the selection

— Иногда мне кажется, что мы зря все это затеяли, что я не найду здесь свою любовь, подведу родителей и… — попробовал перевести тему Гарри и замолчал, опустив голову. — Я думаю, что найдешь. Правда. Любой из участников готов все за тебя отдать. Нужно лишь понять кто готов это сделать не потому что ты принц, а потому что ты — это ты, — сказал Луи. На мгновение парню показалось, что принц расслабился, но это была лишь секунда, потому что в следующий момент принц поднял свои изумрудные глаза на Луи и спросил: — Даже ты? Вопрос повис в воздухе, накаляя обстановку. Луи вспомнил письмо, то как он ещё несколько часов назад плакал и то, как именно Гарри успокоил его, нашел те нужные слова и поддержал его, как не поддержал бы никто другой. — Даже я, — прошептал Луи, скорее для себя, чем для принца. Парень поднялся, сжав напоследок плечо Гарри, и, наконец, оставил принца наедине со своими мыслями.

*несколько часов назад*

Зейн только что осведомил Луи, что его сестра и ещё трое участников выбыли из Отбора. И, честно говоря, парень был немного зол на принца за то, что тот даже не дал возможности попрощаться с Лотти, а потом решил, что наверное он и сам не был в курсе того, когда именно их отправят домой. Сегодня вечером должен был состояться первый воскресный выпуск новостей. Все оставшиеся участники на завтраке только об этом и судачили, а у Луи абсолютно не было никакого настроения. Он решил не спускаться в зал, когда у них оставался час свободного времени. Парень хотел посвятить это время Зейну и Элизабет, с которыми сдружился за это время и уже не огрызался с ними, как было в первые дни пребывания во дворце. Он не считал их своими слугами и относился куда лучше всех участников вместе взятых, которые считали своих прислуг — своими личными рабами, заставляя делать за них абсолютно всю работу. Луи и Зейн сидели на кровати, оба в позе лотоса и играли в карты, которые принесла Элизабет. Девушка была вовлечена в чтение книги, но постоянно отвлекалась на парней, потому что те без умолку болтали и громко кричали, когда кто-то из них выигрывал другого. Внезапно дверь открылась и Луи заметил чей-то силуэт в проходе, а когда повернул голову, увидел удивленного принца. Когда Зейн последовал примеру Луи и тоже посмотрел в сторону двери, то чертыхнулся и тут же подлетел с кровати. — Ох, Ваше высочество, — пробормотала Элизабет и поднялась с кресла, сделав книксен. Схватив за руку ошалелого Зейна, выводя из комнаты, — ну, мы пойдем. — Да-да, — сказал Зейн, — нам нужно это… Что ж нам нужно, господи… — парень беспомощно посмотрел на свою подругу. — Закончить костюм Луи, — сказала девушка, выручая своего друга. Ещё раз неловко поклонившись, они вышли из комнаты, плотно закрывая дверь, оставляя принца и Луи наедине. Луи продолжал сидеть на кровати и улыбаться. Все это выглядело чертовски смешно со стороны, но парень понимал, что для Элизабет и Зейна принц Гарри был воплощением чего-то прекрасного. — У вас такие теплые отношения, — сказал принц, подходя к Луи. — Я уверен, что никто из участников не относится к своим слугам так, как ты. — Они не мои слуги и не мои рабы. За этот короткий период времени мы успели подружиться. Гарри кивнул и принялся рассматривать комнату. Ничего особенного в ней не было, но принц смотрел не на обои и не на интерьер в целом. Его больше интересовали рамки с фотографиями, которые стояли на столике. — Вы очень похожи с сестрами. Просто невероятно похожи, — принц провел пальцами по лицам девушек. Луи и сам это знал, поэтому решил узнать зачем принц вообще пришел. Они должны были увидеться совсем скоро на воскресном выпуске новостей. — А! Точно, — Гарри перевел свое внимание на парня, который наблюдал за принцем, — я вот что подумал… — Ваше высочество умеет думать? — пошутил Луи и пусть это было глупо и не к месту, Гарри все равно заулыбался и присел на краешек кровати. — Очень остроумно, Луи, — сказал принц и провел рукой по волосам, обдумывая ещё раз стоит ли вообще говорить о том, что весь день крутится в его голове. — Ты мой друг, так? — Луи кивнул, — так вот, я думаю, что нам нужно придумать что-то вроде тайного знака, о котором будем знать только мы вдвоем и, который будет означать, что или ты, или я, хотим поговорить. Может что-то вроде почесать нос или ухо, не знаю… Луи покачал головой, находя забавным тот факт, что Гарри пришло такое в голову. — Может лучше какой-нибудь знак пальцами? — предложил Луи, — Что-то типа скрестить средний и указательный пальцы? — Отличная идея! — воскликнул Гарри и попробовал это сделать. — Когда тебе понадобится какая-либо помощь или ты просто захочешь поговорить, сделай так и я приду, как только смогу, — заключил принц. Луи хотел было спросить, что они будут делать, когда этот знак покажет Гарри, но не успел, потому что в комнату вихрем залетела Элизабет, оповещая Луи о том, что ему пришло письмо от родных и Гарри не стал мешать парню и покинул комнату.

