Шальная карта

— Прекрасная, сука, погодка, — буркнул шиноби в насквозь промокшей форме, поднявшийся в смотровую вышку возле наглухо закрытых врат, ведущих из деревни. Стоит обратить внимание на тот факт, что сказал он это, оказавшись уже под крышей, и причина на то была. Многие жители Амегакуре опасались случайно сделать что-то не то под этим ливнем, то есть, можно сказать, на глазах у главы деревни. Данный индивидуум частенько попадал в разного рода переделки, сам того не желая, и порой не мог удержаться от едких замечаний в адрес всего на свете. В это все на свете входила и верхушка деревни, которую почитали как богов. А с самолюбием богов играть лишний раз не хотелось. Кто знает, что Ангел сделает, обвини он ее случайно в какой-либо напасти? В свой недолгий перерыв ниндзя успел сбегать перекусить, утолив мучающий его голод. Правда, по пути туда и обратно промок до нитки. Он нервно затянулся почти сырой сигаретой в последний раз и щелчком пальца отправил окурок под нескончаемый обстрел дождя. — Ты бы зонтиком пользовался что ли, балбес, — усмехнулась куноичи, облокотившаяся о перила вышки и все это время скучающе смотрящая куда-то вдаль, на металлические шпили башен. — Под ним даже думать можно о чем угодно. — О тебе что ли? – ухмыльнулся тот, смерив напарницу нарочито оценивающим взглядом. Она была хороша собой: стройная, темноволосая, со смазливым личиком. Именно таких наш ниндзя и любил, хотя ни разу не выказал ни единого признака симпатии в адрес подруги. — Хамло, — та отвернулась, чтобы тот не видел ее лица. Куноичи, может, и правда любила этого дурака, но тоже в свою очередь не сделала ничего ради их сближения. И сейчас подобный саркастический комментарий кольнул ее в самое сердце. И чем ей была так симпатична эта сволочь? Ее спасла рация, включившаяся лишь на миг, чтобы издать непонятный звук, а потом вновь затихшая. Взяв ее в руки, куноичи включила прибор. — Говорит пункт 13. Что у вас случилось? Прием, — спросила она, покосившись на напарника, которому, кажется, все было по барабану. — Да это Харико наверняка снова сел на рацию… — снова попытался шуткануть он, но девушка прервала его резким жестом в тот миг, когда рация вновь заговорила. — Это пункт 14. Все в порядке. Ложная тревога. Прием. Конец связи, — ответил динамик после некоторой паузы. Девушка опустила руку с рацией, пытаясь вспомнить, кто и где сегодня на дежурстве. Голос, который она услышала, был ей незнакомым. — Расслабься, — бросил напарник, заметив, что та напряглась. – Сходи перекуси. Мне помогло. Он вновь подошел к ведущей вниз лестнице и сплюнул. — Пэйн-сама и Ангел-сама точно нелюди с их требованиями, – он посмотрел вверх, чтобы убедиться, что крыша защищает его от всевидящих капель. — Три смены второй раз на неделе. Мы с тобой так сдохнем. В этой чертовой башне. Девушка вздохнула, собравшись отчитать его за такие слова, но внезапно чья-то рука схватила потерявшего бдительность шиноби за ногу и рванула на себя. Потеряв равновесие, тот попытался ухватиться за что-то, чтобы не вывалиться, но сделал только хуже. Не успев подарить жизнь новому проклятию, вместо падения на землю с возможным счастливым исходом остряк соскользнул ногой с края площадки смотровой вышки и, полетев солдатиком вниз, ударился об этот же край подбородком. Бросившись к краю, куноичи наткнулась на светловолосого юношу в обагренной кровью форме Аме. Предатель деревни, как она подумала, успел увернуться от падающего тела, рывком подтянуться вверх и столкнуться с ней лицом к лицу. Выработанным за годы молниеносным движением, девушка потянулась к кобуре для кунаев на бедре, после чего атаковала незваного гостя. Тот ловко