Дорога домой

— Акаши? — Дайки изумленно смотрел на человека, точь-в-точь похожего на бывшего капитана Тейко, не в силах что-то предпринять. Его оппонент пошатнулся и упал на одно колено, пытаясь удержать равновесие и опираясь на катану, воткнутую в землю. Голова противника была опущена, а взгляд скрыт под недлинной челкой. Придя в себя, парень медленно поднялся. Взоры бойцов встретились: Аомине увидел знакомые красные глаза с узкими зрачками, в которых на секунду промелькнуло изумление, но они тут же приняли обычный, холодный, уверенный в себе вид. — Подними меч, — нет, эти манера речи и голос не могли принадлежать кому-то другому. Акаши поднял свой клинок острием вверх, будто готовясь парировать удар. — Что? Акаши, ты же меня… — Если начнем здесь разговаривать, нас свои же убьют. Делай, что я говорю.  И Дайки ничего не оставалось, кроме как подчиниться. Сейджуро нанес несильный удар по катане Аомине, и они начали своеобразную имитацию боя. Все мысли в голове Дайки путались: это был определенно Акаши, но тогда, если он здесь, значит, это все не сон и не бред. Но как он здесь оказался? И что будет дальше? Обдумывая все это, баскетболист отражал удары рефлекторно, даже не глядя на своего оппонента. Вдруг он почувствовал, что что-то приближается со спины. Не успев до конца обернуться, Дайки увидел, как катана просвистела в паре сантиметров от его лица: меч Акаши пронзил всадника, который, наверняка, хотел убить кого-то из них. Конь взбрыкнул, и Сейджуро быстрым движением схватил его за узду, сваливая погибшего воина на землю, и тут же сам вскочил в седло и, пришпорив лошадь, помчался в неизвестном направлении. Аомине оставалось только стоять и смотреть на его удаляющуюся фигуру: он откровенно перестал понимать, что происходит. Баскетболист взглянул на тело убитого и понял, что тот принадлежал армии его противников. Он тупо продолжал на него смотреть, а вокруг была бойня: люди гибли один за другим в метрах от него, земля была страшного багряного цвета, пахло кровью, и вокруг стоял невыносимый гул из криков и стонов, а он так и оставался стоять в одиночестве. — Дайки! — Аомине обернулся на голос и вновь увидел знакомую фигуру: Акаши на том самом коне остановился около него, придерживая за поводья еще одну лошадь. — Садись, и поехали! Генералы далеко! Быстрее, пока есть время! Он вновь не смог не послушаться его слов. Бой продолжался, а две фигуры всадников незаметно ускользали в тень леса. Сейджуро направил лошадь по направлению к чаще, что находилась слева от поселения Минамото, и стал углубляться вверх, поднимаясь на возвышенность густого леса, в то время как Аомине просто следовал за ним. Зайдя достаточно глубоко, так, что лошади уже с трудом пробирались, Акаши спешился и стал привязывать коня к дереву. Дайки поступил так же, но вдруг почувствовал, как кровь отхлынула от головы, и он, привалившись к стволу, осел на землю. — Ты как? — Сейджуро присел на корточки рядом с ним. — Все в порядке. Просто голова закружилась.  В ответ на это Акаши молча направился к лошади и начал что-то искать в мешках, привязанных к седлу. — Нам повезло, — он нес в руках две фляги и небольшой мешок. Присев рядом, он начал отстегивать с Дайки окровавленную защиту. — Ты что делаешь? — Ты много крови потерял. Рана достаточно глубокая. Ее надо обработать, — и, сняв с одного плеча рукав кимоно, Сейджуро осмотрел масштаб повреждения. — Ты и это умеешь? — Дайки ухмыльнулся. — Действительно, абсолютен. Сам-то как? Акаши тоже слегка улыбнулся. — Нормально. Терпи, — и он стал поливать рану содержимым одной из фляг. Аомине зашипел, но в целом было терпимо, травмы получать ему не впервой. — Лучше было бы прижечь, но разведем костер, и нас тут же найдут. Бывший капитан Тейко отложил