Альфа и омега

Как вам спалось? Удобно? Мягко? Если так, то радуйтесь, глупцы. В отличие от вашего пробуждения, моему позавидовать нельзя. Почему? Ну хотя бы потому, что я лежал на холодном твёрдом полу с разбитой рожей и побитым телом. Света в этом подвале нет — кромешная тьма. Но судя по стекающей жидкости с моего лица — эти ублюдки не поскупились и отходили меня только так. Нос, похоже, вообще сломан. Климат в этом подвале тоже не из лучших. Воняет плесенью и сыростью, от холода немеют кончики пальцев. В воздухе витает какой-то застарелый запах хлорки и других химикатов. Чувствую, как кровь стекает по ноге. Рукой нащупываю рану, накрываю её тканью майки, надеясь остановить кровотечение, хотя, в общем-то, в этом особой необходимости нет, так как повреждение не большое. Противно покалывает, словно туда насыпали песок и залили это дело ускусом, предварительно втерев соль. И как это у них получилось нанести мне столько болезненных ударов? Ах да, я вспомнил. По своей вине ведь. За дверью слышатся чьи-то шаги. Я точно уверен, что со мной сейчас что-нибудь сделают. Если не изнасилуют, то побьют. Если не побьют, то изнасилуют. М-да, радужные у меня мысли... Дверь с противным скрипом открывается, яркий свет ударяет по глазам. Прикрываюсь одной рукой, стараюсь привыкнуть. Привыкнув, медленно опускаю её, вижу тёмный силуэт в проёме двери. В нос ударяет знакомый запах вчерашнего альфы с холодным взглядом. Аромат, несомненно, приятный. Смесь одеколона и природного запаха альфы — запаха вишни, точнее её цветка. Такой я встречаю первый раз в своей жизни. Обычно запахи фруктов и цветов характерны для омег - они ассоциируются со сладостью, привлекательностью и нежностью. Запахи же альф более «тяжёлые», больше похожие на крепкие мужские духи. Пока я размышлял об ароматах, альфа прошёл внутрь подвала и схватил меня за шкирку. А хватка у него стальная, как будто металлической рукой зацепил. Я, побитый и раненый, мог лишь слабо сопротивляться. Альфа тащит меня — бессильного, обездвиженного — по полу, совсем не жалея моей тушки. Итак покалечили, так ещё и кожу мне на спине стереть захотел... — Куда вы меня ведёте? — найдя в себе силы, задаю первый пришедший в голову вопрос. Стараюсь придать голосу остроту, какую-то власть. Но как нарочно получается какое-то жалкое блеяние. Мужчина ничего не ответил, только встряхнул и потащил дальше, ускоряя шаг. Мои волосы, которые я уже три месяца планирую подравнять, лезут в глаза и мешают рассмотреть его обитель. Сквозь густую чёлку вижу длинный коридор, большую часть которого мы уже преодолели. В конце виднеется лестница, и, судя по всему, сейчас я отобью все внутренние органы на этой чёртовой лестнице. Но мои догадки вновь разбиваются на мелкие осколки — альфа рывком поднял меня за майку, которая под сильными руками издала звук разрывающейся ткани, и также быстро потащил меня, еле держащегося на ногах, вверх по лестнице. В глазах на несколько секунд потемнело, из-за чего я стал в его руках безмозглой куклой. Но темнота прошла, и я вновь просиял, рассматривая открывающуюся обстановку. Внутри коттедж тоже не плох. Я бы даже сказал, интерьер здесь богаче, чем в доме Жени. Обманувшего меня подонка. Альфа приволок меня в комнату, полностью сделанную в голубых тонах. Вы издеваетесь? Это такая мода? Новый фетиш на голубой цвет? Объясните, кто-нибудь! Мебель и вообще интерьер этой комнаты не внушал спокойствия, в отличие от тональности и цвета, который по определению должен успокаивать. Высокий стол в крепежными ремнями, кожаное кресло в центре, а рядом с ним — коврик. Угадайте, какого цвета. Полки на стене, какой-то деревянный крест. На мои похороны уже закупился? Спасибо за предусмотрительность. Думаю, в ближайшие дни он мне пригодится. Размышляя о своём не светлом будущем, меня без каких-либо возражений забросили на стол и прикрепили ноги и руки ремнями. Туго, очень туго. Скорее всего, останутся синяки. Глаза альфы такие холодные, безэмоциональные. Я думал настолько равнодушных людей не существует. Я ошибался. В последнее время я часто ошибаюсь. Особенно в людях. — Грязный, — равнодушный тон разрезает наступившую тишину. Это он про мою одежду или про мою сущность? Если второе, то мне обидно. — В каком смысле? — тихо шепчу я, боясь разбудить в нём зверя. Под видом спокойных людей обычно скрывается нервозность и раздражительность, со временем накапливающаяся и достигающая границ. Они копят в себе ненависть, граница всё ближе, и однажды они взрываются, разнося всё в пух и перья. — В