Could you break our Fall?

Рато хлопнул третий стакан кореллианского бренди и устало провел рукой сквозь грязные и отросшие волосы. Он уже полгода как застрял в Коронете. Почти без денег, без знакомых, без всего. Бренди не в счет - воды у бармена не водилось, а пить хотелось, несмотря на чистый городской воздух, и приходилось тратить то немногое, что сумел заработать ночью. Рато блеснул глазами и поднялся из-за стола. Передвигаться было всё ещё сложновато: после того, как во Внутреннем Кольце ему прострелили ногу бластерным зарядом, кость до конца не срослась. Поначалу он думал, что останется калекой на всю жизнь. Но потом осел на три месяца в заброшенном ученом центре в лесу, где нашелся оставленный, но еще не растащенный сухпаек, по новой сломал кость в еще работавшем медблоке и сумел срастить на этот раз гораздо лучше, чем в первый. Снаружи бара свежий ветер ударил в лицо, отбрасывая длинные рыжие пряди за плечи, и Рато глубоко вдохнул, пытаясь сбросить на выдохе всё скопившееся напряжение. Полгода. Полгода здесь - еще год шатаний по Галактике до этого. Немудрено. Глупый маленький сын Брендола Хакса и не знал, на что шел, когда желал доказать всем, что он всего может добиться сам. Он доказал, что хотел, сам себе, и мечтательного мальчишки давно не было, но от этого не становилось легче. Хаксу было семнадцать, он постепенно забывал собственное имя и отчаянно желал попасть домой. Грязь, казалось, въелась в кожу, запах пота и алкоголя - в ноздри, а привитая с детства любовь к порядку вызывала в нем отвращение к царившему в Галактике беззаконию, нагло прикрывающемуся законом. Но в Неизведанные регионы каждый корабль не ходил. Ткнувшись в насмешки и издевательства раз, другой, третий, Хакс оставил эту затею. К тому же, он никому не мог прямо сказать координаты дома - это была секретная информация, а разглашение таковой по праву считалось предательством. Хакс перекинул больную ногу через перила, потом с трудом сел и перекинул вторую. Бар располагался на десятом этаже, внизу расстилалось необъятное буйство зелени, и во все стороны света из этого моря торчали такие же стеклянные дома, как и тот, в котором он находился. На севере, в просвете между зданиями, зелень обрывалась, и там Коронет превращался в один огромный серый космопорт. Именно туда стремилось сердце Хакса. Каждый вечер он перебирался из бара, в котором обслуживал клиентов и оттирал полы и посуду за пыльную комнатушку в подсобке, туда и шатался в поисках любой работы, связанной с кораблями. Находил ли он или нет, худощавый рыжий паренек Рато всегда наблюдал. Как и что делают пилоты, какими терминами пользуются, что обсуждают. А уж если попадалась работа внутри корабля, то он никогда не стеснялся попутно расспрашивать об устройстве и управлении судна. Чаще всего с ним охотно болтали, реже - давали оплеуху и требовали не отвлекаться на трепотню. Хакс стремился к моменту, когда он почувствует в себе уверенность, что сможет поднять звездолет. Сейчас он неплохо разбирался в теории, но полное отсутствие практических навыков убивало его. Не то чтобы было страшно взлететь и разбиться, - нет, после того, чего он навидался, и тех дыр, в которых месяцами жил, он не боялся умирать. Было страшно не добраться до заветной цели. Рато не думал, что его ждет дома, когда он вернется и вновь сможет назвать себя своим настоящим именем. Перспектива просто ступить на родную землю оказывалась слишком желанна и напрочь перекрывала собой всё остальное. - Мяу? Рато повернул голову и глянул вниз: - Опять ты? Сидевший на стеклянном полу балкона котенок таращился на него круглыми зелеными глазами. Он, видимо, жил где-то в складах бара, потому что на глаза попадался нередко. В некоторой степени котенок напоминал Хаксу его самого: мелкий, рыжий, тощий, грязный, одинокий и бездомный. Удивительно, что животные еще не перестали вызывать в нем сочувствие, в то время как разумные расы - уже очень давно. - На, - усмехнулся Рато и, покопавшись в кармане, вытащил оттуда кусок вяленого мяса, стащенный вчера в космопорте, и уронил его на балкон. Рыжий котенок моментально вцепился в подачку зубами и утащил прочь, быстро-быстро перебирая маленькими