флягу в сторону, достал из мешка толстоватую иголку с ниткой и начал аккуратно зашивать рваную рану. Дайки молча наблюдал за действиями Акаши, пытаясь придумать, с чего начать непростой разговор. Сейджуро же, в свою очередь, уже перевязывал плечо светлой тканью, как вдруг его взгляд упал ниже на предплечье, на котором красовался след от пореза. — Где ты его получил? — пронзительный взгляд красных глаз заинтересованно был устремлен на Аомине. — Что? А, ты про это? Да… — и тяжелый форвард, припомнив всю ту историю с таверной, понял, что не очень хочет предстать перед Акаши в таком свете. — На тренировке получил… — Врешь, — Сейджуро задрал свой рукав и продемонстрировал Дайки точно такой же порез на правой руке. — Ты встречался с каннуси*, — это был не вопрос, а скорее утверждение. — Что он тебе сказал? — Я не очень понимаю, о чем ты, — Акаши окинул его подозрительным взглядом. — Дайки, давай будем честны друг с другом. Чтобы отсюда выбраться, нам нужно работать в команде. Ты же понимаешь в какой ситуации мы оказались. — Работать в команде? Ты последний, от кого я ожидал услышать подобное, — Аомине посмотрел Акаши в глаза, но тот сделал вид, что не заметил его колкость. — Такие порезы оставляют жрецы в обмен на предсказание твоей будущей судьбы, за них ты платишь кровью. — Предсказание? А-а-а-а-а… Я — дурак. Вот черт! — Аомине откинул голову назад, несильно ударившись о ствол дерева затылком. — Прости, я ничего не помню. — Как не помнишь? Ас Тоо только разочарованно усмехнулся и поведал ему всю свою историю. — Я знаю только, что какая-то старуха пела песню, но ее содержание я сколько ни пытался, вспомнить не мог. — Даже приблизительно? В этих стихах хранится разгадка, как нам вернуться домой, — во взгляде холодных глаз Акаши читался немой упрек. Аомине лишь покачал головой. — Разгадка, как попасть домой? Тогда, получается, и тебе делали предсказание? И что там было? Неужели ты знаешь, что нам надо делать? — в голосе Дайки заиграла надежда. — Там только часть ответов на наши вопросы. Если бы ты помнил, возможно, паззл бы начал понемногу складываться: «Три кошки и птица, тень и дракон, Двое лишь вместе в мире другом, Трое — лишь помощь, их сила в иных, Один не достанет свет пятерых. Маска стальная…» — А дальше? — Дальше часть, которая касается только меня, она нам вряд ли поможет, — и лицо Сейджуро помрачнело. Заметив это, Аомине не стал задавать лишних вопросов. — И ты понял, что это все значит? Честно говоря, до меня трудно доходит. В этом вообще есть какой-то смысл? Просто, мое, по смутным воспоминаниям, тоже содержало подобную непонятную ерунду, — и Дайки в очередной раз попробовал припомнить, что же колдунья напророчила ему. — После того, как встретил тебя, я перестал относиться к этому скептически. Думаю, тут сказано о всех, кто здесь находится. Смотри, скорее всего нас здесь шестеро. — С чего ты решил? Там сказано: «двое вместе», «трое лишь помощь», «один не достанет пятерых». Итого нас одиннадцать. Нет? — Скорее всего, загадка в первой строчке, а следующие для того, чтобы мы догадались, кто именно эти люди. Двух из трех кошек я знаю, это ты и я, пантера и лев. Тень… Я думаю, ты и сам понял… — Тецу? — Дайки передернуло от мысли, что Куроко мог оказаться в подобном месте. Он хоть и мало заметен, но почему-то за него становилось страшно. — Может, это тот из твоей команды с серыми волосами. — Нет, — кулаки капитана баскетбольного клуба Ракузан сжались до побелевших костяшек. — Это точно Тецуя. — Откуда ты знаешь? — Мы вместе оказались здесь, — голос Акаши дрогнул, и он опустил голову так, что челка прикрыла его глаза. — Что? Почему ты сразу не сказал? — Аомине практически кричал. — Где он сейчас?! — Дрожь пробила все тело. Тецу, это же мелкий