Полёт хищной птицы

7 гидха 954 года от объединения племён Я почти освоилась здесь, хотя движения очень отягащало мое бремя. По утрам жутко пухают лодыжки, к вечеру болит поясница. Эл постоянно где-то пропадает, а я боюсь других выживших. У каждого взгляд такой отрешенный, что становится ясно - все мы осколки чего-то. Забыться бы наконец. Отрывок из дневников Сейлан Сибильды

Кап-кап - настойчиво барабанил по дырявой крыше тропический дождь второй день подряд. Конденсация водяных паров подобной силы, что стояла на днях, все же обрушилась на остров в виде ливня и возможно штормовыми волнами, бьющими берег океана. Подкидывая сухой хворост в едва пляшущий огонек, поднесла продрогшие руки к заветному теплу. Небольшие яркие искорки подпрыгивали в воздух от треска, освещая собой дальний участок занятого периметра. Какой бы ни был сарай рухлядью с зелёным поросшем внутри углов мхом, паутиной, свисающей гирляндами с потолка и стойким запахом чего-то древнего, защитой от бушующей стихии он был более привлекательной, чем кроны и стволы деревьев. Мы в нашей берлоге, как в шутку называет амбар оживший Каэтано, сидим уже пятые сутки. От перевертыша не было никаких вестей, что неминуемо нервировало, заставляя подозревать Кедеэрна в отловле возможных ренегатов и вершении поспешного над ними сурового суда. Провианта было немного, худо-бедно я сумела поймать и приготовить несколько белок и одного зайца ещё в первые дни нашего посещёния этого места. Сейчас от еды, в основном, остались объедки, да кора непрезентабельного вида и вкуса, однако обладающая большим количеством витаминов. Раны на теле капитана, благодаря ручью и наспех приготовленному противобактериальному порошку из тертых и молотых трав, потихоньку начали сходить на нет. Уже на третий день мужчина почувствовал себя настолько хорошо, что смог самостоятельно пройтись за валежником по окраине. Иногда его все ещё знобило, но в такой влажности даже у меня дрожали внутренности. - Было бы замечательно вернуть мою Фунэ, - мечтательно в который раз протянул спутник, вспоминая свой теплоход, оставленный пришвартованным недалекот от холма Айке-Альбе. - Было бы замечательно самим вернуться, - не разделяла я мечтательного настроения, вытягивая одревесневшие ступни. - Где его носит? Мне уже и правда не по себе. Каэтано разразился хриплым кашлем с присвистыванием прямо из грудной клетки, но быстро сумел его побороть. Это остаточное явление, напоминающее архаичную чахотку, косившую людское племя направо и налево в позадавние времена, являлось последствием недолеченных бронхов. Однако не владея медикаментами, как-либо помочь мужчине было не в моих силах. - Я говорил, что не придет он! - всё-таки сумел подать голос капитан. - Дайре хитрый, сильный, избежит кары, но если уже не объявился, то видимо мы его больше не увидим. В очередной раз отмахнулась, понимая, что к единому мнению прийти не получится, уж больно разное у нас видение ситуации. Несмотря на страх, что все сорвется, глубоко внутри мне казалось, испытания не могут на этом прекратиться и все далеко впереди. Почему-то история с двумя квартеронами очень сильно задела. Они истинное доказательство того, что я не ошибка, что некоторые такие плода от кровосмесительной связи могут быть обожаемы всем народом, а не лишним напоминанием о чьем-то позоре. Нужно попробовать спасти бедняжек, а не оставаться здесь в богом забытом ангаре с плохо пахнущим немытым человеком. К сожалению, без перевертыша никакие новости о возможной войне сюда не доходили просто потому, что альбы почему-то предпочитали не появляться в этих местах. Первое время я ещё задавалась, чем этот лес отличается от прочего на острове, но потом началась непогода и на праздные думы перестало хватать времени. - Знаешь, у тебя в глаза что-то попало, - заметил неожиданно капитан, смотря с каким-то священным трепетом, никогда прежде не приобразовывающий грубые черты лица с рубцовым шрамом. - Что? - отвлеклась от играющего костра. - Твой взгляд. - Что с ним? - недоуменно перевела оный на бородача и заметила, что детали вокруг приобрели какую-то несвойственную им выпуклость. - Он изменился и глаза почему-то светятся золотым, - ещё тише произнес Каэтано, немного отодвигаясь. Это была удивительная метаморфоза, обычно бывший пленник