Верни мне ЭТО, или Осторожно! Лепрекон!

Проснулся я в полном одиночестве. Растерянно обвёл спальню взглядом, и в какой-то момент мне показалось, что эта волшебная ночь была лишь ещё одним сказочным сном. Да… Пожалуй, я бы даже остановился на этой мысли, но почему тогда так сильно тянет поясницу, а в заднице от любого движения остаётся ощущение, что поселившийся там бешеный дикобраз топорщит свои длиннющие иглы. Я с тоской окинул взглядом поле нашей вчерашней «битвы». Вот интересно, кто из нас победитель? Тот, кто сбежал, или тот, кто остался на нём? Хотя я и был совершенно голый, странное чувство обнажённости не покидало меня. Внимательно осмотрел себя и сделал неутешительный вывод – победил не я… Я сокрушён, а герой отвалил с добычей – Маркас, сука, смотался, да ещё и, пока я спал, не поленился снять с ноги браслет! Нет, я, конечно, и вчера вполне отдавал себе отчёт, что на кону не пылкие чувства, а эта магическая безделушка, но тогда думать об этом не хотелось, а сейчас на душе стало как-то мерзко и пусто. Нет, не из-за того, что в этот раз не я, как обычно, первый сбежал от одноразового любовника, а скорее от того, что я не хотел, чтобы Маркас был «одноразовым». А он не просто отвалил, а ещё и со спящего, как какой-то второсортный вор, стащил браслет. Ну, вот что, тяжело было попросить, чтобы я отдал его сам? Как-то достойно попрощаться? Но он, видать, мастер по обломам, хм… по моим так точно… «Да уж, правду говорят, бойтесь мечтать – мечты сбываются… Ну что, Киф, получил желаемое, пора и честь знать?» – с горечью подумал я, медленно и осторожно сползая с кровати. Кое-как добрался до ванной, смыл с себя остатки ночного безумства, с безразличием натянул вчерашнюю одежду и поплёлся на кухню: голова просила утреннюю дозу кофе, а желудок с противным урчанием требовал жрать – ему было совершенно насрать на мои душевные терзания. Не самой уверенной в моей жизни походкой я добрался до кухни. Сварив кофе, решил обследовать холодильник на предмет пищевых запасов. Купаясь в своих депрессивных мыслях, я заметил прижатый магнитом к его двери сложенный вдвое лист бумаги, только когда её закрывал. «Кифу»… Блядь, как трогательно – эта сказочная сволочь решила оставить мне прощальную записку! Сука, сейчас просто расплачусь от умиления! Развернув лист, я пробежался глазами по ровным строчкам, написанным аккуратным, почти каллиграфическим, почерком шефа. Вдруг захотелось заржать в голос. Пи…ц! Очередной облом! Да это не просто мастерство – это талант! Записка гласила следующее: «Киф, немедленно дуй на работу! Сегодня с проверкой приедет совет директоров, и, если ты не явишься к обеду, я выпорю тебя, как сидорову козу! P.S. Такси здесь не ходит, поэтому можешь воспользоваться моим личным средством передвижения. Оно у крыльца». Ну вот, как это понимать, блядь? Ни тебе «привет», ни тебе «спасибо» – «выпорет» он, ублюдок! И что это за хрень со «средством передвижения»? Надеюсь, это не велосипед? Было бы очень некстати… Отхлебнув без всякого удовольствия пару глотков кофе, я чисто механически отметил, что он вкусный, и попытался заткнуть голодное урчание сделанным наспех бутербродом. Всё, что вчера казалось таким уютным и изысканным, сейчас просто бесило. Я раздражённо разорвал записку на мелкие кусочки и подкинул к потолку, со злорадством наблюдая за их медленным кружением. Вдруг мой взгляд упал на возникшие в поле зрения настенные часы. Твою ж мать! Скоро полдень, а мне ещё нужно время, чтобы добраться до работы! Бросив свой недоеденный завтрак на произвол судьбы, я ринулся к двери, ведущей во двор. Где это грёбаное «личное средство передвижения»?! Распахнув дверь, я потерял дар речи и замер – прямо от крыльца, уходя куда-то в небо, начиналась радуга! О-х-р-е-н-е-т-ь!!! Самая. Настоящая. РАДУГА! Икрящаяся всеми положенными цветами дуга из водной пыли! Непрерывный спектр от красного к фиолетовому переливался множеством промежуточных оттенков. Я бы с удовольствием любовался этим великолепием до самого вечера, но время неумолимо