Грань

За Оскаром пришли адуаны. Дик, как привязанный, поплелся следом. Происходящее было невыносимо, но уйти значило проявить трусость, за которую он будет грызть себя еще долгие годы. Потому он шагал рядом с Феншо к тому самому оврагу, куда еще день назад полный надежд молодой генерал уводил свой отряд. Алва полулежал на большом валуне, столь же нарочито расслабленный, что и накануне. Невдалеке расположились грустные Вейзель, Савиньяк и Бонифаций. Коннер отрапортовал о том, что приговоренный доставлен. Проэмперадор милостиво кивнул. Окончательно почувствовавший себя героем трагедии Оскар принялся высокопарно прощаться с окружающими. Хотелось отойти в сторону и спрятаться за деревьями, чтобы не быть частью этого представления. Дик поймал на себе изучающий взгляд эра Рокэ. Хотелось спросить: «Ну и что вы хотите увидеть? Зачем сохранили мне титул, спасли от унижения, оберегали? Чтобы была возможность самому помучить?». Силы уже иссякли. Адуаны вышли вперед и направили на приговоренного мушкеты. Сейчас! Загремели выстрелы. С верхушек ближайших деревьев взметнулись птицы. Оскар пошатнулся и осел на землю. Когда дым рассеялся, Ричард заметил, что он продолжает смотреть перед собой и, кажется, дышит. Не раздумывая, Дик бросился к нему мимо стрелков. Лишь опустившись рядом, он понял, что на друге нет ни единой царапины. Адуаны стреляли в воздух. Взгляд прикипел к поднявшемуся на ноги Первому маршалу, оправляющему сбившуюся рубашку. Со все той же грацией сытого хищника он подошел ближе. - Генерал Феншо-Тримэйн. Властью Проэмперадора я заменяю ваш смертный приговор. Вы разжалованы в теньенты без права на повышение звания или увольнение в ближайшие десять лет. Со следующим обозом отправитесь в Торку, чтобы служить под началом генерала Ариго. Рапорт о переводе получите через полчаса. Идемте, юноша, здесь не на что смотреть. Дик поднялся и покорно пошел за ним, слишком ошеломленный происходящим, чтобы что-то говорить. Тем же вечером Оскар отбыл в Тронко. Прощание вышло скомканным и неловким. Феншо был раздавлен. - Лучше бы он расстрелял меня, - сказал он, отводя взгляд. – Моей репутации конец. Теньент до тридцати шести! Да я сопьюсь там и сам пущу себе пулю в висок! Слушать эти жалобы не было никакого желания. Пообещав писать ему, Дик оставил Оскара собирать вещи. Чем бы ни руководствовался эр Рокэ, меняя свое решение, Ричард чувствовал себя у него в долгу. Следовало бы поблагодарить его, но, помня все хлесткие несправедливые слова, услышанные от него в прошлый раз, Дик отказался от этой идеи. Когда-нибудь, когда Рокэ Алве понадобиться помощь, он отплатит ему делом, а не словами. *** Плененных бириссцев пригнали в небольшую рощицу. Алва пожелал взглянуть на барсов поближе и теперь Дик следовал за ним, поглаживая ладонью рукоять шпаги. Да, они были связаны по рукам и ногам, многие ранены, но загнанный в угол зверь всегда самый опасный. Что же их в итоге ждет? Еще пару дней назад Ричард ставил бы на то, что Первый маршал, закрыв глаза на все правила ведения войны, без затей расстреляет их, чтобы избавить себя от забот по содержанию полусотни опасных пленников и чтобы порадовать жаждущих мести адуанов. Произошедшее с Оскаром дало понять, что мотивы своего монсеньора он понимает не всегда. - Сегодня довольно жаркий день, не правда ли? – эр Рокэ остановился около одного из седунов, но был закономерно проигнорирован. - Клаус, Жан, скажите, на что эти уважаемые господа реагируют наиболее болезненно? - Как обругать их, что ли? – усмехнулся Коннер. – Да это