***

«Луи! Сыночек! Мы так соскучились, особенно малышки скучают по своему старшему брату. У нас все хорошо, иногда приезжают люди из дворца и передают продукты и некоторые вещи. Я думаю, это очень мило со стороны королевской семьи. Каким же удивлением было для нас, когда Лотти вернулась. Не обижайся, но я думала, что она станет принцессой.» Луи вслух рассмеялся и только сейчас понял, что по щекам текут слёзы. Он безумно по всем соскучился. «Она всё нам рассказала и я не виню её. Сердцу, как говорится, не прикажешь. Ты наша последняя надежда. Я очень надеюсь, что ты ведешь себя подобающе, ни с кем не огрызаешься и уж тем более не хамишь самому принцу. Мы все тебя очень любим и ждем воскресный выпуск, чтобы наконец увидеть своего мальчика! Твоя мама, Шарлотта, Фелисити, Дэйзи и Фиби ххх» Когда Луи закончил читать письмо, то вытер тыльной стороной ладони слёзы и крепко прижал клочок бумаги к себе, представляя, что обнимает свою семью. Парень начал складывать письмо обратно в конверт и заметил, что там лежит ещё одно. Прочитав первое слово, сердце Луи ушло в пятки. «Солнце! Дорогой Луи, я даже не знаю с чего начать. Я очень долго думал, стоит ли вообще писать тебе, помнишь ли ты обо мне или забыл уже… Но, я думаю, что ты обязан знать и я не хочу ничего от тебя скрывать. Я уезжаю из страны навсегда.» Что, простите? Луи поник, плечи опустились и силы, чтобы дочитать письмо до конца, исчезли. «И… не один. Понимаешь, я думал, что поступаю правильно, отправляя тебя во дворец, потому что, клянусь, всегда хотел, чтобы ты был счастлив, но мысль о том, что ты счастлив и не со мной — равносильна смерти. Наверное просто так суждено. Я всегда буду любить тебя, но это уже не та любовь, что была прежде. Не держи на меня зла и не вини себя, прошу. Адам.» Как там говорят в таких случаях, когда герои чувствуют себя, будто бы им воткнули нож в спину, предали? Луи чувствовал тысячи ножей, воткнутых не только в спину, но и в само сердце. Мир замер. Земля перестала вращаться вокруг своей оси. Люди замолчали, машины остановились, все замерло, как будто бы кто-то нажал на паузу и было слышно как израненное сердце отчаянно бьется, пытается выжить… Зейн нашел Луи на кровати, закутанным в одеяло. Плечи парня содрогались и было слышно, как он плачет, хотя силы уже давно покинули его и слезы перестали течь из глаз. Парень безысходно пытался привести Луи в порядок, расспрашивая о том, что случилось, виноват ли в этом принц, потому что они были вдвоем до того, как это произошло. На что Луи быстро и отрицательно завертел головой, уверяя, что Гарри тут не причем. Зейн набрал парню ванну, приготовил все нужное и, когда попытался поднять Луи, последний прошептал хриплым голосом: — Ты можешь сделать так, чтобы я никуда не ходил этим вечером? Пожалуйста, — добавил Луи. — Но это первый воскресный выпуск… — Блять! Просто скажи всем, что я заболел, умер! Не знаю, придумай что-нибудь! Луи вырвался из рук Зейна и поплелся в ванную, на ходу раздеваясь и швыряя вещи на пол.