либо в большом количестве шутил, либо иронизировал, но всегда себя вел нагло и навязчиво. Сейчас же в нем появилась некая робость или даже страх. - Да все нормально, - смежила веки и потерла очи. - Просто устала. То что все было не так уж и безыскусно, стало ясно, когда мы устроились ночевать на застеленной многослойными полотнами из листьев земле. В непосредственной близости от ушной раковины зажужжало кровососущее насекомое, мешая забыться верным сном. Вытянув шею, чтобы убить надоедливое существо, я почувствовала хруст первого, а за ним и последующих позвонков, шея против воли выгибалась и крутилась. Постепенно во всех конечностях появлялось преломляющая боль, стягивая мышцы в перекрученный комок ноталгии. Мои глаза будто кровоточили, в уши протолкнули толстые поролоновые горошины, а потом захотелось кричать. - Кыш, - почему-то замахнулся на меня увеличившийся в размерах Каэтано. Шум в ангаре разбудил и его. Да не просто занес руку в предупреждении, схватив палку, он попытался метнуть её в мое тело, но вовремя успела отскочить, порывисто подняв и опустив руки и оторвавшись от пола. Что?! Взмах один-другой и я у потолка, изображение перед глазами подрагивает от нестатичности положения, зависшей меня в воздухе. У самой крыши есть круглое окно, единственная возможность выбраться на волю, а желание ощутить свежий воздух и открытое небо над головой было нестерпимым. Прежде чем осознать, что делаю, стрелой пустилась к небольшой стеклянной окружности, но звона разбитого стекла не услышала. Оказавшись на улице, удивленно обернулась. Окно осталось целым и невредимым. Посмотрела вниз - земля виднелась далеко, около трех метров. Может я умерла? Мое тело определенно не слушалось, ведомое какими-то генетическими рефлексами, пронзая атмосферу, вело меня вперед и ввысь. Вот уже мы парим у самых верхушек деревьев, а я все ещё не могу поверить, что полноценно лечу. Как такое возможно? Острое периферийное зрение позволило выявить черную точку почти сразу в ближайших обозримых 17 километрх по переметру. Сгруппировавшись для выпада, завела две конечности за спину и камнем полетела к конкуренту, почувствовав, как лопатки сошлись на задней стороне туловища. Вцепившись в горло внушительно размера беркута, попыталась сдавить сильнее, не понимая, откуда берется такая агрессия. Под контролем мощных лап крупная бурая птица задергалась, пытаясь освободиться от оков. Сцепленные, мы камнем летели к травяному ковру и только лишь в самый последний момент, выпустила жертву, позволив спастись. Что со мной, отлетев на почетное расстояние от нашего гнездования с тем человеком, подумалось мне. Но внутри билось нечто чуждое, дикое, первобытное. Стало несколько страшно, но сознание достаточно быстро адаптировалось к новой форме. В какой-то момент я осознала,что значит обрести айке, не зря это слово очень созвучно с переводом “птица”, а богиня, которой поклоняются т’хальмевей, признанный оборотень и имеет вторую ипостась белой совы. По крайней мере правящему роду Айке-Альбе не зря дали первое наименование, синеволосым представителям своей расы приписывают такие особенности как перевоплощение в пернатое создание. Это как разновидность родовой магии, заимствованная от самой покровительницы. Это не единственный народ, которого боги наделили своим даром. Например, тем же форморам свойствен распад на молекулы и атомы для мгновенного перемещёния на несколько десятков километров. То, что это подарок, той самой Девы из озера, как указывают источники, действительно существует, я испытываю большие сомнения, так как ни за одним демоном не наблюдала подобной особенности. А вот в случае с родом повелителя кажется не наврали. По крайней мере мне передалась вторая ипостась, которая именно в эту ночь вздумала проснуться. Интересно, вдруг подумалось мне, когда с легкостью взмахнула двумя крыльями, направляясь в сторону холма Фер-Альбе, а каков мой внешний вид и получится ли у меня разведать обстановку не выдавая себя. В общем, есть ли в местной фауне те птицы, вид который я сейчас приняла? Приютившись на ветке решила поспать до рассвета, распушив перья, от чего стало теплее. Надеюсь до прихода утра сумею продержаться, иначе лететь под светом звезд с изменившимся зрением то ещё удовольствие. Чье пернатое тело