Шальная карта

— Фуиндзюцу. Стихия Огня: Птичья стая! — скомбинировав печати, Саске выплюнул несколько маленьких огненных снарядов, по форме напоминающих птиц, по которым бегали черные символы неизвестного предназначения. "Я не помню этой техники. Кажется, это что-то существенно новое в арсенале его дзюцу", — подумал Джокер, быстро продумывая план дальнейших действий. Он сорвался с места и побежал в сторону, стремясь уйти от огненных птиц и зайти к противнику сбоку. Но не тут-то было, как выяснилось, птицы из пламени и черных символов были самонаводящимися. Выходом из ситуации стало дзюцу, которым Узумаки никогда не надоедало пользоваться, ведь оно могло иметь совершенно разные применения и выручить из любой затруднительной ситуации. Выхватив карту, он сложил печать концентрации. — Техника теневого клонирования! — воскликнул бывший джинчурики, заставив появиться несколько клонов, которые бросились в разные стороны, заставив стаю огненных птиц рассредоточиться. Когда первая из них настигла жертву, Наруто открылась правда, на что способно это дзюцу. Маленький, казалось бы, снаряд, высвободил в один миг всю запечатанную в маленькой форме мощь и взорвался огромной огненной сферой, оставившей после себя кратер. Одна за другой птицы врезались в клонов и взрывались, пока Саске не остался на арене один. Учиха окинул пустой стадион скучающим взглядом. — И это всё? Не верится, что избавиться от тебя было так просто, — ухмыльнулся он. — Стихия Земли. Техника укрытия крота, — услышал он из-под своих ног и в последний момент успел отскочить назад, поскольку Узумаки появился из-под земли с ножом в руках. Блондин в фиолетовом кожаном плаще с торжествующей улыбкой на устах ринулся в атаку, целясь бывшему товарищу по команде прямо в живот. Тот быстро выхватил танто, отбивая удар и провоцируя появление снопа искр. — Чидори Нагаши! — воскликнул он, вызвав вспышки электрических зарядов в воздухе и заставив врага отступить. Наруто, приземлившийся в пяти метрах позади, провел пальцами по щеке, оцарапанной одной из молний, и слизнул кровь. В его фиолетовых глазах блеснули искорки сожаления. — Да ты кладезь новых техник, — сообщил он, поняв, что обе техники брюнета пришлись бы очень кстати в его коллекции. — Ты не успеешь их скопировать, — отозвался Саске, бросаясь в бой. Он налетел на бывшего друга, обрушив на него серию коротких и быстрых ударов, и заставил Джокера отступить под таким напором, умело парируя его клинок своим. Лязг оружия и искры, высекаемые двумя короткими лезвиями, продолжались несколько минут, после чего Саске ловким движением перехватил руку Наруто за запястье и, наградив Узумаки мощным ударом в живот, заставил его согнуться пополам и выпустить из рук оружие. Еще один пинок отправил Узумаки в полет, но тот, перевернувшись в воздухе, эффектно приземлился на ноги. Из носа его стекала кровь. — А ты не такой неповоротливый, каким я тебя запомнил, — усмехнулся Наруто, решив подействовать Саске на психику. — Мои глаза предугадывают твои движения, — Учиха совладал с собой и пропустил эту реплику мимо ушей. — Ты даже ранить меня не сможешь. "Проклятый шаринган. Он и правда создает немало проблем", — пронеслось в голове Узумаки. "Удиви его! Не все вещи он может предугадать!", — вспыхнула в разуме Джокера еще одна мысль, и он улыбнулся, зная, что делать. В руке бывшего джинчурики появилась карта, и он сложил печать концентрации, после чего выдохнул в Учиху облако дыма и пепла, в которых тот перестал что-либо видеть. Из образовавшейся завесы послышался смешок. — Я помню эту технику. Не используй на мне знакомые мне трюки, это заведомо провальная стратегия, — произнес Саске, уверенный в том, что планом врага было ослепить его. — Хочу тебя разочаровать. Это новая техника, ведь все старые дзюцу вместе с моей колодой я потерял в тот самый день, когда в последний раз называл тебя другом, — ответил Наруто. — И лучше не шевелись. Стихия Огня: Техника взрывоопасного облака. Ответом послужила тишина. Кажется, такого поворота событий противник Джокера не ожидал. В следующий миг облако вспыхнуло, и Саске, не успев вынырнуть из него полностью, вылетел, подгоняемый мощным взрывом. Его одежда дымилась, на руке, где водолазку полностью спалило, виднелись сильные ожоги. Лицо Учихи было грязным от осевшего на него пепла. В глазах юного приспешника Данзо вспыхнуло бешенство. Шаринган с тремя томоэ крутанулся, и Учиха сложил новые печати, собираясь использовать следующую технику.

