Гарри Снейп и Игрушечный Хогвартс- экспресс

Он так и не смог признаться своим новым друзьям в том, что стал новым ловцом Слизерина. Тренировался Гарри отдельно, Флинт старательно оберегал его от внимания вездесущего Оливера Вуда, интересовавшегося своими противниками. Впрочем, этот маленький секрет не мешал Снейпу-младшему общаться с гриффиндорцами — у него были тайны и пострашнее. В тот день они с Гермионой шли в библиотеку, когда лестница неожиданно начала менять направление. — Ну вот, теперь придется кругами ходить, — расстроенно сказала девочка. — Иногда Хогвартс меня выбивает из колеи. — Да тут всегда так. Слышала, что директор сказал в первый день? Туда не ходите, сюда не заглядывайте, — Гарри улыбнулся. Во время разговора ребята даже и не задумались над тем, куда направляются. — Подожди, а это случайно не то самое место? — спросила Гермиона, когда они оказались в коридоре. — Точно, это же третий этаж. Надо убираться отсюда, а то папа меня убьет, — сказал Гарри, сердито нахмурившись. Попадаться в первый же месяц учебы ему совсем не хотелось. Внезапно послышался тот самый звук, от которого кровь многих учеников Хогвартса стыла в жилах — тихое «мяу». Снейп-младший обернулся и увидел миссис Норрис, преградившую путь к двери. Мальчик на миг застыл, в ужасе глядя на нее, а потом схватил Гермиону за руку и потащил вперед. — Что ты… — Если сейчас сюда заявится Филч, мы не сможем доказать, что зашли сюда случайно. Надо спрятаться. Ага, дверь, отлично. Черт, заперто. А-а-а, что делать? — в панике спросил Гарри. — Алохомора, — спокойно сказала Грейнджер. Послышался щелчок замка. — О, надо же, сработало, — пробормотал мальчик и проскользнул внутрь, затащив за собой подругу, после чего закрыл дверь. Послышались шаги. Снейп-младший понял, что Филч вошел в коридор, никого не увидел и решил удалиться. Он с облегчение выдохнул. Внезапно, Гермиона подергала слизеринца за рукав, заставив обернуться. — Что еще? — спросил Гарри, поднял взгляд и увидел… огромного трехголового пса. Пес посмотрел на него, а в следующую секунду зашелся лаем. Мальчик крепко схватил Гермиону за руку и вытащил из комнаты, с большим усилием закрыв дверь, которая стукнула собаку по носу. — Говоришь, тут всегда так? — ошарашенно спросила Гермиона. — Так. Быстро сходи за Роном, а я позову Драко. Это требует обсуждения, — серьезно как никогда сказал Гарри. Девочка кивнула. Они поспешили убраться из злополучного коридора. Спустя пятнадцать минут гриффиндорско-слизеринская компания собралась в библиотеке за столом, удачно отгороженным от всех стеллажом. Гарри еще предусмотрительно наложил Заглушающее, после чего несколько раз прошелся вокруг стола, нервно потирая руки. — И что случилось? — нетерпеливо спросил Драко. Гермиона откашлялась. Ей тоже нелегко было об этом говорить. — Мы случайно зашли на третий этаж и нашли там одну комнату, — начала девочка. — А в комнате огромный трехголовый пес! Огромный трехголовый пес! — с чувством закончил Гарри. — Понимаете? На третьем этаже поселили этого цербера, а я уверен, что такие собачки плохо переносят длительное заточение в темных и тесных комнатах. — Ты говорил об этом с профессором Снейпом? — спросил Драко. Он уже знал ответ. Снейп-младший крайне редко обращался за помощью к взрослым. — Я еще в первую неделю спрашивал его, почему нельзя ходить в этот коридор. Судя по ответу, он ничего не собирается мне говорить. Если сейчас спросить про собаку, придется объяснять, каким образом я о ней вообще узнал, а тогда мне точно конец, — Гарри вздохнул. — Короче, все это очень подозрительно. Неужели, больше негде было поселить песика? — Вообще-то, я видела, он сидел на люке. Он что-то охраняет, мне так кажется, — сказала Гермиона. — Когда хотят что-то спрятать, оставляют это в Гринготтсе, — подал голос Рон. — Но он был ограблен! — возразил Малфой. — Так, и что еще мы об этом знаем? — Время. Эта штука оказалась тут еще до первого учебного дня, — ответил Гарри. — Может, это и был тот самый предмет. — Стойте, вы же не собираетесь копаться в этом деле? — спросила Гермиона. Ответом ей были изумленные взгляды мальчишек. — Что за вопросы, конечно, будем. Это интересно, — сказал Гарри. — Если кто-то что-то хочет украсть, рано или поздно он за этим придет. Надо подождать. — С ума сошли! — воскликнула Грейнджер. Драко был согласен, что идея безумная, но все же ему было любопытно. Это уж точно веселее, чем писать эссе по Трансфигурации. К тому же риска в этом никакого не было, они просто строили предположения. — Это не обсуждается. Лучше подумаем еще над этим делом. Знаете, что меня в этом больше всего напрягает? — Снейп-младший понизил голос, хотя Заглушающее еще действовало. — Гермиона открыла дверь Алохоморой. Стандартная книга заклинаний. Вам не кажется, что эту дверь должны были закрыть получше? — Зачем замок, когда есть такой охранник? — спросил Рон. Наивный гриффиндорец! — Да мой папа шкафчик со сладостями запирал лучше! Заметьте, у него дома был всего один ребенок, к тому же конфеты и шоколадные лягушки не кусаются, в отличие от огромной трехголовой собаки. Неужели Дамблдор правда был так убежден, что никто из учеников не сунется в тот коридор, не откроет дверь и не наткнется на пса, который запросто может съесть человека? — А вот это уже интересно, — сказал Драко. — Кстати, как думаешь, а моему отцу и Попечительскому Совету известно об этом? — В этом я о-очень сомневаюсь, — протянул Гарри. — Ты пока не пиши об этом в письме домой. Гриффиндор, вы с нами? — Конечно, — Уизли пожал ему руку. — Что будем делать? Гермиона закатила глаза и вздохнула, понимая, что