Куда зовет тебя сердце. "Сны в лавандовом поле"

Дни тянулись в унынии, холодном и безрадостном, не помогали ни теплые лучи летнего солнца, ни прекрасная блаженная атмосфера отдохновения, царившая здесь. Ривендейл казался для Рэвен унылым и скучным местом, она не работала, ей просто не позволяли делать это, не веселилась с бессмертными обитателями крепости. Дни и ночи она проводила в отведенных ей покоях, не спускаясь к торжественным ужинам, не слушая песен по вечерам. Лишь изредка случалось, она в сопровождении Элиэ спускалась в сад, там, в излюбленной беседке, прикрыв глаза и не обращая внимания на боль в груди, вспоминала родной край, звуки, наполнявшие это место, казались родными и понятными и легко накладывались на ее воспоминания. Но никогда Рэвен не пыталась припомнить лицо или имя старой целительницы, никогда не вспоминала и о синеглазом юноше. Удивительно, но обычно такие общительные и веселые эльфы, словно бы чувствовали все ее желания, они не пели рядом, когда девушке было слишком плохо, чтобы слушать их, они не надоедали ей веселой болтовней, лишь изредка обмениваясь парой фраз касательно ее самочувствия и пребывания в Обители. Рэвен была им благодарна за это, хотя порой ее очень настораживали странные грустные взгляды некоторых эльфов, обращенные к ней. В этот вечер Рэвен снова пришла в беседку увитую лютиками. В лучах закатного солнца она разглядывала окрасившийся в алый цветок, нежно поглаживая его пальцами. Элиэ ушла с братом куда-то по своим делам, но это мало волновало девушку. Теперь она неплохо знала замок и могла сама перемещаться по нему, хотя и медленно: состояние ее раны не улучшалось, но ацелас помогал предотвратить возможные осложнения. Девушка немного понимала в целительстве и подозревала, что дело обстоит гораздо серьезней, чем ей казалось. - Приятно видеть тебя, дитя, - раздался рядом знакомый, немного усталый голос. Рэвен подняла взгляд на подошедшего к беседке Гендальфа, он стоял, оперевшись на посох, и тепло улыбался девушке. Девушка кивнула, поджав губы, обиду свою она не забыла. - Я пришел извиниться, - пояснил волшебник, - поступил я, конечно, дурно, но поверь, выхода у меня не было, - он немного нахмурился, - ты порой не представляешь себе в какой опасности находишься постоянно, зачем же осложнять все еще и мелкими глупостями?- Девушка хмыкнула, на что Гендальф сказал. – Твое поведение иначе не назовешь, вздорный и мятежный характер, мне знаком, но иной борьбы, кроме таких методов я еще не придумал. - Ты извиняться пришел, или снова оскорблять меня? – впервые за долгое время заговорила с ним Рэвен, хмуря брови. Тут волшебник засмеялся, причем так весело и задорно, что девушка и сама не выдержала и улыбнулась. - Ты никогда не изменишься, моя дорогая Рэвен, сколько бы имен ты не сменила, - проговорил Гендальф, подходя ближе. Он протянул руку девушке со словами: - Простишь меня? Как ты там говорила…бесцеремонного хама? – улыбаясь, спросил он. Рэвен почувствовала, как горит от стыда лицо, значит, хозяин замка все-таки потрудился передать ее слова волшебнику, однако он, похоже, не обиделся. Девушка протянула руку в ответ. - Прости, не стоило так тебя называть. - Думаю, я заслужил, - произнес волшебник, присаживаясь на скамеечку в беседке напротив Рэвен. - Ты долго не приходил. - Ждал, когда ты немого отойдешь от путешествия. Да и я уезжаю завтра, не хотелось расставаться в раздоре, - пояснил Гендальф. - Ты нагло манипулируешь мной, - с укором произнесла девушка, - ты заставил меня сюда приехать, посулив возможностью узнать о себе больше, но ведь я до сих пор ни о чем не ведаю, а готова спорить, покинуть это место мне теперь будет тяжело. Волшебник, слушая свою собеседницу, достал из широкого кармана трубку и зажег ее. - Отнюдь, это была лишь небольшая сделка. – произнес он. - Но разве ты дал мне выбор? – спросила девушка. - Да. Либо ты едешь добровольно и узнаешь то, что тебя интересует, либо я вынуждаю тебя следовать за мной силой – все честно, - пояснил маг, улыбаясь. - С тобой опасно связываться, Митрандир, ты всегда добиваешься своего, не считаясь с мнением окружающих. - Да, порой, когда те кому я хочу помочь пребывают в заблуждении, именно так это и выглядит. - Ха! – воскликнула девушка в возмущении, но тут же поморщилась, неловко дернувшись, она задела больную ногу. - Все болит? – обеспокоенно спросил волшебник. - Немного, - ответила Рэвен, стараясь не показать насколько ей больно. - Тебе нужна помощь. - Нет. Мне ее уже предлагали. Причем, сам владыка, знаешь, на мгновенье мне показалось из его слов, что ее мне окажут, хочу я или нет, – усмехнувшись, произнесла девушка. - Владыка