***

Девушка медленно открыла глаза и увидела перед собой размытое лицо. Повсюду слышались крики, звуки ударов, грохот и звон оружий. Яркие техники огня и молнии виднелись оранжевыми и синими вспышками, заставляя Кимико жмуриться и что-то бормотать. — Джокер? — прошептала она, попытавшись сложить размытое лицо в четкую картинку. — Лежи. Действие препаратов уже должно было закончиться. Но ты истощена физически, а чакра... Боже, она так и бурлит в твоем теле, застаиваясь в нескольких местах, — в глазах незнакомки, сверкнули и тут же погасли красные огоньки. — Проклятье! Джин чувствовала, как горит ее тело от переизбытка чакры и затрудненного ее тока по телу куноичи. Похоже, собеседница была права. В таком состоянии было сложно даже двинуться. Неужели к таким последствиям привели введенные ей препараты и длительное пребывание в наручниках, не позволяющих использовать дзюцу? Кимико, наконец, смогла рассмотреть темноволосую куноичи, склонившуюся над ней. Кажется, она видела эту девушку, когда они с Наруто прибыли в деревню и нарвались на не самый лучший пример гостеприимства. Впрочем, тогда Джин находилась под действием гендзюцу, поэтому ни в чем сейчас не была уверена. — Я Микото, подруга Джокера, — произнесла незнакомка. — Мы пришли тебя вытащить, но... Сейчас у нас с этим проблемы. Джин обратила внимание на то, что собеседница выглядит усталой, похоже, не случайно она не принимает участия в сражении, а сидит с ней, подложив под голову освобожденной пленницы колени. За такую заботу Кимико прониклась к ней благодарностью, ведь они не были даже знакомы. — Джин, но можешь звать меня Кимико, — пробормотала она. — Неважно выглядишь, кажется, у тебя совсем не осталось чакры. — А у тебя ее слишком много, — Джин поморщилась. — Я могу... У меня есть решение, но не знаю, насколько оно тебе понравится. — Делай уже, — Микото было все равно, о каком именно решении говорила Кимико. Сейчас важно было любой ценой восстановить силы и помочь товарищам. — Наклонись, — выдохнула Джин, закрывая глаза и приподнимая голову. Учиха повиновалась, не зная, к чему это приведет. — Запретная техника. Поцелуй тьмы! Микото испуганно моргнула, когда ее холодные губы соприкоснулись с горячими губами новой знакомой, которая на этом не остановилась. Когда язык Кимико проник в рот Учихи и начал вытворять там немыслимое, глаза беловолосой пленницы открылись, и Микото увидела в них лишь тьму. Двух девушек опоясал ореол из черной чакры, клубящейся в воздухе, словно дым. Их поцелуй прекратился, и Учиха первой ощутила, как переданная ей чакра наполняет тело. Кимико же почувствовала, как постепенно остывает, и к ней возвращается контроль над телом. Она улыбнулась и поднялась. — Прости, нужно было предупредить, — обратилась она к Микото, когда та тоже встала на ноги и вновь активировала шаринган. — Я отдала тебе половину своей чакры, используй ее с умом. — Ладно уж, спасибо, теперь мне тоже намного лучше, — отозвалась Учиха, переглянувшись с ней, когда нарушила неловкое молчание. "Эти глаза. Она тоже из клана Учиха!", — подумала Джин, заметив, как три томоэ появляются на красной радужке глаз темноволосой куноичи. Она оглянулась вокруг и увидела, что вокруг разворачивается яростная схватка. Их защитников теснили, многие из них были ранены, но все равно не отступали ни на шаг. А двое джонинов вместе с жутким стариком, продолжая бой, переместились выше, прыгая с одной балки на другую и поднимаясь все выше и выше по уходящему вверх коридору. Неджи, применив клановую технику, наградил множеством ударов врагов противников, наступающих на Ли. Тот, демонстрируя удивительные навыки тайдзюцу, отбивался от неприятелей. Тен-тен, вращая боевой шест, защищалась от летящих в нее кунаев, А Чоджи, превратившись в огромный колобок, давил ниндзя, попавших в технику теневого захвата