Грань

Прошла неделя как Ричард принес присягу Кэналлийскому Ворону. Рана затянулась, оставив после себя изогнутый шрам. Дик решил до поры отложить эксперименты со своей кровью, чтобы не распалять любопытство своего эра. В тот раз в кабинете расспросов не последовало, но если это вдруг повторится, Ричард был уверен, что из него вытрясут всю душу. Интересно, что там Алва по этому поводу себе надумал. Что его оруженосца привлекает боль? Что в Лаик появились новые изощренные наказания для опальных герцогов? Или же, что означенный герцог, не выдержав издевательств, неудачно пытался свести счеты с жизнью? Про иголки Дик тоже говорить не стал. Закрывшись в своей новой спальне, он внимательно осмотрел дублет. Извлеченные из рукава иглы были длинные и толстые. Такие скорее подошли бы для сшивания кожи, чем для ткани. Это все явно не было случайностью. Одну иглу забыть еще можно, но две? Пока важных церемоний на горизонте не предвиделось, Первый маршал позабыл о существовании у него оруженосца. Ричарда же съедало любопытство. Ворон был Повелителем Ветра. Что он умеет? Знает ли он об Ордене, а если знает, есть ли у него татуировка на запястье? Быть может, в этом и был секрет его фехтовального и полководческого дарования. Одни называли это гениальностью, другие связывали с покровительством Повелителя Кошек, но на самом деле разбуженная кровь Абвениев возвысила своего обладателя над другими. Если так, Ричард обязательно это выяснит. На первое время Дика увлекло исследование особняка. К огромному сожалению, он был построен из кирпича. Камень был лишь в фундаменте и в отделке каминов, зато на бюро, столах, каминных полках было множество мелких вещичек из камня или украшенных камнями. Только вот узнать что-то через них не выйдет. Для того, чтобы что-то выведать у камней требовались время и предельная концентрация. Было недостаточно повертеть предмет в руках или положить на него руку, а значит требовалось либо пробраться в герцогский кабинет среди ночи, либо умыкнуть необходимую безделушку. Ни на первое, ни на второе Дик пока не решался. Он был уверен: стоит какой-нибудь статуэтке пропасть, слуги это тут же заметят и герцога Окделла ославят на всю страну как вора. То-то матушка обрадуется. Камин в спальне поведал, что много лет назад это были покои герцогини Алва. Забавное совпадение. Впрочем, жены у Первого маршала все равно не было, так что не удивительно, что комната на много лет превратилась в гостевую. Ничего ценного выяснить о недавнем прошлом и настоящем Повелителя Ветра не удалось. День рождения королевы наступил неожиданно. Просто одним утром на пороге появился слуга с парадным черно-синем колетом в руках и сообщил, что через полчаса соберано будет ждать его во дворе. Забираясь в седло, Ричард в очередной раз с неудовольствием оглядел Баловника. Перевел взгляд на Первого маршала, восседавшего на своем великолепном мориске. Мысленно помянул Повелителя Кошек. С этим что-то нужно было делать. Хороший конь это ведь не только про статус и положение. Где гарантия, что, испугавшись боя колоколов или падения ведра, Баловник не встанет на дыбы, не выкинет его из седла и не пройдется по нему всеми четырьмя копытами? Приличная лошадь была жизненно необходима, но он скорее откусит себе язык, чем попросит денег у Алвы. У него оставались драгоценные камни, созданные во время экспериментов, но нужно было найти ювелира, способного предложить за них достойную цену. Дик не разбирался в ценах на драгоценности и лошадей, но был уверен – одного камня с лихвой хватит на покупку достойной лошади. Первый маршал оставил его в приемной королевы, а сам на правах официального любовника прошел в спальню. Ричард оглядел нескольких