увернулся, поднырнув под ее руку и оказавшись сзади. Куноичи не растерялась, решив нанести дугообразный удар с разворота. Кунай чиркнул по протектору, защищавшему лоб неприятеля, и оставил поверх символа Амегакуре диагональную царапину. Сам же враг, оставшийся совершенно невредимым, схватил девушку за горло, прежде чем та успеет что-то крикнуть. «Быстрее, кончай ее!» «Еще одна красавица за сегодня. Может, просто вырубить?» «Хватит тебе и одной красавицы.» В его свободной руке появился раздобытый на черном рынке нож-кукри, которым тот и прикончил жертву, быстро всадив ей клинок в живот несколько раз. Последнее, что та успела увидеть, падая в лужу собственной крови – светящиеся во мраке фиолетовые глаза, в которых не было ни капли жалости. «Ну вот, протектору хана», — подумал Наруто, стянув со лба ленту с металлической пластиной и небрежно бросив его на пол. «Какая потеря. Мог бы еще пригодиться!» — выругался он. «Чушь! Никчемный трофей. Не о том думаешь, Акацуки нас уже точно заметили!» — в том, что повелители бесконечного дождя уже давно знают об их с Кимико делах, Джокер был уверен. Он бросил взгляд на растянувшееся на полу тело девушки с раскрытым в беззвучном крике ртом и, склонившись над ней, поднял рацию. «Но почему тогда никого не оповестили о нашем побеге?» — вновь прозвучал его собственный голос в голове. — Я на месте, Джин. Что делать дальше? — произнес шиноби, подняв рацию. — Отлично. У них на консоли есть рычаг. Опусти его, так мы откроем ворота, — раздался голос Кимико из динамика. — Почему нельзя было просто пересечь стену? – поинтересовался Узумаки. — С тех пор, как саннин из Конохи явился сюда, чтобы сразиться с Пэйном, Амегакуре окружена барьером, и единственный вариант войти в нее или, наоборот, выйти – это пройти через ворота. — Саннин из Конохи? – переспросил тот. — Не отвлекайся, Джокер! Ворота! Свой рычаг я уже включила, – он увидел, как соседняя смотровая вышка направила прожектор на стену, именно туда, где был один из выходов из Аме. Похоже, Кимико выбрала самый простой путь показать ему, что делать дальше. – Увидимся там. «Не время для историй» — согласился с нею Наруто, рванув рычаг и двинувшись к лестнице. «Поторопимся. Весь этот геморр с воротами наверняка уже привлек внимание всех, кого мы пытались не потревожить!» Двое ниндзя, прыжками спустившись вниз, прямо под дождем бросились к раскрывающимся воротам с разных сторон. Такая же промокшая под дождем, Кимико бежала быстро, но одновременно бесшумно. Она была все в тех же черных штанах и толстовке с накинутым капюшоном, правда, к обмундированию гладиаторши прибавились ножны со странной формы серпообразными кинжалами, закрепленные на бедрах. На сей раз лицо девушки было прекрасно видно под капюшоном, его не скрывала непонятная темнота. А, может, дзюцу Кимико теперь действовало так, что Наруто мог ее видеть. Когда беглецы собирались уже навсегда покинуть деревню, внезапно их окружил отряд шиноби, члены которого внезапно стеклись с разных сторон. Как только враги, возникшие вокруг наших героев, схватились за оружие, Наруто и Кимико встали спиной к спине. — Моих не трогай, — бросила Кимико, сбрасывая капюшон толстовки, чтобы тот никак не мешал ей в ходе боя. Девушка молниеносно сложила несколько печатей и ударила рукой по мокрой грязной земле. – Запретная Техника: Кольцо тьмы! Получившееся полусферическое поле из черной чакры волной устремилось во вражеских шиноби. Трое ниндзя успели отскочить назад, а двое их товарищей встретились с невиданной техникой. Чакра прошла сквозь них и будто сожгла всю энергию в теле. У бедняг сразу подкосились ноги, и они, еле живые оттого, что следом за сожженной