любовь во всех её проявлениях.

— И всё же это странно. Ёнджэ, до этого наблюдавший за бликами на поверхности воды, повернулся к Югёму и приставил руку ко лбу «козырьком», чтобы солнце не светило в глаза.  — Что именно? Они сидели у края бассейна в загородном доме Югёма и болтали ногами в кристально чистой воде. Солнце палило так, будто на дворе стоял июль, но, несмотря на невыносимую жару, хотелось, чтобы это безмятежное время никогда не заканчивалось.  — Ну, странно, не в смысле прям странно, — Югём как и обычно, проявлял красноречие. Солнцепек, на котором они сидели уже около часа, основательно расплавил его извилины, поэтому Ёнджэ не надеялся услышать что-то толковое, но парень всё же собрался с мыслями, — Просто я никогда не думал, что ты будешь так кайфовать от семейной жизни. Ёнджэ поперхнулся лимонадом, который с причмокиванием потягивал из прозрачного пластикового стаканчика.  — Ты говоришь так, будто мы живем вместе уже несколько лет, обзавелись детьми и парочкой кошек до кучи, — Ёнджэ расстелил позади себя махровое полотенце и прилег на спину, предусмотрительно укрыв лицо панамой, — Не понимаю, к чему ты клонишь, чувак. Югём развернулся к другу в пол-оборота и уставился на него, словно это помогло бы улучшить качество взаимопонимания между ними. Он и сам не до конца осознавал, какой черт его дернул поразмышлять на тему отношений. Чужих отношений. Да еще и вслух. Просто Ёнджэ был таким расслабленным и довольным всем и вся, что Югёма так и подмывало поковыряться в чужом грязном белье и, может быть, нарыть пару-тройку секретов построения успешной «семейной», как он ее называл, жизни.  — Я к тому, что ты был таким независимым, душой компании, на месте не мог усидеть. А Джебом, он же…  — Идеальный, — закончил фразу Ёнджэ и улыбнулся, отчего панамка поползла с его лица вбок. Югём бросил многозначительное «тьфу» и отвернулся к водной глади, которая слепила глаза. Разговор смолк ровно до того момента, пока какой-то назойливый червяк любопытства снова не начал терзать Югёма.  — Ну, каково это? Надоедает, наверное, когда кто-то постоянно крутится рядом, лезет целоваться и прочее? Никакого личного пространства. — Нисколько не надоедает. Вот появится у тебя человек, которого ты ни на минуту не захочешь отпускать от себя, тогда поймешь, — Ёнджэ не мог подавить улыбку. Его радовали мысли о Джебоме и такой забавный Югём, чьи размышления казались ему ребяческими, но очень милыми.  — Фи, мееерзко, — протянул Югём с такой натянуто-фальшивой интонацией, что Ёнджэ не смог сдержаться и засмеялся в голос. Как раз в этот момент на задний двор вышел Джебом с подносом, заставленным различными мисками. Он, неслышно ступая по горячему кафелю, подошел к столу и поставил на него поднос. Югём облизнулся, когда заметил, что вся посуда была до краев наполнена свежими фруктами. Как и ожидалось от старшего: Джебом оказался самым сообразительным и услужливым, организовал их отдых, как полагается. «Идеальный», — пронеслось в голове у Югёма. Джебом, тем временем, приблизился к Ёнджэ, присел на корточки и, сняв панаму со своего возлюбленного, склонился над ним и поцеловал прямо в губы. Югёма как будто облили холодной водой. Он сидел, содрогался внутренне и противился происходящему, но как дурак продолжал пялиться на двух влюбленных голубков. Ёнджэ после поцелуя открыл глаза и улыбнулся Джебому так сладко, что Югём вовсе стушевался и отвернулся в сторону. Он хотел картинно покашлять, чтобы привлечь к себе внимание, как это обычно делают в фильмах, но отбросил эту затею, когда осознал, что его это совсем не раздражает. Ему лишь немного завидно. Они выглядели такими чувственными, такими увлеченными друг другом, что хотелось уйти по-тихому и не мешать. Югём даже подумал о том, что давно не видел настолько счастливых пар, пребывающих в отношениях абсолютной гармонии.  — Как поживаешь? — Джебом уселся с другой стороны от Ёнджэ, но не пожалел сил, чтобы наклониться чуть вперед и обратиться к Югёму, глядя прямо ему в глаза. Югём смотрел в это сосредоточенное, но очень доброе лицо и не знал, что ответить, потому что чувствовал себя немного неловко. Джебом был и правда очень хорошим парнем, но тот факт, что он открыто поцеловал Ёнджэ, заставлял ёжиться и вести себя так, словно произошло что-то, чего Югём не должен был видеть.  — Всё хорошо, спасибо, — наконец ответил Югём, стараясь вежливо улыбнуться. А еще у Джебома был глаз-алмаз, как рассказывал Ёнджэ, поэтому он сразу заметил некую нервозность у своего собеседника и поспешил разрядить обстановку.  — На вот, освежись, — он протянул Югёму миску с тропическими фруктами и тот сразу забыл про всякое смущение. Они втроем молча наслаждались угощениями, которые принес Джебом, когда за их спинами послышались тихие, но уверенные шаги. Югём обернулся первым, даже не прожевав большой кусок манго, который успел положить в рот.  — О, вы тут уже что-то уплетаете за обе щеки! А я еще мороженое принес, — радостно оповестил всех Конпимук, приближаясь к кромке бассейна. Первым делом таец поздоровался с Ёнджэ и Джебомом, пожав им руки, а затем подошел к Югёму и ласково потрепал ему волосы.  — Купил твое любимое, с тройной начинкой, — прокомментировал юноша, роясь в большой сумке.  — Вау, круто! — восторженно протянул Югём, принимая из чужих рук мороженое в яркой трехцветной обертке. Воспитанный Джебом хотел было заикнуться о том, что в таких случаях говорят «спасибо», но, заметив счастливую и смущенную улыбку на губах младшего, решил промолчать.  — Пойдем, покажу тебе, где можно оставить вещи. А то если этих двоих пустишь в дом, они там всё заляпают своими липкими руками, — Джебом поднялся на ноги и подмигнул Ёнджэ, — Мы скоро вернемся. Югём облизывал мороженое, стараясь игнорировать взгляд Ёнджэ, который был направлен прямо на него. Тот держался до последнего, ожидая, когда Югём заговорит, но желание подколоть друга взяло верх.  — Кто-то, кажется, втюрился, — поддразнил Ёнджэ, тыча локтем Югёму в бок.  — Мы просто приятели.  — Мм, ну если это теперь так называется, — продолжил издеваться Ёнджэ, — Бьюсь об заклад, что Джебом сейчас тоже там его допрашивает. Югём округлил глаза и повернулся к Ёнджэ, забыв про свое мороженое.  — А ты потом, ну, сможешь узнать, что он ответил? Растаявший пломбир упал прямо Югёму на шорты, но тот даже не заметил этого маленького происшествия. Ёнджэ снова повалился на спину, но на этот раз от смеха, который невозможно было сдерживать.  — Глупый-глупый Ким Югём, признайся ты ему уже наконец. Югём бросил взгляд на второй этаж дома, где Джебом наверняка показывал Конпимуку спальню, в которой тот будет ночевать. Да, он должен ему во всем признаться. Сейчас только съест еще одну миску фруктов для храбрости, ототрет мороженое от одежды и обязательно признается. А после их ждут незабываемые 90 дней летних каникул, которые кардинально изменят его жизнь.