которая сегодня была на завтрак. - Да нет. Разве что она могла только за вчерашнее обидеться. Но тогда достаточно было просто со мной не разговаривать. От еды-то, зачем отказываться? – начал размышлять я. И как по волшебству, откуда ни возьмись, появилась Яна с подносом в руках. Только вид у неё сегодня был, мрачнее тучи. А судя по тёмным кругам под глазами, она ещё и плохо выспалась. - Привет Яна. Прости меня, пожалуйста, за вчерашнее, - сходу стал извиняться я. - А? Что? – отвлеклась от своих мыслей она, обращая на меня внимание. – А, привет Сень. Я тебя прощаю, хоть и не знаю за что. - Так ты уже и не помнишь, что вчера было? – догадался я. – Тогда, отчего у тебя такой мрачный вид? - Да вот, не выспалась. Всё думала, как там наш совёнок. Поправился ли? Кошмары ещё всякие начали сниться, – рассказала она. - Так в чём проблема? Давай после завтрака его, и навестим, - предложил я, чем явно поднял Яне настроение. - Я не против, - ответила она улыбнувшись. – Спасибо тебе Семён. Ты настоящий друг. - Ой, дайте кто-нибудь ведро, кажется мне плохо, - скривилась Алиса, глядя на нас. Но когда я недовольно на неё посмотрел, снова уткнулась носом в свою тарелку. - А можно и мне с вами? – стала напрашиваться Ульянка. - Почему нет, - пожали плечами я с Яной. – Вот доедим и сразу пойдём. Алис, ты с нами? - Не ребята, тут я пас, - отмахнулась она, приступая к чаю с галетами. – Я лучше схожу на пляж, позагораю. Так что если буду нужна, я на речке. До скорого, - затем собрала свою посуду и унесла её обратно на кухню. - По-моему она сегодня опять не в настроении. Раз пристаёт ко мне с самого утра, - предположил я. - А по-моему это означает несколько иное, - подметила Яна. – Зря ты не хочешь встречаться с Алисой. Она хорошая. Хоть поначалу и кажется ёжиком, выпустившим свои иглы. - Скорее уже дикобразом, - добавил я. - Дико… кем? – не поняла Ульяна, подслушав наш разговор. - Это такие большие ежи с очень длинными иглами, - пояснила Яна. - Тебя не учили, что перебивать старших неприлично, - стал воспитывать Ульянку я. На что она скривила рожицу и показала мне язык, надеясь, наверное на то, что я как-то отреагирую. Но когда от меня не последовало никакой реакции, обиженно надулась, скрестив руки на груди. - Нуу… я так не играю. Скучные вы все какие-то. Веселиться не умеете, - ответила она. Передав Ольге куда мы идём (чтобы общественно полезными/принудительными работами пока не нагружали), я с девочками вышел из столовой, мы направились в сторону медпункта, где в тот момент и находился наш «больной». Однако, меня отчего-то всю дорогу снова не покидало странное чувство тревоги. Словно за мной следят. И судя по своим ночным кошмарам, я даже знал кто. Только что нужно от меня этому психопату? Но несмотря на напряженность, я старался держаться настолько естественно, насколько возможно. - Сень, с тобой всё в порядке? – заботливо поинтересовалась Яна. - Всё в порядке, - заверил я. – А что? - Просто взгляд у тебя сейчас был, какой-то слишком уж задумчивый, - ответила она. – Словно тебя что-то беспокоит. Может, расскажешь? "Ага. А вы меня потом все дружно в дурдом сдадите. Нет уж, спасибо" - подумал я, а в слух ответил: - Ничего со мной не случилось. Просто о доме вспомнил, вот и призадумался немного. - Это хорошо, когда есть куда возвращаться, - печально вздохнула Яна. - В смысле? – не понял я. - Я имею в виду, что хорошо, что у тебя есть своя крыша над головой, - ответила она. - А разве у тебя с Алисой её нет? – поинтересовался я. Яна покачала головой и грустно улыбнулась. - Мы с Алиской детдомовские. Наши родители погибли в авиакатастрофе, когда мне было пять лет, а Алисе четыре года. И так как мы остались совсем одни, нас отправили в детский дом. Я, конечно, старалась не унывать и во всем видеть только хорошее. А вот Алиса, как видишь, пытается отстраниться от всех за стеной агрессии, - рассказала Яна. – Там мы, кстати, и с Ульяной познакомились, когда защитили её от хулиганов. С тех пор дружим, стараясь держаться вместе. - А что с Ульянкиными родителями? – спросил я, смотря на эту жизнерадостную девчушку, которая шла рядом с нами, что-то напевая себе под нос. - Её родители оставили ещё в роддоме, сразу после рождения, - тихо шепнула мне на ухо Яна, чтобы Ульяна не слышала, что мы говорим про неё. – Хотя ей сказали, что они у неё были археологами и пропали во время раскопок где-то в Африке.       