чарой стала терять жизнь их плоть, рухнули в лужи воды. Два мужчины-шиноби и одна куноичи, которым удалось спастись от рассеявшейся техники, ломанулись в атаку, дабы отомстить за своих друзей. Вооруженная зонтом куноичи высоко подпрыгнула и, взмахнув экзотическим оружием, послала прямо в обидчицу несколько выстреливших из его наконечника отравленных сенбонов, которые полетели столь стремительно, что, рассекая воздух и дождевые капли, издавали свист. — Стихия Воды: Водяной капкан, — один из ниндзя лишил Кимико возможности убежать от атаки. После того, как он сложил печати, ноги ее оказались в маленьком, но мощном водовороте, сковывающем движения. Третий же просто метнулся вперед, схватив в руки необычное оружие в виде палки с двумя косообразными лезвиями на концах. И Джин не осталась в долгу. Выхватив из закрепленных на бедрах ножен два загнутых внутрь клинка, она, немного помедлив и что-то высчитывая, замерла на месте. Следом за этим, совершив несколько молниеносных движений, она отразила сенбоны своим оружием, заставив их полететь в трех неприятелей. Оказавшийся совсем близко ниндзя рухнул на бегу из-за того, что две иглы пронзили его горло. Удерживающий водный капкан шиноби упал на землю следом, словив сенбон лбом. А приземлившаяся к тому моменту девушка тут же закрылась собственным зонтом, спасаясь от обстрела. Кимико, освободившись от водных оков, рванулась вперед и, совершив красивый подкат, но при этом изрядно испачкав одежду, проехала под направленным вперед раскрытым зонтом и ударом ноги выбила тот из рук противницы. Та лишь отступила назад от неожиданности, а Джин, оттолкнувшись от земли, взвилась в воздух вверх как змея в прыжке, после чего ударом крест-накрест, расправилась с куноичи. Наруто, все это время не сводивший взгляда с доставшихся ему противников, услышав за спиной звуки падения тел. «Еще одна запретная техника?» «Она полна сюрпризов!» «Это было быстро.» Битва напарницы закончилась еще раньше, чем он вступил в свое сражение, что заставило парня вновь удивиться ее боевым навыкам. — Стихия Ог.. – договорить шиноби не успел, так как в лоб его вонзился подсвечивающийся фиолетовой чакрой уголок игральной карты. Наруто сложил печать концентрации, и карта взорвалась, заставив голову первой жертвы разлететься на мелкие кусочки. «Бум!» Кровь брызнула во все стороны, окропив собою землю, товарищей погибшего и убийцу, который поморщился, когда красные капли оказались на его лице и одежде, но взгляда не отвел. Ловким движением руки Джокер подбросил вынырнувшую из-под светлого длинного рукава карточную колоду, и в следующий миг карты завращались в воздухе, зависнув в нем как по волшебству и образовав собою круг. Это был прием под названием Стрит-Флэш, новое дзюцу, которым Узумаки овладел за это время. Оно было достаточно простым, поскольку для удержания карт в воздухе на деле не требовалось особых умений в ниндзюцу, просто на каждую их этих карт была заранее наложена определенного типа печать, в свою очередь скопированная у одного шиноби на арене и распечатанная из другой карты. Это было фуиндзюцу, позволяющее связать вещи с разумом при вливании в них минимального количества чакры. То есть, фактически, пользователь мог двигать эти объекты силой мысли, а в сочетании с острыми краями это была просто убийственная комбинация. Наполняемые чакрой и направляемые рукою Наруто, карты полетели в первого бросившегося ему навстречу врага, обтачиваясь на лету и в итоге вонзаясь тому в грудь. Когда шиноби в респираторе получил свою дозу смертоносных снарядов, бывший джинчурики перенаправил оставшиеся карты в другого ниндзя. Чтобы защититься, тому пришлось применить