8. (2) Ванильные сказки
25 января 2016 г., 12:48
™Ɍĩddſе
Коридор закончился дверью, и его проводник открыл ее, а затем отступил, пропуская. Аберфорт нахмурился из-за света, казавшегося после темноты коридора слишком ярким. Когда глаза привыкли, он увидел хладнокровное лицо убийцы. — Где она? — Не было бы разумнее обратиться за помощью к брату? Встречный вопрос не озадачил Дамблдора. — У Альбуса был бы шанс выйти на тебя? Или ты хотел видеть его? — Едва ли, — все так же спокойно ответил маг. — Вот и ответ. Что тебе нужно? — Аберфорт начал выходить из себя. — Кто такая Эирин? Расскажите мне, и я отведу Вас к ней. — Как я могу тебе верить? — прищурился чародей. Грузный, но от этого не менее проворный, с темными суровыми глазами и бородой, в которой еще были цветные пряди. В нем читалось нечто грозное, но справедливое. — Она обрадуется.™Ɍĩddſе
— Я не представился, — нарушил молчание старик. Он выглядел совсем неплохо для своих лет. Величественная осанка, хитрый ясный взгляд и мимолетная ухмылка. Показная простота и немощность, но в меру. Казалось, это был образец того, как надо стареть завоевателям мира. — В этом нет необходимости. Молодой мужчина неотрывно наблюдал за своим гостем. Битва гигантов началась. Счет один — один. Эирин восторженно порхала между ними. Как же — оба так важны для нее! Иногда к ней бывает скучно применять легилименцию: либо интересно самому найти ответ ее загадке, который она уже нашла, либо все слишком очевидно, как сейчас. Наконец, белокурая красавица опустилась в кресло, за которым он стоял, разлив всем по стакану чая. Чая. Ну, что ж… Его гость будет удивлен, что они встречают его тут как дедушку чайком, а не как умного и опасного чародея — алкоголем. Счет два — один. Гость присел напротив, перевел взгляд с него на Эирин, затем обратно. Кажется, он воспринял его как часть их веселой семейки. Прекрасно. Три — один. Легилименцию он решил пока не применять. Лучше пустить это оружие в ход при крайней необходимости, а пока что приберечь. Зато его познания в окклюменции вскоре понадобились — гость бросал мимолетные взгляды, и каждый раз карие глаза словно искали брешь в его ментальном заслоне. — Я так рада, что ты приехал, дедушка! — радостно возликовала Эирин. Грин-де-Вальд опустил на нее взгляд, приостановив штурм сознания молодого мага. Просто удивительно, с какой легкостью и силой он пытался вторгнуться в его мысли! — Ты очень похожа на свою мать, — заметил Геллерт, — но больше напоминаешь бабушку. — Ариану? Сестру дядюшек? Тот усмехнулся в ответ. — Я познакомился с ней, когда гостил у своей тети Батильды Бэгшот. При упоминании известного историка Эирин многозначительно подняла брови и обернулась к нему. — Видишь, Томас, откуда во мне такая тяга к истории? Он удержался от того, чтобы закатить глаза или съязвить, каким славным был его дядюшка Салазар. Привычка называть двоюродных бабушек, дедушек и остальных предков дядями и тетями была той вещью, которая его по непонятным причинам не устраивала. Нет никакого удовольствия вести сотрудничество с племянницей Дамблдора. С внучкой еще ладно. — Томас довольно славное имя. Хорошая похвала, если речь идет о домашнем питомце. Три — два. Должно быть, гость рассчитывал, что он поддастся на эту провокацию. Волан-де-Морт буквально ощущал на себе пристальный взгляд, но остался равнодушным. Вместо этого он вышел из-за кресла Эирин и взял низкий стеклянный стакан с темной янтарной жидкостью. — Не слишком ли крепкий? — как бы между прочим спросил он, разглядывая жидкость, и перевел взгляд на девушку. Та пожала плечами и, взяв другой стакан, отпила. Провокация на провокацию. Вернувшись за кресло, маг с наслаждением услышал, как Грин-де-Вальд подавился чаем. — Это… — Чай, — невозмутимо кивнула Эирин. — Забавно, — вздохнул Геллерт, — как там Альбус? — Ни малейшего понятия, мы с ним поссорились. Боюсь, что насовсем.^^