Тецу. Он же вечно любит нарываться на неприятности. — Ты там что-то про честность говорил! А ну, выкладывай все, что с тобой… с вами случилось! Акаши тяжело вздохнул, Дайки никогда не видел его таким подавленным. — Это все моя вина… *** Он ждал этого. Сильно ждал. Он думал о нем с самого момента своего проигрыша. Тренировочный матч между командами Ракузан и Сейрин должен был пройти в Токио, так как финансирование школы из Киото позволяло им прожить неделю в столице. После поражения многое в нем поменялось, это отметил и тренер, и его «Некоронованные генералы». Хотя внешне он и оставался так же холоден, но теперь капитан баскетбольного клуба Ракузан чаще проводил время со своими товарищами по команде и вне школы, а на тренировках стал пасовать еще больше, анализируя возможности своих подчиненных и давая советы по улучшению их навыков. А еще, пусть и редко, но он стал улыбаться. Не той улыбкой, которая не предвещала ничего хорошего или была полна собственного превосходства, а такой, про которую игроки Тейко сказали бы «как раньше». Такой, которая появлялась, когда Кисе с Аомине в шутку прятали талисман дня Мидоримы или когда они впервые выиграли межшкольные соревнования. Теперь же он вновь делал все для победы. Для общей победы Ракузан. Игра с Сейрин должна была быть интересной и даже во многом предопределяющей, так как по ней можно было узнать, на сколько выросла команда за эти полгода и каково положение сил перед летним межшкольным турниром. Находясь в скоростном поезде по пути в Токио, Акаши с планшетом в руках обдумывал расстановку на игру, какие схемы и приемы было бы лучше применить, какие козырные карты открыть, а какие приберечь на потом. Но его мысли все время уносились в другую сторону: он вспоминал счастливую улыбку голубоглазого баскетболиста после своей победы. Тогда уязвленные гордость и самолюбие кричали, что это улыбка того, кто ощутил свое превосходство над ним, то, что он лучше него. Но потом, анализируя и думая, ему стало казаться, что эта улыбка Куроко была от радости встречи с тем, кого он давно пытался в себе подавить — простого ученика Акаши Сейджуро, которому ничто человеческое не чуждо. Он даже находил, что их способности довольно похожими: как он сам когда-то разглядел в хилом мальчике великое спортивное дарование, так и Тецуя смог разглядеть за маской гордыни и большого эго парня, у которого есть проблемы и которому нужна поддержка и дружба. Поэтому Акаши так для себя и не решил, чего он ждет больше: матча или все-таки простой встречи с Куроко. График их занятости был достаточно плотным: почти весь день они тренировались в снятом спортивном зале, который находился неподалеку от гостиницы, а в качестве отдыха посещали тренировки других сильных команд Токио. Однако за все время он так и не увиделся со своими соперниками по предстоящему матчу. Наконец, в последний день перед игрой им дали время, чтобы по-настоящему отдохнуть. Неугомонный Хаяма стал упрашивать Акаши на правах того, кто жил в столице свои последние пятнадцать лет, показать им город, но сославшись на то, что хочет отдохнуть перед матчем, капитан отправил их гулять одних, пообещав, что после игры обязательно проведет экскурсию по самым интересным местам Токио. Он остался один в своем номере и попытался уснуть, чтобы быть завтра в своей лучшей форме, но сон так и не шел. Поднявшись с кровати, он подошел к окну и открыл его настежь, вдыхая свежий аромат прохладного вечера и осознавая, что идея прогуляться по городу и не была такой уж плохой. Поддавшись спонтанному чувству, он быстро оделся и покинул отель, пойдя, куда глаза глядят. Проходя знакомые места, он понял, что все-таки скучал по шумной столице. Почему-то это ассоциировалось с детством, с Тейко… Акаши и