земляную технику. — Стихия Земли: Каменная стена! – карты повтыкались в образовавшуюся преграду, но Наруто не растерялся. — Стихия Молнии: Яростная вспышка! Из второго рукава в руку ему буквально говоря прилетела бубновая дама. Сложив печать концентрации второй рукой, он в следующий же момент выстрелил в разделявшее его и жертву препятствие молнией, которая разнесла каменную стену на камешки и врезалась укрывавшемуся за ней неприятелю в плечо. Парализованный, тот рухнул вниз. Еще две куноичи и подоспевший откуда-то шиноби в маске попытались атаковать в тот момент, пока враг наслаждается триумфом. Но их неожиданный рывок вперед был встречен новой выброшенной вперед картой, шестеркой крести, из которой с хлопком распечатались черные металлические тросы, скрутившие всех троих воедино. — Нимпо: Связывающие оковы! – произнес Наруто, удовлетворенно глядя, как пойманные морщатся оттого, что их продолжает сжимать трос. Новая карта в руке была червовой десяткой. После того, как Джокер сложил печать концентрации, она сверкнула, после чего набрал побольше воздуха в легкие. – Стихия Земли: Пыльца грёз. Созданное им облако зеленого газа на миг скрыло врагов из глаз. Когда те появились вновь, то все вместе завалились набок, погруженные в глубокое гендзюцу. Джокер отработанным движением выкинул раскрытую ладонь перед собой, и в нее слетелись потраченные в бою карты. — Даже не… — Джин собралась было отпустить едкий комментарий, но вместо ответа Наруто схватил ее за руку и побежал к воротам, которые с характерным грохотом и лязгом начали закрываться. — Быстрее! Шиноби, резко ускорившись, еле проскочили в смыкающуюся щель и, наконец, оказались на воле. Но радоваться было рано. Путь дальше им преградила мрачная фигура в черном плаще с красными облаками. Это был бледный рыжеволосый мужчина с пирсингом, украшающим лицо, и пугающими фиолетовыми глазами. Джокер замер на месте. Его очерствевшее сердце быстро забилось при виде этого плаща. Перед ним был один из Акацуки, а судя по тому, как крепко рука Кимико сжала его руку, тот самый, кого следовало бояться больше всего. Этого человека Наруто видел лишь издалека, когда однажды тот спустился с самой высокой в деревне башни, чтобы обратиться к народу с речью. — П…Пэйн-сама, — прошептала Джин, выпустив руку Наруто и неуверенно попятившись к захлопнувшимся за спиной вратам. Кажется, из бесстрашного убийцы она в этот самый миг превратилась в испуганную жутким монстром девушку, никогда не бравшую в руки оружие. Наруто потянулся к кукри, однако в следующий миг выросшая на их пути фигура взорвалась черными воронами, которые с оглушительным хлопаньем крыльев и жутким карканьем разлетелись в разные стороны. «Это он! Брат Саске!» «Ненавижу!!» «Убить!!!» — Итачи, — процедил Наруто, мгновенно узнав человека, появившегося перед ним после того, как гендзюцу рассеялось. Ненависть пробудила часть воспоминаний о том дне, когда Узумаки был оторван от друзей и наставника, был взят в плен и подвергся распечатыванию. – Ты сдохнешь за то, что сделал со мной! В фиолетовых глазах юноши вспыхнула холодная ярость, он собрался броситься на врага, показав ему все, чему научился за эти годы, скрываясь в тени, но Акацуки пресек его план в корне, активировав шаринган. Два светящихся красных огонька заставили Узумаки столбом застыть на месте в позе, которую обычно прибегает бегун перед началом гонки с высокого старта. — Узумаки Наруто. Вот уж кого я никак не ожидал увидеть, — холодно произнес Учиха, шагнув навстречу тому, кто давно должен был быть на том свете. Красные глаза прошлись по нему изучающим взглядом. – Ты стал другим. Кимико, впервые услышавшая настоящее имя