Часть третья «На острове»
17 мая 2017 г., 20:55
Испытай один раз полет, и твои глаза навечно будут устремлены в небо. Однажды там побывав, на всю жизнь обречен тосковать о нём. Леонардо да Винчи
Крылья лунной бабочки или кльятхъ а'гельях деалан-де, так зовётся ритуал, проходящий в ночь с двадцатого брадана - единственный день в году, когда на бларан кальи, где распускаются первые весенние цветы - пульмонарии, собираются целые рои светящихся созданий с большими тонкими крыльями и длинными шпорами, несущими лунную пыльцу. Одинокие альбы выходят на поляну и выбирают любой первым показавшийся им цветок, садятся возле и ждут, когда же бабочка его опылит. Главным в ритуале является то, какой будет следующая остановка насекомого, ведь именно таким образом дивный народ выбирает себе пару, благословленную самой богиней прародительницей. - Неисповедимы пути, вытканные Туате Де Данаан. Каждому судьбу она выбирает посильную, иначе и быть не может, - твердила сибилла, перелистывая тканые полотна перед представителями Айке Альбе. - И когда брат должен выйти на бларан кальи, если после нескольких неудач он обходит празднество стороной? Хендрика с опаской посмотрела на своего могущественного родственника, но не стала отступать в страхе быть наказанной за неуемное любопытство. Если их холм выродится, то т'хальневей не смогут выжить, несмотря на дар магии и обособленность географического положения. Форморы, давние враги, набирают власть на материке и рано или поздно смогут сломить своей армадой воздушные или морские границы, подмяв под себя жалкую горстку оставшихся в живых после прошлой войны представителей её народа. Только хозяин и хозяйка способны творить верховную волошбу такой мощи, но после своего позора Хендрика осознаёт, что обязана отступить от звания Бин-Альбе. Пока тайна никому кроме них четверых неизвестна, но рано или поздно всё скрываемое выплывает на поверхность. - Фер-Альбе почувствует, когда время придёт. Дану даст знак и судя по вибрации воздуха это будет совсем скоро. Слепые белые глаза страшно замерли в одной точке. Жрица водила руками, но больше не промолвила ни слова. Мужчина резко развернулся и вышел, понимая, что необходимость его пребывания на чтении священных текстов прошла и теперь он, как занятой правитель, имеет полное право удалиться. Подаст знак в котором он не нуждается, раздраженно сжал губы альб, обходя парадный вход и спускаясь по черной лестнице - не хватало, чтобы подданные расспрашивали его о сегодняшних пророчествах в кондотелуме. Никто так и не нашёл главное разрешение проблемы - как уничтожить всех демонов, расплодившихся на человеческих землях и в горах серпентов, но при этом не уменьшить и без того немногочисленную популяцию ныне живущих альбов? Будто смена Бин-Альбе как-то сумела бы помочь. Хотя Лицию действительно следует сместить в свете всех событий, особенно после того, как кокон безвозратно пропал. - Мой повелитель? - басовитый рокот ближайшего телохранителя заставил вздрогнуть. - Могучий Дайре, мы уже это обсуждали, - обратился мужчина, оглянувшись, не увязалась ли за ним сестра и не нужно ли испытывать никому ненужные неловкости. - Для тебя я работодатель и то, только потому что ты слезно просил оставить тебя на острове. Оба поморщились от воспоминаний неприятной сцены, случившейся после возвращения Бин-Альбе из плена. Верморф, а это был именно один из представителей кочевнических племен, первым выплыл из давних воспоминаний: - Ящероподобные подали тревожный сигнал. Продолжение войны не за горами. Хозяин холма выдавил лишь одно слово, заимствованное из наречия гару, широко распространенное среди верморфов: - Вешвиндар, - что дословно обозначает бесповоротное осуждение, знаменующее полный разрыв отношений и отторжение к кому-либо или чему-либо. Войны только им и не хватало после стольких лет зализываний ран. Ведь когда на материке хлынули вражеские войска, они попробовали отвоевать горную страну, но попытки вышли тщетными, получилось лишь слегка сместить границы и позволить своим союзникам - серпентам жить относительно свободной жизнью. И вот, спустя стольких лет затишья, форморы опять взялись за старое - настичь и убить своих кровных врагов. - Я с этим разберусь, - кинул Фер-Альбе Кедеэрн Ерианус Сеабхаг Айке через плечо, зашнуровав плащ и отвернувшись - Лиция здесь, скройся раньше, чем она захочет тебя утопить. Хлопок и верморф остался в одиночестве, наблюдая как рассеивается дымок после исчезновения главного альба острова. Действительно стоит убраться с дороги спесивой Бин-Альбе, решил Дайре и устремился прочь со двора кондотелума.
