part1
24 декабря 2015 г., 17:22
john murphy – the beginning
Чживон крепко сжимает руки на руле, сворачивая на главную улицу пустующего города, в котором совсем ничего нет, и пытается быть тише, чтобы не привлечь лишнего внимания живых мертвецов. Печальные виды вымирающей жизни. Чживону тошно смотреть, как погибают люди, но еще противнее видеть, как они убивают друг друга по воле инстинктов.***
Все начинается внезапно – с громких криков на улице. Чживон тогда даже не задумывается о сложившейся ситуации, потому что толпа, бегающая в ужасе по дороге, лишает времени на раздумья. Все будто с ума сходят. Вдалеке слышится взрыв, а после звук пролетающих вертолетов. Чживон совсем не понимает, что делать, но ноги сами собой несут на другой конец улицы, чтобы выяснить, почему творится такой хаос. Это первый раз, когда он встречает их. Совсем малое количество, разрастающееся с огромной скоростью. Чживон в шоке спотыкается на ровном месте и не может поверить случившемуся. Люди, совсем еще живые, которые только час назад здоровались с ним, теперь зубами вспарывают друг другу глотки, отрывают конечности, умирают, а потом воскресают. – Так не должно быть... Чживон падает на задницу и, тяжело сглатывая, не может сдержать слез. Все похоже на начало какого-то совсем тупого ужастика, где главный герой в почете. Чживон себя таковым не ощущает. Что-то скребет под сердцем, и Чживон ощущает каплями пота липкий страх на его спине. Его трясет, а все съеденное готово сейчас вернуться в этот мир, подходя ощутимыми комками к горлу. – Не со мной... не со мной... – шепчет он, впиваясь ногтями в предплечья, стараясь привести себя в чувства, но пока получается херово. Страшное видение – жестокая реальность. Чживон скребет по асфальту. Его прошибает холодный пот, когда сбоку раздается громкое шарканье и невнятные звуки, но голову поворачивать отчего-то не хочется. Ему страшно до дрожи в коленях. Сразу встать не получается, ноги наливаются свинцом, приковывая к земле, и он, скользя рукой по чему-то густому, заваливается набок, начиная рыдать уже в голос, не сдерживаясь. Рядом лежит половина человека, его соседа, который утром поливал цветы у себя на клумбе и ласково трепал внуков по головам, угощая конфетами. Чживон никогда этого не забудет. Стеклянные глаза смотрят на Чживона с укором, будто виня за то, что выжил. У Чживона руки чешутся с силой приложиться об асфальт, чтобы уже лежать здесь всегда. Сосед издает шипящий звук, и Чживон в страхе пытается отодвинуться назад. Как вообще такое возможно? Шарканье не прекращается, оно где-то рядом, прямо слева от его головы, глухими стуками каблучков приближается. И если бы не великая сила воли, Чживон бы никогда не поднялся, несколько раз елозя по кровавому пятну руками. Его лицо вместе с руками полностью в чужой крови. Чживону кажется, что смерть дядюшки Шиена (соседа) на его совести. Он пытается оттереть о футболку. – Что произошло... что здесь творится... Онемевший Чживон смотрит прямо в глаза трупу, который уже в метре от него. На заднем плане мелькает еще с десяток таких. Слетевший с катушек мир ломает все границы между реальностью и сном. Непрерывающиеся взрывы то и дело вспыхивают по сторонам, а Чживон неожиданно вспоминает, что важно сейчас сделать. – Ханбин...***
Припарковав машину в самом безопасном месте, Чживон заглушает двигатель и выбирается наружу, а следом за ним выходит и Ханбин. – Будь рядом, пожалуйста, а иначе я буду вынужден прострелить тебе ногу, – тихо говорит Чживон, осматриваясь по сторонам. – Я не Чану, за мной можно не следить, – зло шипит Ханбин и пинает банку из-под колы, на которой еще четко видна надпись "Жизнь – счастье!". Ирония судьбы, по другому быть не может, думает Ханбин, после чего направляется прямо по улице. – Туда не стои... – Все стоит, Чживон, я не маленький ребенок, меня за ручку водить не надо. – А по-моему еще как надо, или ты забыл, чем кончился прошлый раз? Ханбин резко замирает, впиваясь пальцами в кобуру на поясе, и Чживон понимает, что ляпнул чего-то лишнего. – Я знаю свое место в том происшествии, я знаю, что виноват, зачем ты напоминаешь мне об этом?! Для чего?! – Ханбин, тише. Ханбин громко шмыгает носом, пряча глаза за отросшей челкой. Все слетело с тормозов полгода назад и до сих пор не желает становиться обратно. Спать с закрытыми глазами не получается уже несколько месяцев, потому что зараза, охватившая весь земной шар, заставляет все время быть настороже. Чутье и быстрая реакция становятся главным элементов в погоне за "выжить", иначе жить попросту не получается. Куда не кинь взгляд, везде разрушения мировых устоев и принципов, законы давно недействительны, а жизнь теперь на вес золота. Ад на земле совсем не такой, как под ней. Все хуже в сотни раз, и это даже не остановить. Ханбин разглядывает причудливую надпись на коле, которая давно потеряла свой настоящий смысл, а потом идет дальше, не обращая внимания на тихое ворчание за спиной. – Пойдешь следом, я тебе ногу прострелю. – Ну и катись, вечно от тебя одни проблемы, – кидает Чживон и, разворачиваясь, идет в противоположную сторону.