не заметил, как дошел до какого-то парка. Было довольно тихо, так как прогуливающихся в такое время было немного, поэтому он услышал поодаль знакомый стук мяча и решил направиться туда, чтобы посмотреть на играющих. Он удивился, увидев единственного игрока на площадке, но еще сильнее, когда понял, что это шестой призрачный игрок Поколения Чудес. Парень тренировал броски… с переменным успехом, что не могло не вызвать улыбку на губах капитана. — Тецуя. Мяч вновь отскочил от баскетбольного щита не в ту сторону, прикатившись к ногам Сейджуро. — Акаши-кун? — фантом удивленно обернулся на голос. — Добрый вечер. Вы уже приехали? Мы думали, что вы подъедете завтра, так как матч вечером. — Мы здесь уже несколько дней: оценивали силы наших соперников. Ведь Межшкольные не за горами. Акаши поднял мяч и провел по нему рукой, отмечая, что кожа на нем почти совсем стерта. — Как и ожидалось от Акаши-куна, — Куроко улыбнулся. — Ты много тренируешься.  Куроко заметил направление взгляда своего бывшего капитана. — Да, ведь Межшкольные совсем не за горами, — и Тецуя улыбнулся вновь, встретив улыбку Акаши. — Один на один? — Не думаю, что это хорошая идея, Акаши-кун. Мы оба знаем, кто выйдет победителем. — Ну, почему же? Когда-то я говорил тебе, что твои попытки научиться бросать бесполезны, да и дриблинг тренировать не имеет смысла. Но твои фантомные броски и невидимая обводка заставили многих остерегаться тебя на Зимнем Кубке, в том числе и меня. Так что вполне допускаю возможность своего проигрыша. Начнем? В ответ глаза Куроко лишь радостно загорелись, и он встал в защитную стойку, готовясь к неожиданному проходу аса Ракузана. Так они проиграли около часа, пока на улице не стало совсем темно, что бросать по кольцу было почти невозможно. Исход игры был предрешен: пятнадцать — ноль в пользу Акаши. — С каждым разом все лучше и лучше. Не будь у тебя своей уникальной способности, из тебя бы вышел отличный разыгрывающий, — они подошли к скамейке, где лежали их форменные толстовки. — Спасибо, Акаши-кун, но я нахожу приятной свою роль в качестве тени. Поэтому не могу дождаться завтрашнего матча, — Куроко застегнул спортивную сумку и повесил ее на плечо. — Тебе в какую сторону? — Честно говоря, я не очень помню. Я шел сюда без задней мысли и раньше здесь не был, поэтому пробью сейчас по навигатору, — Сейджуро достал телефон и стал искать удобный маршрут. — Мне направо к улице Кавасаки. — Можем пойти вместе. Я знаю, куда нам, там рядом остановка, где проходит автобус до моего дома. — И баскетболисты углубились в чащу парка. Но спустя минут двадцать непрерывной ходьбы они так и не вышли к дороге. — Странно, я часто бываю здесь, мы давно уже должны были дойти до остановки, — Куроко остановился в задумчивости. — Может, в темноте мы свернули не туда? — Акаши хотел свериться с навигатором, но, мигнув два раза, смартфон приказал долго жить. — Мой телефон сел. — Да нет, я хорошо знаю эту дорогу, мы шли правильно. Сейчас попробую проверить маршрут по своему, — Тецуя достал телефон и удивился еще больше. — Теперь совсем странно… — Что такое? — Связи нет.  Акаши заглянул за плечо фантома и действительно увидел, что в углу экрана отсутствуют палочки, говорящие за наличие телефонного сигнала. — Попробуй перезагрузить, у меня тоже иногда бывают такие баги. — Нет, такого раньше никогда не было. Да и вообще, даже если бы мы пошли не в ту сторону, то давно бы вышли. Этот парк не очень большой, мы часто здесь тренируемся. Да и деревья здесь не были посажены так часто. Акаши-кун, мне как-то не по себе, — и Куроко бросил тревожный взгляд на своего бывшего товарища по команде. — Но остановиться и стоять тоже не вариант, давай попробуем вернуться обратно, где лес был не такой густой, — капитану