Шикамару. — Стихия Дерева: Древесные щупальца! — похоже, противник сам выбрал вернувшихся в строй куноичи. С грохотом огромные плиты, покрывающие пол, раскололись, и из трещин появились массивные корни, устремившиеся к Кимико и Микото. На одном из таких корней, потянувшихся к жертвам, стоял ниндзя с необычным протектором. Лицо нападавшего не выражало никаких эмоций, но в больших глазах Ямато был пугающий холод. — Назад, — скомандовала Учиха и, просчитав траекторию движения корней шаринганом, сложила печати и хлопнула ладонью по полу. — Стихия Молнии: Электрический вальс! Дуга из молний вырвалась из пола, перерезав все тянущиеся к девушкам древесные щупальца. Враг, избегая касания острой молнии, успел прыгнуть вперед и, превратив руку в молот из дерева, бросился на Учиху. Кимико, проигнорировав просьбу Микото держаться подальше, загородила ее собой. Из тыльной стороны ее ладони в разные стороны начала расходиться черная дымка, и в следующий миг древесный молот опустился на щит из чакры. Ямато посмотрел на отважную куноичи с белыми волосами, которая блокировала его удар, потом на собственную руку, превращенную в оружие, и с удивлением отметил, что по молоту пошли трещины, будто щит освобожденной пленницы вдобавок ко всему обладал какими-то разрушающими свойствами. Стиснув зубы, шиноби отпрыгнул назад и вернул руке естественный облик, опасаясь, что она и вовсе рассыплется в щепки. — Коноха — кладовая Улучшенных Геномов. Может, Джокер был прав, и мне здесь самое место, — пробормотала Кимико, убирая щит. Ее сменила Микото, знавшая, что врагу нельзя давать времени на передышку. Она полностью опустошила подсумок, бросив в приспешника Данзо четыре сюрикена и два последних куная. — Стихия Молнии: Цепная реакция! — после этих слов оружие связали электрические нити. — Стихия Дерева: Древесный кокон! — ниндзя быстро сложил печати, загородившись полусферой из дерева, появившейся из пола. Оружие вонзилось в преграду, по ней заплясали молнии, и защитную технику разнесло мощным ударом тока. Оставшийся без защиты АНБУ вновь увидел перед собой Кимико, которая, не теряя времени зря, сократила расстояние до цели. Ее рука вспыхнула облаком черной чакры. — Касание мрака! — вскрикнула Джин, вонзая руку в живот противнику. Тот не успел издать ни единого звука, когда пальцы куноичи нырнули в его плоть, а черная энергия начала распространяться по телу, сжигая чакру и вызывая омертвление плоти, лишенной ее. К большому сожалению Кимико, это был не настоящий Ямато, а его клон, продержавшийся еще три секунды, прежде чем техника лишила его жизни. Настоящий Ямато появился из пола прямо за спиной Учихи, и в следующий миг та оказалась в захвате. Горло девушки стиснули мощные пальцы врага, так неожиданно оказавшегося сзади. Она поняла, что уже не может дышать. — Черт, — процедила Кимико, оборачиваясь и видя, что темноволосая куноичи в ловушке. — К сожалению, ты слишком ценная, чтобы лишать тебя жизни, — произнес приспешник Данзо ей на ухо. — Я заберу тебя. Учиха моргнула, и рисунок на шарингане в ее глазах изменился на восьмиконечную красную звезду на черном фоне. Кимико, наблюдавшая за происходящим, успела лишь моргнуть, и с изумлением отметила, что Ямато с Микото поменялись местами. По щеке девушки, оказавшейся сзади противника, скатилась кровавая слеза. — Я так не думаю, — промолвила она холодно и полоснула пропитанной чакрой молнии ладонью по шее пойманной жертвы. — Стихия Молнии: Острый коготь пантеры! АНБУ ничего так и не сумел сделать против мощи Мангеке, обратившего гендзюцу, в которое девушка сама себя погрузила, в реальность. Схватившись за рану и начав захлебываться собственной кровью, Ямато упал на пол. — Как ты это сделала? Темноволосая девушка посмотрела на окровавленную ладонь, по которой перестали плясать молнии. — С помощью моих глаз, — ответила она.