ей теперь придется присматривать за этими авантюристами. А ведь до поры до времени она считала Снейпа-младшего одним из самых рациональных и логичных людей среди ее новых знакомых! *** Хэллоуинское празднование было в самом разгаре. Гарри то и дело метался между слизеринским и гриффиндорским столами. Ему хотелось и с Драко поболтать, и добытых Фредом и Джорджем в Хогсмиде сладостей попробовать, и вместе с Забини попытаться оживить запеченого гуся, и с Роном парой слов перекинуться. Их общий план по поиску информации о трехголовом псе пока застрял на стадии разработки, у ребят хватало и других занятий. — Кстати, а где Гермиона? — спросил Гарри. Рон поджал губы и отвернулся. — Она в туалете для девочек, плачет, — сказал Невилл, сидевший рядом с Уизли. — Почему? — спросил Снейп-младший, сдвинув брови. Взгляд этот не предвещал ничего хорошего, но Рон пока еще ни разу не видел своего нового друга в гневе, а потому не знал, что его может ждать. — Я… кажется, обидел ее, — сказал гриффиндорец. — Я сказал, что она зубрила, которая вечно всех поучает. Но это правда! Она опять начала занудничать. Вингардиум Левиоса, тоже мне. Гарри легонько хлопнул его по затылку. — Нельзя так делать! — воскликнул он. — Она же тебе добра желает! Мерлин, надо ее найти, она не должна сидеть там и плакать, пока все празднуют, это просто несправедливо! Он уже вскочил из-за стола, когда в зал вбежал Квиррел. Профессор был взволнован так, словно уже начался конец света. — Тро-о-оль! В подземелье тро-о-оль! — проорал он, привлекая внимание всего зала, и упал в обморок. Все тут же начали паниковать. Гарри мельком посмотрел на стол преподавателей и заметил, что отец встал и куда-то направился быстрым шагом. Дамблдор громко приказал не волноваться и проследовать за деканами в общежития факультетов. Драко кое-как нашел в толпе Снейпа-младшего и взял его за руку, чтобы не потерять, Рон, стоявший рядом с ними, этого даже не заметил.Он будто оцепенел, глядя, как его однокурсники мечутся туда-сюда по залу. — А еще Гриффиндор называется, — процедил Снейп-младший, покосившись на явно испуганного рыжего. — Э-э-э, а ничего, что мы живем в подземелье, где сейчас шастает тролль? — спросил Малфой. — Не безопаснее ли было бы всем оставаться в зале под присмотром учителей? — Драко, логика осталась за воротами замка, — сказал Гарри и внезапно сильно побледнел. — О, черт! Гермиона ведь не знает об этом. Я пойду искать ее. Вы со мной? Это будет быстро, мы просто проводим ее в Башню Гриффиндора, обещаю. — Ты должен сообщить своему отцу, — уверенно ответил Малфой. — Он ее найдет. — Он уже куда-то ушел. Смотри, слизеринцев выводит профессор Синистра, — возразил Рон, взяв себя в руки. — Я пойду с тобой, Гарри. Не мог же Драко отпустить лучшего друга с этим рыжим идиотом на встречу с троллем. Да и при мысли о том, что Гермиона может погибнуть, начинало подташнивать, хотя до этого момента он считал, что совершенно равнодушен к грязнокровке. Одно дело быть равнодушным, и совсем другое — позволить умереть. — Хорошо, пойдем. Но к троллю мы не приближаемся, — предостерег Малфой. Правда, он сильно подозревал, что его горячо обожаемый друг сделает все наоборот. Они сбежали из Большого зала и направились в женский туалет. Гарри шел первым и когда он резко затормозил, Драко и Рон едва не врезались в него. — Тролль выбрался из подземелья, — прошептал Снейп-младший и вытащил из кармана палочку. Остальные последовали его примеру. Драко очень не хотелось идти в тот туалет, но он все равно шагал вперед, будто привязанный к Гарри. Никакой инстинкт самосохранения не помогал. Они ведь всегда были вместе, как отпустить этого сумасшедшего туда одного? В шаге от туалета мальчики услышали дикий визг и грохот. Они заглянули внутрь и увидели, как тролль огромной дубиной громит стены, а Гермиона забилась под раковину и зажмурилась от страха, видимо, готовясь к смерти. — Эй, болван! — громко крикнул Гарри. Драко в тут же секунду захотелось схватить его и утащить подальше отсюда — хватит, нагеройствовались уже. Уизли застыл в нерешительности, дискредитируя имя своего факультета. Что ж, цель была достигнута, тролль отвлекся от охоты на Грейнджер и переключился на новых участников действа. — Что теперь делать? — прошептал Малфой, глядя, как девчонка медленно двигается, прижавшись к стене, а огромное зловонное чудовище смотрит на них тупыми глазками. — Есть плохая идея. Коньюктивитус, — сказал Гарри, направив палочку на тролля. Ну конечно, как Драко мог забыть, что его друг знает десятки заклинаний! Судя по всему, это подействовало. Тролль начал тереть глаза и слепо метаться, что дало Гермионе возможность незаметно проскочить к выходу. — Он ослеплен, бежим отсюда, только тихо, — прошептал Гарри и начал отступать. Тролль, услышавший его, загребнул рукой воздух, пытаясь достать источник шума. Рон схватил за руку Гермиону, а Драко Снейпа-младшего, и они выбежали из туалета. И тут же врезались в профессора МакГонагалл. К ужасу Гарри, за ней стояли его отец и профессор Квиррел. — Тролль там, — Гермиона указала на туалет. Гарри посмотрел на папу и заметил, что штанина у него разорвана, а на ноге кровавая рана. В следующую секунду Северус встретился с ним взглядом, нахмурился еще сильнее, чем было до этого, и запахнул мантию. — Я… я р-разберусь с этим, — пробормотал Квиррел и направился к туалету. Профессор Снейп скрестил руки на груди и посмотрел на сына сверху вниз. Минерва удивленно воззрилась на Гермиону, словно не веря, что застала ее в эпицентре беспорядка. — Итак, что вы, четверо, здесь забыли? — строго спросила