Ракузан тоже не нравилась вся эта ситуация, но подавать виду и вносить тем самым еще больше паники он не собирался. Пойдя по обратной дороге, они так и не заметили, что бы лес начал хоть немного редеть, даже наоборот, он становился все гуще, а сумерки вечера сгустились так, что путь им освещал лишь свет луны. — Ну, что? Перезагрузил? — молчание давило на барабанные перепонки. — Да. Все то же самое. Где мы, Акаши-кун? — в обычно безразличном голосе Тецуи слышалось волнение. — Ну, точно в Японии, — Сейджуро улыбнулся, ему тоже было не по себе особенно, когда вокруг так темно. Его нога наступила на что-то твердое, посмотрев под ноги, он поднял предмет, обнаружив, что это было копье. — Что там, Акаши-кун? — от резкой остановки капитана фантом натолкнулся на его спину. — Копье, — прищурившись, он попытался лучше его рассмотреть, — такими во времена самураев воевали. — Но откуда оно здесь? — Не знаю, — Акаши крепко сжал оружие в руке и, протянув другую, взял Тецую за запястье. — Это чтобы не потеряться, а то совсем скверно будет. Пошли дальше. Так прошло еще около двух часов, но картина вокруг не менялась: все тот же густой лес и ни намека на цивилизацию. Вдруг Куроко остановился. — Что такое, Тецуя? — Смотри, — и фантом указал вдаль, где светились два совсем мелких желтых огонька. — Отойди за меня, — дрожащим голосом приказал Акаши, предчувствие было скверным. А рука лишь сильнее сжала копье, — если что — беги. Вдалеке послышался рык, и огоньки быстро стали приближаться. Что-то надвигалось на них. Сейджуро встал в защитную стойку, готовясь парировать атаки чего-то неведомого, что приближалось к ним с ужасной скоростью. И тут из леса выскочило нечто огромное с блестящими желтыми глазами и животным оскалом и прыгнуло прямо на баскетболистов. Акаши попятился, выставив перед собой копье, и в следующую секунду оказался под огромным зверем. — Акаши-кун! — это был крик Куроко. Он бросился к парню и увидел, как острие оружия торчит из туши животного, а оно слабо скулит, издавая последние в своей жизни звуки. Тецуя с трудом свалил тело зверя со своего друга, глядя, как Сейджуро все еще судорожно сжимает копье, а его грудь часто поднимается от бешеного дыхания. — Акаши, ты как? Не ранен? — Куроко упал на колени рядом с бывшим капитаном, осматривая его на наличие повреждений. Сейджуро понемногу успокаивался, но его глаза также продолжали с ужасом смотреть на животное. Зверь, а это был именно волк, оказался ростом чуть ли не больше его самого. — Кажется, в порядке, — Акаши все-таки выпустил копье из рук и попытался приподняться на дрожащих руках, но все же потерял равновесие и был поддержан со спины руками Тецуи. Они продолжали так сидеть, переживая весь тот ужас, что приключился минутой ранее. — Здесь нельзя оставаться! — он резко поднялся, бросив еще один взгляд на убитое животное. Еще бы чуть-чуть и… Думать об этом не хотелось. Он также не хотел нервничать. Но встретившись с таким же испуганным взглядом Тецуи, он поддался гадкому и липкому чувству страха. Быстро вытащив копье из туши зверя, а другой рукой схватив Тецую, он что есть сил рванул через лес, не разбирая дороги, так, будто оставались последние секунды матча, а решающий бросок еще не был сделан. Они неслись, что есть мочи, не останавливаясь и часто запинаясь о корни деревьев. Им казалось, что остановка приравняется к смерти. Но понемногу лес начал редеть, и баскетболисты совсем не ожидали, когда деревья резко расступились, пропуская их на поляну, залитую лунным светом. Вновь споткнувшись, они вместе рухнули на траву, пытаясь успокоить рваное дыхание. Сил не осталось ни на что. Казалось, что они могут пролежать так целую вечность. Но страх, пригнавший их сюда, был иного мнения, заставляя вновь