сейчас я не занимаю, это явно не ночной хищник. - Форморы требуют обмена полукровками. Ни на какие другие уступки их нынешний предводитель идти не хочет, - услышала доклад одного из советников т’хальмевей, как только добралась до дворцового корпуса в первыми рассевтными лучами. Почему Кедеэрн не позаботился о шумоизоляции или ещё непонятней, не решил провести высокое собрание в действующей скрытой от глаз столице - неясно. Вот только сквозь люкарну отчетливо доносились произнесенные слова и уменьшенное в десять раз сердце стучало ничуть не глуше. - Вы нашли её? - стекло запотело и не позваляло разглядеть мужчину с завораживающим жестким как наждачная бумага голосом. - Никак нет, мо Фер-Альбе, - откликнулся кто-то из ответчиков с трепетом. Судя по ощущениям в комнате находилось около семи тел. - Внизу порождается все больше слухов о том, что потомки Лугофера живы и в наших силах их спасти, - спокойный умудренный жизнью голос спокойно прозвучал где-то из дальнего угла. - Ты знаешь, что именно об этом говорили сибиллы. Дану не простит нам бездействия. Глухой звук встречи неодушевленного предмета с полом. - То есть риск будущей Бин-Альбе никого не волнует? И откуда ты знаешь про столичные сплетни вообще? Навострила свои слуховые отверстия едва ли не припав к оконному проему. Страх быть увиденной слегка сковывал, но благодаря своему шпионажу я могла однозначно судить, что война не началась. По крайней мере флот не отправили на материк и вообще повелитель не спешит со своими действиями больше затрачивая силы на мою поимку. ЧТо произошло с Дайре и почему такая заминка тоже непонятно. В разговорах он не фигурировал. Заметить его в обозримом пространстве мне тоже не удалось. Конечно, то, что я сумела, наконец, обрести айке немало тешило мое самолюбие. Однако как внезапно получилось трансформировться, так бы внезапно не стать обратно собой. Ведь сам процесс образения осознать я не успела. А вот данный конкретный момент был бы наиболее неудачным. - Она не стала Бин-Альбе. - Формальности! - тон Кедеэрна был живым, хотя и чрезмерно раздраженным, почти со столь же утробным рычанием в слогах, как у перевертыша. - Мы стали друг для друга бетроядами. - Мы можем создать иллюзию девчонки, - заметил все тот же спокойный голос, который я не признавала. На слух складывалось впечатление, что это более чем великовозрастный т’хальмевей, который мог бы поспорить в летах самой Морганикой, хотя треска и иных старческих признаков слышно не было. - Я не смогу поддерживать магию на таком расстоянии, - чуть менее запальчиво произнес Фер-Альбе. - Ты же понимаешь, что структуру химеры остальных форморы раскусят на раз. - Не совсем, - задумчиво протянул собеседник. - Лиция сможет подпитывать фантом. Тем более доводить обман до конца и не нужно вовсе. - Ты хочешь пробраться в этот человеческий город? - усмехнулся Кедеэрн. - Судя по описаниям он довольно неплохо охраняем. - Изнутри мы сможешь отключить щит, - заверили. - Пора разбить союз выживших людей с демонами. Молчание. Перебежала по карнизу к другому окну, с любопытством следя, ка летит мелкая крошка под лапами вниз. - Вон, - приказ повелителя никто не сумел оспорить, об этом свидетельствовал недолгий шум вставший сразу после. - С сестрой поедет перевертыш, пусть переговорит с кланами. Пора объединять силы, - уставший тон хозяина холма заставил меня затрепетать, но желания скрыться от его загребущих рук было сильнее. - Мне одно непонятно, где девчонка. Я же отчетливо ощущаю её на острове. - А Яртикада сейчас обрела свою психофору. От удивления открыла клюв. Вид птицы отдавал мифологией, отчего в дикой природе их никогда не встречала. - То есть ты знаешь, где она? Несколько напряглась, понимая, что пора держать курс обратно к амбару. Кажется, этот старик не так прост и знает очень многое. А быть пойманной из-за чьей-то внезапно чувствительной интуиции не входило в планы. Главное уже известно - Дайре не предатель, иначе зачем его отправлять на материк говорить с другими верморфами и наверное прочими перевертышами. Да и война пока не активна, лишь отношения продолжают нагнетаться, но в этот раз возможно альбы наконец вступят в бой. Выпорхнула, подхватываяемая потоками воздуха. Первые три взмаха жались тяжело, но быстро мышцы подстроились к