Никогда бы не подумал, что они все трое из детского дома. Оказывается, есть в этом мире те, кому судьба сделала намного больнее, чем мне. Только одни могут это принять и жить дальше, а другие пытаются отстраниться от этого мира под толстой раковиной безразличия и агрессии. - Ну вот теперь ты всё про нас знаешь. И если откажешься вообще с нам общаться – мы это поймём, - сказала Яна. - Не выдумывай. Ничего такого не будет, уверяю тебя, - заверил я, беря её за руку. – Ведь как говорили древние мудрецы: «Прошлое – забыто, будущее – скрыто, настоящее - даровано». Поэтому его и зовут настоящим. Надо жить здесь и сейчас и не отвлекаться на то, что было и то, что будет. - Хорошо сказано, - подметила она и снова печально вздохнула. – Только вот не знаю, получится ли? - Вместе мы всё преодолеем, - сказал я. – Нужно только верить и ничего не бояться. - А я и не боюсь, - улыбнулась Яна. - Ну чего вы там встали? Идём, или как? - начала поторапливать нас Ульяна. – А то не идёте а ползёте словно жук, которого я Семёну вчера в тарелку подложила. - Вообще-то это не жук, а членистоногое, - поправила её Яна. - А во-вторых – ещё раз так сделаешь и пожалеешь, что разбудила во мне зверя, - пригрозил рыжей бестии я. На что она только посмеялась. - Ну и что? Я хомяков не боюсь! - съязвила она, кривляясь, пока я потихоньку стал закипать от злости. - Ах ты маленькая… - хотел было выругаться я.       Благо, что Яна вовремя меня остановила, мы пожали друг другу руку в знак перемирия и продолжили свой путь. Хотя мы с Ульянкой по дороге иногда и показывали друг другу языки. Но вспомнив, что Ульянка мне вчера прямо-таки жизнь спасла, я решил, что не стоит на неё обижаться. В конце концов, она ведь ещё ребёнок и не всегда понимает, как нужно себя вести со старшими (хотя и я судя, по отражению в зеркале, от неё не далеко ушёл в плане возраста, в данный момент). Проведав нашего нового знакомого и узнав, что тот уже буквально завтра снова сможет летать, мы все были несказанно рады этой новости. И только сейчас подумали, что возвращаться-то ему по сути и некуда. Гнездо ведь разрушили, а где его родители, мы не знаем. Зато я кажется знаю, кто нам в этом может помочь. Оставив девочек одних, я направился в сторону лесного озера, в надежде найти там Юлю. Однако вместо неё там меня ждал другой сюрприз. Мой старый «добрый» знакомый из кошмарных снов всё в том же чёрном одеянии и японской театральной маске. - Что тебе от меня нужно? Зачем ты мучаешь меня? – напрямую спросил я. - От тебя лично мне нужна еда, - вкратце ответил он, чем ввел меня в легкое замешательство. - Эээ… а по конкретней можно? – уточнил я. – Скажи какая еда тебе нужна и я принесу, честно. На что оживший ночной кошмар лишь усмехнулся. - Всё что мне нужно, у тебя уже есть с собой, - пояснил он. - И что же это? – насторожился я ища пути к отступлению. - Твои чувства, эмоции… иными словами энергия жизни, - ответил Гард. – Потому как я существо несколько иного склада и мне не подходит обычная человеческая пища. И мне кажется, что ты как раз готов, к употреблению так сказать. Неожиданно глаза под маской вспыхнули странным фиолетовым пламенем и я начал чувствовать, что меня одолевает невероятная усталость. Словно я несколько недель не спал. И прежде чем отрубиться я услышал странные шипящие звуки, а затем короткий крик самого пожирателя чувств. Очнулся я уже под старым дубом, с каким-то подорожником на лбу. А рядом сидит Юля, поглаживает меня по голове, изредка целуя, тихо плакала и причитала: - Не уберегла. Как же так? Я же предупреждала, а он… мальчишки. Все одинаковые. Говори – не