действовать из-за боязни новых угроз. Осмотрев поляну, они заметили на другом ее краю небольшую полуразрушенную деревянную постройку. Переглянувшись и прочитав в глазах друг друга немой вопрос «А стоит ли?», они все-таки направились к дому, подойдя достаточно близко и прислушиваясь. Никаких звуков изнутри не доносилось, но было вполне вероятно, что ее жители уже спят. Перед ними встал нелегкий выбор: идти дальше или зайти внутрь. Отсутствие сил, как моральных, так и физических, склонило их ко второму варианту. Баскетболисты робко приоткрыли дверь, стараясь шуметь как можно меньше, и оказались в небольшой комнате. Никого не было. Интерьер помещения явно принадлежал другому столетию: в одном углу были складированы раскрашенные щиты и копья, в другом не прибрано лежали какие-то доспехи и одежда. Увидев хаотично наброшенную солому слева от себя, которая бы сошла за место для ночлега, они вновь молча переглянулись. — Остаемся? — собственный голос показался Акаши каким-то незнакомым и хриплым. Встретившись взглядом с асом Ракузана, Куроко лишь слабо кивнул и рухнул на сено. Сейджуро, все еще боязно озираясь, положил рядом с собой копье и тоже лег на солому. Он почувствовал, как Тецуя нащупал его руку и крепко сжал. — Мне страшно, Акаши-кун.  Сейджуро помолчал. — Мне тоже, — и, поддавшись порыву, он прижал Куроко сильно к себе, а тот и не сопротивлялся. — Завтра мы обязательно… — выберемся? Но откуда? — Завтра обязательно все будет хорошо, — и сжав Тецую еще сильнее, он провалился в сон. *** Он проснулся от сильного удара по лицу. Едва разлепив веки, он увидел, что окружен тремя вооруженными воинами в средневековых доспехах, которые наставили на него свои копья. — Вы кто такие? — подал голос один из солдат. Акаши нащупал руку Тецуи и понял, что тот тоже уже не спит. — Я — Акаши Сейджуро, — приняв сидячее положение, парень бросил смелый взгляд на говорившего. — А вы кто такие? — Ха! Ты посмотри! Он еще и вопросы задает! — рука самурая замахнулась для очередного удара, но была перехвачена молниеносным движением Акаши. — Постой, — вступил в диалог другой воин. — Акаши. Их клан же присягнул на верность роду Тайра, разве нет? — Да, действительно, припоминаю такое. Но все их воины давно прибыли в наш лагерь. Я не помню его среди них, а у меня хорошая память на лица. Что-то здесь нечисто, — и самурай окинул недоверчивым взглядом баскетболистов. Род Тайра, вся эта самурайская одежда и то копье — эта логическая цепочка не могла не привести Сейджуро к единственному выводу — они попали в Японию времен Средневековья. Он чувствовал на себе непонимающий взгляд Тецуи. Но что же тогда делать? — Мы отстали от нашего отряда, и нас схватили люди Минамото, только чудом нам удалось сбежать. Мы сбились с пути и решили остановиться на ночлег здесь, — если он правильно понял, в какой эпохе они находятся, то его слова должны счесть достаточно убедительными. — Складно говоришь, — не унимался подозрительный самурай, — а это тогда что за хиляк с тобой? Ему вообще больше двенадцати не дашь, не то что бы поверить, что он воин. — Он мой оруженосец и не раз доказывал свою смелость в бою. Его сила не такая, как у остальных. — Ха… Вот незадача. Что же с вами делать? Отпустить? А вдруг врете? Ладно. Раз ты Акаши, значит, должен находиться в нашем лагере, то есть вам с нами по пути. А поскольку я тебе не доверяю, пусть сам Тайра-сама и решает, что с вами будет. Дадите себя связать или вырубить? — наглый самурай ухмыльнулся. Переглянувшись с Куроко и кивнув ему, Сейджуро протянул руки, надеясь, что скоро что-то все-таки прояснится. Их вели вплоть до самого вечера. В красных красках заката перед ними предстала большая каменная крепость. Караульные, завидев своих, открыли ворота, пропуская