Счастье

      Утро нового дня выдалось пасмурным. Солнце ещё не взошло, но небо уже казалось тяжёлым и не по-летнему мрачным. Свинцовые тучи застилали горизонт, отрывистый суровый ветер бушевал на просторах перед замком Родрвир — центром обитания всех оборотней. Именно здесь, во внутреннем дворе величественного сооружения, больше сейчас похожего на осиное гнездо, состоится встреча двух королей. Оборотни пребывали в нетерпении, они ожидали победы своего вожака и скорой крови. Эта нация всегда славилась своей кровожадностью, нетерпеливой жаждой убийства и сражения. В бою оборотни ни перед чем не останавливаются, разрывая своих врагов в клочья, уничтожая их, стирая в пыль. Они готовы на всё, лишь бы времена их полного правления и неограниченной свободы вернулись, и единственное препятствие к исполнению заветной цели, почти мечты — этот совсем ещё ребёнок. Оборотни скалятся, предвидя лёгкую и быструю победу. Атмосфера на территории замка царит более чем мрачная. Так бывает перед началом великих сражений, когда все понимают, что сегодня погибнут многие, а выживут лишь единицы, когда две противодействующие армии смотрят друг на друга и каждая знает, за что борется.       Габриель спокойно и величественно стоит и смотрит на Фенрира Грейбека, осознавая, ради чего и ради кого готов отдать свою жизнь здесь и сейчас. В глазах оборотня такое же знание, подогретое воспалённым желанием сдёрнуть с мощной шеи ошейник, поводок от которого в руках у этого хрупкого, на вид, парня и разорвать его на мелкие лоскутки кожи и плоти.       Вампиры напряжённо застыли за спиной своего короля, каждый из них жаждет победы, но далеко не каждый в ней уверен. Высокая фигура Габриеля, облачённого в узкие чёрные брюки, с закреплённым на поясе мечом, чёрную рубашку и высокие сапоги, слишком ярко выделяется на фоне этого серого замка, тяжёлых облаков и порывистого ветра. Король вампиров смотрит на своего оппонента суровым, холодным взглядом, в котором читается превосходство и толика безумия. Юный вампир готов на всё ради своего народа и друзей, ради памяти своих великих предков.       Фенрир смотрел на этого мальчишку с презрением и превосходством, он уверен в своей победе. Оборотень не намерен и дальше терпеть над собой власть вампиров, к тому же, теперь, когда их королём стал сопливый мальчишка.       Солнечные лучи с трудом пробивались сквозь тяжёлые свинцовые тучи, на мгновение скользнув по лицам королей, и скрываются вновь, словно не желая видеть той крови, что сейчас прольётся, тех страданий и мучений, что придётся вынести близким двух оппонентов.       — Пора приступать, кровосос, — презрительно рычит оборотень.       Габриель вздыхает, концентрируя свои силы и магию.       — Выживи, слышишь? Тебе есть, ради кого жить, — тихо, но настойчиво шепчет Рене, уходя вместе с остальными членами совета в безопасное место.       Не сговариваясь, оба противника принимают свой первозданный облик. Оборотень, не желая прятать своё истинное лицо, оборачивается огромным серым волком, его глаза полыхают ненавистью, жаждой крови и убийства, пасть растянута в жёстком оскале, демонстрируя огромные белые клыки. Габриель распускает чёрные перепончатые крылья, кожа его бледнеет ещё сильнее, руки обвивают руны, ногти превращаются в когти, уши удлиняются, становясь похожими на уши летучих мышей, клыки сверкают, словно длинные клинки. Весь его вид уподобляется смертельной машине, магия свивает вокруг него свои цепи, глаза вампира полыхают силой и жаждой победы, рука удобно перехватывает рукоять серебряного меча.       Противники настороженно смотрят друг другу в глаза, рычат и шипят, но ни один не переходит к активным действиям, пока. Неожиданные раскаты грома прерывают затянувшуюся дуэль взглядов, молния ударяет в паре футов от вампира, однако он даже не шелохнулся, всё его внимание приковано к противнику. Грейбек внимательно смотрит на своего оппонента, выжидая. Он не спешит, желая растянуть эту схватку, насладиться кровью заклятого врага. Молнии сверкают в тяжёлом небе, гром оглушает, заставляя вздрагивать от неожиданности. Начинается дождь. Холодные, не по-летнему, капли хлещут по лицам врагов и наблюдателей, мочат серую шерсть и чёрные пряди волос, заставляя их липнуть к телу и становиться мёртвым грузом.       Наконец, оборотню надоедает ждать, и он, зарычав, кидается на своего противника. Габриель уворачивается от атаки и вскоре признаёт бесполезность меча: Грейбек быстр и ловок, некогда заносить оружие для атаки, драться придётся по-животному. Вампир отбрасывает оружие, взмывая в небо. Кровь льётся рекой, и сложно в плотной стене дождя увидеть, кому ударов достаётся больше, в раскатах грома слышится рык оборотня, а в разрядах молнии — сияние магии вампира. Они дерутся не на жизнь, а на смерть, кусаясь и царапаясь, раздирая и разрывая плоть врага. Каждому есть, за что умереть, каждый хочет выжить. По мощёной улице кровь текла вперемешку с дождевой водой.       Оборотни и вампиры молча наблюдают за этим сражением и сердца их одинаково сжимаются при каждом ударе, каждой новой кровавой полосе. Рычание и шипение перекрикивают раскаты грома. Они похожи на диких животных, защищающих свою территорию. В новом блеске молнии все смогли различить, как окровавленный вампир подхватил свой меч, в раскате грома все слышали полу-рык полу-стон побеждённого оборотня.       Время идёт, но ничего не происходит. Солнце, осмелившееся выглянуть после прошедшей грозы, освещает залитый кровью двор, лежащего на спине оборотня с мечом в груди — он ещё жив, и лежащего рядом с ним вампира с изодранными в клочья крыльями и тяжёлыми ранами, его грудь быстро вздымается, он дышит нервно и прерывисто. Алые цвета всюду: на мокрой серой шерсти, на матовой бледной коже, на руках и лапах, на губах и клыках. Солнце скользит лучами по закрывающимся глазам оборотня, по разметавшимся волосам вампира.       Два короля не видят, как в их сторону несутся вампиры, оборотни и двое магов, неизвестно как тут оказавшихся. Два короля смотрят на ясное уже небо, на солнце, чувствуют тёплый ветер, ощущают кожей холодный камень двора и тепло лета. Они видят едва заметное колыхание зелёных деревьев и летающих над ними птиц. Так легко, словно не они только что дрались, словно это не их кровь разлита по бесчувственным камням двора.       — Ты сильный вампир, — хрипит Фенрир, теперь в его карих глазах читается уважение, на что Габриель едва заметно улыбается.       — Ты мудрый и великий король, — отвечает Цепеш, закрывая глаза.       Он смертельно устал, ему хочется спать, а ещё перед закрытыми веками всплывают лица друзей: Рона, Гермионы, Драко, Блэйза, Панси, Ремуса, Сириуса, директора и, почему-то, Тома Риддла. Да, определённо, министр не так плох, как он думал. Габриель проваливается в тёплую и спасительную тьму, чувствуя улыбку на своих губах. «Войны не будет, он сдержал своё слово», — это последняя мысль в уплывающем сознании.