Счастье

      Открывать глаза Габриелю совершенно не хочется, всё тело чертовски болит и затекло, голова раскалывается и словно свинцовая. Вампир устало приоткрывает веки, воскрешая в памяти события недавней встречи с оборотнем. Цепеш стонет и решает отвлечься, осматривая комнату: нежно-персикового цвета стены, пушистый белый ковёр на полу, мебель из светлого дерева, большие окна с лёгкими занавесками. Брюнет ещё раз обводит взглядом комнату и удивлённо хлопает глазами. Нет, помещение красивое, но представить себе такую обстановку в одном из старинных замков вампиров решительно невозможно. Габриель осматривает себя: грудь и живот перебинтованы, как и запястье правой руки, он всё ещё в воплощении вампира, что способствует скорейшему выздоровлению. Брюнет вздыхает и принимает свой обычный вид. С характерным хлопком в комнате появляется домовой эльф, что так же не свойственно дому вампиров: у них служат только люди или другие вампиры.       — Сэр, хозяин приказал мне следить за Вашим состоянием, он уже оповещён о том, что Вы пришли в себя, и скоро прибудет. Ваша одежда в шкафу, но я бы не советовал Вам вставать, раны ещё не полностью затянулись.       Габриель удивлённо приоткрывает рот.       — Эм, спасибо... А где я? — спрашивает вампир.       — В замке Слизеринов, сэр, — отзывается домовик.       Челюсть Габриеля опускается ещё ниже. Он явно пропустил что-то важное, пока был без сознания.       — Полагаю, спрашивать тебя, как я оказался в доме министра Магии, хотя потерял сознание в другой части Англии, бессмысленно, — скорее, констатирует, чем спрашивает Габриель.       Домовик только кивает.       — Ясно, давно я тут?       — Четыре дня, сэр, — рапортует эльф.       Габриель трёт переносицу, углубляясь в свои мысли: «Как прошла встреча? Что он тут делает? Как там Дерил? Как совет?». Теперь, после победы Габриеля, можно начинать строительство нации заново, воскрешать её из пепла. Первые шаги уже сделаны, теперь необходимо организовать отдельную школу для вампиров, как в Окинаве, для этого необходимо построить помещение, необходим проект, средств хватает.       — Я рад, что ты, наконец, вернулся к нам, — вырывает Габриеля из мыслей голос Риддла.       Мужчина стоит в дверях и улыбается, глядя на обескураженного вампира. Сейчас Цепеш такой забавный и немного домашний со своими слегка растрёпанными волосами, удивлёнными глазами и приоткрытым ртом.       — Чем обязан столь высокой чести оказаться в вашем доме? — язвит Габриель просто потому, что не знает, что ещё сказать.       Том тихо смеётся и перемещается на кровать, отчего вампир дёргается.       — Я спас тебе жизнь, ты мог бы быть и поласковее, — хихикает мужчина.       Вампир снова поражённо приоткрывает рот, пытаясь понять, что же он всё-таки пропустил, а из всего, что сейчас происходит, он делает вывод, что пропустил уж очень много.       — Я что-то ничего не понимаю, — признаётся он, наконец.       Том улыбается ему как-то успокаивающе и обнадёживающе.       — Люциус узнал о том, где и во сколько состоится твоя встреча с королём оборотней, и я решил, что не хочу пропускать это событие. С юридической точки зрения, я не имел права вмешиваться, однако оборотни представляли косвенную, а в случае твоего поражения — прямую, угрозу магической Британии, поэтому я смог добиться того, чтобы меня и Малфоя пропустили на территорию замка в качестве сторонних наблюдателей, — поясняет Том, наблюдая за сосредоточенным выражением на лице Габриеля. — После я забрал тебя к себе, по одной простой причине: где находится твой замок, никто не знал, а в Соудене в эти дни творился хаос, — Том замолкает, давая вампиру время переварить полученную информацию.       — Спасибо, — отвечает, наконец, король и слегка склоняет голову.       Риддлу настолько странно это видеть, что он не сразу находит, что ответить. Габриель выглядит спокойным, но при этом собранным, словно ждёт удара.       — Пожалуйста, ты всегда можешь на меня рассчитывать.       Вампир улыбается, и Том впервые видит такую улыбку Габриеля, обращённую к себе, раньше она касалась его губ исключительно при разговоре с Малфоем или Блэком, но только не с ним.       — Я сообщил Рене о том, что ты пришёл в себя, думаю, он скоро появится, — продолжает Том.       Габриель кивает:       — Спасибо, я не задержусь надолго, — вампир хочет встать, но Риддл легко надавливает на его плечи, заставляя лечь обратно.       Цепеш отмечает нахмуренное лицо министра, но никак не может понять, с чем это связано.       — Лежи, тебе необходим покой. Останешься здесь, пока врач не разрешит уйти, — Том выглядит серьёзным и непреклонным.       Вампир только вздыхает и подчиняется, в конце концов, у него болит и ломит всё тело.       — Хорошо, но тогда работать мне придётся тут.       Риддл понимающе кивает, любой другой сказал бы, что за неделю-другую без него мир не развалится, однако Министр понимает, что будет в точности до наоборот.       — Вот и хорошо, отдыхай, — Том поднимается и отправляется в кабинет.       Во-первых, он должен сообщить Люциусу, что с вампиром всё в порядке, а, во-вторых, необходимо подготовить ответы на вопросы к предстоящей пресс-конференции по случаю внесения определённых поправок в законодательство Магической Британии.       