говори, в одно ухо влетит, а через другое тут же вылетит. Очнись же. Милый мой, родной… - Где это я? – первым делом поинтересовался я, чем немного напугал кошкодевочку, но когда она поняла, что это был я, сначала обрадовалась, а после влепила мне небольшую оплеуху. - Это ещё за что? – не понял я. - За то, что заставил нервничать! - пояснила она и тут же слегка поцеловала. – А это, за то, что жив остался. Боггард обычно не церемонится со своими жертвами и высасывает их до последней капли, используя потом пустые оболочки в своих целях. - Стоп, - притормозил её я. – Давай, пожалуйста, теперь по порядку. Что ещё за «боггард»? - Он что-то вроде злого духа, цель у которого – это есть жизненную энергию живых существ, - пояснила Юля. – Причём в привычных условиях его практически нельзя заметить, так как у боггарда нет собственного образа и он невидим для окружающих. От такого потока информации у меня голова пошла кругом. - То есть ты хочешь сказать, что тут в окрестных лесах есть невидимый монстр, который есть всех подряд? Или точнее высасывает, если речь идёт о его способах питания, - пытался понять я. - Так и есть, - кивнула Юля. - И как же его одолеть, пока он тут всех не убил? – спросил я. Но девочка-кошка лишь пожала плечами. - Насколько я знаю, против него нет оружия, - задумчиво ответила она. – По крайней мере физического точно. - Тогда стоит поискать в книжках, что вообще известно про этого монстра, - сказал я, вставая на ноги, несмотря на все отговорки Юли. – Не бойся, я смогу вас всех защитить. Даю слово. - Да я не за себя беспокоюсь, - честно призналась девочка, слегка краснея и пряча взгляд. – Давай хоть из леса выведу, что ли? - Это можно, - задумчиво ответил я. – А то в этих местах я впервые. Немудрено заблудиться, - и тут же вспомнил об одном важном деле. – Кстати, Юль, извини за глупый вопрос, но ты случайно гнезда вить умеешь? - Случайно – нет, – хихикнув ответила она. – Я ведь на деревьях не живу, как знаешь. А почему ты спрашиваешь? Я рассказал ей про спасённого совёнка и про то, как его гнездо разорили хулиганы. - И теперь ему некуда будет возвращаться, когда тот поправится.- закончил я. На что Юля слегка призадумалась. - Совёнок, говоришь? Маленький? - Ну да. Где-то с половины моей ладони, - наглядно показал я, отмерив пальцем правой руки середину левой. - Просто я кажется, его родителей видела и по-моему они были очень опечалены поломанным гнездом и отсутствия своего птенца, - пояснила она. – Поэтому лучше будет его вернуть, пока не случилось ещё чего плохого. - Тогда поможешь мне с этим? – спросил я. – Я в долгу не останусь, обещаю? На что Юля тепло улыбнулась и ответила: - Ничего мне не нужно. У меня и так всё есть, о чём можно мечтать. - Тогда, если что понадобится - обращайся, хорошо? Кошкодевочка кивнула и мы направились к выходу из глухой чащи леса. Но теперь постоянно находясь в полной готовности, если не атаковать, то бежать прочь изо всех сил от этого боггарда, который мог быть где угодно. И мы настолько с ней прислушивались к каждому шороху, что каким-то странным образом не прошли мимо Яны с Ульяной, которые заглядывали под каждый кустик. Они что грибы собирают? Или меня так внимательно ищут? Я было хотел их окликнуть, но Юля меня притормозила. - Мне пора уходить, - сообщила она. - Да успеешь ещё. Пойдём, я тебя лучше с девчонками познакомлю, - предложил я. – А то мне никогда не поверят, что сам из леса выбрался. - Ничего не получится, - ответила Юля. – Меня они всё равно не увидят. - Почему? – удивился я. – Я же тебя вижу? Значит и остальные тоже должны. - Всё не так просто, как кажется, - ответила она. – В общем, потом объясню. До встречи. И… береги себя, ладно? – попросила она, немного смущаясь. - Постараюсь, - заверил я. – Ты тоже будь осторожна.       