декан Гриффиндора, поправив очки. — Это моя вина, — сказала Грейнджер, выступив вперед, от чего МакГонагалл удивилась еще сильнее. — Я читала о троллях и подумала, что смогу справиться с ним. Гарри, Рон и… и Драко пытались меня отговорить, но я все равно ушла, а они отправились за мной, чтобы остановить. Если бы не они, я была бы мертва. — Какое безрассудство, — холодно сказала декан Гриффиндора. — Профессор Снейп, вы разбирайтесь со своими студентами сами. Я же снимаю с мистера Уизли и с мисс Грейнджер по двадцать баллов за такую неосмотрительность. Впрочем, мистер Уизли заслуживает награды в виде пяти баллов за то, что не оставил друга в беде. Снейп хмыкнул. Это была не самая удобная ситуация, он теперь не мог наказать своих студентов меньшим количеством баллов. Гриффиндор Гриффиндором, а Минерва умела ставить противника в неловкое положение. Если бы не это, было бы скучно. — Думаю, сорок баллов со Слизерина будет справедливо, — сказал он. — Равно как и десять баллов за отвагу — какая ирония, не находите ли? Гарри, зайди ко мне. Четырех слов хватило, чтобы гроза троллей начал бояться до дрожи в коленях. Гарри шел за отцом, как на плаху, рука, все еще сжимающая палочку, предательски дрожала, а в голове был полнейший хаос. Он все время старался не подводить Северуса и все время почему-то совершенно по-идиотски влипал в неприятности. И винить некого кроме самого себя. Они вошли в спальню, Снейп привычно наложил заклинания, после чего развернулся и посмотрел на сына, явно требуя объяснений. Те студенты, которые считали профессора пугающим, просто никогда не видели его в таком гневе. Казалось, этот взгляд способен убить. — Папа, прости, — Гарри едва не плакал. — Я не хотел рисковать, но нельзя же было оставить там Гермиону! — Ты не должен демонстрировать свою силу, сколько раз можно повторять! — Снейп впервые за долгое время кричал на него и крик этот действовал как удар наотмашь. — По-твоему сколько первогодок способно справиться с троллем?! Я же просил, не привлекай к себе лишнего внимания! Но нет!.. — Пап, но ситуация была кри… критическая, — мальчик всхлипнул. — Правда. Прости, я больше не буду так делать. Всегда так. «Пап, но Эван падал с дерева, он мог что-то сломать. Никто не заметил, как я колдую, честно-честно». «Пап, но ты же знаешь, я не могу контролировать магию, когда злюсь, тот мальчик сам был виноват. И вообще, он мог и сам нос разбить, это не значит, что его кое-что подтолкнуло». Ну и что оставалось делать? Кивать и верить, что больше это не повторится. И не повторялось в большинстве случаев, потому что Гарри все понимал с первого раза. Северус его практически не ругал, обычно хватало одного взгляда и получасового молчания, чтобы мальчик сделал выводы. Проблема была в том, что один Мерлин знал, каким образом этот ребенок каждый раз находит новый способ нарушить запреты. И всегда имеет причину. Правда-правда. — Мерлин мой. И ты меня прости, пожалуйста, Гарри. Трудный день, — Снейп вздохнул и закрыл глаза рукой, жалея, что не может вернуться назад и поговорить более цивилизованно. — Ничего, — отходчивый мальчик тут же улыбнулся ему, хотя глаза были на мокром месте. — Сам виноват. Надо было позвать кого-нибудь, но там была такая суматоха… — Ладно, забыли. Лучше скажи, что ты сделал? — спросил Северус, испытующе глядя на Гарри. — Коньюктивитус. Я читал в одном романе, там это применили против дракона. Раз на драконе сработало, то и на тролле должно было. Так и вышло. — Хороший ход, — Снейп кивнул. — И все же я прошу тебя, думай, что делаешь. Кстати, не все вещи, описанные в романах, можно принимать на веру. — Я понял. Эм, пап, ты, кажется, ранен. Что случилось? — спросил Гарри, надеясь, что этим не разозлит отца. Он почему-то был уверен: ранение должно быть связано с той трехпастной и тысячезубой собакой. — Ничего. Это была случайность, — Северус махнул рукой и снова посуровел. — Иди к себе. — Прости меня. Я просто очень сильно испугался и потерял голову, — мальчик опустил взгляд. — Я больше не буду. Сказав это, он ушел, понимая, что больше ничего не добьется. Снейп задумчиво вздохнул. Не по душе ему было все это. Надо же было этому мальчишке атаковать тролля как раз перед приходом Квиррела, которого Северус застукал на третьем этаже! — Коньюктивитус, значит, — пробормотал он. — Пятнадцать баллов Слизерину. Снейп медленно разделся и промыл рану на ноге, заодно оценив масштаб проблемы. Треклятая собака зацепила его зубами, но, слава Мерлину, только оцарапала, не повредив мышцы и сухожилия. Залечить все это было делом пары минут. Глоток зелья — и на следующий день о ране он и не вспомнит. Зато наверняка вспомнит Гарри, Северус слишком хорошо знал этот взгляд — так мальчик смотрел, когда, как он сам говорил, «записывал на полях», то есть мысленно отмечал себе какую-то важную подробность. Судя по всему, Гарри все это сильно заинтересовало. Профессор заварил себе кофе и уселся в кресло, пытаясь уложить в голове все произошедшее. Квиррел проявлял какой-то нездоровый интерес к тому, что прятал Дамблдор. В замок случайно или не случайно попал тролль. Гарри его победил. Северусу происходящее все больше не нравилось, а особенно ему не нравился Квиррел, и дело тут было вовсе не в том, что Снейп уже много лет пытался стать профессором ЗОТИ. Кажется, этот заика был очень двуличным человеком. Северус уж точно не хотел видеть такого рядом с Гарри, хотя тот и был слизеринцем. Он видел, как Квиринус смотрит на мальчика. На Гарри никто не смотрел с таким холодом во взгляде — за два месяца тот успел понравиться буквально всем, завоевывая расположение