фрейлин, бросающих на него любопытные взгляды, и мысленно вздохнул. Нечасто ему приходилось общаться с молодыми женщинами. Мимо него по очереди прошли кансилльер, подчеркнуто не заметивший его, и кардинал, наоборот, окинувший долгим проницательным взглядом, от которого невольно задрожали поджилки. Интересно, с какими из эориев он в родстве и что унаследовал от Абвениев. Последним в приемную влетел запыхавшийся толстяк, при виде которого фрейлины тут же присели в реверансах. Ричард также изобразил полупоклон, исподлобья продолжая наблюдать, как нервно мяли шляпу похожие на сосиски пальцы. Помнится, Герман что-то там говорил о вырождении Раканов. Что ж, Оллары выродились еще быстрее и результат этого он сегодня наблюдал. Наконец эр Рокэ под руку вывел именинницу и передал ее законному супругу. Король с королевой прошествовали в тронный зал, за ними потянулись остальные. Стоя за плечом Первого маршала, Ричард рассматривал придворных, пришедших поздравить Катарину Оллар и вручить соответствующие случаю подарки. От этих славословий быстро стало скучно. Время помогало скоротать изучение украшений, которыми были обвешаны придворные. Забавляло, сколько из них были начинены мертвым стеклом, не способным отозваться на его мысленный призыв. К трону подошел Людвиг Килеан-ур-Ломбах, комендант Олларии и несостоявшийся эр, и осыпал королеву ворохом заезженных комплиментов. За его плечом стоял Эстебан и не сводил глаз с Ричарда. В бирюзовом колете, обшитым черной тесьмой, он выглядел смешно. За последнюю неделю Дик получил от него два письма. Оба состояли из оправданий и просьб увидеться. Радовало, что у него хватило мозгов прямо не писать об их связи. В любом случае у Ричарда были куда более срочные дела. Наконец грянул «Создатель хранит Талиг», августейшая чета поднялась и покинула зал. Церемония завершилась. - Юноша, можете быть свободны. Алва, казалось, хотел от него побыстрее отделаться. Ричарду не нужно было повторять дважды. В толпе мелькнула знакомая золотая макушка и Дик, невольно улыбнувшись, поспешил вперед. - Викон Сэ, - с шутливым подобострастием проговорил он. – Счастлив встретить вас вне стен Загона. - Эр Окделл, - подхватил Арно. – Не соблаговолите ли составить мне компанию в утреннем моционе. Переглянувшись, оба фыркнули. Они спустились по лестнице и через открытую галерею вышли в сад. Погода была чудесная. Как раз для прогулок. - Я думал, ты уже на пути в Западную армию. Не ожидал увидеть тебя в столице. - Да, у монсеньора остались какие-то дела в Олларии, - Арно стянул перчатки – солнце начинало припекать. – Как ты, Дик? Как служба у Первого маршала? Ричард и сам задумался над этим вопросом. - Необременительно, - наконец сформулировал он. – Думаю, попади я к кому другому, и меня гоняли бы с поручениями с утра до ночи. Эр Рокэ же временами забывает, что у него есть оруженосец. Никогда у меня не было столько свободного времени. - И этим обязательно нужно воспользоваться, - усмехнулся Савиньяк и подмигнул ему. - Разумеется. В ближайшие пару дней. Арно, хотел тебя спросить, - Ричард замялся. – Не знаешь ли ты в Олларии хорошего ювелира? Хотел купить сестрам подарки. - Ювелира, - задумчиво протянул Арно. – Разве что лавка старого Йормиоля на Старознаменной улице – у него брат заказывал колье для мамы на ее именины. Если тебя не смутит, что он гоган. - Не смутит. Лишь бы мастер хороший был. Они проговорили еще полчаса и распрощались. *** Слежку Ричард почувствовал сразу же как покинул дом на улице Мимоз. За ним по пятам шел кто-то внимательный, но лишенный злого умысла. Об этом ему подсказали камни мостовой. Дик сделал вид, что заинтересовался товаром на прилавке торговца, перекинулся с