Габриель поднимается с кровати и принимается одеваться, к приходу Рене он должен быть готов. Хорошо бы появиться в замке, но его местонахождение всегда держалось в секрете и невозможно его раскрыть. Вампир вздыхает, не замечая появления домовика.       — Вам что-нибудь необходимо, сэр? — Цепеш оборачивается, в конце концов, одежду можно и купить, не страшно.       — Да, сообщи, если ко мне кто-то придёт, принеси бумагу и перо, убери кровать и приготовь крепкий чёрный чай.       Домовик покорно кивает и отправляется выполнять приказы, а Габриель снова погружается в свои мысли.       — Сэр, Ваши указания выполнены, бумага, перо и чернила на столе, чай там же, — звучит голос домовика.       — Спасибо, — Габриель садится за стол и принимается писать письмо Драко, потом Панси и Блэйзу: ему понадобится помощь друзей для осуществления своих идей.       Чай очень вкусный, а мысли текут лениво и совсем не в нужном русле. Что-то с ним не так, раз ему не хочется уходить из этого дома. Почему? Тут Том. И вот эта мысль не такая, как положено. Габриелю это решительно не нравится, подобное поведение его собственного организма его раздражает. Он не желает думать, что министр Магии может стать кем-то большим, чем деловой партнёр, но, почему-то, при этой мысли его сердце сжимается и пропускает пару ударов, а после и вовсе начинает стучать, как сумасшедшее. Его мёртвое сердце играет с ним злую шутку, решив довериться именно этому человеку. Вампир вздыхает, одно он знает точно — он не покажет своих чувств, потому что потом будет больно и плохо, он видел, что произошло с его отцом, когда его любовь умерла и покинула его. Но смерть любимого человека — это одно, а если он просто тебя отталкивает — это другое, и, что хуже, Габриель не знает и знать не хочет.       — Сэр, к вам Рене Альфонсе, — рапортует домовик.       — Прекрасно, пусть войдёт. Отправь, пожалуйста, эти письма. Да, и как тебя зовут?       — Джимми, сэр.       Габриель кивает, и эльф отправляется выполнять приказы. Уже через мгновение в комнату входит Рене, вид у него уставший, словно он уже давно не спал.       — Рад, что Вы снова с нами, Ваше Величество, — вампир кланяется.       Габриель кивает ему на кресло:       — Присаживайся. Что там у вас происходит?       Старейшина покорно опускается в кресло, отмечая, что король выглядит значительно лучше. Иногда вампира просто поражает жажда жизни и действия этого парня.       — Всё замечательно, Ваше Величество, задержанные вампиры всё ещё в тюрьме. Оборотни признали полное поражение и подписали мирный договор. Новые законы и правки уже внесены в законодательство Магической Британии, Румынии и Франции. Министры Магии Испании, Италии и Болгарии желают встретиться с Вами. Министры Ирландии, Португалии и Германии получили копии договора, однако от них ответа пока не было, — обстоятельно докладывает Рене.       Габриель стучит пальцами по столу и кивает, всё складывается просто замечательно.       — Прекрасно. Подыщи мне свободные земли, довольно большие во всех этих странах, в том числе, и Британии, — говорит король, закидывая ногу на ногу.       — С замками или поместьями? — спрашивает старейшина, не понимая пока сути подобной просьбы.       — Нет, желательно, с лесами и довольно обширными территориями, — отвечает король.       Рене удивлённо на него смотрит.       — Могу я спросить, для чего?       Король переводит на него взгляд и улыбается:       — Я хочу построить на этих землях школы для вампиров, самая большая будет в Британии, остальные, как её филиалы, будут находиться в дружественных странах, — поясняет Габриель.       Рене улыбается, оценив стремления и желания короля. Видя Габриеля таким, Альфонсе вспоминает Влада, тот тоже хотел построить школы, развить предприятия и многое другое, жаль, что он не успел. А из всех его потомков выдающимся политиком был и есть только Габриель, остальные больше увлекались наукой или историей. Но сейчас на трон взошёл именно тот король, которого вампирам так долго не хватало, которого стоило ждать. Сильный, упёртый, терпеливый, преданный и уверенный в себе — он поднимет нацию из руин. Рене всем сердцем верит в него.       — Я всё сделаю, Ваше Величество, — радостно отзывается старейшина.       Габриель кивает ему. Он видит в глазах этого вампира безграничную веру и преданность и ценит его за это.       — Хорошо, ты можешь идти, спасибо.       Рене, слегка склонив голову, поднимается. На мгновение он останавливается, будто собираясь что-то сказать, но, видимо, решает промолчать. Больше всего Габриель не любит недомолвки.       — Что-то ещё?       Рене замирает на пороге комнаты и оборачивается.       — Ваше Величество, — он замолкает, на что брюнет только хмурится, — Габриель, я прошу тебя не повторять ошибок твоего отца. Любовь — это не то чувство, которое следует запирать внутри. Если она есть, то тот, кому это чувство предназначено, должен о нём знать. Я не хочу лезть не в своё дело, однако, прошу тебя: дай своим чувствам шанс, думаю, они тебя не разочаруют.       Габриель опускает взгляд, он не знает, откуда и как Рене догадался об этом, но король ему благодарен.       — Спасибо, я подумаю над твоими словами.       Старейшина, ещё раз склонив голову, тихо выходит. Король устало вздыхает и смотрит на улицу. За окном радостно светит солнце, небо ясное, и, наверняка, тёплый ветер слегка покачивает деревья. Вся природа радуется наступлению долгожданного мира и гармонии в царстве вампиров. Габриель улыбается и ложится на кровать, засыпая.