Шальная карта

Дождь барабанил по натянутому меж стволов деревьев тенту, под которым наши герои решили укрыться и немного передохнуть. По небу, виднеющемуся сквозь листву и хвою, смыкающуюся над головами путников, ползли густые темно-серые бесконечные тучи. Ненастная погода застала команду номер семь врасплох на полпути к пункту назначения, Стране Птиц. Это была маленькая страна, расположенная между Страной Ветра и Страной Земли. О ней Наруто и его товарищи, впервые выбравшиеся за пределы Конохи, знали немного. Можно сказать, сегодня они впервые увидели мир за стенами, защищавшими их всё это время. По пути к границе Страны Огня, в которой располагалась родная деревня путешественников, Какаши и его ученики успели зайти в несколько поселений, а в одном из них даже перекусить и немного передохнуть. Генины с удивлением отметили, что эти деревушки не такие большие, как Деревня Скрытого Листа, и людей в них гораздо меньше. Домики были куда скромнее, как правило не превышали высоты в два этажа, улицы казались маленькими, грязными и неуютными. Зато цены на продукты были существенно ниже, чем команда номер семь не могла не воспользоваться. К вечеру они пересекли границу и оказались в соседствующей стране, столицей которой была Деревня Скрытой Травы. Именно оттуда, как помнил Наруто, был родом приконченный им преступник, убивший Сакуру. К счастью, путь наших героев не пролегал через это место. Они шли через поля с травой выше человеческого роста, редкие леса, пересекли несколько речек, а затем оказались в соседнем государстве, где и сделали привал. — Здесь неподалеку Амегакуре, — сообщил Какаши, когда было решено остановиться в маленьком подлеске и разбить лагерь. — Деревня Скрытого Дождя. — Это объясняет, почему этот дождь не прекращается, — пробормотала сидящая на походной пенке Микото, задумчиво глядевшая в небо из-под тента, сдвинув вбок челку, спадавшую на протектор на лбу. На девочке были всё те же черная футболка-безрукавка, темно-серые шортики до середины бедра. Из-за холода к ним добавились чулки, поднимающиеся чуть выше колена, а сандалии сменились на ботинки. Расстояние между чулком и шортами на правой ноге было перемотано белыми бинтами, к которым на специальном ремешке крепилась кобура для кунаев и сюрикенов. Вторая же нога в этом участке была оголена, как и руки, и из-за порой сильного ветра, проносящегося меж стволов деревьев и, в том числе, под тентом, юной Учихе было холодно. Она подтянула к себе ноги, обняв их руками, чтобы хоть как-то согреться. — Очень говорящее название. Подходит этому месту. — Может, нам лучше было остановиться в деревне? Там можно было подыскать гостиницу, — спросил Саске, обращаясь к Какаши, который тоже отвлекся на плывущие по небу тучи. — Нет, не думаю, что это хорошая идея. Так уж сложилось, что в прошлом мы воевали с этой деревней. Хоть теперь у нас с Ханзо-самой мир, наши шиноби предпочитают обходить это место стороной, — он бросил взгляд на Учиху, который понимающе кивнул. Саске был не страшен холод. Или, по крайней мере, по нему, в отличие от Микото, этого не было заметно. Учиха был в темно-синей футболке с символом клана на спине, белых шортах, поверх которых на бинтах крепилась кобура для кунаев, и сандалиях ниндзя. Похоже, генину было всё равно, ночевать ли в уютных стенах или под открытым небом. Как и остальным, если бы, конечно, не ужасная непогода. Это было хорошо, поскольку шиноби не должны были быть привязаны к теплу и уюту. Хатаке в очередной раз улыбнулся под маской, отмечая, что ему попалась на удивление хорошая команда генинов. — Это тучи такие или темнеет? — поинтересовался Наруто, сидящий рядом с Микото на походной пенке и перемешивающий в руках карты. Узумаки один из всей троицы оделся по погоде. На нем были черные брюки, темно-зеленая футболка с желтым символом Конохи на груди и серая куртка с красной спиралью клана Узумаки на спине и на плечах, которую мальчик застегивал лишь когда бушевал сильный ветер. — Темнеет, — сообщил Хатаке. — Мы находились в пути целый день с самого утра. Думаю, идти дальше нет