Джокера, с удивлением покосилась на своего замершего компаньона, будто оно ей о чем-то говорило, но потом быстро перевела взгляд на брюнета в плаще. — Итачи! – воскликнула Джин неожиданно радостно, что смотрелось неуместно, если вспомнить ее реакцию на того, за кого беглецы изначально приняли Итачи. — Ты меня помнишь? — Кимико, у меня были подозрения, что это ты, — произнес Учиха, чей голос неожиданно смягчился. – Значит, ты оказалась достаточно сильной, чтобы выжить. Нагато недооценил тебя. «Нагато? Кто такой Нагато?» — голова Наруто разрывалась от вопросов, одновременно всплывавших в его сознании: «Они знают друг друга?» — Что здесь происходит? – к счастью, Наруто мог шевелить губами, чтобы задать этот вопрос. — Не твоего ума дело, — промолвил Итачи, чьи шаринганы крутанулись в глазах, и мир перед глазами Наруто поплыл, превращаясь во что-то размытое и малопонятное. То же случилось и с диалогом, который продолжили его полная загадок напарница и один из злейших врагов, на кого уже годы чесались кулаки. — Не надо, он со мной! – воскликнула Джин. – Дай нам уйти, ты же сам обещал мне, что поможешь. Учиха окинул ее серьезным взглядом. — Ты была слишком молода для Акацуки и того испытания, что тебе подготовил… Пэйн. Я проникся к тебе состраданием, учитывая произошедшее и твое происхождение, хотя не думал, что ты будешь достаточно сильной для такого. Мое обещание… Было проявлением жалости, — сообщил он, следя за изменениями в лице беловолосой куноичи, которая замерла на месте, услышав все, что тот на самом деле думал о ней. – Так или иначе, я сдержу слово. — Он со мной, пусти его… — прошептала та, быстро моргнув и сменившись в лице, чтобы не показать, что эти слова задели ее. — Он опасен. Он был джинчурики Девятихвостого, тебе не следует быть рядом с ним, — прервал ее Итачи, шагнув к Наруто и доставая кунай из рукава. – Он давно должен быть мертв. — Стой! Если он БЫЛ джинчурики, то какую ценность он представляет для Пэйна? – вскрикнула девушка. Итачи опустил взгляд. — Теперь уже неважно. Акацуки нет. Пэйна можешь больше не бояться, он мертв. Теперь в деревне я вместо него, — произнес Учиха, после недолгой паузы убрав кунай обратно. — Ты отпускаешь нас? – выдавила юная куноичи. — Он бесполезен. Джинчурики уже собраны, Десятихвостый пробуждается, — ответствовал Акацуки. – Хотя я не имею к этому ни малейшего отношения. Кимико мало что поняла из того, что услышала. — Что произошло? — Неважно. Это уже не касается ни тебя, ни меня. Отправляйся в Коноху, найди отца. Узумаки Наруто проведет тебя, пусть считает дарованную ему вторую жизнь подарком. Я не буду за ним охотиться, — Учиха махнул рукой, и гендзюцу, в котором Узумаки пребывал по сей самый момент, развеялось. Тот снова пришел в сознание и мог двигаться. Итачи наградил его холодным взглядом и произнес: — Мы больше не враги, Узумаки Наруто. Мне и деревне до тебя дела нет. Убирайтесь оба и не возвращайтесь в Амегакуре. Собиравшийся вновь броситься на него Наруто опять остановился. — С какой стати ты нас отпускаешь? Что здесь творится?! – воскликнул он. — Не задавай вопросов, но позаботься о Кимико, раз уж судьба связала вас воедино. Помоги ей вернуться домой. И, когда вновь увидишь Саске, не говори ему обо мне, не отправляй его на верную смерть, — процедил брюнет, после чего обратился в стаю черных воронов, которые с карканьем разлетелись в разные стороны. — Домой? – переспросил Джокер, вопросительно покосившись на спутницу. Перед юношей возникали все новые и новые загадки, ответа на которых у него пока не было. — Идем, Узумаки Наруто, — отозвалась Джин. – Если тебе интересна эта история, так и быть, я расскажу ее по пути.