Kidnapped

      Дженсен.       - Почему ты не сдал меня шерифу? Ты же вроде хотел...       - Хотел, но, как оказалось, был совсем не подготовлен к такому быстрому повороту событий.       А найти у себя в багажнике парня - совсем не быстрый поворот событий, ага.       Заметив появление стража закона, я испытал облегчение. Честно. Пока ждал, когда шериф вылезет из машины, на смену облегчению пришел страх, как и тогда, когда крышка багажника легко откинулась назад. И воображение мигом подрисовало картинку. Я говорю: "Доброе утро, шериф, вы не поверите, но вот этот странный парень в наручниках оказался у меня в багажнике абсолютно случайно, что мне с ним делать?". Или: "Шериф, а сколько нынче дают за непредумышленное похищение?". Или: "Этот тип угрожает моей жизни, примите меры!" Но в конце всех версий меня ждал один ответ: "Выйти из машины, ноги на ширине плеч, руки прижать к капоту!". И каждый раз дуло пистолета грело мой затылок отнюдь не с самыми приятными ощущениями.       Пришлось очень быстро импровизировать, перегнуться через спинку кресла и схватить с заднего сидения куртку. Сэм все сделал сам, без слов, накрылся и привалился к дверце. Как будто сам боялся. И сердце чуть в пятки не ушло от стука в боковое стекло. Слишком много эмоций для одного дня.       - Я высажу тебя рядом с участком, дальше делай, что хочешь. Но я уеду один. Совершенно нет желания впутываться во все это дело, без обид.       - Всё в порядке. Я... Можно мне отлить? Сейчас просто лопну.       В третий раз за последний час я торможу у обочины. И пока Сэм, стоя ко мне спиной, занимается своими делами, мысли накатывают одна за другой. Какой парадокс, остановился, получи подарочек, то попутчик, то шериф. Полицейский может нас запросто нагнать, пока мы тут стоим, а если надавить на газ, то парень не останется тут умирать от жары, его обязательно подберут и всё выяснят, не сейчас, позже, но тем не менее... жми на газ, Дженсен. Вали отсюда, сбрось балласт, давай, что ты тянешь, это твой шанс избавиться от груза. Жми на газ!       - Спасибо, - Сэм коротко улыбается-морщится, но благодарность звучит искренне. Он захлопывает за собой дверь и снова садится полубоком, лицом ко мне.       - Не за что, - отвечаю слишком резко, разозленный сам на себя. И Сэм послушно затыкается. И больше не улыбается. Вот и правильно, нечего притворяться, что всё хорошо. Чертовщина какая-то.

***

      Сэм.       Он совсем не похож на похитителя. По-крайней мере в том представлении, что нам навязывает современная киноиндустрия. Молод, красив, ведет себя странно. Даже если и затеял игру "я - не я", то это у него получается чертовски хорошо. Как и у меня, пожалуй.       Губу немного щиплет, горит щека, болят лопатки, запястья, и, как это ни страшно признавать, но задница тоже болит.       Мой взгляд бегает по приборной панели, по пейзажу за окном, желая ухватиться хоть за что-нибудь, что помогло бы вспомнить, кто я, как здесь оказался. И почему?       Первая и естественная мысль при виде полицейского - заорать в голос. А дальше будет, что будет. Но Дженсен так быстро накидывает на меня свою куртку, что я невольно подыгрываю, испугавшись, что за неповиновение словлю пулю в лоб намного раньше, чем смогу даже пикнуть. Время вяжет с мучительной медлительностью, на меня сыпятся какие-то бумаги, карты, старые квитанции. На окне тонкий слой песка, и в глазах пляшут оранжевые круги от яркого солнца. Я набираю в легкие побольше воздуха, выдыхаю, уговариваю себя собраться и действовать. Под курткой не видно, но я хватаюсь за дверную ручку, я готов, да. Поворачиваю немного голову, просто чтобы убедиться, что Дженсен не сможет меня остановить, он всем корпусом развернут к своему окну, а обе руки лежат на руле. Я вижу его взмокший загривок, неплохой бицепс, обтянутый тугой болотной футболкой, а затем взгляд смещается на лицо остановившего нас шерифа. И почему-то то, как он на меня смотрит, пугает меня намного больше, чем растерянный и дерганный Дженсен.       