смысла. Заночуем здесь, а завтра двинемся дальше в путь. "Целый день? А я и не заметил", — удивленно подумал джинчурики. — "Может, это из-за того, что мы делали остановки по пути?" "Скажи спасибо своим тренировкам. Они существенно повысили порог твоей усталости", — ответил ему Курама скучающим голосом. Похоже, настроение Девятихвостого сильно зависело от погоды. И сейчас он синхронизировался с тоской и унынием, которые нагонял бесконечный дождь. — Даже костер не развести, — пробормотала Микото с сожалением. — Я бы не отказалась от горячего чая. Узумаки довольно улыбнулся, поскольку это был еще один прекрасный шанс показать себя. Достав из подсумка карту, он сложил печать концентрации, и перед ним возник термос, наполненный горячим напитком. Точно так же некоторое время назад он распечатал коврики-пенки и тент, пришедшиеся очень кстати. — Лови, — он бросил термос девочке, и та ловко поймала его, открутив крышку и наливая в нее чай. Отхлебнув, Учиха поморщилась, но, заметив, что Наруто на нее смотрит, улыбнулась. — Спасибо. Очень кстати, — промолвила она. "Ха-ха-ха. Кажется, твой чай не всем пришелся по вкусу", — усмехнулся Курама, когда Саске, которому был передан термос, поперхнулся напитком, поскольку он был слишком крепким. "Что поделать. Никогда не пил чай. Простая вода — вот это по мне. Если бы не твой совет, я бы вообще не стал этим заниматься", — отозвался Узумаки, вспомнив, что Девятихвостый оказывал ему помощь в сборах, советуя, что лучше взять с собой и запечатать в карты. Когда термос, передаваемый по кругу, дошел до Какаши, ученики внимательно посмотрели на сенсея, ожидая, что он опустит маску, и они, наконец, увидят его лицо. Но Хатаке отказался, вернув сосуд владельцу и, дабы быстро сменить тему разговора, с интересом посмотрел на светловолосого мальчика. — Любопытная техника, — заметил он, глядя, как Наруто с помощью той же техники Мито запечатывает термос обратно в карту. — О, это мой козырь в рукаве, — улыбнулся Узумаки, продемонстрировав Какаши карту, на задней стороне которой после исчезновения термоса в клубах белого дыма на миг сверкнула печать. — Универсальная техника, помогающая запечатывать и распечатывать вещи и техники. — Как она работает? — поинтересовался Какаши. — С вещами всё просто, а с техниками более любопытно, есть две вариации их запечатывания. Либо я сам использую технику, после чего продолжаю ее запечатывающей комбинацией ручных печатей, — пояснил джинчурики с некоторой гордостью. — Либо я завершаю комбинацию печатей немного иначе, и тогда карта запечатывает ту технику, которую "увидит". К слову, именно вторым способом генин позаимствовал технику завесы дыма у тренирующихся чунинов. Те были немного удивлены тем, что некую часть этого дзюцу внезапно засосало в кусты. Наруто до сих пор улыбался, вспоминая их лица. — После того, как техника была запечатана, я могу использовать ее неограниченное количество раз, достаточно лишь печати концентрации, — закончил Наруто, довольно сверкнув глазами, когда даже Саске посмотрел на него с некоторым уважением. — Можно сказать, карта не запечатывает технику, а скорее запоминает ее. "Интересно. Чем-то эта техника очень напоминает шаринган", — подумал Хатаке. — А людей в нее запечатать можно? — поинтересовался Саске, сидевший на второй пенке вместе с сенсеем и с интересом смотрящий на пиковую шестерку в руке сокомандника. — Хочешь, проверим? — вопросом на вопрос ответил Наруто, не в первый раз за их путь пошутив подобным образом. Саске с раздражением отвел взгляд. Микото засмеялась. Кажется, даже Какаши снова улыбнулся под маской. Ночь наши герои провели на том же самом месте, устроившись на ковриках и подложив под голову рюкзаки и прочие вещи. Наруто, лежа с краю, долгое время не засыпал. Его привыкшие к темноте глаза наблюдали за каплями, срывающимися вниз с края тента. Соскальзывая и падая, они врезались в листья лопуха, взрываясь множеством еще более маленьких капелек. Это, казалось бы, простое и ничем не примечательное зрелище настолько заворожило нашего героя, что, когда он оторвался от