В круглом небольшом кабинете было прохладно и светло. Эирин во все глаза смотрела на его хозяина — старика в темной мантии с бордовыми вставками, с длинной белоснежной бородой и очками-половинками. В отличие от брата, Альбус был более худым, его движения и слова — спокойнее, обдуманнее. — Здравствуй, Эирин, — поприветствовал девушку маг, и у нее появилась странная ассоциация с прохладным женским голосом автомата на входе в министерство, где она находилась, — прошу, присаживайся. — Не знала, что у тебя есть здесь свой кабинет, — неловко улыбнулась она своему замешательству и опустилась в кресло перед столом с парой чернильниц и рекламным буклетом ателье мадам Малкин. — Никогда не думал, что мне понадобится кабинет здесь. Но работать с некоторыми документами в других условиях просто не представляется возможным… Как ты поживаешь, милая? Подняв глаза на мага, Эирин увидела тот взгляд, что настораживал ее в тех нечастых случаях, когда она с ним встречалась. Голубые глаза не обвиняли, но словно прожигали насквозь. — Я… Неплохо, — опустила глаза Эирин, — Сняла квартирку в городе, изучаю древние книги. — Ты виделась со своим школьным другом, не так ли? Девушка замерла и прикусила губу. — Послушай, Эирин. Мы с тобой нечасто видимся, но ты очень дорога мне. И я считаю необходимым, чтобы ты знала, что Том Реддл опасный человек. — Как мой дед? — подняла она гневный взгляд на Дамблдора. — Возможно, еще опаснее, я знаю его. — Я знакома с ним не меньше, — парировала Эирин, но ее высокий голос был неуверенным, — я знаю его со школы, как и ты. — Я познакомился с ним, когда он еще не учился в школе, — спокойно заметил Дамблдор, — и поверь мне, его увлеченность темной магией не приводит ни к чему хорошему. Он готов идти на все ради собственных интересов, ему неизвестны жалость, сострадание, любовь. Эирин закрыла лицо руками и отвернулась, сдержанные всхлипы вырывались из ее груди. Внезапно рядом зашуршала мантия, и она открыла лицо. Дамблдор стоял рядом и протягивал ей бокал. — Выпей немного и успокойся. Что он сделал? Сделав пару глотков вина, Эирин встала. — Я хочу отомстить ему. Прошу, одолжи мне свою палочку, моя сломалась. Дамблдор молча взирал на нее. — Я знаю, как лишить его силы, — сказала она, понизив голос. — Эирин, тебе лучше отдохнуть, а я… — Меня он пустит. Он мне доверяет. Дамблдор раздумывал. — Нет. Это слишком опасно, я не могу позволить тебе рисковать собой. Если ты расскажешь мне… — Он взял с меня непреложный обет о неразглашении! Пойми, это единственный шанс. Я твердо решила. А если ты откажешься, я… Я… Девушка сложила руки и наклонилась, словно в приступе боли и опустилась в кресло. Сил хватило только поставить бокал на стол. Дамблдор сейчас же вытащил палочку и произнес необходимое заклинание. Подняв голову, Эирин тихо вдыхала ртом воздух, судороги прошли. — Почему ты перестала принимать лекарство? Девушка быстрым движением руки вытащила палочку. — Экспеллиармус!™Ɍĩddſе
Воспоминания, которые, словно лавры победы, Эирин легким движением руки передала ему, сначала радовали Волан-де-Морта, а потом заставили задуматься. Подгоняемый смутным ощущением уязвленного самолюбия, он нашел Аберфорта привычным для себя способом — заставил его самого искать себя. Стоило лишь через посредников дать ему понять, что его ненаглядная Эирин в руках темного волшебника. Человеческая натура до нелепости предсказуема. Сам того не понимая, Аберфорт показал ему истинного врага, с которым необходимо было наладить сотрудничество как можно скорее. — У Альбуса всегда был вздорный характер, — сочувствующим голосом проговорил Геллерт, — но я знаю, что сейчас он спокоен. Как и я. — Что Вы имеете в виду? — Волан-де-Морт задал вопрос несколько быстрее, чем следовало бы. — Всего лишь то, что теперь я не верю в войну. В былое время я завоевал немало стран, Том, и даже одержал верх над Англией. Но все, что сейчас мне приносит радость — это синие пионы и воспоминания о моей любимой Ариане, — голос старика стал мягким, он словно сейчас представлял перед собой покойную девушку. — Ни одна победа не сравнится с ее улыбкой. «Старый маразматик» — хмуро подумал Волан-де-Морт. «Нужно быть дьяволом, чтобы так притворяться» — с невольным восхищением решила Эирин.