короткими лапками. Хакс проводил его глазами и отвернулся обратно к городу, небрежным движением руки отбрасывая полезшие в глаза волосы. Может, когда он свалит отсюда, то прихватит звереныша с собой, потому что никто его особо больше и не подкармливал. - Пап, подожди! От неожиданно громкого голоса Хакс зашипел и дернулся, едва не свалившись с балкона. Кой хрен так орать, что во всем Коронете слышно? - Рато! Уродец, куда ты подевался? - раздался из помещения сварливый голос владельца бара. - А ну обслужи-ка гостей, тут к нам сам Ха... - Тише, Майш, - со смешком оборвал его другой голос. - Я тут не совсем легально, не горлань. Хакс перекинул ноги обратно через перила и поспешил вернуться в бар прежде, чем его при гостях, кем бы они ни были, оттаскают за волосы. У барной стойки стояли двое: высокий подтянутый мужчина в кожаной куртке и с частично посеребренными сединой волосами и пацан лет двенадцати-тринадцати со смольно-черными кудрями, видимо, тот самый, который звал. Глядя на них, Рато готов был поставить почку за то, что они друг другу не родня, но мальчишка снова повернулся к мужчине и улыбнулся так, что даже глаза заблестели: - Ты правда здесь родился? - И родился, и вырос, - хмыкнул тот. - Бен, пора бы уже запомнить, что твой папа не сочиняет небылиц. Мужчина понизил голос, но Хакс, прошедший мимо него за барную стойку, всё равно услышал: - Не то что твоя мать. - Сэр, - негромко обратился к нему Рато. - Выпить? Гость обернулся, впервые обращая на него внимание, и широко ухмыльнулся: - Мелковат еще мне выпить предлагать с такой неуверенностью. Я, между прочим... - что бы он ни хотел сказать далее, он проглотил. - Тащи бренди шустрее. И два стакана. Черноволосый Бен метнул на отца едва ли не восхищенный взгляд, а Хакс уже отвернулся к шкафам с алкоголем и, потянувшись, снял нужную бутылку. Это ж надо было поить пацана этим дерьмом в его возрасте. Но приходилось молча подчиняться воле гостя, и Рато поставил наполненные стаканы перед парочкой, как он предполагал, контрабандистов. Взрослый тут же не глядя хлопнул целиком, а Бен сначала принюхался, а потом осторожно пригубил и тут же украдкой от отца скривился. Хакс не удержался от негромкого фырканья, за что тут же получил недобрый взгляд от старшего, но дальше этого дело, к счастью, не пошло. Бен же большими глазами оглядывал бар. То ли отец впервые взял его с собой куда-то, то ли просто мальчишка попался интересующийся. Рато молча ему позавидовал. У Бена была семья и наверняка был дом, даже если им являлся звездолет. Он едва не поинтересовался у его отца, нет ли у них этого самого дома-корабля и нет ли на нем работы, но внешний полунасмешливый и весьма самодовольный вид контрабандиста не внушал доверия. Вообще казалось, что где-то он его уже встречал, потому что лицо выглядело знакомым, но где и когда... - Давай, Бен, за первую посадку, - приподнял бровь тот и поднял стакан. Черноволосый поднял свой, но в последний момент стакан отчего-то выскользнул у него из пальцев. Рато вжал голову в плечи, ожидая звона разбитого стекла и очередной оплеухи от хозяина. Обычно за все проблемы доставалось именно ему. Возможно, стоило всё-таки подстричься, чего он не делал с самого побега, потому что Майшу скорее всего просто нравилось ловить его за длинную рыжую гриву. Но стакан каким-то невероятным, невозможным образом оказался вновь в пальцах Бена, и мальчишка, задорно сверкая глазами, подмигнул Рато. - Не бойся, - улыбнулся он. Тот от удивления не нашел, чего ответить. Тем временем на плечо старшего, так и не назвавшего себя, но явно хорошо известного контрабандиста опустилась рука Майша, и хозяин что-то доверительно шепнул гостю в ухо. Рато подавил желание еще раз попробовать спросить про корабль и глянул в сторону балкона. Над кореллианской столицей заходило солнце, отражаясь в стеклах теплыми, рыжими, как его волосы, искрами. И тогда, не говоря больше ни слова, Рато выскользнул из-за барной стойки и бесшумно скрылся в сторону лифта. Постепенно становящееся бессмысленным желание спросить у этих двоих про корабль не утихало всю дорогу до космопорта. Может, всё-таки стоило решиться и заговорить с отцом этого Бена.