своего занятия, все остальные уже спали. Он тихо поднялся и, застегнув куртку, вышел из-под навеса под дождь, после чего оттолкнулся от земли и взмыл вверх, навстречу холодным каплям. Прыжок за прыжком, с ветки на ветку, и, наконец, он оказался на верхушке высокой ели. Он забрался сюда, надеясь, что хоть где-то тучи поредели, и ему удастся увидеть звезды. Наруто было интересно, одинаковые ли они здесь и в Конохе. Глядя на ночное небо в родной деревне, Узумаки примерно знал расположение ночных светил и думал, что здесь в то же время оно может немного отличаться. Но нашего героя ждало лишь разочарование, поскольку звезды скрывались за непроглядной дымкой. Зато Узумаки окинул взглядом окрестности, вспоминая, с какой стороны они пришли, и увидел вдали скопление огней с высокими, как деревья, башнями. Это, наверное, и была та самая Амегакуре, о которой рассказывал Какаши. Дождь усилился. Где-то вдалеке в небе вспыхнули электрические разряды молний, затем спустя пару мгновений раздался гром, от которого мальчик чуть не свалился со своей точки обзора. Почувствовав, что в погоне за своими странными идеями он скоро совсем промокнет, Узумаки спустился обратно. — Чего не спишь? — поинтересовался чуткий Какаши, дремлющий полулежа, опершись спиной о пенек. Едва Наруто вернулся, он открыл глаз. — Да так, хотелось кое-что увидеть, — ответил Наруто, возвращаясь на свой коврик. Он бросил взгляд на Саске, спящего на спине и закинувшего руки за голову, потом на Микото, свернувшуюся калачиком на своем коврике. — Неважно. Узумаки лег и очень скоро заснул. Какаши вздохнул, задумчиво посмотрев на почти дочитанную книжку, валявшуюся рядом на траве, и тоже решил погрузиться в объятия Морфея. Тогда и пара янтарных глаз, следившая за лагерем команды номер семь из темноты, погасла. — Продолжу завтра. Я узнал достаточно, — прошипел чей-то тихий голос. Длинноволосый мужчина в черных штанах и сером кимоно, перевязанном фиолетовым поясом, который и был таинственным наблюдателем, превратился в несколько змей, тут же уползших во тьму.

***

Мрачная фигура в черном плаще с красными облаками стояла на голове огромной горгульи, статуи, украшающей высочайшую в деревне башню. Капли, выстреливающие из ночного неба, в котором растворились густые тучи, ничуть не беспокоили рыжеволосого мужчину, чье бледное лицо было украшено или, скорее, обезображено множеством чакроприемников. В темноте зажглись два фиолетовых огонька. Акацуки открыл глаза, которые видели всё, что происходило в деревне и благодаря дождю чувствовал всё и всех за ее пределами. Он увидел его, светловолосого мальчишку с полосами на щеках. Джинчурики был не один, вероятно, с командой. Джонин, причем весьма сильный, сопровождал мальчика. Он не был серьезным препятствием, но сейчас это было очень некстати. Пэйну не хотелось обращать внимание Конохи на Деревню Скрытого Дождя. А исчезновение команды из Скрытого Листа на пути через Амегакуре могло его привлечь. Иллюзия того, что Ханзо до сих пор руководит деревней, позволяла Амегакуре процветать и позволяла осуществлять ему все свои планы без всяких затруднений. — Девятихвостый... — промолвил мужчина, глядя в пустые темные улицы, простирающиеся внизу. — Ты что-то почувствовал, Пэйн? — еще одна фигура в таком же плаще появилась сзади, это синеволосая девушка с прекрасным, но печальным лицом и янтарными глазами вышла на балкон, из которого вырастала статуя. — Кьюби. Он здесь, — сообщил тот, не оборачиваясь. — Мне следует отправиться за ним? — спросила девушка. — Нет, не стоит, Конан, — ответствовал Пэйн, чувствуя, что чакра Девятихвостого, которую он почувствовал, скрылась от вездесущего дождя. — У меня для тебя другое задание. Свяжись с Итачи, у меня есть к нему дело. — Но как же... — Пусть Амайя и Коноджи займутся этим, — произнес Акацуки голосом, предупреждающим все дальнейшие возражения. Он вновь закрыл глаза, чтобы вспомнить во всех деталях то, что почувствовал несколько мгновений назад. — Не трогать никого, кроме джинчурики. Впрочем, пусть сделают всё, чтобы в них не распознали ниндзя из Аме.