И я упускаю свой шанс.       Красота привлекает, может, это и есть хитрый план? И на самом деле меня везут продавать на органы или в сексуальное рабство. С такой хорошей игрой и смазливым личиком так просто вызвать доверие. Любой бы попался на эту удочку. Но мне точно нужно выбраться отсюда. Любой ценой.       Хотя бы насчет имени не соврал.       Попытка к побегу номер два не вызывает особого сопротивления. Стой себе посреди пустыни, изучай трещинки в сухой земле, пока она не наполнится исходящей из тебя влагой. А сам решайся. Бежать или не бежать. Рвануть вглубь, куда машине будет сложно добраться. Бежать, что есть сил, и надеяться, что в салоне нет потайных местечек для хранения дробовика, по-крайней мере, бардачок чист в этом плане. Правда, с такой болью в заднице сильно не побегаешь, но на кону стоит жизнь. Ха. А потом медленно умирай от жажды и усталости, если всё же Дженсен окажется порядочным и не погонится за мной. Сколько там идти? Шестьдесят миль до города? А если держаться подальше от дороги, можно совсем заблудиться. И всё. Смерть.       Мне хочется с ним немного подружиться — держи друзей близко, а врагов еще ближе, — и я благодарю за ожидание. Но Дженсен чем-то расстроен. Он больше не пытается разговаривать, ну и хорошо. Всё равно мне нечего ответить.       А вот и табличка "Добро пожаловать в Гранд-Джанкшн". Пока всё идет по зыбкому, но хоть какому-то плану, это обнадеживает.       Места кажутся знакомыми, но каждая деталь, будь то остановка или вывеска, сбивают меня, не дают сосредоточиться, я растеряно и увлеченно смотрю в окно, как будто приехал на Марс, а не в замшелый городишко в южной, судя по всему, части страны. Чуть не позабыл, что дал себе обещание быть начеку и никогда не поворачиваться к Дженсену спиной. Выпрямляюсь, и он за мной. Кролик и удав, но кто есть кто?       Мы медленно катимся по расплавленным от солнца улицам, движение слабое, наверное, многие еще на работе. Город не такой уж и маленький, но участок вырастает на нашем пути быстро, как последождевой гриб. Трехэтажное коричневое здание со светлой окантовкой вокруг окон стоит прямо напротив уютного парка. Машина проезжает мимо, и я не успеваю заволноваться, как мы поворачиваем на парковку и тормозим в самом дальнем ряду. По обе стороны от нас пусто, несколько служебных машин и пара джипов впереди. Здание полиции открывается прямо перед нами своим притихшим центральным входом и окнами-ртами с решетками вместо клыков. Но этот вид отнюдь не пугает.       - Послушай... Сэм, - Дженсен поворачивается вполоборота, свесив одну руку на руле, а вторую со спинки своего кресла. - Мне, правда, жаль, что с тобой это всё произошло.       Подозрительное начало, я коротко бросаю взгляд на ручку двери, оценивая свои шансы. Мотор еще работает. Можно резко рубануть меня ладонью по шее, и всё, потом выскакивать будет поздно.       - Слушай, возьми двадцатку, просто на всякий случай, - Дженсен снова тянется за курткой, как и бесконечность минут назад, просто перегибается, продолжая свою речь, - я почти уверен, что ее у тебя отберут, пока во всем не разберутся, а они...       Пора!       Я дергаю ручку, она поддается легко, и это придает мне новых сил, но вместо того, чтобы побежать и спрятаться за дверью полицейского департамента, я валюсь на землю, с оглушающей болью в ушах и предплечье.       Он выстрелил в меня! Сукин сын в меня выстрелил!       Почему он не сделал этого еще тогда, когда открыл багажник? Или решил поиграть в кошки-мышки, пощекотать нервы?       - Сэм! Сэм!       Я слышу это странное имя и не понимаю, откуда звук. Пытаюсь встать, посмотреть на Дженсена, посмотреть в лицо тому, кто творит этот кошмар, но что-то не сходится. - Сэм! Ты в порядке? - Дженсен полулежит на пассажирском сидении, прикрыв обеими руками голову. Лобовое стекло с моей стороны разбито, повсюду осколки и кровь. Кровь. Руку вновь ошпаривает болью. - В машину, быстро! И где-то в соседней вселенной я слышу, как раздается еще один выстрел.