***

— Стихия Ветра: Вакуумная волна! — произнес Данзо, оттолкнувшись от балки и подпрыгнув вверх. Мощный порыв ветра отбросил преследующих его джонинов вниз, впрочем, те были вполне готовы к такому повороту событий. Какаши прыгнул к стене и приник к ней, вонзив в нее кунай по самую рукоятку, а Гай спрятался под мостом, пересекающим уходящий на поверхность тоннель и, по-видимому, связывающий какие-то другие зоны подземного комплекса. — Райкири! — Данзо резко развернулся и обнаружил, что Какаши, уже сзади него, с заряженной молниями рукой, занесенной для удара. Неужели тот Хатаке, что так артистично противостоял ветряной технике, был лишь теневым клоном, отвлекающим внимание? Взмахом рукава Шимура вновь вызвал порыв ветра, бросивший открывшегося для атаки Копирующего Ниндзя вверх и впечатавший его в одну из перегородок тоннеля. В следующий миг противник исчез так же быстро, как и появился, растворившись в белом облачке дыма. Значит, настоящий Хатаке все же снизу? — Вихрь Конохи! — размышления Хокаге прервал крик второго противника, быстро сократившего дистанцию до него. Шаринганы, покрывающие руку, помогли Шимуре развернуться и хоть как-то блокировать удар, ставший значительно более опасным благодаря технике врат чакры. Мощная атака, под которую Данзо подставил руки, отправила его прямиком в стену, и старик в черно-белых одеяниях пробил собой внушительную дыру, исчезнув в оказавшемся по ту сторону помещении. Это была библиотека, в которой царил абсолютный мрак, если не считать лучей, просачивающихся в пробитое Гаем отверстие. Зеленый Зверь Конохи и догнавший его Какаши остановились в проеме, различив во тьме множество заполненных книгами и свитками шкафов, заполнявших помещение и образовавших собой лабиринт. Спрыгнув вниз, они двинулись вперед, зная, что лучше держаться вместе. — Вот он какой, Хокаге Деревни Листа. Человек, вечно скрывающийся во тьме, — прокомментировал Майто, решив спровоцировать Данзо на атаку. — Именно такой Хокаге и нужен этой деревне, — послышался голос старика откуда-то из темноты. — Знали бы вы оба, сколько всего предотвратил Корень за годы своего существования, защищая Коноху, когда Хирузен и Минато были не в состоянии этого сделать. — Всё это не так важно, принимая во внимание то, во что Корень превратил Коноху сейчас, — пробормотал Какаши, чей шаринган пытался вычислить местоположение Данзо, когда Копирующий Ниндзя вглядывался в уходящие между шкафами во мрак коридоры. — Воля Огня в ее шиноби умерла. Они либо слепо подчиняются тебе, либо делают это из страха. На некоторое время в библиотеке воцарилась тишина. — Страх творит великие вещи. Именно благодаря страху Коноха и появилась на свет. Он сплотил враждующие кланы. Он свёл Хашираму Сенджу и Мадару Учиху вместе, он заставил их основать здесь деревню, убежище от ужасов войны, — ответил Пятый. — Страх подталкивает шиноби становиться сильнее, чтобы бояться меньше. Благодаря страху повторить судьбу Киригакуре Суна, Кумо и Ива поддерживают с нами мирное соглашение. Какаши вздрогнул, услышав шорох в книжном стеллаже, и резко развернулся к нему, увидев взрывные печати, загоревшиеся во мгле. — Страх лежит в основе мира, который мы знаем. Как и я являюсь основой того, на чем держится Коноха. Бойтесь меня! — прогремел голос Данзо, и Какаши и Гай бросились в разные стороны, за несколько мгновений до того, как в центре библиотеки прогремит взрыв. Кучу древности, пострадавшей