***

Хатаке поднял учеников рано утром. Команде номер семь пришлось быстро собраться и, не завтракая, вновь двинуться в путь. Чем ближе путники приближались к границе Страны Птиц, тем слабее становился дождь. Впереди показались голубые просветы, сквозь которые проникали яркие лучи солнца. — Наконец-то, — с наслаждением в голосе произнесла Микото, улыбаясь, когда дождь и тучи и вовсе остались позади, а небо прояснилось. Мир вокруг, казалось бы, мгновенно преобразился, превратившись из грязных и мрачных пейзажей в нечто прекрасное. Впереди раскинулись рисовые поля, леса с яркой зеленой листвой и холмы, сплошь покрытые дивными цветами. Наруто посмотрел на нее и невольно улыбнулся, почувствовав, что и у него на душе становится легче, когда он видит это блаженное личико. Он бросил взгляд на Саске, которому оказалась безразлична перемена пейзажа. Учиха шел с таким же угрюмым лицом, как и раньше. Узумаки подумал было вновь подколоть товарища шуткой, но в конечном итоге решил не играть на его нервах. — Вот и Страна Птиц. Очень скоро мы будем на месте, — обрадовал своих учеников Какаши. — Кстати, Какаши-сенсей, а в чем, собственно, заключается наша миссия? — спросил Наруто, подумав, что немного запоздал с подобным вопросом. — Всё очень просто. Доставить это клиенту, — пояснил Хатаке, вынув свиток, перевязанный красной лентой, что свидетельствовало об особой важности информации, сокрытой внутри. — И что в свитке? — поинтересовался Саске, бросив безразличный взгляд на проносящуюся в небе стаю птиц, которые громко щебетали, радуясь дивному утру. — Не знаю, — отозвался Какаши. — Возможно, личная переписка. Может, секретная информация о каких-нибудь людях. Может, какие-нибудь техники. — Так давайте посмотрим! — предложила Микото и сразу заработала насмешливый и одновременно укоризненный взгляд учителя. — Нельзя. Еще одно правило, которому должны следовать шиноби. Мы — лишь курьеры, — сообщил он. — Кстати, в экзамене на чунина, в котором вы рано или поздно примете участие, наверняка будет подобное испытание. Нужно заполучить свиток в дополнение к тому, который у вас будет, и доставить его в нужное место. Многие проваливают этот этап из-за своего любопытства. Девочка вздохнула, принимая это к сведению. — Экзамен? Как скоро? — спросил Саске, заинтересованно посмотрев на Копирующего Ниндзя. — Обычно он устраивается раз в год. Не думаю, что вам следует участвовать в нем в этом году, хотя посмотрим. В любом случае, время у нас еще есть. Не беспокойтесь, я вас подготовлю, — отозвался джонин. — Помимо миссий, жизнь шиноби — это постоянные тренировки. К этому вам тоже надо будет быть готовыми, когда мы вернемся в Коноху. Они пересекли участок с рисовыми полями, шествуя по извилистой дорожке, которая вскоре вновь ушла в лес. Когда наших героев, обсыхающих на солнце, вновь сокрыла тень крон появившихся по бокам деревьев, Микото разочарованно вздохнула. — Может, потренируемся прямо сейчас? — предложил Наруто. — Покажете нам пару приемов. Хатаке посмотрел по сторонам и мотнул головой. — Лучше покончим с делом и займемся этим на обратном пути, — ответил он. — Нас, наверное, ждут. Давайте поторопимся. Они ускорились, перейдя на бег, и на некоторое время повисла тишина, нарушаемая лишь щебетанием птиц, шелестом листвы и топотом ног. — Какаши-сенсей, почему Хокаге-сама сомневался, прежде чем дать нам эту миссию? — спросила Микото. — Вроде бы ничего сложного. То же самое, что за кошкой гоняться, только подольше, — поддержал ее Саске. Хатаке улыбнулся под маской. — В зависимости от уровня важности и опасности для исполнителя миссии делятся на ранги D, C, B, A и S. Миссии внутри деревни, которые вы выполняли, это миссии ранга D, элементарные задания, с которыми вполне способна справиться любая команда генинов. Задания за пределами деревни сложнее, чем кажется на первый взгляд. Даже простая доставка свитков вроде этого. Наша миссия имела бы ранг C, отправься мы в одну из соседних деревушек. Но наш путь простирается куда дальше и пролегает через, можно сказать, вражескую территорию. Шанс столкновения с другими ниндзя довольно велик, следовательно, миссия довольно опасная. На вашем месте я бы только радовался, что нам пока повезло ни