***

Спустя час, Луи вышел из ванной и не то чтобы он все время купался, нет, он просто бездумно лежал в воде и мечтал о том, чтобы утопиться. Не весело, но это так. На парне было лишь полотенце, обернутое вокруг бедер, потому что Луи не думал, что в комнате будет кто-то. Но он был не один. Около окна стоял Гарри и, услышав звук открывающейся двери, он тут же повернулся и замер. Луи не сразу понял, почему принц так смотрит на него, а когда до него дошло, то он схватил махровый халат с кресла и накинул на себя. А принц Гарри… Что ж, Гарри хотел бы подольше полюбоваться этим телом, чего уж скрывать, но это было неподходящее для этого время и вряд ли когда-то у него будет такая возможность. — Я слышал, ты не хочешь присутствовать вечером… Что случилось, Луи? — обескураженно спросил принц, проводя рукой по волосам, как он часто любил это делать, когда нервничал. — Я не хочу об этом говорить и да, не хочу присутствовать на выпуске новостей, — ответил Луи и подошел к двери, открывая её и понимая, что это очень грубо с его стороны, — не могли бы вы оставить меня, Ваше высочество? Я хочу побыть один. Принц ошарашенно уставился на парня. С ним явно было что-то не так. Эти мешки под глазами, будто бы он плакал целую вечность, поникший взгляд. Когда Гарри уходил, Луи выглядел более чем хорошо. Что могло произойти за несколько часов? И тогда Гарри вспомнил, что парню принесли письмо до его ухода, поэтому он решил аккуратно поинтересоваться. — Ты можешь поделиться со мной, Луи, — начал принц, — плохие вести из дому? — Луи напрягся и, захлопнув дверь, не в силах дойти до кровати, сполз по стене прямо у двери, закрывая руками лицо. Гарри совершенно не знал, что делать. Но инстинкты подсказывали, что нужно хотя бы подойти и приобнять парня. — Пожалуйста, ты пугаешь меня неизвестностью… Расскажи мне и тебе полегчает. Принц присел рядом с плачущим Луи и, просунув руку между стеной и спиной парня, крепко сжал его в объятьях. Луи уткнулся в плечо Гарри и громко всхлипнул. Руки Гарри гладили спину парня, успокаивали, давали надежду… Луи, наконец-то, поднял лицо и Гарри переместил свои руки на лицо парня, вытирая щеки от горьких слёз. Луи прикрыл глаза и вздохнул, прекращая плакать. Слезами горю не поможешь. — Гарри, я желаю тебе найти свою любовь и никогда не знать, что такое предательство любимого человека, — принц непонимающе уставился на Луи, не убирая своих рук с лица парня. — Никогда не проходить через это, потому что это мучительно больно и, знаешь, я начинаю сомневаться, что любовь вообще существует. Если бы она по-настоящему существовала, разве люди делали бы друг другу больно? — Луи всхлипнул и попытался встать, но принц не пустил его, удерживая за плечи. — Луи… Я не верю, что любви не существует. Просто это оказался не твой человек, — Луи оскалился и снова предпринял попытку подняться, — нет, послушай. Я не знаю всей вашей истории, я не знаю ничего, но что я знаю, Луи, так это то, что ты прекрасный человек и заслуживаешь очень многого. Я не знаю ни одного человека в этом чертовом дворце, кто был бы таким же открытым, как ты. Несколько неловких минут, два человека на полу у двери, две пары глаз, которые изучают лица друг друга, одна мысль на двоих — прильнуть губами, почувствовать вкус, слиться в таком нужном поцелуе. Луи начинает пододвигаться ближе к принцу и это именно тот момент, когда их разделяют миллиметры, когда так близко, но так далеко, когда можно почувствовать, как дышит человек напротив, но все обрывается, когда дверь распахивается, задевая парней, которые тут же встают с пола и пытаются привести себя в порядок, хотя это невозможно, глаза выдают всё. Принц, не глядя на Луи, говорит, что будет ждать его вечером на выпуске новостей и покидает комнату. Луи, наконец, приходит в себя и видит, что вошедшей оказалась Элизабет, которая продолжала стоять и таращиться на парня. — Какого чёрта сейчас было?