учителей прилежанием, а расположение ребят своими безобидными выходками и готовностью всегда придти на помощь. Что-то с Квиррелом было не так, и Северус пообещал себе не спускать с него глаз. Тем временем Снейп-младший добрался до своей спальни, бросился на кровать и обнял подушку. Чуть позже пришел Драко, сел на край постели и сжал его плечо, пытаясь как-то приободрить. Он знал, что Гарри всегда сильно расстраивается, если отец его отчитывает. — Сильно ругал? — спросил Малфой. — Не очень. Просто я устал, — пробурчал Гарри, уткнувшись носом в подушку. — С Гермионой все хорошо, не знаешь? — Все в порядке. Мы проводили ее в Больничное крыло, мадам Помфри ей дала успокоительного. А гря… Грейнджер молодец, на себя все взяла, не ожидал такого от Мисс Перфекционистки, — Драко хмыкнул. — И что мы имеем? На третьем этаже у нас трёхголовый пес, а по замку шатается тролль. Как-то не так я себе школу представлял, знаешь ли. — Да, в прошлые годы поспокойнее было, — отозвался Гарри. Он все же оторвался от подушки и лег на спину. — Может, пора разобраться с этим? — Хм, была у меня идейка, но не знаю, как за нее взяться. И да, думаю, о тролле тоже лучше домой не писать. — О да, пусть мама и папа продолжают считать, что у меня тут все просто прекрасно, — Малфой усмехнулся. Мальчики и сами не заметили, как уснули на одной кровати. День у них выдался нелегкий. Впрочем, это было только начало. *** За всеми этими событиями Гарри и не заметил, как пришло время первого квиддичного матча в том учебном году. В ночь с пятницы на субботу он совершенно не мог уснуть и даже довел до ручки Драко, который к двум часам ночи хотел придушить друга подушкой. С утра тоже было не лучше. Снейп-младший метался по комнате, хотя уже давно был одет. Он слишком рано собрался и теперь просто не знал, куда себя деть. Малфой поймал этого паникера, когда тот уже в десятый раз пробегал от кровати к окну. У Гарри переизбыток энергии часто выливался в эмоциональные всплески. Беготня по комнате еще не была худшим вариантом — близкие ему люди знали это по собственному печальному опыту. Как-то раз шестилетнего волшебника попросили рассказать стишок — и это при трех лордах-то! — так он где-то на третьем слове ухитрился стать абсолютно невидимым. Ну и долго же его отец потом возился, пытаясь расколдовать это «привидение». — Гаррет Северус Снейп, немедленно успокойся! — Драко хорошенько его встряхнул. — Сегодня ты покажешь Гриффиндору, что такое квиддич! Давай, Флинт ведь не просто так взял тебя в команду. — Если меня убьет бладжером, позаботься о Хедвиг, — пробормотал мальчик. — Глупый, — Драко вздохнул и потрепал его по волосам. — Пошли. — Как я покажусь на глаза близнецам, Рону и Гермионе? — в панике спросил Гарри. — А если я упущу снитч? О чем я только думал, когда шел на отборочные?! Флинт заменит меня Хиггсом. — Если не прекратишь нести чушь, так и будет, — Малфой взял стакан с тумбочки и с помощью Агуаменти наполнил его водой — обеспокоенный Снейп-младший этих манипуляций не заметил. - Держи себя в руках. Профессор ведь твою метлу из дома привез? Вот и чудно, вот и прекрасно. — А если я… — начал было Гарри. Драко плеснул ему водой в лицо и с минуту сочувствующе наблюдал, как друг отряхивается. — Спасибо, — уже спокойнее сказал Снейп-младший, высушив форму заклинанием. — Но думаю, позавтракать я все равно не смогу. Кусок в горло не лезет. На завтрак, в общем-то, времени почти не осталось. Драко успел перехватить пару бутербродов, а потом пошел искать Гарри, чтобы препроводить его на поле. Тот упорно отказывался войти в Большой зал в слизеринской форме и потому скрывался. Глупый. Малфой вот гордился бы, стань он ловцом, и не стал бы думать о всяких там рыжих-конопатых. — Так, Снейп, запомни: этот золотой шарик — твоя жизнь. Упустишь — тебя даже декан не спасет, — прошептал Флинт, похлопав Гарри по плечу перед выходом на поле. Мальчик посмотрел на трибуны, увидел хмурого и сосредоточенного отца и немного успокоился. В конце концов, папу намного больше волнуют его успехи в учебе, а не квиддич. «Собраться. Я просто великолепен и знаю об этом», — сказал себе Гарри. Этому он научился у Гермионы, которая периодически разговаривала сама с собой, когда волновалась. Неплохо помогало настроиться. Он медленно вышел на поле. Каждый шаг давался с трудом, будто каждый взгляд с трибун стал камнем, и ему теперь приходится все эти камни тащить на себе. Кто-то присвистнул. Кто-то ахнул. Снейп-младший дошел до центра поля, где уже стояли все остальные игроки, и встал напротив ловца Гриффиндора, какого-то шустрого второкурсника. Джордж что-то прошептал, повернувшись к брату. — Эй, — Фред шепотом обратился к Гарри. — Твой отец нас не убьет, если что-то случится? — Нет, убивать он будет только меня, — заверил его слизеринец. Подошла мадам Хуч и разговор пришлось прекратить. Драко пробрался на трибуну болельщиков-слизеринцев и вместе с Забини начал скандировать имя нового ловца. Кричалку подхватил весь факультет. А Северус Снейп, сидя рядом с другими профессорами, невольно вздрагивал — первый раз его фамилию выкрикивали с таким единодушием. Гермиона, Рон и Невилл расположились на гриффиндорской трибуне рядом с Хагридом. — Ну я ему устрою! — пообещал Уизли, сжав кулаки. — И он молчал! Шею намылю! — Рон, это всего лишь квиддич, — осадила его Грейнджер. — Ты выросла среди магглов, ты не понимаешь, — Рон вздохнул. — Невилл, ну скажи ты ей, что квиддич — это… это просто важно! — Прости, — Лонгботтом покраснел. — Но я, наверное, немного болею за Гарри. Это ведь неважно, за кого он играет, на самом-то деле. Вот