***

       Дженсен.       Вот и приехали. Не так уж и страшно, как оказалось. Парень тихий и, похоже, совсем не буйный. Может быть, он сам стал чьим-то розыгрышем, как это часто бывает в таком возрасте. Когда еще нет мозгов, чтобы прекратить издевательства, но зато есть смекалка, как сделать это жестче. И в этот раз всё заходит слишком далеко.       Смотрит, а сам на бездомного щенка похож. Похоже не верит, что я действительно взял и доставил его, как обещал, к пункту назначения.       - Послушай, Сэм...       Несмотря на всё то недоразумение, что произошло сегодня, хочется пожелать парню удачи. Может, он и виноват в чем, но более приличного попутчика мне ни разу не попадалось. То озабоченные девицы, то болтуны, то служители Иеговы. Последние самые мерзкие. Но Сэм действительно кажется хорошим, и хочется сделать что-нибудь хорошее для него, просто так, чтобы он не терял чувство веры в людей и не замыкался в себе. Точно, немного наличных в путь придаст немного уверенности.       Так, что тут есть из купюр: доллар, доллар, десятка, блин, может все отдать?       Машина пружинит, и в салон врывается горячий воздух вместе с оглушающим хлопком и бьющимся стеклом.       Твою мать!       Я падаю на сиденье, которое еще мгновение назад было занято, прикрывая голову руками, ожидая, что сейчас польется шквал из пулемета. Осколки давят на кожу, и некоторые вспарывают ее, но я почти ничего не чувствую. Долгую секунду ничего не происходит, и я осмеливаюсь слегка приподнять голову - Сэм на земле. Рубашка в крови.       - Сэм! Сэм? - кричу я, и мне удается привлечь его внимание. Сэм смотрит непонимающе, удивленно и даже обиженно. Он что?...       - В машину! Быстро!       Когда слышится второй выстрел, меня осыпает градом новых осколков, от лобового стекла не остается и следа.       Боковым зрением я замечаю, как подбирается Сэм, только куда он побежит? Ко мне или спрячется за другую машину и скроется с глаз долой? Сомнение в его глазах быстро сменяется решительностью.       Ко мне.       Счет на секунды. Много позже, проигрывая в голове этот момент, я сам себе не смог бы признаться, как все так получилось, что в каком порядке шло. Сэм запрыгивает в машину, чуть ли мне не на голову, но я успеваю выпрямиться и уже выжимаю сцепление, стартуя со второй передачи. Колеса несколько раз прокручиваются на одном месте, оставляя чёрные следы и дым. Выехать красиво не получается, от резкого поворота задний бампер врезается в хаммер, стоящий в переднем ряду. Левое зеркальце сбивается о соседний кроссовер, и повисает на нескольких проводах. Можно ли придумать более удачный день для моей малышки?       Новый выстрел разбивает заднее боковое стекло, хотя я почти уверен, что стрелявший не медлил ни секунды, как только наши головы показались в поле видимости.       Визг тормозов на повороте спугивает несколько голубей, и Импала скрывается за поворотом.       - Твою мать, что за хрень?! - первым в себя прихожу я. От запястьев вниз до локтя стекает кровь, но в целом я в порядке. Вроде.       - Ты как? - я спрашиваю Сэма на автомате, как воспитанный мальчик, интересующийся все ли в порядке у сбившего его велосипедиста. Но всякому воспитанию может прийти конец, если этот чертов велосипедист кинется на меня с обрубком руля. Так вот у Сэма не обрубок руля, а настоящая бензопила, рвущая действительность на куски. И ничего хорошего в этом нет.       Сэм не отвечает, держится за плечо и его пальцы пачкаются в крови. Он оборачивается первым и только тогда я начинаю слышать вой сирены. Две патрульные машины уже на хвосте.       - Пристегнись, - коротко командую я. И Сэм послушно, по мере сил, пытается пристегнуться. От резкого поворота его бросает в сторону и, судя по всему, оставшиеся на сидении осколки чувствительно впиваются в бедро. Сэм справа шипит от боли, но его не очень-то слышно за громкими звуками. Громкоговоритель надрывается, приказывая остановиться.       Внезапно меня охватывает легкость и нереальность происходящего, я начинаю смеяться, чем пугаю себя до чертиков. Судя по бледности и растерянности Сэма - не меня одного.       - Время безудержного веселья!       Рука на коробке передач все время работает: ручка вверх, ручка вниз, снова вверх. Нас заносит на поворотах, мы сшибаем мусорные баки и распугиваем случайных прохожих. Слава богу, их не так много. Всё как в настоящем кино, двое плохих парней удирают от копов с мешком награбленных денег на угнанной тачке, повсюду выстрелы и взрывы. Только я что-то не припомню, когда успел стать плохим, у меня нет мешка денег и тачка - моя, собранная почти с нуля.       Сэм дышит рвано и тяжело, правой ладонью он то сжимает рану на плече, то упирается в стекло или приборную панель, пачкая все своей кровью. А раненая рука, повиснув плетью в кольце наручников, вторит всем движениям.       