Она кивнула, и поцеловав меня на прощанье, испарилась, словно её и не было, оставляя после себя еле уловимый аромат цветов и хвои. Всё-таки в ней что-то есть. Очень необычная девушка. К тому же очередная моя спасительница. Что же делать, если мне вдруг придётся выбирать между всеми, кто ко мне неравнодушен? Ума не приложу. Хотя в данный момент есть дела намного важнее романтики и прочих отношений. Ведь сейчас на кону стоит не только моя жизнь, но и жизни многих находящихся тут, которые стали мне как родные. И я не могу допустить, если с ними что-нибудь случится. - Вот он где! – радостно воскликнула Ульяна, заметив меня и подбежав, сразу же заключила меня в объятья, чуть не сбив при этом с ног. – Ты где пропадал всё это время? Мы уже волноваться начали, да Яна? - Точно, - поддержала её сестра Алисы. – Уже было собрались идти обратно в лагерь, собирать поисково-спасательный отряд. - Да нормально всё со мной, не переживайте, - поспешил успокоить их я. - Но всё-таки вид у тебя несколько бледный, - заметила Яна. – Ты случайно никаких ягод или грибов в лесу не ел? - Я что – враг своему здоровью или ребёнок маленький? Конечно, я не беру в рот то, что не знаю, – фыркнул я, высвободившись от объятий Ульяны, которая прилипла ко мне, словно её клеем намазали. – Наверное, просто переутомился немного, вот и всё. Разумеется, что было на самом деле, я рассказывать не стал, чтобы не пугать девочек. Они и так сегодня натерпелись. Полдня меня по лесу искали. Хорошо что боггард чудом не нашёл их раньше, а то не знаю, чтобы я с ним такое сделал, когда нашёл бы. - Ладно. Ты нашёл, из чего мы сделаем гнездо для нашего совёнка? – поинтересовалась Яна переводя тему. – Или хотя бы дупло. - Пока нет, но… кажется я знаю, где его родители, - сообщил я. - А ты уверен что это они? – скептически спросила Ульяна. – Может это какие другие совы и они этого бедного совёнка вообще заклюют. - Заклюют – может и не заклюют, но вот съесть его, когда еды мало или нет совсем, они очень даже могут, - сообщила Яна. Отчего я с Ульяной поморщились. - Кошмар, какой, - верно подметила Ульянка. - И не говори, - поддержал её я. – Тут явным каннибализмом попахивает, тебе не кажется? – поинтересовался я у Яны. Та развела руками. - А что делать? Естественный отбор – штука жестокая, но необходимая, - пояснила она. – Так выживают только сильные и здоровые особи. Неожиданно подул сильный и резкий ветер в котором, я услышал не разборчивый шепот очевидно того самого боггарда. Так что пока мы тут, мы у него как на ладони. Пора возвращаться обратно, пока мы на своём примере правила естественного отбора не усвоили. Однако, вернувшись в лагерь, никаких даже малейших следов опасности, я не почуял. Может мой «параноидальный радар» даёт небольшие сбои? Или же я и правда сошёл с ума и мне надо к психиатру. Интересно, а он у них тут есть? Девчонки недолго думая, решили до ужина определить новое место жительства совёнку. Но учитывая что сегодня меня чуть не убили (к тому же это было среди бела дня), я всё же смог настоять на том, что этим лучше заняться завтра, когда светит солнце, а не в темноте по лесу шастать, потому как тут могли оказаться какие угодно дикие твари. В результате чего, мы разошлись каждый по своим делам решая встретиться за обедом, сигнал на который должен прозвучать в любой момент.       Я же решил пока что заглянуть в библиотеку, и поискать хоть какую-нибудь информацию об этом боггарде. Но когда очень разболелась голова, я решил пока повременить с дополнительной загрузкой в неё бесполезной информации. Нужно немного полежать и всё пройдёт, это я знал точно, потому что не раз так делал. Кое-как дойдя до домика вожатой, я понял, что «заряд» моего внутреннего «аккумулятора» близок к нулю и я могу рухнуть прямо на землю. Видимо это давали о себе знать последствия высасывания из меня значительного количества энергии этим боггардом, вот я чувствую себя как отжатая половая тряпка. Но ничто так не заряжает энергией, как крепкий и здоровый сон… минут этак шестьсот. Дальше я смутно помню, как пытался открыть дверь, как вошел внутрь и не раздеваясь плюхнулся на вожделенную кровать, предаваясь сладкому сну. И что более странно – на этот раз без сновидений.