от печати, охватило пламенем, и благодаря этому видеть в библиотеке стало чуточку легче. Хатаке и Гай, находясь уже на приличном расстоянии друг от друга, поняли, что блуждать по книжному лабиринту уже бесполезно, и вспрыгнули вверх, на шкафы. В противоположной части просторного зала, по стенам и потоку которого бегал свет огня и тени, они увидели Данзо, вооруженного сюрикенами которые старик по одному раскручивал на пальце, дуя на них и добавляя чакру Стихии Ветра. В следующее мгновение несколько таких сюрикенов полетели в джонинов, издавая пронзительный свист и распиливая ветряными лезвиями все на своем пути. Гай, эффектно пробежав по шкафам и увильнув от трех сюрикенов, подпрыгнул, переворачиваясь в воздухе. Последняя металлическая звездочка просвистела у него перед лицом, поцарапав переносицу острой чакрой ветра. Какаши, перепрыгивая с одного шкафа на другой и уворачиваясь от вражеского оружия, воспользовался шаринганом и, высчитав все секунда в секунду, подцепил один сюрикен кончиком куная, попавшего прямо в отверстие в центре оружия. Хатаке отправил снаряд обратно в хозяина, заставив того сложить печати, чтобы защититься. — Стихия Ветра: Вакуумный щит. Полупрозрачная сфера из воздуха приняла на себя весь удар и лопнула, заставив мощные порывы воздуха разойтись во все стороны. С грохотом книжные стеллажи начали падать, с пронзительным звоном разбивалось стекло. Книги, шурша страницами, подлетали в воздух и с громкими хлопками врезались во что попало. Сейчас здесь творился хаос, от которого любого библиотекаря, привыкшего к тишине и порядку, хватил бы сердечный приступ. — Стихия Ветра: Вакуумные пули! — Данзо перешел в контрнаступление, вспорхнув в воздух длинным прыжком и перемахнув через полыхающую груду вместилищ истории и мудрости прошлых поколений. Целился он в Какаши. Тот, прыгнув на чистый островок, свободный от всякого хлама, успел применить защитную технику. — Стихия Земли: Каменная стена, — сказал тот, скрываясь за преградой, принявшей на себя весь напор воздушных снарядов. Гай, поняв, что Шимура вновь уязвим для атаки, молнией ринулся к нему, занося заряженный чакрой кулак для удара, но шаринганы, имплантированные в уродливую руку Хокаге с лицом Первого, показавшемся в отсветах огня, вновь уберегли хозяина от неожиданного нападения. Тот развернулся и, схватив Майто за горло, что-то прошептал. По коже джонина пошли черные символы. Это запечатывающее дзюцу лишило того возможности двигаться. Кажется, для Зеленого Зверя Конохи это был конец. — Райкири! — Хатаке бросился на спасение товарища, и на сей раз ему сопутствовал успех. Рука, в которой была сконцентрирована вся мощь Стихии Молнии, поразила Хокаге в спину. Только почему на лице Пятого, падающего замертво, была улыбка? — Гай, ты как? — пробормотал Какаши, попробовав нейтрализовать действие техники врага, пустив в тело товарища часть собственной чакры. Но это было не одним и тем же, что развеивать гендзюцу, и у Копирующего Ниндзя ничего не вышло. — Не могу пошевелиться... — с трудом выдавил Майто, стоя, словно столб. — Все позади, мы победили, — успокоил его Хатаке, но в следующий миг тело Данзо, валявшееся у их ног, исчезло, будто его там никогда не было. — Я в этом очень сомневаюсь, — разочаровал обоих целый и невредимый Пятый Хокаге, чья зловещая фигура возникла в нескольких метрах от них на фоне пылающего в центре библиотеки костра. — Как он... — прошептал