прямом, — всё так же без эмоций, всё так же холодно. Мне кажется, вкупе со своими ледяными глазами и ледяным голосом он охлаждает воздух в комнате. Или замораживает. — Тебе надо в ванну. От удивления я проглотил язык. А, нет, это скопившаяся кровь со слюнями. — В ванну? — Ты свою голову в подвале оставил? Сначала примешь душ, а потом всё остальное, — альфа начал обратно расстёгивать ремни. Интересно, что значит "потом всё остальное"? Получается, этот альфа с голубыми глазами — чистоплюй? А может, он всего-навсего любит трахать чистых омег? Согласитесь, кому приятно иметь человека, по запаху ничем не отличающемся от скунса? Удивительно, но пока он развязывал ремни, ни разу не дотронулся до моей кожи. Брезгует? Без проявления какой-либо нежности, он спихивает меня со стола, кривится уголками губ, тащит прочь за дверь. Искривление губ — секундная брезгливость, которую он не скрывает. Честно говоря, мне самому от себя противно. До ванной комнаты мы доходим в считанные секунды — это следующая дверь после "комнаты страха". Да, так буду её называть. Ничем не примечательная ванная — душевая кабинка, зеркало, раковина и в углу... туалет? Первый раз в жизни вижу туалет в ванной комнате. Нет, то, что такое встречается, я знаю, просто никогда ранее не пользовался. Что ж, испытаем новые ощущения. Каково это — мыться в ванной комнате с белым другом. — У тебя десять минут, — сообщил он, облокотившись бедром о раковину и сложив руки на груди. Никакой заинтересованности. Я бы мог — забавы ради — позлить его, позадавав очевидные вопросы, которые, несомненно, взбесили бы его, но зачем мне это? Умирать сегодня в мои планы не входило. Как минимум — я хочу знать имя этого странного альфы. Без тени стыда сбрасываю с себя старое шмотье, напоминающее об одном ублюдке. Регулирую температуру воды. Напор выбрасывается сильный, я даже ойкаю. В растерянности смотрю на альфу. Ни единого намёка на эмоцию. Наверное, от его постоянного спокойствия я скоро на стену полезу. Нахожу на полке какой-то шампунь. Божественный запах... Я откровенно наслаждаюсь приятным ароматом. Но никакой сильный шампунь не перебьёт уже въевшийся в мои носовые рецепторы запах вишни. Краем глаз замечаю на себе пристальный взгляд. Делаю вид, будто мне стыдно, и отворачиваюсь — на деле же скрываю выступающий румянец. Во мне нет ничего необычного. Бледная кожа без каких-либо изъянов, не считая недавние побои, подтянутое, но не накаченное тело. Упругая попа... Да, я себя изредка осматривал со всех сторон, оценивая. Смываю шампунь, отключаю обжигающе горячую воду, отфыркиваюсь. Всегда любил горячую воду. В воздухе рассеиваются белые клубки пара, на половину закрывающие моё тело. Волосы сосульками налипли на лицо, пытаюсь найти полотенце, по неосторожности поскальзываюсь, чуть ли не падаю. Чувствую, как меня под локоть подхватила железная рука. Вскрикиваю и со страхом в глазах смотрю на вовремя подошедшего альфу. Какой же я неуклюжий... Всегда так — через жопу. Глубокую жопу. На голову накидывают махровое полотенце, отпускают локоть, красные следы на котором непременно превратятся в синяки. Стыдливо прячу глаза, вытираюсь. Я рассчитывал на подачу одежды, но альфа вернулся в исходное положение, исподлобья поглядывая за мной. Не найдя ничего в поле зрения, я обернулся поданным полотенцем и аккуратно вышел из кабинки, стараясь ненароком не повторить недавний инцидент. — Полотенце и свои вещи брось в бак. Послушно скидываю приятно греющее полотенце с грязной одеждой в бак и подхожу к альфе, становясь в паре шагов от него. Всё-таки он реальный чистоплюй. Этим полотенцем можно было вытереться ещё как минимум раза три. Ну или два. А ему, видите ли, полотенце грязным показалось. Хочется предоставить свои возмущения, но мы-то знаем, что сегодня умирать в мои планы не входит. Стоит ли говорить, что побег отсюда невозможен? Да он не просто не возможен, это какая-то фантастика, несбыточная мечта! Альфа одним взглядом несёт опасность, и я почему-то точно уверен, что в случае неповиновения меня ждёт жёсткая трёпка. С кровью, потом и болью. — Пошли, — кладёт руку на основание шеи, сдавливает, почти душит. Кожа у него мертвенно-бледная и обжигающе холодная. Слегка передёргиваюсь от неприятных ощущений, но почувствовав мощный толчок в спину, мигом расправляю плечи и шагаю по направлению к "комнате страха". Предстоящие действия альфы меня несомненно пугают. Но страх неизвестности и паника смешиваются с диким интересом. Что же он со мной сделает?

Продолжение следует...