гостей внутрь. Обстановка была точь-в-точь средневековая: вокруг бегали по своим делам солдаты в доспехах, иногда проходили важные мужи в красивых кимоно. У Акаши не осталось сомнений, где они находятся, но это осознание не отвечало на самые главные вопросы: как и почему? Пока их сопровождали в покои лорда Тайры, зеваки внимательно рассматривали каждого из них, что было не очень приятно. Наконец, зайдя внутрь, они очутились в большой зале, убранной по эпохе того времени: седзи** были украшены натуральным орнаментом, на стенах висело несколько катан и боевых щитов, на мягких подушках за большим низким столом, на котором была расстелена карта, сидели самураи, а во главе этого, по-видимому, совещания находился высокий мощный мужчина средних лет с длинными усами и прищуренным взглядом. — Господин, господин! — стража у входа в зал пропустила их. — Чего тебе? — низкий грубый голос недовольно ответил. — Не видишь? Мы заняты, — и тогда вредный самурай протолкнул вперед себя баскетболистов. — На колени перед лордом Тайра! — Акаши обернулся, чтобы смерить его уничижительным взглядом, но был резко подбит со спины и, потеряв равновесие, упал на пол, почувствовав как рядом так же приземлился Тецуя. — Ну, и кто это? — лорду явно не приносила удовольствия эта беседа. — Вот и я хотел бы знать, Тайра-сама! Старший из них говорит, что он из клана Акаши, но ведь все их войска давно здесь, значит, что-то нечисто. Они находились на нашей территории. — Хм, я лично пересчитывал их отряд. Было ровно пятьсот человек, как и сказал Акаши-сан. — Мы отстали от нашего войска, — и Сейджуро спокойным голосом пересказал всю историю, что придумал до этого, смотря прямо в глаза лорда. — Ну, хорошо. Нет у меня времени этим заниматься. Раз пришел сюда, то битва будет через несколько дней. Готовься. Развяжите его, — и Тайра вновь стал изучать карту боя. — Простите, господин, а со вторым что делать? — боязливо спросил солдат. — Бросьте его в темницу. Все равно на поле боя он будет только помехой. Иди уже, — лорду это все уже откровенно надоело. — Подождите! Я без него не могу! — и встретившись с испуганным взглядом Куроко, Акаши продолжил. — Он отличный боец. — Ну вот и замечательно. А то вдруг ты все-таки врешь? Если вздумаешь сбежать или предать нас, мы просто убьём мальца. Я вижу, ты им дорожишь. Так что выбор за тобой. А теперь выведите их отсюда, и так много времени отняли, — и стража грубо сопроводила их из покоев лорда Тайра. Самурай, который привел их сюда, развязал руки Сейджуро. — Слышал? Теперь иди. Казармы находятся рядом с правой башней замка. Скоро увидимся, — и схватив Куроко за плечо, солдат повел его в другую сторону. — Акаши-кун! — глаза Тецуи в страхе расширились. Сейджуро со всей силы ударил самурая, так что тот полетел на пол, но при этом утащив за собой Куроко. — Эй, урод, ты совсем не понимаешь, что происходит?! — солдат быстро вынул из-за пазухи небольшой клинок и приставил его к горлу фантома. — Да уже только за это я имею право его прикончить! — Прошу, не надо! — Акаши впервые в жизни не знал, что ему делать. — Тебе повезло, что у меня сегодня хорошее настроение, — глаза самурая были полны презрения и собственного превосходства, — но еще одна подобная выходка, и я принесу тебе его голову, — он бросил враждебный взгляд на капитана Поколения Чудес. Куроко обратил последний молящий взор на своего друга, после чего солдат повел его в темницу. — Тецуя, не бойся! Все будет хорошо. Я вытащу тебя. Обещаю… Фигуры воина и фантома скрылись за поворотом. * Каннуси — жрецы ** Сёдзи — в традиционной японской архитектуре это дверь, окно или разделяющая внутреннее пространство жилища перегородка, состоящая из прозрачной или полупрозрачной бумаги, крепящейся к деревянной раме.