вы за кого болеете? — он обратился к Хагриду. — За Гриффиндор, — твердо ответил великан. — Эх, жаль, что Снейпа на Слизерин отправили. Нам бы такого ловца! Что-что, а летать Гарри умеет. — Мерлин, что это под ним? — Рон посмотрел в бинокль, одолженный у кого-то из четверокурсников. — Чистомет! Я думал, Снейп… э-э-э, профессор Снейп купит ему Нимбус. — Ты посмотри, что он с этим Чистометом вытворяет, — выдохнул Невилл, пронаблюдав, как Гарри, уворачиваясь от бладжера, резко дернулся на бок, создавая крен, повис вниз головой, вцепившись в метлу, а потом снова выровнялся. Вялый кистевой крен. И все это с таким лицом, будто делал какое-то повседневное дело. Он пока еще толком не разогрелся. Северус держал себя в руках. Он не мог, он не должен был вмешиваться в ход матча. Рядом сидела Минерва, она наверняка ждала, что ее вечный противник будет жульничать. Он украдкой бросил взгляд на декана Гриффиндора, заметил, что та хмурится, глядя на нового ловца Слизерина, и мысленно усмехнулся. Ради такого момента стоило позволить ему летать. И терпеть болтовню Джордана. — … Надо признать, сын нашего… кхм, глубокоуважаемого профессора Снейпа достойно держится на метле. Если глаза меня не обманывают, это Чистомет — 6. Надо же, не думал, что Чистометы способны на такую прыть — не в обиду моим друзьям Фреду и Джорджу будь сказано. — Джордан, вы здесь не метлы рекламируете, — сказала МакГоннагал. — Извиняюсь. Итак, наши дамы прорываются вперед с квоффлом… о нет, Бэлл получает удар бладжером по затылку. Мяч у Слизерина. Гарри завис над полем и высматривал снитч, краем уха слушая комментарии. Он поморщился, глядя, как Флинт откровенно мухлюет и ведет грубую игру. Снейп-младший знал, как играют слизеринцы, но все же ему это не нравилось. Он заметил золотистую вспышку, но потом оказалось, что это просто солнечный блик. Гарри медленно облетел поле вокруг, глядя вниз. Это оказалось намного легче, чем он себе представлял — если внизу ноги подкашивались и сердце замирало от волнения, то в воздухе все стало неважно. Это была его стихия. У гриффиндорцев дела шли неплохо, они пока опережали слизеринцев, впрочем, те не унывали. За последние шесть лет Слизерин привык побеждать. Хоть и считалось, что в команду берут самых полезных с материальной точки зрения игроков, совсем уж неловких увальней на поле не выпускали. А сын декана с первых минут неплохо себя показал. — Что-то я волнуюсь, — пробормотал Драко, вцепляясь в мантию Блейза. Он никогда не думал, что первый матч Гарри вызовет у него такую бурю эмоций. А ведь Снейп-младший еще даже ничего толком сделать не успел! Малфой в него, конечно, верил. Верил настолько, что даже не стал завидовать, когда Гарри стал ловцом, хотя сам Драко тоже хотел бы играть на этой позиции — он понимал, что не сравнится со своим другом. Зато Рон Уизли не был таким уж терпеливым. Он тоже мечтал играть. Одно дело, когда в этом стремлении обходят старшекурсники, и совсем другое, когда это такой же одиннадцатилетка. — Неужели ты поссоришься с ним только из-за квиддича? — спросила Гермиона, толкнув Рона. — Посмотри, он ведь прекрасно летает, это было неизбежно. — Нет, я просто выскажу ему все, что думаю о его вранье. И о его отце. Первокурсника в команду не просто так взяли, ежу понятно, — буркнул Уизли. Гарри даже и не думал о том, что придется потом объясняться с друзьями, больше всего его сейчас волновал снитч. Внезапно мальчик заметил золотистый мячик примерно над серединой поля. Он резко рванул вперед, набирая скорость. Чистомет, конечно, не Нимбус, но в умелых руках тоже кое-что может. Со второго конца поля к снитчу уже летел гриффиндорский ловец. «Не дождешься», — подумал Снейп-младший. Его разум был ясен как никогда, он понимал, что путь начал первым, да и летит быстрее, так что у противника, пусть даже обладающего опытом и более новой метлой, нет шансов. Судя по возгласам, на стадионе это поняли и многие другие. Внезапно метла под ним начала тормозить и вибрировать, так что Гарри едва по инерции не перелетел через нее. Он знал свою метлу, он был с ней одним целым и понимал, что это совсем не нормально. До снитча оставалось всего метра три, гриффиндорец был уже почти здесь, когда в него внезапно врезался Флинт. Выражение лица у капитана было свирепое. Гарри терпеть не мог грубых нарушений, но понимал, что Маркус сделал это ради него. Дал ему время. — Какой омерзительный прием! — тут же высказал свое мнение Джордан. О, Снейп-младший был с ним согласен. Ему было невыносимо стыдно, но он втайне был благодарен Флинту за это. Иначе они проиграли бы и проиграли бы по вине Гарри. Он бы еще долго мучился совестью за своего капитана — времени было предостаточно, снитч снова скрылся из поля зрения — но тут метла снова задергалась. — Черт! — выругался Драко, вскочив со скамейки, из-за чего на него тут же недовольно зашикали. Остальные зрители тоже начали замечать, что с ловцом Слизерина происходит что-то неладное. Невилл испугался и закрыл лицо руками, Гермиона нахмурилась. Северус побледнел так, что цветом лица сравнялся с бумагой. Он попытался понять, что происходит. Судя по всему, метлу Гарри кто-то заколдовал — Снейп бы обязательно попытался вычислить этого ублюдка, но времени не было, ребенок и так еле держался в воздухе. Кто знает, сколько еще продлилось бы это бешенное родео? Северус сконцентрировался и начал произносить слова заклинания, пытаясь снять чары. Гарри почувствовал, как происходит борьба, это придало ему сил держаться. — Дьявол! — воскликнул Флинт, заметив происходящее. Он свистнул, привлекая внимание своей команды и кивнул