любовь во всех её проявлениях.

Тревожная сирена яростно пронзила хмурое небо. Вертолеты-поисковики, оповестившие граждан о возможной опасности, стали кружить над городским пространством. Они были похожи на беспокойных птиц, беспорядочно мечущихся по серому облачному полотну. Джексон, вышедший из минимаркета со свежим выпуском местной газеты, невольно нахмурился и, прикрыв глаза ладонью-козырьком, устремил взгляд к небу: в этом хаосе ему удалось насчитать десять устрашающе воющих воздушных машин. — Что происходит? — спросил пожилой продавец минимаркета, вышедший на шум. Джексон не мог объяснить, что в действительности случилось, но интуиция подсказывала — нужно спешить домой. — Лучше переждите внутри магазина, — посоветовал он старику, аккуратно подталкивая его ко входу, — Так безопаснее. Из рупора, находящегося где-то в воздухе, раздался грозный рев, лишь отдаленно похожий на человеческий голос. Джексон уловил лишь некоторые обрывки из оповещения. Вампир. Жестокие убийства по всему району. Найти и уничтожить. К горлу подступила неприятная горечь, и Джексон, неуверенно переставляя ноги, словно налившиеся свинцом, направился к дому. Дорога до его жилища обычно занимала не более 10 минут, но в этот раз, во всеобщем шуме и страхе она тянулась бесконечно долго. Ему отчаянно хотелось перейти на бег, но сознание диктовало свои правила: нельзя выдавать себя, нельзя показывать, что он хоть как-то может быть причастен ко всем этим происшествиям. В голове у Джексона перекати-поле и ни одной вразумительной мысли о том, что случилось или еще может случиться, только бешено бьющееся сердце выдает внутренний страх и предчувствие приближающейся катастрофы. Адреналин, уже циркулирующий в организме, все-таки заставляет парня подорваться с места, и он, почти достигнув своего дома, забегает в подъезд не оглядываясь. На первом этаже подозрительно тихо и это безмолвие застает Джексона врасплох. Он застывает на одном месте, не в силах больше пошевелиться, и обводит взглядом почтовые ящики, подмечая, что даже в открытых нет ни одной бумажки. Джексон старается успокоить разыгравшееся воображение, которое подкидывает ему сцены кровавой расправы над ним самим и его близкими, а шаги, которые он с трудом совершает, поднимаясь на второй этаж, звучат сюрреалистично громко в мертвой тишине подъезда. На улице раздается еще один тревожный сигнал, а после слышится чей-то крик, и Джексон понимает, что в этот раз все намного серьезнее, чем обычно. Возможно, ситуация вовсе вышла из-под контроля. Джексон застывает во второй раз от леденящего душу испуга, когда видит перед собой незнакомца, присевшего на четвереньки, словно дикий зверь, готовящийся к прыжку. Глазные яблоки у него кроваво-красного цвета, и если бы не контекст ситуации, то Джексон подумал бы, что тот адски устал или у него чертовски сильно болит голова. По напряженной позе парня заметно, что он собирается либо нападать, либо обороняться, как и Джексон, выставивший руки вперед.  — Кто ты? Что тебе нужно? — спрашивает он, не надеясь на ответ.  — Меня зовут Джинён, — парень следит за действиями Джексона и по миллиметру сокращает расстояние между ними. Джексон, продвигаясь поближе к своей квартире, не замечает, как позволяет загнать себя в угол. Оказавшись в ловушке, он мысленно прощается с жизнью, потому что в голове снова звенящая пустота и ни одной подсказки от мозга о том, как надо поступить. Руки, несмотря на комфортную в подъезде температуру, промерзают до кончиков пальцев. Сердце так тревожно стучит в груди, что Джексону кажется, будто его вот-вот вывернет наизнанку. Когда Джинён оказывается в опасной близости, Джексон выхватывает из кармана связку ключей. Он всегда думал о ключах, постоянно болтающихся в куртке, как о средстве самообороны, но он и представить не мог, что когда-нибудь этот способ придется использовать на практике. В голове парня звучит далекий голос, будто суфлер из-за кулис подсказывает ему, что делать. Чтобы отличить вампира от человека, нужно нанести ему увечье. Вампирская кровь почти черного цвета. Джексон повинуется и, одним выпадом подскочив к Джинёну, царапает его острием ключа в области шеи. Незнакомец сразу же хватается за образовавшуюся рану, пытаясь остановить кровотечение. Кровь тонкой струйкой стекает под его футболку, пачкая светлую ткань. По одежде расползаются овальные пятна ярко-алого цвета. Джексон вздыхает с облегчением и, когда паника немного отступает, а мысли проясняются, он вспоминает еще одно правило: вампиру невозможно нанести серьезное увечье, потому что его раны очень быстро исцеляются. Джинён, как читает Джексон по его глазам, готовится к атаке, но преимущество на его стороне и ему снова удается атаковать первым. Длинный ключ пронзает чужую плоть с мерзким звуком, заставляя Джинёна вскрикнуть и упасть на колени. В этот момент дверь квартиры Джексона открывается, и на пороге возникает Джебом, которого, очевидно, привлек чужой возглас, похожий на просьбу о помощи.  — Зайди внутрь! Не высовывайся! — кричит Джексон на разрыве связок, жестами заставляя Джебома вернуться в квартиру. — Давай помогу, — отчеканивает Джебом и в мгновение ока оказывается возле сцепившихся парней. Он пристальным взглядом сканирует Джинёна и, кажется, не видит в нем никакой опасности.  — Я его проверил. Он не… — пытаясь отдышаться, шепчет Джексон. Он неожиданно осознает, как глупо было орать на Джебома, потому что так он только привлек к себе чужое внимание.  — Знаю, — кивает Джебом и, подхватив Джинёна на руки, затаскивает того в квартиру. Джексон успевает только один раз моргнуть, пока Джебом совершает все эти манипуляции. Скорость и самообладание у него действительно невероятные. Джексон ерошит волосы, пытаясь переосмыслить произошедшее. Словно под гипнозом он носком ботинка размазывает по полу капли крови, вытекшие из джинёновской раны. И, когда кажется, что опасность миновала, из квартиры напротив выскальзывает кумихо, хватает Джебома за лацканы кожаной куртки и тащит его к себе в убежище, из которого никому и никогда не удавалось вырваться.  — Не трогай его! Отпусти! — кричит Джексон, снова забыв о всяких предосторожностях. Происходящее разворачивается перед ним, как в замедленном действии, и он на секунду задумывается, не может ли Джебом контролировать пространственно-временной континуум?.. Джебом сопротивляется и рычит, оскалив свои острые зубы, но не переходит к атакующим действиям, потому что знает, что не сможет потом остановиться.  — Пошла вон! — Джексон, стараясь ослабить хватку кумихо, вцепляется пальцами ей в шею, сжимая горло так сильно, что слышно хруст мелких косточек, — Если ты не отпустишь его, я придушу тебя, клянусь.  — Отдай мне его, иначе я сдам вас всех, — шипит кумихо, отчаянно глотая кислород. Джинён, до этого безмолвно сидевший в квартире Джексона, осторожно приближается к кумихо и что-то шепчет ей на ухо. Девушка-лисица отпускает Джебома и, явно недовольная подобным раскладом, пятится в квартиру. Джинёну удается расправиться с ней, не приложив никаких физических усилий.  — Кто он? — спрашивает Джебома Джексон, позволяя Джинёну вернуться в свою квартиру и отсидеться в ней, пока всё не утихнет.  — Не знаю, — озадаченно произносит Джебом, — Но надеюсь, мы это выясним, если доживем до утра.