***

Когда пришло время идти в помещение, где собственно и будет проходить съемка, Луи взглянул на себя в зеркало. Это всё ещё был он, только в дорогом блестящем костюме, который идеально облегал его тело. На голове была укладка и один Бог знает, сколько лака туда вбухал Зейн. На руках дорогостоящие часы, как украшение. Луи зашел в огромное помещение, с небольшой сценой, на которой стояло несколько больших изысканных кресел, очевидно для королевской семьи, и зал с сиденьями в несколько ярусов для участников. Нам сообщили, что сегодня к нам не будут обращаться и не придется говорить на камеру. Это радовало Луи, потому что он не готов сейчас что-либо говорить. Вокруг носились люди с камерами, устанавливали какие-то специальные штуки для света и прочего… Парень плохо в этом разбирался, поэтому хотел поскорее пройти к своему месту, отсидеть там весь этот кошмар и пойти в свою комнату спать. Два передних ряда были заняты, но это ни чуть не беспокоило Луи, потому что он собирался занять место на последнем ряду, где его будет меньше всего видно. Пройдя к своему месту, Луи снял пиджак, чтобы чувствовать себя менее сковано. Помог перетянуть галстук рядом сидящему парню, у которого руки трусились, как у алкоголика с огромным стажем. — Почему ты так волнуешься…? — Найл, — ответил парень, заметив запинку Луи. — Да, точно, Найл. Все же? Мы ведь даже сегодня ничего не говорим. Луи заметил, что блондин перестал его слушать и куда-то уставился и, когда Луи проследил за его взглядом, то все понял. На сцене стояли королева и принц. Казалось для них не существовало никого вокруг, как будто бы они были одни в этой комнате. Королева поправляла сыну бабочку и после мягко чмокнула в щеку. Можно было заметить, как неловко себя почувствовал Гарри после этого нежного материнского жеста, но несмотря на это, приобнял мать, после чего женщина отошла к какой-то участнице, чье имя Луи не знал. Принц Гарри начал оглядывать зал. Луи знал кого тот ищет и пытался не смотреть на него, чтобы не встретится взглядом, но разве возможно не смотреть на человека, который так отчаянно пробегает по всем сиденьям, не задерживая свой взор ни на ком, а когда натыкается на Луи, то на лице принца появляется такая искренняя улыбка. Гарри скрещивает пальцы в их знак и подносит руку туда, где находится его сердце. Это слишком привлекает внимание и Луи уже хочет его поругать, что тот сделал это так очевидно и при всех, когда все девицы и парни не отводят от него своих глаз и пускают слюнки на свои драгоценные платья и костюмы. Луи кивает и тут же опускает голову вниз, чтобы никто из участников Отбора не заметил к кому таким образом обращался принц Гарри. Однако тайно он все же надеялся, что кто-то это увидел и завидовал.