ним парой слов, а когда дорогу временно перегородила подвода с овощами, рванул в подворотню. Камни не соврали: тупика там не было и Ричард, оказавшись на параллельной улице, смог затеряться в толпе. Старознаменную улицу удалось найти не сразу. Пришлось несколько раз спрашивать дорогу. В лавке гогана пахло сладко и пряно, хоть торговал он отнюдь не специями или благовониями. За прилавком стоял парень чуть старше Дика и сквозь какой-то увеличительный прибор рассматривал перстень. Насыщенно-медный цвет волос не оставлял сомнений в его происхождении. - Сколько дадите за этот камень? Ричард достал небольшой мешочек и вынул из него довольно крупный сапфир. Гоган взял его в руки, повертел, взглянул через свою стекляшку, цокнул языком и вынес вердикт: - Сто пятьдесят таллов. - Что? – Ричард задохнулся от возмущения. – Я тебе не погнутое столовое серебро принес! - Камень не ограненный, - принялся загибать пальцы наглец. – После обработки станет раза в три меньше. Качество у него низкое: примесей много. Поглядите, какой мутный. Сын моего отца также не спрашивает, откуда он у уважаемого гостя взялся. Сапфиры в Талиге добывают только в Кэналлоа, но на кэналлийца уважаемый гость совсем не похож. - Обвиняешь меня в воровстве? – Ричард с трудом подавил желание вцепиться в рыжие патлы и повозить эту наглую морду по прилавку. Останавливало только то, что у таких заведений наверняка была охрана, а поднимать шумиху было совсем не в его интересах. – Что ж, тогда мне нечего здесь делать. - Камеоль, что за шум? – раздался из недр лавки старческий голос. - Достославный Йормиоль, сын моего отца сожалеет, что побеспокоил вас, - в одно мгновение нахал стал почтительным и подобострастным. Из-за полупрозрачной занавеси показался сухопарый старик, на голове которого совсем не осталось ставшей притчей во языцех рыжины. - Уважаемый гость предлагает камень. Хозяин лавки принял из рук помощника сапфир и проделал все уже виденные Диком манипуляции, но действовал куда вдумчивей и внимательней. В какой-то момент он поднес камень к лицу и понюхал его, после чего впился в Ричарда взглядом. - Блистательный почтил своим присутствием лавку этого недостойного. Цена в три тысячи таллов блистательного утроит? - Три тысячи?! – казалось, молодой гоган вот-вот задохнется, как выброшенная на берег рыба. Ричард тоже не мог скрыть своего удивления. Он рассчитывал хотя бы на шестьсот, которые также были для него огромной суммой. - Да, да, конечно, - пролепетал он. - Блистательный желает получить всю сумму сразу или его устроит расписка? Дик представил, как возвращается на улицу Мимоз, таща за собой мешок золота. - Расписка вполне приемлема. Старый Йормиоль удалился в недра лавки, но быстро вернулся с несколькими листами бумаги, расцвеченными надписями и печатями, и бархатным мешочком. - Здесь триста таллов и расписки на остальную сумму. Блистательный может прийти с ними в любой день в эту лавку или в любую гоганскую меняльную лавку Талига. Из уроков ментора Шабли Ричард знал, что гоганы живут организованными сообществами, но никогда не думал, что их взаимные связи настолько всеобъемлющи, что один был готов платить по долгам другого. Он убрал тяжеленький мешочек и собирался уже уходить, как его догнал голос старого гогана: - Кровь блистательного слишком ценна, чтобы растрачивать ее попусту, особенно в преддверии Великого Излома. Блистательный еще не знает, но правнуки Кабиоховы могут оказать ему куда более ценную услугу, чем подкинуть пару монет, - Дик резко обернулся. Золотые глаза, казалось, видели его насквозь. – Если наследник Роха захочет знать больше, он сможет прийти в таверну «Весенний цветок» на исходе четвертого дня каждого месяца.