на гриффиндорские кольца. Что ж, раз с ловцом беда, нужно постараться забить как можно больше голов, пока гриффиндорцы не разобрались, что происходит. Никто из Слизерина и не подумал спасать своего игрока. Маркус здраво рассудил, что их декан не позволит своему сыну свернуть шею. Гарри крепко обхватил метлу ногами и одной рукой быстро нащупал палочку, прикрепленную к предплечью другой. Теперь он был готов подстраховать себя при падении. Благо это заклинание мальчик отработал идеально. — Гриффиндор, смотрите на ворота, вам уже шестой мяч забивают! — простонал Ли Джордан. Отлично, игроки отвлеклись от Гарри. Он больше не мог ждать, пока ему помогут, он вот-вот мог свалиться с Чистомета на землю. Краем глаза мальчик увидел внизу золотую вспышку, но времени думать у него не было. «Я всегда смогу снова взлететь», — решил он и разжал руки. Падение было коротким, зато очень запоминающимся. Гарри успел замедлиться перед самой землей, так что даже потерявшая хозяина метла коснулась песка раньше него. Все, кто следил за ним, облегченно выдохнули. — Невилл, открой глаза, он жив, — сказал Рон. Он уже не был так категоричен по отношению к Гарри, начав ему сочувствовать. Все же упасть с высоты четвертого этажа — не самое приятное дело, даже для волшебника. — Что он делает? — спросила Гермиона, сильно прищурившись. Снейп-младший засунул руку глубоко в рукав и извлек наружу… — Снитч! Гаррет Снейп выполнил Перехват Пламптона и поймал снитч рукавом! — воскликнул Ли Джордан. — Если мадам Хуч засчитает это, то Слизерин побеждает со счетом двести — пятьдесят. — Засчитано, — прокомментировала судья. — СНЕЕЕЕЕЙП! — дружно загорланили слизеринцы, совершенно забыв, что они — чистокровные волшебники из приличных семей. Северус выдохнул. Ему так и не удалось снять проклятие с метлы, но Гарри все же справился. Ну ничего, он еще выяснит, кто это сделал, и тогда полетят головы с плеч. — Да как вообще?.. — сокрушался Рон. — Это же нечестно! — Да, ловца нашего они сбили, черти, — со вздохом сказал Хагрид, поднимаясь с места. — Только Снейп тут не при чем. Близнецы Уизли подошли к Гарри, который все еще приходил в себя. На их лицах было самое зверское выражение. Слизеринец посмотрел на братьев, уже готовясь к тому, что его объявят врагом номер один всея Гриффиндора. — Мы посовещались, — сказал Джордж, — и пришли к выводу. — Ты тот еще жук, Снейп, — продолжил Фред. — Но грохнуться с метлы и поймать снитч это… либо безумное везение, либо гениальность, если ты это нарочно. — В любом случае, ты тот еще сорвиголова, — вставил Джордж. — И между прочим, я никогда не думал, что скажу такое о человеке по фамилии Снейп! Но не думай, что кубок у вас в кармане. Рейвенкло и Хаффлпафф мы сделаем. — Слушайте, парни, а давайте потренируемся вместе, — предложил Гарри. — Мне показалось, вашему ловцу стоит отработать финты… и вы, — мальчик понизил голос, — передайте ему мои извинения. Я не хотел, чтобы так вышло. — Слизеринец извиняется за мухлеж? — Фред фыркнул. — Ну-ну. Ладно, Снейп, еще увидимся. Они ушли. Порядком вымотанный Гарри уже хотел идти переодеваться, когда его отыскал Хагрид. — Ну не ожидал от тебя такого, Гарри, — пропыхтел полувеликан. — В команду прошел и даже ни словечка не сказал, будто каждый день его в ловцы берут. Честно скажу, хоть и болею за Гриффиндор, но ты хорошо сыграл. Правда, Флинт ваш на поле вытворяет всякое, нехорошее. — Знаю, — мальчик помрачнел. — Слишком грубо. Я тоже не в восторге. — Ничего, Гарри, не расстраивайся, — Хагрид похлопал огромной ладонью его по плечу. — Не хочешь зайти, чаю выпить? Я это, кексы испек. Давно ты не приходил, совсем забыл обо мне, да? — Нет, что ты, — Гарри улыбнулся. — Только можно я с собой друзей возьму? Думаю, они захотят с тобой познакомиться. — Конечно. — Здорово! Сейчас переоденусь и мы придем! — воскликнул мальчик и убежал в раздевалку. Отец к нему после матча так и не подошел. *** — Снейп, ты же знаешь, что я не люблю этого, — процедил Драко. Гарри уверенно шагал вперед, ведя за собой его, Рона и Гермиону. Уизли уже почти не дулся. Обиды обидами, а любопытство все же взяло над ним верх. — Спокойно. Чаепитие с Хагридом — важная операция, — сказал Снейп-младший. — Помните о трехголовом псе? Так вот, никто во всем Хогвартсе не знает о животных больше, чем Хагрид. К тому же секреты он хранить не очень-то умеет. Вообще-то, очень хороший человек, хотя об его кексы можно сломать зубы. Драко, перестань ворчать. — А он правда полувеликан? — спросила Гермиона. — Да, но об этом упоминать нетактично, — заметил Гарри. Они дошли до хижины лесничего. Хагрид встретил их с радостью, налил всем чаю. Кажется, он слегка удивился тому, что Драко Малфой тоже пришел, но ничего не сказал по этому поводу, за что Гарри был ему благодарен. — А вас я уже видел, — сказал Хагрид, глядя на Рона и Гермиону. — Что, больше не спорите? — А чего тут спорить? Слизеринцы — подлые гады. Вы не можете это отрицать, вы сами все видели, — сказал Уизли. — Если бы ваш Флинт не сбил нашего Лесли, он бы поймал снитч. — Если бы какая-то дрянь не заколдовывала метлу Гарри, он был бы первым, — тут же с жаром возразил Драко. Хагрид быстро посмотрел на него. Что бы ни думали многие люди об умственных способностях хранителя ключей Хогвартса, в некоторых вопросах он был довольно-таки проницательным. Малфой ему показался заносчивым, но… было совершенно очевидно, что слизеринец неравнодушен к Гарри и искренне переживает за него. — Кстати об этом… кто бы это мог быть? Кто-то из преподавателей? — спросила Гермиона, явно на что-то намекая. Мальчики все удивились этому