Раз уж такая пьянка, может, влететь в какую-нибудь витрину? А что, такое только в фильмах разве бывает?       Судя по усилившемуся вою сирен, преследующих машин уже намного больше, чем две. Возможно, это наша последняя увеселительная поездочка. За исключением автобусного приключения из полицейского участка в местную тюрьму. Интересно, Сэм совершеннолетний? Нас в одно заведение загребут? О, нам о многом нужно будет поговорить.       - Сюда! Влево! - кричит на выдохе Сэм, ремень на груди резко натягивается, вышибая весь воздух.       На раздумья нет времени, я быстро кручу руль, еле успевая перед медленно едущим встречным грузовиком.       - Здесь, снова влево, давай!       Импала следует новым указаниям, не щадя своих и так изрядно помятых боков, а Сэм словно оживляется.       - Направо! Направо!       - Тупик, Сэм! - я резко торможу, чтобы не завершить наш путь страстным поцелуем с мусорным контейнером. Уже перевожу на заднюю передачу, как мою руку накрывает испачканная ладонь Сэма. Смотрит так доверительно, что в сердце ёкает.       - Объезжай этот бак и прячься за следующим. Давай, ну.       Чёрт с тобой. Я трогаюсь с места, объезжая большой контейнер с мусором, и торможу за следующим, стоящим по другую сторону. Вынимаю ключи и откидываюсь назад. Отсюда точно выход только один. И его сейчас перекроет орда полицейских.       Звук сирены совсем близко.       В горле пересыхает так, будто я последние пять минут вдыхал не воздух, а песок, каждая мышца звенит от напряжения. Сэм рядом, вытянутый в струнку. Мы оба прислушиваемся к малейшему изменению звуковой тональности, чтобы что? Пуститься в бега вверх по бетонной стене? Только вот костюмчик спайдермена остался в другой вселенной.       Нас оглушает сирена, нет, несколько сирен.       Если у нас и есть еще несколько мгновений, прежде, чем копы во всеоружии вытащат нас из машины и прижмут к грязному асфальту, то мне бы хотелось сказать Сэму все, что я думаю обо всем этом. Но с губ не слетает ни слова.       А что это было? Лучшее приключение в моей жизни? Или самый худший кошмар, который только начинает набирать обороты? Поблагодарить за возможность вырваться из рутины обычного смертного или проклясть за втягивание в ужасную неразбериху, за которую можно поплатиться свободой или даже жизнью. Ведь не далее как двадцать минут назад стреляли по моей машине. Стреляли в Сэма. В меня.       - Пронесло... - тихо выдыхает Сэм, и я понимаю, что больше не слышу сирен, громкоговорителя, звуков мотора или выстрелов. Я вообще ничего не слышу, кроме стука собственного сердца.       - Откуда ты?... Как ты узнал?       Сэм пожимает плечами.       - Не знаю, просто маршрут показался мне знакомым.       - Мы могли бы уже жрать землю под дулами дюжин пистолетов, а тебе просто так показалось!       - Дженсен!       Я выскакиваю из машины, вмиг ощущая себя опустошенным.       - О, детка, что я натворил... Но ничего, я тебя поправлю, подлатаю. Скатаемся к дяде Бобби на каникулы, и будем только я и ты, крошка.       - Дженсен, - Сэм зовет мягко, но это не мешает мне наградить его убийственным взглядом. Я никогда такой не практиковал, но, надеюсь, до этого щенка быстро дойдет, что ему лучше побыстрее свалить с глаз моих долой.       - Обещаю, что если ты не размажешь меня о стенку и не выкинешь труп в этот бак, то я тебе за каждый винтик расплачусь, душу отдам, всё, что хочешь. Но нам нужно убираться отсюда, скоро они перекроют все шоссе, и тогда хана.       - Умник, всё знаешь, да?       - Просто... просто знаю. Нам надо... - как легко в наш странный, неправильный дуэт вписалось "нам", этого не должно быть. Этого вообще не должно было случиться. - Надо сменить машину.       - Нам? - я не удерживаюсь от усмешки. - Нам ничего не надо. Я сажусь и уматываю отсюда, а ты катись ко всем чертям.       - И далеко ты собрался после погони от толпы полицейских?       - Прорвусь.       - Да они тебя за поворотом скрутят и пришьют дюжину дел, в жизни потом не отмоешься!       - Да что ты такое говоришь!       - И говорю! Если не пошевелиться, выхода уже не будет!       - Зато сколько их было до этого! Надо было оставить тебя в пустыне, пока ты штаны заправлял!       Сэм краснеет за секунду и замолкает. Сердито, упрямо, сжав красные от крови кулаки, обрамленные холодным металлом.       - Ладно, прекрасно. Желаю удачи, придурок.       Кажется, Сэм спотыкается обо все, что находится в радиусе метра, и пока он выбирается из зазора между дверью и стеной, я немного остываю. Парень вообще-то прав.       - Стой.       - Отвали!       - Да стой же ты.       Я хватаю Сэма за локоть, и тот морщится, обнажая ровные белые зубы. Оборачивается, трясет своей длинной челкой, пыхтит как загнанный зверь. Ну, почему я ведусь на него?       - Ты прав, я согласен. Но в твоем плане есть несколько неясных мне моментов. Как мы достанем новую машину?