Какаши, ничего не понимая. — Я не боюсь смерти, Какаши. А тебе следовало бы, ты остался со мною один на один, — угрожающе процедил старик, посмотрев на собственную руку, на которой только что закрылся один шаринган. Гай, бросив все силы на то, чтобы побороть сдерживающую его технику, закрыл глаза, и в следующий миг тело его начало светиться яркой зеленой аурой, оправдывающей звание, которое джонин получил в Конохе далеко не только за зеленое трико. — Рано списываешь меня со счетов! Ведь я Зеленый Зверь Конохи, и Сила Юности во мне так и кипит. Шестые Врата! Врата Прозрения! Откройтесь. Седьмые Врата! Врата Чуда! Откройтесь! Кожа шиноби побагровела еще сильнее, и черные символы на ней растворились. Гай открыл совершенно белые глаза, которые, казалось, тоже излучали невероятную энергию. — Отлично, я в тебе не сомневался, дружище, — усмехнулся Хатаке, поворачиваясь к злодею. — Оказывается, не всегда всё идет по твоему плану, Данзо. Старик сохранил хладнокровие, хотя это было непросто. Видимо, этих двух джонинов он сильно недооценил. Он надкусил палец, после чего произвел быструю серию печатей. — Техника призыва! Из клубов белого дыма появилось гигантское существо, напоминающее слона или даже скорее мамонта. У него была короткая рыжая шерсть, два внушительных бивня и массивные лапы. Кроме того, у зверя была перебинтована голова. В глазах монстра горели огоньки ярости, которых так не хватало хладнокровному в любой ситуации Данзо. Спина призванного существа уперлась в потолок, и по нему пошли трещины, заставившие Какаши с опаской посмотреть наверх. Гай с молниеносной скоростью сорвался с места, прыгнув прямо навстречу чудовищу. — Утренний павлин! — крикнул он, и на призывное существо Пятого обрушился град ударов, от скорости и силы которых вспыхивал огонь, образовавший веер, благодаря виду которого эта техника и получила свое название. Какаши зажмурился от слишком яркого для темной библиотеки света и, услышав хлопок, открыл глаза, поняв, что даже грозный зверь не смог устоять против этой техники. — Какаши, не спи, — крикнул Гай, ринувшись в атаку. Его нога опустилась на пол, на то место, где только что стоял Пятый Хокаге. По полу во все стороны пошли трещины, и он с грохотом и треском обвалился, погружая все вокруг в облако пыли. Данзо, успевший увернуться от удара, пробежался по еще не успевшим рухнуть в пропасть кускам пола, которые, как в зрелищном блокбастере, падали вниз один за другим, но на пути его возник Хатаке с двумя кунаями в руках. Данзо в последний миг успел вооружиться кунаем и подуть на него, создавая лезвие из чакры Стихии Ветра. Он рассек врага получившимся полупрозрачным клинком, но, увы, тот тоже растворился в облачке белого дыма. Кунаи должны были исчезнуть вместе с клоном, но, видимо, они ему не принадлежали. Перед тем как клинки упали вниз, рукоятки их засветились намотанными на них взрывными печатями, и Шимура, не успевший ретироваться, оказался в эпицентре взрыва. Гай и настоящий Какаши приземлились в центре круглого зала, служащего ареной для тренировок. Сверху продолжали падать куски камня и остатки мебели, но, к счастью, наши герои не попали под них. А вот Данзо, вновь появившемуся неизвестно откуда без каких-либо повреждений, пришлось защищаться. Он стиснул зубы, складывая новые печати. Похоже, этот бой начал выводить хладнокровного Хокаге из себя. — Стихия Дерева. Рождение девственного леса! — громко произнес