предположению. Грейнджер всегда отстаивала честь профессоров, а тут решила кого-то обвинять? — Нет, что ты, — вмешался Хагрид, — ерунда какая. Где же это видано, чтобы учитель пытался первокурсника с метлы уронить? Не может быть такого. — Я бы уже ничему не удивился в этом вашем Хогвартсе, — Малфой фыркнул. — То у вас тролли по подземельям ходят, то ловцов прямо посреди матча убить пытаются, то собаки всякие трехголовые… Все замерли. Гарри мысленно посыпал голову пеплом и думал, как бы теперь объяснить Хагриду, откуда им известно о собаке. А Хагрид, похоже, и сам напрягся. — Откуда вы знаете о Пушке? — подозрительно спросил он. — ПУШКЕ?! — хором воскликнули Гермиона и Гарри. Они, в отличие от Рона и Драко, этого пса видели своими глазами и никак не могли связать столь милую кличку со столь страшным созданием. — Ну да… собака моя, Пушок. Купил ее у кое-кого… а сейчас временно одолжил Дамблдору, ему Пушок нужнее. Такую штуку охранять — это вам не грядки вскапывать. — Что охранять? — спросил Гарри, глядя Хагриду в глаза. В этот момент его взгляд напомнил всем те самые взгляды Северуса Снейпа, когда кажется, будто он читает мысли. На полувеликана, впрочем, не подействовало. — Любопытный какой, надо же, — пробурчал лесничий. — Секрет это. Вот так вот. Вы лучше учебой занимайтесь, квиддичем там… дела эти вас не касаются, вот! А про Пушка забудьте и не говорите никому. Это только Дамблдора касается да Николаса Фламеля… Гермиона и Рон переглянулись, но промолчали. Глаза Драко заблестели, а губы растянулись в улыбке. Гарри сохранял непроницаемое выражение лица, но от Малфоя не укрылось, как тот дернулся, услышав последнюю фразу. Снейп-младший явно что-то знал. *** Они вышли из избушки Хагрида, когда уже начало темнеть, и направились к замку, но шли очень медленно. Многое стоило обсудить. — Так, ну и кто такой Николас Фламель? — спросил Рон. — Не знаю, — Гермиона, казалось, сама удивилась, что ей это неизвестно. — Это алхимик и зельевар. Помимо всех прочих достижений разработал формулу философского камня, который обращает любой металл в золото, а еще дарит бессмертие. Фламелю шестьсот шестьдесят пять лет, — сказал Гарри. — Возможно, в замке хранится философский камень и кто-то хочет его украсть. — Откуда ты столько знаешь? — Уизли прищурил глаза. Драко фыркнул. Сам он уже давно перестал удивляться познаниям своего друга. — Мой отец читал на ночь очень странные сказки, — Снейп-младший вздохнул. — Это вам не Зайчиха-Шутиха. Одна Спящая Красавица с подробным описанием процесса приготовления Напитка живой смерти чего стоит. После четвертого раза я, кажется, рецепт выучил наизусть. Но это лирическое отступление, вернемся к нашим баранам. Пушок охраняет философский камень, который кто-то пытается похитить. Давайте думать. — Эм, Гарри, ты прости меня… — Гермиона закусила губу. — Но я на матче сегодня видела кое-что. В общем, когда твоя метла начала дергаться, твой отец, он сидел и глаз с тебя не сводил, а еще что-то шептал. Ты не думаешь, что он мог бы попытаться… — Вы рехнулись? — спросил Драко, перебив гриффиндорку. — Снейп никогда не причинит вред своему сыну. Как вам на ум такое пришло? — Ну, мы подумали, что это может быть связано с нашим делом. Гарри слишком много знает. Ученику сотворить такое не под силу, — заметил Рон. — А из профессоров… — Что? — Гарри подался вперед и зло посмотрел ему в глаза, резко став очень похожим на отца. — Он лучше всех подходит на роль злодея, верно? Просто канонический Темный волшебник, конечно! Никто из вас не поверил бы, если бы я обвинил ваших родителей, так какого лешего? — Гарри, но согласись, мой отец и твой — совершенно разные люди, — осторожно сказал Рон. — Ну, коне-е-ечно, — протянул мальчик, почти перейдя на шипение, его глаза сузились и из зеленых стали едва ли не черными. Драко вздрогнул. Он быстро взял друга за руку и крепко сжал ее. Он знал, что случается, когда Снейп-младший так смотрит. — Не нужно, — сказал Малфой, глядя ему в глаза. Гарри резко выдернул руку, развернулся и размашистым шагом направился прочь. Со спины он казался просто маленькой копией профессора Снейпа. И точно также пугал. — Мне надо побыть одному, прости, — бросил он, когда Драко попытался его остановить. Пришлось отступить. Слишком хорошо помнилось, чем оборачиваются вспышки гнева его импульсивного друга — в прошлый раз потолок в комнате три дня ремонтировали. Малфой вернулся к гриффиндорцам. — Идиоты! Вы хоть понимаете, что говорите? — гневно спросил он, налетев на ребят. Грейнджер смотрела, открыв рот, а Рон насупился. — Мы сказали то, что думаем, — ответил Уизли. — Бараны, — выругался Драко. — Он же к вам всем с душой, а вам надо в эту душу плюнуть. Гриффиндорцы! Да у него нет ничего дороже отца, как вы не понимаете! — Вот именно. Он просто не видит, — сказал Рон. — Я тебе сейчас нос сломаю, честное слово, — пообещал Малфой, хотя вряд ли был на такое способен. — Ладно ты, рыжий кретин, но ты, Грейнджер! Что, понять простую вещь сложнее, чем выучить учебник наизусть? Не смейте, не смейте больше так с ним поступать, если не можете держать себя в руках, просто не подходите. Голос его подвел. Последние слова были сказаны с отчаянием. Гермиона ведь уже почти начала ему нравиться, но эти слова о профессоре Снейпе все перечеркнули. Гарри был спокоен, когда его отца ругали за характер или несправедливость, но заводился с полоборота, стоило начать обвинять Северуса в каком-либо преступлении. Он так верил в непогрешимость отца, что Малфой иногда сам начинал считать их родителей несправедливо обвиненными, хотя с детства не тешил себя