Пару слов о возмездии

В больничной палате, где все остальные пациенты – это почти растения, время течёт по-иному. Будто бы рывками между затяжными остановками. Северус не хотел никого видеть и надеялся, что это взаимно. Конечно, Гарри винит его: кто-кто, а он никогда объективно к зельевару не относился. Всегда перебор. То полное доверие там, где его быть не должно. То обвинения во всех грехах, которые изобрело гнилое человечество. Значит, будет приходить лишь за кровью. А Поппи… после увиденного она просто обязана свести общение с ним до необходимого минимума – его бы самого с души воротило от такого человека. Северус ошибался. Каждый день, а то и не по одному разу, его навещали то мадам Помфри – когда по долгу службы, когда просто так – сыграть партейку-другую в шахматы – то Гарри Поттер, вместе с внешностью получивший долю своей прежней живости. Конечно, это был совсем не тот мальчик, каким его помнил Снейп ещё три месяца назад, но определённо он понемногу шёл на поправку. Гарри забирался с ногами на постель зельевара и шептал новости, а Северус обычно их выслушивал молча, старательно делая равнодушный вид. Теперь можно было жить только этими незамысловатыми радостями, вглядываясь в худое, но уже полное надежд лицо. – Представляешь, ко мне в палату пробрался Рон… – Гарри часто укладывался животом на живот Северуса, бездумно теребя пуговицу на жилете. – Хорошо, что он это сделал уже после… Мальчик замялся, и на бледных щеках появились два румяных пятнышка. Поттер пока так и не научился принимать себя, как есть. – И что мистер Уизли? – рука Северуса незаметно подбиралась к растрёпанной шевелюре собеседника. – Притащил кучу шоколада – говорил, что мне нужно. Бледный я слишком. А Гермиона так и не пришла… – Ещё придёт… Гарри щурился сквозь очки и делал вид, что не чувствует пальцев, ласкающих его волосы. Раньше, когда он волен был идти, куда ему хотелось, Северус считал, что мир маленький и, по большому счёту, скучный. А теперь, когда он сузился до размеров одной палаты, странно, но больше он таковым не казался. Потому что Гарри заменял собой весь мир. Вместе с ним в палату врывался запах весны, и Снейп ловил себя на мысли, что так и не может надышаться воздухом даже такой свободы. И вот опять, будто вчера и не отчитывала его мадам Помфри за такое поведение, Поттер залез на постель Северуса с ногами и зашептал: – Мадам Помфри сказала профессору Дамблдору, что мне идеально подходит твоя кровь. Хорошая приживаемость и совсем нет побочных явлений. А он всё это время думал, где мне будет комфортно жить. И придумал – предложил мне провести пока только лето в домике какого-то из директоров Хогвартса, завещанный школе после смерти. Сказал, что дом находится в лесу, и я смогу гулять. А ещё он не против, если ты поедешь со мной – ну, кровь и всё такое… Ты поедешь? – А у меня есть выбор?.. – Да, есть. Ты можешь остаться здесь. Но тогда и я останусь: слоняться в одиночестве по пустым комнатам в глубине леса – хуже не придумаешь… Гарри отвернулся. Северус видел только часть щеки, ухо в растрёпанных волосах и дужку неизменных круглых очков. На щеке выделились желваки. Снейп протянул руку и переплёл свои пальцы с поттеровскими. – Поеду… Гарри недоверчиво глянул, а потом расплылся в широкой улыбке. – Рон приходил – приглашал в Нору на все летние каникулы… – Хочешь к ним? – Ты же знаешь, что я не могу… – Ты не хочешь… а прикрываешься… – Не зли меня. Сказал "не могу" – значит, не могу! Гарри надулся, скрестив руки на груди, как это всегда делал Снейп. Северус молчал. Что тут скажешь? Поттер не выдержал первым, придвинулся, нерешительно коснулся руки кончиками пальцев. – Знаешь, а Рон милый. Мне иногда кажется, что я ему нравлюсь. Не как друг, а по-другому… – А может, он считает... себя виноватым, что... ты тут, а он... наслаждается жизнью? – Не знаю. Профессор Дамблдор постоянно намекает мне, что я быстрее поправлюсь, если найду себе пару. Может, попробовать с ним? Северус почувствовал, как в горле застрял комок. Хотя это смешно – горло вспорото, а в нём комки застревают. Смешно и нелепо! – А если ошибёшься?.. Не боишься, что... он от тебя... откажется? Гарри насупился, но было видно, что он уже сам давно пришёл к такой мысли. – Почему ты всегда прав? – Я старше… – Дамблдор старше и тебя, и меня, а иногда ведёт себя… – «Как старый дурак!» – закончил про себя Снейп. – Вести и быть... разные вещи... мистер Поттер. И всё-таки... реши для себя... кто для тебя важнее… – Уже решил… не хочу терять друга из-за минутной прихоти. Кому я такой нужен? – Поттер слез с кровати и, едва кивнув на прощание, поплёлся к себе. – Мне нужен… – шепнул Снейп захлопнувшейся двери.