Элронд сам превосходный целитель, тебе не стоит бояться, он не причинит тебе вреда. – Мягко произнес Гендальф. - А я и не боюсь. Просто мне не нужна их навязчивая помощь, - жестко проговорила девушка. - Ведешь себя, как дитя, право слово! Ты нуждаешься в лечении, в противном случае ты можешь просто лишиться ноги. – Строго сказал волшебник, покачивая головой. - Да мне все равно! Мне уже все равно, Митрандир! – воскликнула Рэвен в отчаянии, - Пусть мне отрежут обе, но я хочу вернуться туда, откуда меня забрали орки, я готова отдать и руки, но пусть мне позволят еще хоть раз увидеть Нэю, которая улыбается мне, Юона, который обнимает меня. - Проговорила она, не сдерживая слез, которые теперь орошали плечо волшебника, подсевшего ближе к ней. Маг гладил девушку по макушке, ероша аккуратно убранные бронзовые кудри, а она все плакала и плакала, было очень больно, но тяжесть этой незаживающей раны со слезами немного уходила. Когда сил больше не осталось, Рэвен так и продолжила прижиматься к волшебнику, словно маленький ребенок, ищущий утешения. Несмотря на их распри, постоянные споры и ссоры, он был для нее самым близким и понимающим существом здесь, в мире, где больше никого не осталось. - Митрандир? – тихое стрекотание кузнечиков, отдаленные перезвоны арф, эту вечернюю мелодию нарушил тихий серебристый голос мужчины. - Что такое, Глорфиндел? – отозвался Гендальф, не тревожа девушку, Рэвен, уставшая от переживаний, начинала дремать. - Владыка просил сообщить тебе, что все готово. Завтра с рассветом вы тронетесь. - Кто поедет со мной? - Элохир и Элладан, Эстель тоже желает составить тебе компанию, - ответил эльф. - Хорошо, я рад их обществу, так будет легче коротать путь. - Ты уезжаешь так рано? – спросила Рэвен, поднимая голову с плеча волшебника. - Да, - мягко ответил волшебник, - Кстати, познакомься, - он повернулся в сторону эльфа стоящего напротив входа в беседку, - Это Глорфиндел, главный воевода и один из советников владыки Элронда. Рэвен взглянула на эльфа. Высокий и прекрасный представитель дивного народа кивнул, встретившись взглядом с девушкой, его глубокие голубые глаза хранили в себе мудрость и знание, выдававшие его долгие прожитые годы. Удивительно красив был оттенок его волос – словно расплавленное золото, они струились ему до плеч, охваченные тонким обручем из серебра. Девушка была уверена, что эльф получил свое имя именно, благодаря ним. - Как твои дела? – спросил Глорфиндел, мягко улыбаясь Рэвен. Несмотря на всю величавость его облика, от которого веяло стариной прошедших эпох, он был весел и взгляд его был необычайно теплым. - Все в порядке, благодарю, - ответила девушка. Эльф и не думал уходить, он присел рядом, и пристально глядя на Рэвен, продолжил разговор: - По тебе не скажешь, что все хорошо, но это не мое дело, не хочешь не говори, я не обижусь. Мне давно хотелось побеседовать с тобой, однако случая все не представлялось. Я совсем недавно вернулся из похода. Рэвен удивило такое желание эльфа, поговорить с ней. Ей не казалось, что она может представлять интерес для бессмертного величественного создания. - О чем же вы хотели поговорить? – спросила она. Гендальф, сидящий рядом, хмыкнул, похоже, каким-то своим мыслям, а потом, спохватившись, покинул собеседников, пояснив, что забыл что-то обсудить с владыкой. Рэвен к собственному удивлению легко разговаривала с благородным эльфом. Он рассказывал ей много забавных историй, часто потешался над гномами, здесь, это, похоже, очень любили делать. Ему удалось то, что было под силу немногим: впервые за все время пребывания здесь девушка засмеялась. Она много слушала Глорфиндела, беседовала с ним на отстраненные темы. Однако никто из них не касался даже намеками прошлого девушки. Хотя Рэвен потом и подозревала не без оснований, что златоволосый эльф, беспокоящейся о душевном состоянии гостьи поставил себе целью отвлечь девушку от грустных мыслей, вскоре она не могла обходиться без общества Глорфиндела, на время путешествий волшебника, он был единственным, кроме Элиэ, с кем общалась Рэвен. Она по-прежнему не покидала своих комнат, лишь изредка гуляя в саду, но теперь у нее появился постоянный приятный ей собеседник. Ее тянуло к эльфу, он казался родным и понятным, несмотря на их разительное отличие друг от друга. ******************************************************************************************************************************************** Ох, ну я молодец) И из графика не выбиваюсь) Кстати, давно хотела спросить, как вам созданный мною образ эльфов? Прописывать их довольно сложно, они же существа возвышенные. Не слишком ли они получились "непафосными"?