Куда зовет тебя сердце. "Сны в лавандовом поле"

- Ты превосходно выглядишь, этот наряд подчеркивает твой цвет глаз. Однако грусть на твоем лице придает твоему облику уныние. Солнышко прячется за тучи от такого грустного вида, - раздался звонкий голосок новой знакомой Рэвен. - Прости, милая Туимэ, но я не могу изменить своего лица, я и так очень стараюсь. Темноволосая дева покачала головой, сочувственно глядя на собеседницу. Она выглядела такой задорной и веселой всегда, что казалось, словно годы ее едва ли могли быть старше Рэвен. Однако дева-эльф с едва уловимой печалью могла вспоминать о событиях прошедших века тому назад, из чего девушка сделала вывод, что порхающая по ее комнате, словно бабочка Туимэ пережила уже не одну тысячу лет. - Имирим наказала мне проводить тебя без опозданий в трапезный зал, - теплые пальцы эльфийской девы коснулись руки Рэвен, она легонько потянула ее к выходу. - А ты разве со мной не пойдешь к королю? – немного разочарованно спросила девушка. В золотистых глазах Туимэ заплясали веселые искорки. - Нет, конечно, Рэвен. Это ведь королевский ужин, мы обычно принимаем пищу отдельно. Идем же. Рэвен поддалась, и эльфийская дева, едва касаясь пола, бесшумно повела ее по изящным галереям и залам. Все что окружало девушку казалось ей чем-то воздушным, воплощением детской фантазии, словно попал в сказку о древних временах. Она шла, затаив дыхание, пару раз едва не споткнувшись о непривычно длинный подол изумрудного платья, подаренного ей эльфами. Не сразу девушка поняла, что Туимэ остановилась, а потому едва не задела ее. Дева весело улыбнулась, понимая, что так отвлекло ее спутницу. Она сказала: - Эльфы всегда строили свои жилища с любовью, ибо жизнь наша гораздо длиннее человеческой, и красота, окружающая нас должна каждый раз напоминать нам о том, что было раньше, сохранять то немногое, что осталось от прежних дней. - Ее голос грустнел, а глаза наполнялись неземной печалью, мгновенно меняя ее лицо, которое более не походило на наивное девичье, а отражало бессчетные годы переживаний. - А тебе хочется уехать…туда…за море? – тихо спросила Рэвен, наблюдая с тоской за непостижимым и прекрасным созданием, которое по случайности оказалось так близко от нее. Лучистые золотые глаза девы наполнились небывалым светом при одном упоминании бескрайних морских пучин, однако через мгновенье это сияние утихло, оставив место едва заметному огоньку. - Любой из эльдар ответит тебе то же, что отвечу я. Да, конечно, я мечтаю когда-нибудь увидеть Валинор. Однако время мое еще не пришло, я не могу пока расстаться с родным лесом, со смертным берегом Средиземья, он слишком дорог мне. - Она грустно улыбнулась и подтолкнула девушку к тяжелым дубовым дверям, у которых они стояли. – У нас еще будет время об этом поговорить, а сейчас тебе пора, не стоит заставлять владыку ждать. Двери распахнулись, впуская в коридор головокружительный аромат бессчетных яств, поданных к столу эльфийского владыки. Зал со сводчатым потолком освещало мерное сияние свеч. В центре трапезной располагался большой стол, заставленный блюдами и кувшинами разных форм и размеров. В зале находилось не больше десятка эльфов, стоящих небольшим полукругом у возвышающегося над всеми трона. Его занимал златоволосый мужчина с короной в виде венка из листьев. Его голубые глаза внимательно смотрели на вошедшую девушку, однако сам он оставался неподвижен, как и вся его свита. Рэвен тихо выдохнула и, стараясь не запутаться в бесконечных юбках собственного платья, подошла к королю. Поклонившись, как ей показала Тулимэ, девушка произнесла, стараясь правильно выговаривать все звуки: - Le suilon!Meletyalda! – уголки губ владыки едва заметно дернулись. Он встал и ответил на быстром журчащем синдарине: - Мae govannen! Firya wen! – с трудом ей удалось разобрать знакомые слова, не зная, что ответить, девушка еще раз поклонилась королю. - И как же тебя зовут, моя нежданная гостья? – с легкостью перешел на Общее Наречие король Трандуил. - Мое имя, Рэвен, Meletyalda, - произнесла она, поднимая глаза и встречаясь взглядом с проницательными небесно-голубыми очами эльфийского правителя. Он слегка нахмурил густые брови и спросил, не переставая изучать гостью: - Это имя твои уста произносят с трудом, оно не родно тебе. Однако мне уже говорили