иллюзиями. Пожиратели есть Пожиратели. — Идите к черту, — зло процедил Драко, когда магглокровка попыталась что-то возразить. — Я бы на вашем месте задумался, потому что совершенно точно ясно одно: Гарри с метлы пытался сбросить не слизеринец. Он побежал к школе так быстро, как только смог, хотя гриффиндорцы за ним и не гнались. А Драко ведь говорил, говорил же, что ничего хорошего из этой дружбы не выйдет! Он боялся даже подумать, что происходит с Гарри в этот момент. *** — Ну как? — спросил Драко, когда его хмурый и растрепанный друг вошел в их спальню. — В этот раз почти без разрушений. Прогресс, — буркнул Снейп-младший и без сил упал на кровать. На его мантии осталась пара подпалин, от волос пахло дымом. — Послушай, — Малфой присел на край его постели. — Я не верю, что твой отец мог так с тобой поступить. Наверняка это был кто-то другой. — Я знаю, что на поле это был не он. Папа пытался мне помочь, без него я бы так долго там не продержался, — Гарри вздохнул. — Но было еще кое-что. Помнишь Хэллоуин? Он тогда был ранен. Мы знаем, что с троллем папа не встречался, значит, это сделало другое чудовище — например, цербер. Он зачем-то пытался проникнуть в то хранилище. И летом у него были какие-то дела, я понятия не имею, где он был, когда ограбили Гринготтс. Такого просто не может быть, но факты, факты! Ты же знаешь, он самый сильный Темный волшебник среди наших знакомых, он смог бы… — Тише, — Драко погладил его по волосам, про себя отметив, что они все еще потрескивают от статического электричества. — Мы не знаем. Возможно, та штука, которую прячут, вовсе не была в Гринготтсе. Вдруг Дамблдор замышляет что-то… неправильное, а профессор Снейп просто пытается его остановить? — Или не его, — Гарри явно воодушевился. — Ты хороший, Малфой. Да, если допустить, что кто-то еще пытается выкрасть ту штуку, а папа хочет его остановить, это многое объяснило бы. Но непонятно, почему он не сообщил об этом Дамблдору. Ничего непонятно. Я не представляю, зачем ему это могло бы понадобиться. Денег у папы хватает, за бессмертием он никогда не гнался — я с ним всю жизнь, я знаю. Ох, зато он вполне мог затеять это во имя научного интереса… — Это всего лишь твои домыслы. Возможно, здесь нет никакой великой тайны. — Есть пес, есть люк и есть рана на ноге моего отца. А еще… он даже не поговорил со мной об этом случае. Я его видел, папа делает вид, что ничего не произошло. — Успокойся. Нам нужно выждать, пока не станет больше информации, — сказал Драко. — И не говори об этом гриффиндорцам. — Так и сделаю, — пробормотал Гарри. — Нет, теперь я совершенно точно должен выяснить, кто на самом деле охотится за философским камнем. Он заснул даже не раздевшись. Драко еще долго сидел рядом и размышлял. Выбросы Гарри его не пугали, но сильно тревожили — они были индикатором душевного состояния Снейпа-младшего. Судя по произошедшему, дело было серьезно. Так недолго довести его до нервного срыва, а Малфой не хотел, не хотел видеть, что происходит, когда Гарри находится на пике своей ярости. Что бы там ни говорили сплетники, этот мальчик был сыном своего отца, а Северус Снейп действительно являлся одним из сильнейших Темных. Драко твердо решил присматривать за другом, пока тот не натворил бед, из-за которых сам потом будет страдать. А Грейнджер с Уизли еще пожалеют. *** Северус ненавидел чай. Чай создавал иллюзию спокойствия и порядка, хотя на самом деле ничего подобного не было. Дамблдор спокойно сидел в кресле и поглощал конфеты, словно ничего не случилось. Словно никто не пытался убить Гарри Поттера на глазах у сотен детей. — Альбус, Гарри в опасности. Это только первое покушение, — сказал Снейп, глядя на директора исподлобья. — Я знаю, это Квиррел, это все он. — Северус, успокойся, — добродушно сказал Дамблдор, заставив профессора скрипеть зубами от злости. — Ты иногда забываешь, что это не твой ребенок. — И не ваш! — крикнул Снейп. — Как вы можете… мальчику угрожает опасность! В следующий раз он может не справиться, а мы можем не успеть. — Ну, ты же знаешь, как трудно найти профессора ЗОТИ посреди года. Мы не будем предпринимать решительных шагов, Северус. С Гарри все будет в порядке. Не думаешь же ты, что я позволил бы Мальчику-Который-Выжил упасть с метлы? Северус замолчал. А что он мог сделать? Директор был опасен, очень опасен. Снейп старался защитить Гарри от Дамблдора и его планов, точно также, как Альбус пытался защитить Гарри от Северуса и его влияния. — Тебе лучше пойти к себе. У тебя был тяжелый день, — мягко сказал директор. Снейп мысленно досчитал до десяти, чтобы не наделать глупостей, и встал из кресла — не у одного Гарри были проблемы с контролем гнева. Он все же не удержался и хлопнул дверью, словно истеричный подросток. Нужно было многое обдумать. У Северуса в затевающейся игре были не самые прочные позиции. Перед Дамблдором у него был лишь один козырь — они оба это знали. Гарри боготворил своего отца, если Снейпа не будет рядом, контролировать мальчика будет просто невозможно — это было единственной причиной, почему Северусу все еще позволялось лепить из него все, что заблагорассудится. Впрочем, судя по недавним событиям, Альбус собирался сильно ограничить его свободу. Что ж, здесь уже дело было за Гарри. Снейп успел научить его многому и был практически уверен: мальчик не ошибется с выбором, когда придет время. Он всегда считал, что одиннадцать лет — не тот возраст, в котором человека еще можно переделать на свой лад. Уж точно не для Гарри. И все же Северус с тоской думал о том, что зря, зря не решился написать Каркарову и определить ребенка в Дурмстранг.