Ресторан "Жемчужина"

      Утро выдалось солнечное и морозное. Чанёль по дороге на новое место работы зашёл в кофейню, взяв с собой любимый капучино. В приподнятом настроении альфа добрался до ресторана, где был уже в девять минут восьмого. Переодевшись в форму, парень наблюдал за окружающими. Бэкхён и Чонин, как и ожидалось, пришли вместе, принеся с собой новый шум, состоящий из пошлых шуточек и вскриков на высоких тонах. Официанты бегали, поливая цветы и переворачивая стулья в зале. Чондэ и Минсок пили кофе в дальнем углу кухни. Альфа что-то весело рассказывал, широко улыбаясь и активно жестикулируя, отчего омега смеялся, прикрывая ладонью рот. Из кабинета шеф-повара вышел Кёнсу: — Стройся! — омега похлопал в ладоши, привлекая к себе внимание. Все быстро встали в одну линию посередине кухни. — Сегодня пятница, а это значит, что мы ожидаем постоянных гостей. Ещё на сегодня забронирован столик на имя Сынри. Как вы все знаете, это известный ресторанный критик. Если накосячите, влетит всем без исключения, — он грозно посмотрел на Чонина. — А теперь по местам.       Все разошлись по кухне, ожидая первого клиента, а следовательно и первого заказа. И тут раздалось долгожданное: «Утка по-пекински, омлет и стакан апельсинового сока!».

***

      Время приближалось к обеду, и посетителей становилось всё больше, прибавляя работы поварам. Чанёль уже смелее готовил, подгоняемый криками До. Омега больше не смотрел на младшего мягко, как в первый день — его взгляд был строгим и сдержанным. Кёнсу был холоден к окружающим, как и говорил Чондэ. Лишь к Лухану он обращался очень мягко, тепло смотрел на хрупкого омегу и называл его «хёном».       На этот раз Паку удалось увидеть шефа, который ближе к двум часам вышел из своего кабинета. Чунмён представлял из себя невысокого роста бету с тёмными волосами и открытой улыбкой, при появлении которой глаза превращались в узкие щёлочки, а в уголках собирались морщинки-лучики. У него был приятный голос и игривый характер. Лухан угостил шефа ароматной булочкой с черничным джемом, а Минсок сварил ему крепкий кофе. — Как справляешься? — Ким подошёл к новенькому, пережёвывая свежую выпечку. — Хорошо, я почти освоился, — Чанёль оторвался от своего дела и вежливо поклонился. — Я рад, — старший улыбнулся. — Кёнсу не слишком строг? — Нет, он старается держать всё под контролем, поэтому всё нормально. — Ну что ж, тогда добро пожаловать в нашу своеобразную семью, — бета похлопал парня по плечу и ушёл обратно в свой кабинет.