приближалось к полудню, а ещё нужно срочно было решить вопрос с транспортировкой. Хм… Интересно, как? Неужели трудно было в записке хотя бы намекнуть на то, как пользоваться этим чудом, ну, или оставить интернет-ссылку на инструкцию по эксплуатации?! Ладно, придётся справляться самому… И да поможет мне великий и могучий, всемирно известный метод тыка! Недолго думая, я, шагнув вперёд под сверкающие капли цветного тумана, встал в самый её центр. Тут же поёжился от охватившего меня озноба и, игнорируя довольно-таки мерзкое, промозглое ощущение, напряг извилины. Так, надо, наверное, подумать о месте назначения. «Работа. Офис компании. Широкий светлый коридор, обшитый резными панелями. Стеклянные, тонированные двери кабинетов. Огромные склады набитые тысячами коробок с обувью…» Чёрт! Ничего не получается… Внезапно мои мысли вновь вернулись к лепрекону. Сердце наполнилось странным коктейлем чувств: мучительной надеждой и желанием, как можно скорее увидеться с Маркасом, злостью за то, что он сбежал, не попрощавшись, и стремлением высказать ему всё, что накопилось за это кошмарное утро. И вдруг перед глазами всё зарябило – я даже прикрыл их из-за ослепительных разноцветных вспышек – меня завертело, закрутило и сжало тисками холодного потока воздуха. Уже через мгновение я, громко ахнув, взлетел по цветному тоннелю, словно по лифтовой шахте. «Приземление» было мягким… Я добился своего – я на работе, в офисе компании! Вот только я не предполагал, что окажусь в кабинете шефа, и уж точно не рассчитывал, что, открыв глаза, увижу перед собой перекошенное от неожиданности лицо Маркаса, а тем более, что обнаружу себя на его столе… – Mi scuso*… – только и смог выдавить я, почему-то вдруг перейдя на итальянский и испуганно наблюдая, как опешивший от такого «сюрприза», свалившегося с «небес», Маркас резко откатывается назад на своём огромном кожаном кресле. – Мистер О’Лири! О чём же Вы, вообще, думали?! – рявкнул на меня мой сказочный босс, опершись на подлокотники и чуть приподнимаясь. «А вот интересно, его уши сейчас заострились? Жаль, не видно под волосами…» – Более уместная мысль, конечно же, не могла прийти мне в голову! Маркас же, полностью придя в себя, перешёл на злобное шипение: – А если бы кто-нибудь из посторонних увидел Вас?! Как бы Вы объясняли ему своё падение с Олимпа?! – Прости, Мар… Мистер О’Ши… Я… я просто не знал… – начал, заикаясь, я, но постепенно злость и жажда справедливости подавили это нелепое чувство вины. – И вообще, если бы кое-кто, хотя бы немного, намекнул, как ЭТО работает, я бы постарался приземлиться как можно дальше от ВАС!!! – взорвался я. Маркас лишь тяжело выдохнул, потёр переносицу и, не поднимая на меня глаз, уже гораздо спокойнее поинтересовался: – Монета всё ещё в тебе?! Ах, вот в чём дело… Его заботит лишь это грёбаное «сокровище»!!! Нет, разумеется, я не был удивлен. Мне просто показалось, что в груди вдруг всё сдавило от тоски и разбитой надежды. Неловко соскользнув со стола, я нацепил свою дежурную маску – радушие и доброжелательность. – К моему огромному сожалению, да, – сообщил я, растянув губы в фальшивой улыбке, – но обещаю вернуть Ваше сокровище сегодня же! Надеюсь, дотерпите?.. А теперь, если позволите, мне нужно идти работать! Маркас милостиво кивнул головой и холодным, бесстрастным тоном ответил: – Дотерплю, пожалуй, хоть это и будет непросто. А тебе действительно уже давно пора взяться за работу. Кстати, сегодня, после инвентаризации, сдашь все документы новому сотруднику. Ты можешь идти, – и, поймав мой недоумённый взгляд, добавил: – Ах, да, не забудь написать заявление об увольнении. По собственному желанию. С завтрашнего дня, конечно. Ну что застыл? Иди уже! Оглушённый этой «радостной» новостью, я на автомате развернулся и вышел из кабинета, позабыв даже как следует хлопнуть дверью на прощанье. В висок, как глупая птица в стекло, ударила бредовая мысль: «Ох, и ни фига ж себе ромашки!» __________________________________________________ * Mi scuso – прошу прощения (ит.)