он, сложив последнюю печать и спровоцировав появление трех деревьев, которые сплелись ветвями над головой пользователя техники и защитили его от камнепада. Вслед за этими тремя деревьями появились и другие, и очень скоро арена превратилась в маленький лес, в котором Данзо и скрылся, оставив Гая и Какаши в полном замешательстве. — Он тоже владеет Стихией Дерева? — удивился Гай. — Не с рождения. Ты видел его руку? Уверен, Орочимару постарался, — пробормотал Хатаке, вглядываясь в ряд деревьев, чьи стволы крепли и создавали непроходимую преграду. — Проклятье, я его потерял! Майто, чувствуя, как сила продолжает переполнять его тело, и радуясь, что пока не испытывает боли от всех повреждений, которые несет использование семи врат, встал в боевую стойку. — Полуденный тигр! — крикнул Зеленый Зверь, направив перед собой ладонь и ударив по ее тыльной стороне кулаком. Сложив печать, Гай заставил всю высвобожденную энергию принять форму тигра, который устремился вперед и взорвался, круша всё на своем пути. Деревья мгновенно разнесло в щепки, а вместе с ними смело и прячущегося за ними шиноби, который, видимо, и представить не мог, что Гай на такое способен. На этом разрушение подземного комплекса не остановилось. Стены от взрывной волны начали крошиться. — Не погреби под завалом ребят, — обратился к нему Хатаке. — Об этом я как-то не подумал, — отозвался Майто, высматривая врага, норовившего появиться в неожиданном месте. Так и получилось. Данзо вновь воплотился из ничего за спинами наших героев. Руки его начали трансформироваться в острые шипы, которые вполне могли пронзить человека насквозь. Но шаринган Какаши и улучшенная реакция Гая сделали свое дело, благодаря чему Хатаке вовремя отпрыгнул в бок, отделавшись парой царапин, а Майто, аура которого защитила его от повреждений, резко развернулся, ударив Хокаге ногой в упор. Этот удар сломал разом все ребра старика и заставил его, будто тряпичную куклу, улететь далеко назад и пробить еще одну стену. Прокатившись по холодному полу склада с множеством железных ящиков, Данзо вновь растворился в дымке. Двое джонинов тоже переместились на склад, но не застали там поверженного врага. — Его техника... Она напоминает мне дзюцу Мангеке Шарингана Микото, способное обращать гендзюцу в реальность. Только действует оно наоборот, — пробормотал Копирующий Ниндзя, успев обдумать все происходящее и придя к определенным выводам. — За такую технику должна быть своя цена, — заметил Гай, ощущая, что действие седьмых открытых врат продержится еще недолго. Значит, нужно во что бы то ни стало одержать победу до того, как у него иссякнут силы. Шимура появился прямо перед ними и посмотрел на собственную руку, на которой не осталось ни одного глаза, который можно было использовать для того, чтобы обмануть смерть. — И она есть. Эта техника называется Изанаги, и я пользовался ей слишком долго, — процедил он, продемонстрировав руку с имплантированными в нее глазами, закрывшимися навсегда. — Сражаться с вами двумя и правда несколько сложнее, чем я рассчитывал, но у меня еще есть козырь в рукаве. Гай и Какаши вновь встали в боевые стойки, даже не представляя, что еще может выкинуть упрямый старик, для которого все это время смерть не была препятствием. В следующий миг шаринган в глазу Шимуры крутанулся, преобразовавшись в форму Мангеке. Четырехгранная звезда, похожая на сюрикен, появилась вместо трех томоэ. — Кото Амацуками!