***

      К ресторану подъехала чёрная дорогая иномарка. Открыв дверь машины со стороны водительского сидения, из неё вышел высокий статный мужчина и, обойдя автомобиль, открыл пассажирскую дверь. Под крупные хлопья снега вышел невысокий омега с рыжими волосами. Снежинки в момент покрыли дорогую чёрную шубу тонким слоем и запутались в красиво уложенной причёске, поблёскивая в свете вывесок и фонарей. Альфа захлопнул дверь машины и подставил локоть, под который его взял спутник. — Какая сегодня прекрасная погода… Не хочешь позже прогуляться? — заворожённо выдохнул омега, смотря в вечернее небо. — Если ты так хочешь, то, конечно, пройдёмся, — старший открыл перед супругом дверь и пропустил его вперёд.       Они зашли в просторный светлый холл, где находились гардероб и стойка ресепшена. К гостям подошёл портье: — Здравствуйте и добро пожаловать, — миловидный омега в чёрном костюме улыбнулся и согнулся в приветственном поклоне.       Мужчина помог омеге снять его чёрную шубу и, избавившись от своего пальто, подал верхнюю одежду парню. Пара подошла к стойке ресепшена. — Здравствуйте, у нас на сегодняшний вечер заказан столик на имя Чхве Сынхёна, — низким спокойным голосом произнёс альфа. — Да, столик под номером семнадцать. Вас проводят.       Появилась высокая темноволосая девушка в форме официанта и попросила следовать за ней. Она проводила посетителей к нужному столику, а другой официант подал меню. — Чета Чхве прибыла! — Минсок раскрыл двери в кухню. — Оп-оп-оп! Готовимся! — Чондэ начал быстро протирать стол, убирая с него грязную посуду. — А кто это? — недоуменно спросил Чанёль. — Наши давние постоянные посетители. Они приходят почти с самого начала работы Чунмёна. Чхве Сынхён — очень влиятельный бизнесмен, на досуге дизайнер мебели, а его супруг, Джиён, больше известен, как GDragon, — знаменитая модель, — вещал Сехун, помешивая соус в ковшике. — О! Я слышал о GDragon-е. Красивая модель. Они женаты? — Да. И познакомились именно в этом ресторане, — мечтательно улыбнулся Лухан. — Поэтому они взяли за традицию каждую пятницу ужинать у нас. — Семнадцатый столик! Суп-пюре из баклажанов, запечённое филе лосося под сыром, антрескот по-бретонски с картофельным пюре на гарнир, салат с фунчозой и «Don Melchor» восемьдесят седьмого года! — Поехали! — хлопнул в ладоши Бэкхён. — Они уже пришли? — из своего кабинета выглянул Чунмён, мило улыбаясь. — Да, хён, они за семнадцатым, — оповестил его Кёнсу, после чего бета вышел в зал поприветствовать давних друзей.        Работа закипела. Исин принялся чистить и шинковать баклажаны. Бэкхён в это время уже обмазывал филе солью, перцем и чесноком, перед этим подготовив духовку. Чондэ обжаривал отбитую говядину на сковороде. Оставив варку супа на Чанёля, Исин начал нарезать тонкой соломкой огурцы, залив фунчозу кипятком. Когда заказ был готов, его унесли в зал. Чунмён, Сынхён и Джиён о чём-то мирно беседовали, отчего омега время от времени тихо смеялся: — Сынхён, прекрати, это слишком смешно, — протягивая последние гласные, хихикал омега, прикрывая ладонью рот.       Готовый заказ принесли к семнадцатому столику, выставляя тарелки на скатерть и желая приятного аппетита. — Ну что ж, друзья мои, оставляю вас наедине. Приятного аппетита, — Ким улыбнулся и покинул столик.       Через некоторое время после этого на кухню, словно ураган, влетел Минсок: — Сынри пришёл! — Так, собрались! Все сосредоточились на своём деле и не отвлекаться! — все перевели взгляд с экспедитора на Кёнсу и вернулись к своей работе.       Не слишком высокий, но крепкий альфа с выбеленными волосами прошёл мимо столика, за которым сидели супруги Чхве, почтительно поздоровавшись с ними. Он подошёл к своему столику и, отодвинув стул, сел. Мужчине подали меню, по которому он пробежался взглядом и закрыл. — Мне, пожалуйста, какое-нибудь мясо под острым соусом и гарнир на ваше усмотрение. И бокал красного полусладкого. — Подождите немного, пожалуйста, пока заказ готовится, — официант поклонился и ушёл. — Критик заказал какое-нибудь мясо под острым соусом и гарнир на наше усмотрение! — Минсок чуть не сшиб Кёнсу, который стоял у дверей в кухню. — Что ты так кричишь?! Я же рядом стою! — До схватился за правое ухо, прижимая к нему ладонь. — Нечего паниковать. Подадим ему свинину под острым сметанным соусом, а на гарнир — печёный картофель.       Сехун принялся готовить соус, очищая чеснок, Крис нарезал мясо, а Лухан готовил гарнир. Через некоторое время картофель, посыпанный укропом и приправами, достали из духовки, а мясо полили соусом и выложили на тарелку. Вино уже давно отнесли. — Сехун, твоя очередь подавать заказ, — напомнил До младшему.       У них в ресторане было принято именно повару относить заказ критикам в знак почтения. Омега подхватил поднос, на который уже поставили блюда, и, глубоко вздохнув, толкнул двери в зал. О, выпрямив спину и вздёрнув подбородок, прошёл к нужному столику, принеся с собой запах чеснока, жареного мяса и печёной картошки. Он поставил тарелку с блюдом перед альфой, поклонился и уже собирался уйти, как вдруг критик встал, притянув омегу за запястье и, приблизившись к его шее, втянул носом запах зелёного чая и мелиссы. — Ты прекрасно пахнешь, — промурлыкал старший застывшему на месте Сехуну.       