дело немудренное. Скажите, что вы их матушку того-этого… - Фу, Клаус, - поморщился Алва. – Уж в чем меня только не обвиняли, но в скотоложестве – никогда. Тот барс, рядом с которым стоял эр Рокэ, изменился в лице. - Ты, подсохшее дерьмо горного козла, - выплюнул он, обнажая сколотые зубы. –Ты, не смеющий дышать с нами одним воздухом, будешь корчиться и просить пощады у рук Каменного Вождя, а мы будем трахать твоих сыновей и резать глотки твоим дочерям. Я приду в твой дом и поссу на могилу твоего отца, ты, крот, вытащенный из норы. Последнее оскорбление звучало до того нелепо и столь сильно выбивалось из общей речи, что Дик не выдержал и расхохотался. Сравнить блистательного Рокэ Алву и мелкого отвратительного грызуна! На него обернулись все, даже барс прекратил сыпать оскорблениями. - Юноша, вы его понимаете? – преувеличенно спокойно уточнил эр Рокэ. Только тогда Ричард в полной мере осознал: барс говорил не на талиг. - Это он! – вскричал один из бириссцев, и Дикон узнал в нем одного из тех, с кем бился. – Повелевающий камнями! Говорящий на языке камней! Каменный Вождь! Он дернулся вперед, но стоявший рядом с ним солдат ударил его в спину прикладом. Шеренга барсов загудела, заволновалась. - Господа, идемте в шатер, - тихо сказал эр Рокэ своему сопровождению и уже в полный голос адуана: - Седунов обратно в лагерь под усиленную охрану. Уже в маршальском шатре Ричарда обступили со всех сторон и разглядывали, как какую-то диковинку. - Ну, юноша, рассказывайте. Когда вы успели выучить бири? - Бири? – глаза Дика невольно расширились. – Он же говорил на неприоне. - Неприон? – переспросил Савиньяк. – Никогда не слышал. - Позор твоему учителю землеописания, - беззлобно поддел его Алва. – Неприон, если мне не изменяет память, это мертвый язык, на котором когда-то говорили в Надоре. Верно, юноша? - Не говорили, а говорят, - буркнул Дик. – В горном Надоре он все еще в ходу. Отец учил меня, да и няня рассказывала на нем сказки. Тут в обсуждение решил влезть Коннер: - А ну-ка, что я сейчас сказал, - путая ударения, адуан произнес короткую фразу. - Крайне невежливо приказали налить вам вина. Сами себе наливайте. На вопросительный взгляд Проэмперадора Клаус кивнул. - Сдается мне, что не батюшка и не нянюшка обучили вас этому выражению, - нахмурился бывший таможенник. – Да и чтобы понять барсову ругань детских сказок недостаточно. - С моими конюхами я тоже общался на неприоне, - бросил Дик и выразительно посмотрел на Алву. Тот понял и поспешил свернуть допрос. Офицеры расселись вокруг стола, привычно попивая вино. Все молчали, не желая нарушать раздумья Первого маршала, расхаживавшего по шатру. - Выходит, если барсы говорят на языке Надора, - первым озвучил волнующую всех мысль Хорхе Дьегаррон. - То они сами пришли из Надора, а не из Каданы или Норуге, как можно было предположить, - подтвердил эр Рокэ. – Их внешний облик, вера и обычаи изменились, но язык нет. - Они переселились в Сагранны еще в доэсператиские времена, - взял слово генерал Вейзель. – Бириссцы – сравнительно небольшой народ и живут изолированно. Возможно, это мир вокруг изменился, а они остались прежними. - И этот маленький гордый народ использует против нас кто-то покрупнее и более прагматичный, чем эти хранители исконного уклада, - резюмировал Алва. - Получается, Каменный Вождь – это… - темные, как угли, глаза Эмиля Савиньяка впились в Ричарда, заставив того поежиться. - Бывший господин, Повелитель Скал, - глаза эр Рокэ смеялись. – Ну что ж, они ждали Каменного Вождя. Каменный Вождь пришел.