с кем не столкнуться. — Значит, у нас миссия ранга B? — уточнил Наруто. — Именно так. Из этого можно сделать вывод, что наш свиток не содержит важной политической информации, иначе ранг миссии был бы еще выше. И вас бы до нее не допустили. Так уж заведено, что миссии ранга В выполняют шиноби, получившие звание чунина. Для вас сделано исключение. А миссии ранга A и S выполняют, как правило, джонины, — ответил учитель, останавливаясь. — Ну вот... Генины тоже остановились. — Что такое? — удивилась Микото. — Я помню это дерево. Мы тут уже пробегали, — сказал Саске, покосившись на иву, склонившуюся над дорогой. — Такого не может быть, дорога идет прямо, — удивился Наруто. "Это гендзюцу, гений. Вы попались", — прорычал Курама. — "Готовься к бою. Кажется, кому-то очень интересно узнать, что у вас в свитке!" Как только Девятихвостый обратился к своему джинчурики, Какаши выхватил кунай и сложил печать концентрации. — Проклятье... Я слишком увлекся рассказом. Развейся! — произнес он, освобождаясь из-под власти гендзюцу. Ученики повторили за ним, и в следующий миг всё вокруг изменилось. Они оказались на полянке, окруженной высокими соснами. Накренившееся над пропавшей дорогой дерево исчезло, и вместо него на пути наших героев возникли две фигуры. Это были мужчина и девушка. Мужчина был довольно высоким и широкоплечим, с неприятной внешностью: суровым овальным лицом, шрамом, пересекающим губы с правой от крупного носа стороны, глубоко посаженными серыми глазами. Короткие коричневые волосы шиноби спадали на протектор на лбу, на котором был перечеркнутый символ, напоминающий незаконченную стрелку. На незнакомце были синие брюки и военный жилет как у Какаши, только черного цвета, надетый поверх голубой майки. На левом плече ниндзя красовалась татуировка в форме компаса. Помимо стандартного снаряжения ниндзя, к поясу незнакомца крепились ножны с кукри. На вид этому шиноби можно было дать лет тридцать, если не сорок. Немногочисленные неглубокие морщины на лице вводили в заблуждение. Зеленоволосая спутница мужчины, наоборот, казалась очень хрупкой, не старше двадцати. Она была невысокого роста, в черном облегающем костюме, со стрижкой-каре. У нее были выразительные глаза необычного желтого цвета, изящные черты лица, тонкие губы, которые подчеркивала фиолетовая помада. На лбу куноичи был протектор с таким же перечеркнутым символом. — Нукенины из Такигакуре? Далековато вы забрались, ребята, — произнес Какаши, подбросив кунай и взяв его обратным хватом. Взгляд двоих незнакомцев почему-то был устремлен на Наруто, который сглотнул, почувствовав себя неловко. Он впервые с инцидента в парке вновь почувствовал дрожь в ногах. Страх, от которого Узумаки, казалось бы, избавился, вернулся. Похоже, Саске и Микото, впервые встретившись с серьезным врагом, чувствовали то же самое. Затем зеленоволосая девушка, оторвав взгляд от Узумаки, посмотрела на Какаши, стоящего спереди и увидела свиток, торчащий из его кармана. — Свиток. Отдай его нам, — промолвила она, требовательно вытянув руку. — Размечталась, — ухмыльнулся Хатаке, хлопнув себя по карману. — Мое имя Амайя, — глаза девушки сощурились. Она зачем-то добавила. — Амайя из Водопада. Тебе ни о чем не говорит это имя? Какаши пожал плечами, давая понять, что знаменитость девушки обошла его стороной. — Размажем их, Коноджи, — прошипела Амайя, кивнув напарнику и отскакивая назад. — Стихия Воды: Липкая ловушка! — воскликнул тот, складывая печати и изрыгая изо рта воду, которая волной потекла по траве, покрывая ее какой-то слизью белого цвета. — Все назад! — скомандовал Какаши. Генины резко пришли в себя, отпрыгнув на безопасное расстояние. Микото вооружилась сюрикенами, Саске встал в боевую стойку, а Наруто приготовился в любой момент выхватить карту. Какаши же остался на месте и с молниеносной скоростью сложил печати, после чего ударил ладонью по земле. — Стихия Земли: Каменная стена! Земля треснула, и из нее выдвинулось трехметровое заграждение, встретившее волну липкой воды и не давшее ей потечь дальше. Волна, врезавшись в стену, так и затвердела на ней в виде чего-то, напоминающего монтажную пену. Какаши отскочил к своим ученикам, прикрывая их своей спиной и дожидаясь, пока враги