Сынри провёл по чужой руке ладонью, посылая приятную дрожь по телу парня. Брюнет, в свою очередь, ощутил запах мокрой земли. Словно в лесу прошёл дождь, а в воздухе витал приятный запах прелых листьев и влажной свежести. Опомнившись, омега отстранился и, пожелав посетителю приятного аппетита, быстрым шагом удалился обратно на кухню. Он почти вбежал, толкнув двери, и нетвёрдой поступью прошёл к своей плите. Всё лицо залила краска, уши горели, руки тряслись, а дышать глубоко не удавалось. К парню подошёл Лухан и осторожно коснулся его плеча: — Сехун, милый, что случилось? — младший дёрнулся, поворачиваясь к нему. — О… О… Он… Он распускал руки, — заикаясь, сказал омега. — Да ничего подобного, — возразил Минсок, стоявший у дверей. — Он всего лишь понюхал нашего младшенького. — Никогда альфа не находился так близко ко мне… — Сехун стеклянными глазами смотрел в одну точку. — Тебе девятнадцать, зрелый омега. Понятное дело, что на тебя будут смотреть альфы, — не отрываясь от нарезания мяса, отметил Чондэ. — Не распускаем нюни, работаем дальше! — все услышали возглас Кёнсу и вернулись к своим делам.       Сехун начал готовить очередной соус, но руки тряслись, а мысли мешали сконцентрироваться на готовке, из-за чего он всё делал очень медленно. А когда услышал, что Сынри заказал ещё и десерт, уронил ложку, которой помешивал содержимое котелка. Ему вновь пришлось отнести заказ критику, сильно краснея и благодаря за ожидание.       На этот раз старший обошёлся лёгким касанием ладони омеги, отчего второй вздрогнул и так же быстро ушёл обратно, вызвав у блондина игривую улыбку. Позже Сынри поблагодарил и расплатился за ужин, покидая ресторан и оглядываясь на двери, за которыми недавно скрылся молодой повар.       Супруги Чхве, вдоволь наговорившись, собрались и вышли под снегопад, засыпавший улицу. Альфа накинул большой капюшон своему омеге на голову, чтобы тот не простудился.       К концу подошёл и рабочий день в самом ресторане. Все неторопливо собирались, и только Бэкхён, быстро переодевшись, забрал свою сумку и стремительно покинул раздевалку для персонала, направляясь к выходу. Но почти у самых дверей его поймали сильные руки: — Куда собралась моя сладкая омежка? — горячий шёпот опалил ухо Бёна. — Я не твой, отпусти меня. — Ты хотел сбежать? — альфа вдруг замолчал, ощущая усилившийся пряный запах мёда.       Бэкхён начал вырываться, и Киму пришлось его отпустить. Альфа понял, что это его шанс, но вдруг испугался. Омега сторонился его весь день и сильно не шумел, чтобы не привлекать к себе много внимания.       Чонин решил, что стоит проводить Бэка и сегодня, потому что с течной омегой может случиться всё, что угодно. Он следовал по пятам за быстро идущим парнем, стараясь не терять его рыжую макушку в толпе. Когда оба уже подходили к дому Бёна, тот резко остановился и развернулся к парню. — Зачем ты за мной идёшь?! Я же не впущу тебя, ты знаешь! — в голосе омеги звучали истеричные нотки, а черты лица исказились так, словно он вот-вот заплачет. — Мне нужно быть уверенным в том, что с тобой ничего не случится по дороге домой, — спокойно произнёс альфа, медленно подходя к парню. — Я беспокоюсь, и, вне зависимости от твоего мнения, всё равно каждый день буду тебя провожать.       Чонин уже вплотную подошёл к коллеге, невесомо коснулся его лба губами и, прошептав: «Спокойной ночи», — пошёл в сторону своего дома. И как бы сильно не дурманил усилившийся запах молока и мёда, альфа преодолел желание остаться и впиться в тонкие аккуратные губы рыжего.       В этот момент внутри Бэкхёна всё будто перевернулось, а сердце пропустило пару ударов, начиная бешено биться. Запах персика забился в нос, отчего член парня встал, а между ягодиц стало слишком влажно. Омега рванул к дому, поднимаясь на свой этаж, быстро доставая и пытаясь вставить нужный ключ в замочную скважину. Руки судорожно тряслись, когда Бэкхён влетел в свою квартиру, захлопывая за спиной дверь, и побежал в ванную, на ходу сбрасывая с себя одежду. Быстро настроив температуру воды, льющейся в ванну, омега перелез через бортик и блаженно выдохнул, почувствовав обволакивающее его тепло. Парень провёл ладонью левой руки по шее, груди, оглаживая напряжённые соски, вниз по животу и оплетая тонкими пальцами возбуждённый член. Судорожно выдохнув и закатив глаза, Бэкхён начал медленно надрачивать, пощипывая соски, всхлипывая и сладко постанывая от удовольствия. Он опустил ладонь с груди к ягодицам и, огладив колечко сфинктера, ввёл в себя сразу два пальца, легко проскальзывая внутрь. Парень оглаживал мягкие стенки изнутри, ища простату, и когда, наконец, нашёл, сильно выгнулся в спине, раскрывая глаза и выкрикивая высокое: «Ах!». Омега начал быстрее двигать по члену рукой, обнажая и вновь закрывая головку крайней плотью. Он ускорил движения пальцев, жёстко трахая ими себя и сильно надавливая на простату. Вода не скрывала светлого обнажённого тела, которое билось в агонии удовольствия. Парень время от времени выкрикивал: «Чонин!», «Быстрее!», а перед самой разрядкой убрал руку с члена, начиная перекатывать между пальцами горошину соска. Когда оргазм прострелил сознание, Бён откинул назад голову, сильно выгибаясь и сжимая в себе пальцы. Он выплеснул сперму себе на живот, выкрикивая протяжное: «Чони-и-ин» и крупно дрожа всем телом.