об этом, - владыка кинул быстрый взгляд в сторону сереброволосых брата и сестры, стоящих неподалеку. – Я бы желал узнать истинное имя. Рэвен замерла, она не могла даже самой себе снова произнести то сочетание звуков, которое вызывало острую боль в сердце и колыхало воспоминания, которые девушка так старательно оставляла на дне своей памяти. Она ответила, стараясь унять дрожь в голосе: - Я не могу, Meletyalda, мне слишком больно. Король с мгновенье внимательно смотрел на свою гостью, затем, удостоив ее легким кивком, он задал очередной вопрос: - Как ты попала к тем оркам, отряд которых был нами обезврежен? - Они похитили меня, когда разграбляли мою родную деревню, я…я… - Рэвен почувствовала, как к глазам подступают слезы, заметив это эльфийский владыка прервал ее объяснения, жестом дав понять, что узнал все необходимое. - Что ж, Рэвен, странница из ниоткуда. Добро пожаловать в Мирквуд, редко мы встречаем у себя гостей, однако ты можешь рассчитывать на наше радушие. Владыка, наконец, улыбнулся. Улыбка удивительно шла ему, делая лицо юным, а глаза еще более лучистыми. Исчезала вся холодность и неприступность, присущая ему. Король Трандуил пригласил всех собравшихся за стол, представляя их своей гостье. Среди них оказались его сын такой же златовласый, как и отец, Имирим и Имиэлл и несколько королевских советников. Трапеза протекала не спеша, эльфы медленно и постепенно пробовали принесенные яства, ведя неторопливую беседу. Рэвен чувствовала себя немного неловко среди этих возвышенных прекрасных существ. Ей досталось место между Имирим и ее братом, чему она была рада, однако слишком часто девушка ловила на себе заинтересованные взгляды лучистых глаз. Беседа велась на Всеобщем наречии, видимо, соблюдая вежливость перед чужеродной гостьей, что так же смущало Рэвен. Ей не хотелось есть, слишком угнетенно она себя чувствовала. Мрачные мысли постепенно возвращались, и не помогало даже присутствие рядом Имирим. Рэвен старательно делала вид, что с удовольствием вкушает предложенную ей пищу, однако порой ей приходилось ловить на себе обеспокоенные взгляды серебровласой соседки. Разговор медленно тек по направлению недавнего разгрома орчьего отряда. Эльфы поочередно делали предположения о цели такого организованного нападения этих существ на человеческие поселения. Как сказал Имиэлл никаких ценных вещей, которые могли похитить у людей чудовища пограничникам обнаружить не удалось. Подобные темы разговоров окончательно отбили у Рэвен аппетит. Она даже не заметила, что ее ложка замерла над тарелкой и рука ее неподвижна уже несколько минут. Выйти из задумчивости ей помог голос короля. Трандуил обратил к ней взгляд своих ясных проницательных глаз и спросил: - Моя дорогая странница, что думаешь об этом ты? Может, ты сможешь пролить нам свет на эту загадку? Девушка удивленно взглянула на владыку, неуверенно произнеся: - Как же я могу вам помочь, Meletyalda? Что я знаю, кроме того, что едва держась в сознании, пропутешествовала с этими существами до самых границ Мирквуда. - Извини меня за эти слова, милая гостья, однако кажется странным, что эти твари не убили тебя, как не сомневаюсь поступили с другими жителями твоей деревни, - подал голос златовласый принц Лихолесья, не менее пронзительно вглядываясь в лицо Рэвен. Имиэлл рядом с девушкой согласно кивнул. - Да, ведь больше пленников не было. Я был очень удивлен, когда заметил там тебя. Рэвен безразлично пожала плечами под взглядами эльфов, сказав: - Я не знаю, какую цель они преследовали, оставив меня в живых. Мне лишь тяжелее от этого. Возможно, вам поможет то, что мне известно имя их вождя. - Того колдуна, проклявшего тебя? – оживленно уточнил Имиэлл. – Он назвал тебе свое имя? Девушка с тоской посмотрела на эльфа, кивнув. Ей не было дела до их вопросов, до решения таких головоломок. Она произнесла: - Да. Его имя Мортано, он сам назвал мне его. Она видела, как угрюмо свел брови Трандуил, как помрачнел Леголас, и как потемнели серо-зеленые глаза ее соседа. Имирим мягко сжала руку девушки под столом. - Это имя вам известно? – обеспокоенно спросила Рэвен. Ответил ей принц Лихолесья, вид его был все так же мрачен. - Он один из самых преданных слуг Саурона. Эльфы воюют с ним давно, его мощь не многим уступает силам Темного Властелина. Он причинил нашей