преодолеют это препятствие. "Это твой шанс, Наруто. Пополни свою колоду новой техникой", — прорычал Курама. "Ты прав", — Узумаки сложил комбинацию ручных печатей и достал карту, направив ее на каменную стену. Но как раз в этот момент на заграждение приземлилась девушка в черном обтягивающем костюме и ударила по нему рукой. — Секретная техника сжатия! — воскликнула Амайя, и в следующий миг стена, с которой она тотчас же спрыгнула, превратилась в маленький камешек, упавший на траву. Коноджи, бежавший прямо по белой липкой слизи и не испытывающий никакого дискомфорта благодаря пропущенной через подошвы чакре, понял, что между ним и врагами больше нет препятствия, и приготовился использовать новую технику. Амайя в это время нырнула рукой в подсумок и извлекла оттуда несколько сюрикенов, незамедлительно метнув их в Какаши и его учеников. "Действуй, Наруто!" — Девятихвостый вновь вырвал Узумаки из ступора, вызванного удивлением от продемонстрированной техники. Джинчурики кивнул, к счастью, никто этого не заметил. Он убрал руку в карман, заменяя карту с новой техникой на несколько новых карт. Когда Какаши, отражая все сюрикены кунаем, переместился немного вбок, освобождая путь, Узумаки, пропитав карты чакрой, метнул их во врагов. Подсвечиваемые фиолетовым, карты устремились в Амайю, которая не придумала ничего лучше, кроме как отскочить в сторону. Коноджи, прервав комбинацию печатей, выхватил кукри и собирался было отразить или разрезать оружием летящие в него снаряды, но тут Наруто сложил печать концентрации. Нукенин успел сделать шаг назад перед тем, как карты по велению хозяина взорвались, на несколько мгновений оглушив врага, и немного обожгли его. Этого оказалось достаточно, чтобы Саске и Микото вступили в бой. — Стихия Огня: Великий Огненный шар! — воскликнул Учиха, выдыхая в неприятеля огромную огненную сферу. Как только враг скрылся в ней, Микото, помня, где стоял враг, метнула сюрикены. Когда техника погасла, генины увидели Коноджи, отскочившего на несколько шагов назад. Его одежда слегка почернела, а из военного жилета торчали сюрикены, попавшие точно в цель, но не нанесшие ровным счетом никакого урона. Амайя в свою очередь выхватила новую порцию сюрикенов и готова была послать их в шиноби из Конохи, но тут Наруто спас положение, бросив ей навстречу бубновую шестерку и вновь активировав карту печатью концентрации. — Стихия Огня: Завеса дыма! — произнес он, и из карты вырвался черный дым, заполонивший все вокруг Амайи и не позволяющий ей видеть и затрудняющий дыхание. Какаши одобрительно кивнул и рванулся навстречу кашляющей жертве, ныряя прямо в облако черного дыма, который не был для него такой уж проблемой благодаря маске, скрывающей лицо. Похоже, противница успела вооружиться кунаем. Послышался звон, но нашим героям не удалось вмешаться, поскольку Коноджи, бросивший кукри в землю так, что нож вонзился в нее лезвием, вновь сложил печати. — Стихия Воды: Плавник морского чудища! Новая волна, появившаяся прямо из белой слизи, запачкавшей поляну, устремилась прямо к Саске в форме плавника, край которого был острым, словно бритва. Наруто и Микото с ужасом смотрели на технику, которая двигалась с молниеносной скоростью и не давала им шанса на вмешательство. Учиха должен был быть разрезан напополам и, кажется, смирился со своей участью, закрыв глаза, но нет. Это оказалось не так. Когда он вновь открыл их, то в глазах его горел шаринган с двумя томоэ. В последний миг, мгновенно просчитав время, оставшееся до столкновения с техникой, Учиха отскочил в сторону, и острый гребень так и не коснулся его. Тем временем черное облако рассеялось, и Какаши с Амайей, сражавшиеся вслепую, увидели друг друга, закружившись в еще более ожесточенном танце смерти. Столкнувшись в последний раз клинками, они отскочили в разные стороны. Но куноичи из Водопада умудрилась нырнуть свободной рукой в подсумок и извлечь оттуда проволоку, которой, пропитав ее чакрой, попыталась связать врага. Выбросив руку вперед, зеленоволосая промолвила: — Путы боли! Сюрикен с привязанной к нему проволокой улетел куда-то вбок и, прежде чем Какаши успел что-либо понять, облетел вокруг него несколько раз, туго стянув металлической нитью по рукам