***

После выпуска, (на котором не было ничего особенного, пара вопросов ведущего принцу о впечатлении от всего происходящего, об уже выбывших участниках) всех позвали на ужин. Луи совсем не хотел есть, он просто хотел снять с себя всю одежду, поговорить с Гарри… Нет, ну сначала, конечно же, поговорить с принцем, а потом уже раздеться и, наконец-то, лечь спать. Поэтому весь ужин он сидел клевал носом в тарелку и иногда пил сок, и пытался вникнуть в разговор Лиама и Найла, с которыми сдружился. — Ты как не живой, Луи, — сказал Лиам и похлопал парня по плечу. — Простите, парни, кажется я переутомился. Пойду к себе, — Луи отодвинул стул, который проехался по кафелю, издавая неприятный звук и привлекая лишнее внимание, в том числе внимание принца, — приятного вечера. Не успел уставший парень закрыть дверь и кинуть пиджак на кресло, как услышал стук и, ни на секунду не сомневаясь, кто стоит за дверью, пошел открывать. — Ваше высочество, — поклонился Луи и позволил Гарри пройти в комнату. Принц подошел к столу и Луи только сейчас заметил, что тот держал что-то в руках. — Ты совсем ничего не съел на ужине, — неловко начал Гарри, — я прихватил немного фруктов и пирожных, и бутылочку вина. Не знаю как ты, а я бы с удовольствием выпил пару бокалов. Очень… насыщенный день, я бы сказал. Луи усмехнулся и, подойдя к Гарри, скомандовал ему открывать бутылку, пока он сам будет искать из чего им пить вино. К их счастью, Элизабет забыла вынести поднос с чашками, с которых они пили чай, пока готовили Луи, поэтому парень быстро их ополоснул в кране в ванной комнате. Гарри разлил вино по чашкам и предложил выйти на балкон и пусть Луи сперва сопротивлялся, потому что уже был вечер и там было прохладно, в конечном итоге, бурча себе под нос, он помог принцу вынести туда ещё одно кресло и два пледа. — Знаешь, я ещё никогда не пил вино из чашек, — засмеялся Гарри так, будто бы только что сказал самую смешную шутку. Луи должен был признать, что выйти на балкон было хорошей идеей. На небе было много звёзд и наблюдать за ними — было одним удовольствием. Парень поднял голову в небо, облокачиваясь об спинку кресла, как вдруг почувствовал такое аккуратное прикосновение к своей руке. Луи посмотрел сперва на свою руку, замечая сверху руку принца, а затем поднял взгляд на самого Гарри. — Как ты? — искренне полюбопытствовал Гарри, продолжая гладить Луи по руке. Было заметно, что принц не хочет расстраивать Луи, но он волновался, от того и спрашивал. — Как парень, которого предали, — спокойно ответил Луи, потому что, честно говоря, он уже не мог страдать. Гарри виновато посмотрел на парня, который сейчас пытался защититься от всего мира, кутаясь в плед. — Мне очень жаль. Будь он здесь… Я бы… Не знаю, что я бы ему сделал, но это было бы неприятно для него, — возмутился Гарри. Луи улыбнулся, потому что принц выглядел таким очаровательным, когда пытался злиться. С этими своими волосами, нелепо собранными в хвостик, в дорогущем костюме и с чашкой вина в руках. — Иногда мне кажется, что мы зря все это затеяли, что я не найду здесь свою любовь, подведу родителей и… — попробовал перевести тему Гарри и замолчал, опустив голову. — Я думаю, что найдешь. Правда. Любой из участников готов все за тебя отдать. Нужно лишь понять, кто готов это сделать не потому что ты принц, а потому что ты — это ты, — сказал Луи. На мгновение парню показалось, что принц расслабился, но это была лишь секунда, потому что в следующий момент Гарри поднял свои изумрудные глаза на Луи и спросил: — Даже ты? Вопрос повис в воздухе, накаляя обстановку. Луи вспомнил письмо, то как он ещё несколько часов назад плакал и то, как именно Гарри успокоил его, нашел те нужные слова и поддержал его, как не поддержал бы никто другой. — Даже я, — прошептал Луи, скорее для себя, чем для принца. Парень поднялся, сжав напоследок плечо Гарри, и, наконец, оставил принца наедине со своими мыслями.