темпу, уже, теряясь в ветках деревьев слышу скрип открывающегося окна и разряд творимой волошбы в воздухе. Едва успела скрыться за стволом дерева, иначе успела бы понять, что это за наэлектризованное чудо и что оно делает при встрече с живым объектом. Несколько анималов скромно переросли во вполне себе весомое - без нескольких недель год на острове. За это время я успела стать почти женой своему дяде, потерять зрение лучшему другу, лишиться воспоминаний о его брате, узнать много тонкостей из практики б’хиалах лоа, обрести биологическую мать, узнать, что мой отец вселенское зло и обрести свою альбе, но ни в одном из этих сценариев не числится тот самый старец, который беседовал с повелителем. Кто он и откуда мы знакомы? Почему Фер-Альбе столь доверчив по отношению к нему? Немного отдышавшись у самой макушки карликового дерева, решила направиться к нашему сараю. Облет сверху показал, что погони за мной не направили,а это очень радовало, потому что в душе начала опять теплиться надежда. Наш перевертыш скоро будет, я чувствовала это. Освещённая опушка на первый взгляд была безлюдна, будто нарисована кситью какого-то отшельника, который попытался в красках передать, как хорошая первозданная природа и как её порятит чужеродное вмесшательво, то есть тот самый покосившейся от возраста ангар, в котором и ждал меня притихший Каэтано. Спустившись на землю, решила подпрыгнуть, зажмурив глаза. Ничего не произошло даже после трех проделанных попыток. Детально представила в голове увенчивенчивающие мою голову мохнатые уши, надеясь, что таким образом мое птичье тело смениться на обычное. - Ну же, - вопрсоила, однако клюв повторил какое-то протяжное курлыканье. - Кто здесь? - послышалось из сарая. Скрипнула весьма прочная деревянная дверь, из-за которой сверкнули вишневого оттенка карие глаза среднестатестических человечских размеров. Серьга в ухе блеснула им вслед, привлекая мое неудержимое внимание. Так и захотелось сорвать рыночную цацку и проверить её на прочность. - Яра? - полуудивленное, вопрошающее. Удовлетворенно кивнула, понимая, что бессонная ночь для кого-то не прошла даром. Все же сложить дважды два, а точнее, откуда в закрытом сарае появилась птица и куда делась напарница - несложно. - Может обернешься обратно? Хотелось клацнуть крючковатым клювом у самой волнистой спинки капитанского носа с круглым основанием. Вернуть себе прежний вид у меня как раз и не выходит, как бы не старалась. Без дельного совета прошедшего инициацию альба тут явно не справиться и как назло в голову лез единственный персонаж, способный помочь - Кедеэрн. Однако синеволосый повелитель вряд ли будет довольствоваться коротким диалогом. После долгого дождя, воздух разрядился свежестью и душистым ароматом мокрой травы. На Эмек-Амир Ханане все было наоборот, и когда Северное полушарие недавно пережило осень и уже готовиться к настоящей зиме, то здесь наступает самое что ни наесть жаркое засушливое лето. - Ты сможешь стать обратно собой только, когда успокоишься и подавишь в себе все животные инстинкты, - низковатый раскатистый голос прорвался в глубь сознания и откликнулся радостью. - Дайре? - спросил капитан, нахмурив свои темные брови. Он до последнего не верил в нашего перевертыша. Мужчина кивнул, а после присел на землю рядом со мной. - Слушай мой голос, - шипящие нотки в первом слове заставляли хохлиться. - Не позволяй альбе завладеть тобой. - Огромные ручища заключили в плен мое пернатое тело, фиксируя. - Вдохни как можно больше кислорода! - Какой там, я не могу соображать, когда меня сковывает хищник. - Не рыпайся и задерживай дыхание, - прорычал приказ, переставая бороться. Послушно втянула восковицей как можно больше воздуха, а затем замерла, задрав голове. - Закрой глаза и вспомни, каково тебе было, когда ты была полукровкой. Только сильные чувства способны тебя возвратить в свое настоящее тело. Отгородившись веками, перестала видеть как мелькают из-под тонких губ острые наточенные клыки ветморфа. Перестала слышать, будто опускаясь на дно. шороховатый голос с брутальными нотами. Детство и юношество пронеслось быстро перед глазами, никак не откликнувшись внутри теплом, возможно лишь точеные черты Пирана немного пошатнули стену, выстроенную моей альбе. А вот события, разворачивающиеся