и ногам. — Попался, — в глазах Амайи сверкнули торжествующие огоньки. Она рванула проволоку на себя, чтобы разрезать врага на кусочки, но тот в последний миг превратился в бревно. Проволока превратила бревно в несколько деревянных блинов, упавших на землю, а Амайя в следующий же миг развернулась, услышав звук, напоминающий чириканье. Она увидела Какаши на ветви дерева. В руке он сжимал сверкающую молнию. В следующий миг джонин сорвался с места, оттолкнувшись ногами от ветки, и полетел прямо навстречу своей противнице. Если бы не удивительная гибкость и ловкость девушки в обтягивающем черном костюме, то быть ей пронзенной насквозь. Но куноичи из Водопада была не так проста. Она в последний миг отклонилась вбок, крутанувшись на одной пятке, пропуская Какаши мимо себя, да еще и умудрилась выхватить свиток из его кармана. — Черт, — погасив молнию, Хатаке развернулся и увидел довольную физиономию зеленоволосой воровки. — Хочешь свой свиток? Ну так иди и забери! — девушка ловко подбросила добычу в воздух, сложила знакомые печати, и в следующий миг свиток уменьшился, превратившись в нечто, напоминающее шпоры, скрученные в рулон, которые студенты Академии заготавливают на маленьком листочке бумаги. Прежде чем Какаши успел что-то предпринять, драгоценный свиток упал девушке в рот, после чего она проглотила его. Поняв, что противница куда сильнее, чем он предполагал, Какаши приподнял съехавший протектор, показывая второй глаз, в котором горел активированный шаринган. Кажется, куноичи очень удивилась, поскольку ее желтые глаза расширились. — Неужели ты тот самый Копирующий Ниндзя Какаши? О, Ангел-сама, вы будете мной очень довольны, — промурлыкала желтоглазая девица, рванувшись вперед. Она подпрыгнула, и маленькая, но на удивление сильная ножка врезалась Хатаке в грудь, отбрасывая его назад. Рукой Амайя сложила печать концентрации, и Какаши услышал за своей спиной хлопок. Это его каменная стена вернулась в свой исходный размер, и очень некстати. В следующий миг джонин врезался в свою же технику спиной, чувствуя, как что-то в спине хрустнуло. Каменная стена треснула, развалившись на камешки, а Хатаке съехал по ней вниз на траву, глубоко дыша, чтобы унять боль. — Сенсей! — воскликнули Наруто и Микото хором, не зная, что им делать, помогать ли Саске или идти на выручку Какаши. Учиха же был занят своими делами и не обращал внимание ни на кого вокруг. Вскочив на ноги, Саске сложил новые печати, глядя только на врага. — Стихия Огня: Пламенные снаряды феникса, — промолвил он, выдыхая в Коноджи на сей раз много огненных шаров размером с футбольные мячи. Враг понял, что уворачиваться бесполезно, и вновь прибегнул к помощи техники. — Стихия Воды: Водяная стена! — он снова изрыгнул изо рта воду, которая, встав в виде стены, поглотила огненные удары. На сей раз в игру вступила определившаяся в своем выборе Микото, бросившая в водяную преграду кунай и быстро сложившая ручные печати. — Стихия Молнии: Цепная реакция! — воскликнула она, заставив электрический разряд вспыхнуть на кончике брошенного оружия. Молния вступила в контакт с водой, и нукенина из Деревни Скрытого Водопада отшвырнуло назад. Вода ударилась о землю, превратившись в еще одну лужу. Глядя на растянувшегося на земле врага, девочка довольно усмехнулась. Преодолев всякий страх, она сложила новую комбинацию печатей, и ее ладонь окутали молнии. — Я с ним покончу. Стихия Молнии: Острый коготь пантеры, — произнесла она и, забыв обо всем, ринулась к врагу. — Микото, нет! — крикнул собирающийся помочь Какаши Наруто, вспомнив о покрывающей поляну слизи, но было уже поздно. Девочка прилипла подошвами к земле прямо перед неприятелем, пока ее враг, от тела которого в воздух еще поднимался дымок, успел успешно подняться и торжествующе улыбнуться. — Стихия Воды: Водяная тюрьма! — воскликнул нукенин, выставив перед собой руку и создав сферу из воды, которая мгновенно проглотила Микото. После того как в черных глазах пойманной в ловушку Учихи загорелись красные огоньки шарингана с теми же двумя томоэ, ее же техника неплохо шарахнула ее током и мгновенно вырубила. — Сволочь, — процедил Саске, срываясь с места. Не успел Наруто повернуть голову, чтобы увидеть лицо товарища, как