расе много страданий, еще во времена Последнего Союза. Он лично погубил моего деда Орофера. – Леголас замолчал, углубляясь в собственные мысли и отводя взгляд от испуганных изумрудных глаз собеседницы. - А теперь он вернулся снова… - прошептал Имиэлл. ****** - Ты так мрачна, что даже птицы не хотят петь, глядя на тебя, - услышала Рэвен знакомый переливчатый тембр молодого эльфийского принца. Она сидела на мягком мху у раскидистого дерева неподалеку от замка. Тяжелые гнетущие мысли так и не отпускали, обруч, сдавивший грудь уже не отпускал ни на мгновенье. Когда ушли страх и ожидание смерти, стало постепенно приходить полное осознание всего, что с ней произошло. Имирим замечала эти перемены, взгляды ее направленные на Рэвен, становились все более беспокойными. Что решила для себя дева-эльф, она не знала, однако с тех пор, как ей стало дозволено выходить из замка, неподалеку всегда появлялся кто-то, внимательно следя за гостьей. Девушка подняла голову на звук, однако никого не увидела, через мгновенье меж деревьев показался силуэт Леголаса. Он передвигался по лесу так же легко, как и другие эльфы и под его ногами не сломалось ни одной ветки. - Здравствуй, принц, - как-то отстраненно произнесла Рэвен, наблюдая за подходящим ближе собеседником. Сын короля остановился в нескольких шагах от девушки, внимательно оглядывая ее. Глаза у него были похожи на отцовские, только теплее, и искорки юного веселья в них еще не затмила печаль столетий. Взгляд его был также проницателен, однако под ним Рэвен чувствовала себя спокойно. - У тебя очень красивые глаза, даже лес позавидовал бы такому зеленому, - заметил принц с едва заметной грустью в голосе, - но в них столько горя, что от одного взгляда становится больно и неспокойно где-то внутри. - Зачем же ты смотришь в них, принц? – с неким удивлением заметила Рэвен. Леголас грустно улыбнулся и пожал плечами, присаживаясь рядом с девушкой. - Они же красивые, как я могу не любоваться тем, что завораживает? Повезло тем людям, что когда-то видели тебя веселой… Рэвен вздрогнула, словно от сильного неожиданного удара. Мгновенно она оказалась на ногах, резко развернувшись, девушка тихо сказала, стараясь стерпеть новую волну боли, от которой хотелось завыть: - Им уж точно не повезло, ваше высочество. Она побежала…сама не знала куда, просто не хотелось останавливаться. Все еще прохладный ветер обдувал лицо, высушивая стоящие в глазах слезы. Где-то позади слышался голос эльфа. За последние недели, проведенные в гостях у Трандуила, она успела подружиться с Леголасом, он ей нравился. Рэвен понимала, что сейчас он был не виноват, просто он другой, а девушка про это забыла, он не знает и не понимает ее и никогда не поймет. Сам того не ведая, он сделал ей больно. Рэвен решилась: она больше не задержится здесь. Слишком тяжело ей стало даваться общество бессмертных мыслящих о вечном созданий. Она слышала совсем рядом с собой оклики эльфов. Однако отчаяние придавало ей сил, никогда еще она не бежала так быстро и не побежит больше… До слуха девушки, наконец, донесся шум воды. Выбежав из леса, Рэвен увидела перед собой величественную горную цепь, вздымающуюся в небо, впереди был обрыв, за тысячелетия размытый прозрачной горной рекой спадающей водопадом вниз. Не останавливаясь, Рэвен приближалась к краю обрыва, дыхание захватило, голова кружилась, легкие наполнял холодный свежий воздух. Волосы и легкое платье нещадно трепал разыгравшийся ветер. Девушка занесла ногу над бездной. - Стой! – в ужасе воскликнул принц, заставив Рэвен обернуться, - стой, не делай этого! Ты не можешь лишить себя жизни! Леголас не выглядел утомленным от бега, как и другие подбежавшие на помощь эльфы. Лишь его щеки слегка покраснели от прилива крови. Принц стоял в десяти шагах от нее и в испуге наблюдал за стоящей у самого обрыва девушкой, едва заметно приближаясь к ней. Однако Рэвен уловила его движения и вновь занесла ногу, произнеся: - Это ты стой, принц! Не смей мне мешать! Я одна осталась здесь, я и решаю, что могу с собой делать, а что нет, - жестко произнесла девушка, - посмотри мне в глаза, принц, тебе ведь они нравятся, и скажи, смогу я прыгнуть или нет. Леголас кинулся к обрыву, в ужасе глядя в пустые погасшие зеленые глаза. Пальцы его схватили воздух, не успев лишь на долю секунды.