Падаванство

- Сколько у вас, мастер? - Тридцать восемь ровно. А у тебя что, падаван? - Тридцать восемь и пять, - гордо отозвался свёрток из одеял и пледов с соседней кровати и шмыгнул носом. - Балбес, - с чувством заметил Квай-Гон, потянувшись за очередным носовым платком и смачно высморкавшись,- не всегда больше значит лучше. И температура - как раз тот случай. Явно испуганный таким выводом Оби-Ван зарылся поглубже в одеяла, кинув жалобно звякнувший градусник на тумбочку. Может быть, на Корусанте и была медицина, способная изготовить человеку новую руку взамен отрезанной, но с лечением простых инфекций вроде простуды у светил явно было туговато. Целители Храма ничего не могли сделать, кроме как развести руками и сочувственно покивать: мол, юнлинги поголовно болеют, сами понимаете, детки малые, им туго приходится, всю бакту скормили им, а на лечение старших джедаев ничего не осталось. Пришлось ждать, пока пройдет таможню очередная огромная партия этого универсального лекарства, ну а до тех пор пользоваться народными средствами - одеялом, мёдом и душеспасительными беседами с наставником. Первое время, пока Квай-Гон просто приходил к заболевшему ученику и читал ему длинные и поучительные нотации, сидя на краешке его кровати, Кеноби клял пуленепробиваемый иммунитет наставника и его тягу к просвещению неразумного дикаря и варвара Оби-Вана. Зато потом Джинну и самому стало не до увлекательного образовательного процесса: попробуйте тут рассуждать о высоких материях, когда в носу то и дело щекочет! Поэтому вскоре обоих возмутителей спокойствия, которые, казалось, с повышением температуры становились только активнее, заперли в комнате, предательски бросив болящих на произвол судьбы. Дверь со скрипом открылась, и на пороге возник один из юнлингов, робко переминавшийся с ноги на ногу. - Чего тебе? - вскинул брови Квай-Гон, промокая платком изрядно покрасневший нос. - Магистры сказали, что я должен всячески вам помогать, - пропищал белобрысый мальчишка, юркнув в комнату. Джинн едва подавил вздох: Совет настолько ценит одного из лучших своих фехтовальщиков и дипломатов и его ученика, что аж смилостивился прислать целого юнлинга. Из-за насморка и тумана в голове Квай-Гон напрочь забыл выставить ментальные щиты, надёжно скрывавшие его мысли от пронырливого телепата Оби-Вана, нередко пользующегося прочной связью Силы между ним и учителем в корыстных целях. Кеноби и в этот раз среагировал незамедлительно: в мозгу магистра нарисовалась картина, явно принадлежавшая богатому воображению его падавана - они вдвоём лежат на золотых кушетках, кругом целая толпа рыцарей-джедаев, готовых выполнить любой приказ, а за ними с опахалом стоит сам Мейс Винду. Главу Совета, который изрядно досаждал Квай-Гону, мысленно дорисовал уже сам магистр под хихиканье Оби-Вана, раздававшееся у него в голове. Вернувшись в реальность, Джинн посмотрел на изумлённо хлопающего глазами белобрысика и вспомнил, что вся эта великолепная фантазия была недоступной юнлингу, потому что происходила благодаря телепатической связи только в уме у учителя и его падавана. Поблагодарив Силу за то, что читать чужие мысли такие малыши еще не умели - иначе к послужному списку Квай-Гона прибавился бы ещё и пунктик "совращение молодёжи", - джедай вяло махнул рукой: - Дуй в столовую и принеси нам чего-нибудь поесть, что ли... Когда мальчишка унёс практически мгновенно опустевшие подносы, Оби-Ван широко зевнул и вздохнул: - Тот салат был очень вкусный.. - Ммм, наверное, - буркнул Квай-Гон и повернулся на другой бок. Он пытался заснуть, но именно сейчас его вечно голодный падаван решил сочинить еще одну оду еде! - Эхх, как там морковочка хрустела... А картошечка так и вообще была незабываема! - продолжил вздыхать Кеноби. Магистр раздраженно фыркнул и снова повернулся на другой бок. Он уже догадался, что перемена положения не поможет преодолеть бессонницу: чтобы наконец провалиться в объятья Морфея, надо заткнуть болтливого ученика. Правда, желание применять силу - или Силу? - у простуженного было нулевое. Вздохнув, Квай-Гон сел, покопался немного в тумбочке, отыскав свой тайник на самый что ни на есть чёрный день, и протянул Оби-Вану шоколадный батончик. На некоторое время вздохи и воспоминания о еде сменились вознёй и довольным чавканьем. Этого короткого промежутка времени Джинну хватило, чтобы крепко заснуть, перед этим поставив в уме галочку - срочно обучить падавана столовому этикету, чтобы не краснеть за него на каком-нибудь дипломатическом приёме. Через несколько дней вполне здоровые, только временами чихающие наставник и его ученик прогуливались по улицам Корусанта, наслаждаясь свежим воздухом. Гулять просто так, как известно, не очень интересно, поэтому скоро Квай-Гон, запустив руку в карман плаща, извлёк на свет горстку республиканских кредитов, прикидывая, на какие развлечения им двоим хватит их сбережений: - Сколько у вас, мастер? - Около сотни, - вздохнул Джинн. На самом деле, его положение было еще ничего: многие в Ордене уже забыли, что такое деньги и как они выглядят. - А у тебя что, падаван? - Пятьдесят, - радостно улыбнулся Оби-Ван. Ладонь Квай-Гона мысленно встретилась с его благородным лицом. Впрочем, это все поправимо - мальчишка все детство провёл в Храме, почти не выходя оттуда, поэтому и не представляет, зачем ему лично могут понадобиться деньги. - Как был балбесом, так и остался, чучело, - по-отечески вздохнул магистр, легонько дёрнув неразумного падавана за косичку, - не всегда больше значит лучше, но вот в случае с республиканскими кредитами... Мороженое будешь?