после, колокольчиками зазвенели в районе живота - Ферхо и его предательства, встреча с Икаром, Кедеэрн. Обратное превращение сказалось на теле жутким хрустом во время перестраивания костей. Мое тело будто вытягивали на дыбе, от стресса ноги дрожали и подергивались. Подавилась и закашлилась криком, а потом почувствовала, как губы смочили родниковой водой. - Пей, девица, станет немного легче, - почти ласково пробубнил Дайре, прижимая горлышко фляги ко рту. Живительная влага смочила пересохшую гортань, выталкивая последние сгустки чужой энергии вниз по пищеводу. - Это всегда так больно, - едва отдышавшись, села с помощью поддерживания за плечи перевертышем. - Каждый раз, - подтвердил тот. Передернулась. - Трансформация? Что г’нолы, что аилуры, что верморфы имеют второе боевое видоизменение, как принято говорить, заимствованное, но несколько модифицированное от их тотемных животных, а именно: гиен, кошек и медведей. - Будто меня через мясорубку пропускают каждый раз, - удостоверившись, что я больше не нуждаюсь в помощи, отошел на пару шагов мужчина. Каэтано не спешил поучавствовать в беседе, с удивлением разглядывая мою персону. Казалось, он не ожидал во мне встретить ничего более необычного, но оно все же произошло. - Ах да, - усмехнувшись, кинул через плечо Дайре, протягивая стянутую с торса рубаху, - накинь. С ужасом осознала, что после превращения сижу голышом на траве и ежусь от прохладного ветерка, пробивающегося сквозь сомкнутые ветви деревьев. Встав в одном порыве, прижала к груди короткую ткань и вбежала в сарай, громко прикрыв за собой дверь. Сквозь хлопок сумела различить смешок человека. Видимо ситуация сама собой разрядилась. Запасная одежда была той, что принес верморф, тоесть совсем не по размеру, но перед отплытие тот обещал доставить мне пару моих комбинезонов из личного гардероба. Каким образом тот сумеет проникнуть в мои покои и добыть вещи, не навлекая на себя подозрений, терялась в догадках, но больше даже не позволяла сомневаться в слове перевертыша. Кедеэрн уже дал приказ о том, что через два дня флотилия отправиться к берегам материка. Дайре с его личным небольшим отрядом из пяти метаморфов и нескольких т’хальмевей будет выделен отдельный корабль, поэтому протащить нас на судно не должно составить труда. - Альбы давали мне мьенн, поэтому нарушить прямого приказа не смогут, а перевертыши живут по совести, мы не предаем своих, когда на горизонте общий враг, - заверил меня верморф, очищая ножом рыбу от чешуи. Пришел он в нашу хибару, как оказалось не один, а с морскими гостинцами, обещая приготовить потрясающую похлебку. По главным антагонистом подразумевались даже не форморы, а мой кровный отец Торагог. Мало того, что тот наделил себя практически всемогущей властью на континенте, принял черный огонь из рук самого шалыганы, став верховным жрецом, так именно он отстаивает притязания демонов на месть альбам. - А что касается Бин-Альбе? - чуть позже, пытаясь остудить еду посредством вытянутых губ, через которые выдувала воздух, спросила у мужчины. Расположились мы вокруг костра, привычно молчаливо наблюдая за танцами огня. - Ты про себя или Лицию? - заразил того ехидством Каэтано, не иначе. - Мою мать, - поморщилась и потрясла обожженной рукой. - Поплывет с нами. От такой краткости прекратила свои манипуляции и неверяще уставилась в лицо собеседнику. Каэтано подхватил мое настроении, отставив плошку. - А она конечно же повелителю нас не выдаст, - косообразный шрам искривил уголок губы, отчего рот исказился в угрюмой усмешке. - Не выдаст, - подтвердил верморф, а в глазах плясало желтое пламя. - Она тоже дала мне мьенн. Еле сдержалась, чтобы не приоткрыть рот от изумления. - Что? Обсуждать свою личную жизнь с нами сегодня Дайре не был намерен, об этом сообщали желваки, заигравшие от стиснутых челюстей. Резко встав, он покинул нашу стоянку, ничего не сказав. - Я приду на рассвете третьего дня, - услышала шепот из темноты спустя несколько минут. - Сразу по прибытию открою портал на корабль, будьте готовы. Оглянувшись, заметила, что от перевертыша простыл и след. Он забрал принесенную суму и оставил авоську с рыбой на плоском камне, а потом будто бы растворился в воздухе. Даже запах практически не ощущался, как бы не старалась. Кажется опять пришло время ждать.