тот был уже позади врага, умудрившись не попасться по пути в ту же липкую ловушку. — Львиный... Учиха возник за спиной нукенина, но так и не успел договорить и, тем более, атаковать его ногой, поскольку в живот его врезался мощный кулак. Из белой слизи позади Коноджи появился заранее приготовленный нукенином водяной клон, встретившийся с Саске лицом к лицу. Когда Учиха упал на колени, согнувшись пополам, клон мгновенно добил его ударом ноги в лицо, мгновенно разбив ему в кровь нос и заставив несчастного генина отлететь назад и стукнуться затылком о ствол дерева. — Кажется, ты проиграл, Какаши, — усмехнулась Амайя, наблюдавшая со стороны, как ее напарник разбирается с генином. — Вас осталось только двое. Хатаке поднялся на ноги, стиснув зубы под маской от боли, пронзающей тело. Он оглянулся на Наруто, который весь дрожал от ярости. "Я недооценил этих двоих. Наруто явно и минуты не продержится против такого противника", — пронеслось в голове. — Я — твой враг. Смотри на меня! — воскликнула Амайя. Как только Хатаке развернулся к ней, его встретила ее нога. Из носка ботинка куноичи выдвинулось лезвие, а губы девушки прошептали. — Стихия Ветра: Воздушное убийство. Удар, ускоренный толчком чакры стихии Ветра, было просто невозможно отразить, даже имея шаринган. Клинок вонзился Какаши в живот, хотя от большей части лезвия Хатаке спас военный жилет. Тем не менее, острый кончик нанес весьма глубокую рану и вызвал кровотечение. Сморщившись, Копирующий Ниндзя ощутил, как кровь сочится сквозь его водолазку. — Сенсей! — вновь крикнул Наруто, не зная, оправится ли Хатаке после такого удара, однако на помощь не пришел. Его ждал собственный противник. Водяной клон Коноджи лопнул, лужей растекаясь по земле, а сам нукенин деактивировал технику, позволяя нахлебавшейся воды и пораженной электричеством Микото упасть на траву. Шиноби усмехнулся, переступив через тело девочки и медленно двинулся навстречу мальчику. — Ты-то мне и нужен, — процедил он, зло улыбнувшись. Узумаки мгновенно вооружился картами в обеих руках, и на движущегося к нему врага обрушился целый град из режущих карт, пропитанных фиолетовой чакрой. Но Наруто был слишком зол и растерян, чтобы бросать их достаточно метко. Врагу ничего не стоило увернуться, лишь одна карта чиркнула его по плечу, но весьма прилично. Зажав рану второй рукой, Коноджи понял, что не чувствует своей конечности. Неужели мальчишке удалось перерезать ему нерв? "Наруто, добей его сейчас! Или он прибьет тебя", — рявкнул Девятихвостый так громко, что Наруто пулей выхватил еще одну карту и метнул ее во врага. — "Пусти чакру в ноги как при ходьбе по воде, чтобы не прилипнуть. Действуй!" — Техника теневого клонирования! — воскликнул он, сложив печать концентрации. Два клона мгновенно появились по бокам от нукенина. Один схватил Коноджи за руку, другой повис на ноге. Сам Наруто, не помня себя, ринулся вперед, сделав, как сказал Курама, что позволило ему не прилипнуть к земле, на ходу подхватил воткнутое в землю кукри и налетел на врага. В голубых глазах Наруто вспыхнула холодная ярость. Сомнения исчезли быстро, как следы дыхания на зеркале. Рука крепче сжала рукоять оружия, которое будто служило продолжением его руки. Всё повторилось, прямо как тогда в парке. Он не запомнил, сколько раз ударил врага. Сначала последовала серия колющих ударов в живот и в грудь, а затем, как только враг, превращенный в решето, уже давно убитый, упал на колени, джинчурики с громким криком замахнулся и, вложив все силы в удар, снес нукенину голову. Отделившись от тела, та отлетела в сторону, прокатившись по траве и оставляя за собой красный след. Кровавый фонтан взметнулся в воздух, прежде чем тело рухнуло на траву. А мальчик с оружием в руке, весь измазанный кровью, глядел на свершенное без особого сожаления. Он поднял взгляд и обнаружил, что Саске, пришедший в себя, замер, став свидетелем этого зрелища. — Что за... — выдавила Амайя, вырвавшая ногу с лезвием из живота Хатаке и застывшая при виде такой жестокости. Какаши хватило этих нескольких мгновений промедления, чтобы собрать все силы и нанести последний удар. Рука его пропиталась чирикающими молниями, а в следующий миг вонзилась куноичи прямо в сердце.