С первого взгляда

I look at you and my blood boils hot, I feel my temperature rise I want it all, give me what you got, there's hunger in your eyes (с) Heavens on fire (Kiss)

      Хейтер остановился у стойки с журналами, разыскивая глазами знакомые названия. Увидев цены, скривился: они там совсем офлертели, что ли? Наконец он подумал остановиться либо на новеньком выпуске «Плазмопринца», либо на авторитетном музыкальном издании «Галактический мегапророкер». Однако, вспомнив о своём новом привилегированном положении, ухмыльнулся и сделал то, о чём мечтал последние несколько лет: сгрёб в охапку и то, и то, а сверху приложил ещё небольшой альманах вышедшего в прошлом году оружия и «Чудеса и тайны: всё о магии и не только».        — Оплати, — бросил Хейтер сопровождающему его ищейке, уже открывая «Плазмопринца» на последней странице: очень уж хотелось узнать, как выпутался из последней передряги антагонист.       Пиперс с отрепетированной гримасой высокомерия вставил в кассовый аппарат новенькую карточку, но, судя по всему, маленькая психологическая атака оказалась безуспешной: кассир со скучающим видом вернулся к разгадыванию кроссворда, как будто каждый день видел здесь новоиспечённых злодеев.       Самое забавное, стоило признать, что примерно так оно и было: когда в Галактике пышным цветом расцвело беззаконие и романтика злодейств и героизма пропитала каждый паршивый астероид, Вселенная как-то незаметно подстроилась под новый режим, как будто так и надо. Всё началось с того, что кто-то из местных додумался принимать ставки на успехи тех или иных злодеев, потом взять на свою идею патент, раструбить о новом развлечении Космонету и запустить линейку мерча. Сейчас на всю планету раскинулся богатый индустриальный город, первой достопримечательностью которого стал главный офис Комитета-составителя Всегалактического Рейтинга Злодеев.        После захвата их первой планеты Хейтер раз пятнадцать успел осведомиться у своего командующего о приглашении в эту святую святых злодейского мира прежде, чем оно действительно пришло. Сам Пиперс не слишком понимал, откуда взялась такая значимость Рейтинга, но его можно было использовать в качестве ничего не стоящей им рекламы и даже источника доходов. Кроме того, возбужденное настроение лорда оказалось заразительным. В порыве исполнительности Пиперс специально к этой высадке провёл наконец полную обмундировку армии — и теперь щеголял в ещё не измятом, но уже обожаемом чёрном с красными вставками мундире, — натаскал разведку, заставив подчинённых добыть всю полезную информацию о планете, вплоть до секретных полицейских сводок. Он даже нанял гримёра для Хейтера, так что теперь тот выглядел как истинный Повелитель Кошмара: в кожаном алом плаще, чёрно-красном костюме, которому позавидовал бы самый модный космобайкер, золотистых перчатках, стилизованных под пламя, и сам весьма реалистично разрисованный под скелет. Если учесть, что лорд по типажу был «его челюстью убивать можно», зрелище получалось невероятное!       А если быть до конца честным, ещё и успокаивающее. В тени такого гиганта Пиперс чувствовал себя на порядок спокойнее, чем если бы шёл один. Не сказать, чтобы он уж совсем не казал носа с родного булыжника, но большой город, населённый самыми разнообразными и не всегда понятными существами (причём как назло обычно крупнее среднестатистического ищейки), шум и неприспособленность к местному климату с непривычки держали его в постоянном напряжении. Пиперс даже не мог решить, нравится ли ему будничное безразличие прохожих или стоит обеспокоиться, не выглядят ли они недостаточно злодейски или, не дай гроже, попросту глупо?       Пока ищейку снедали самые горькие сомнения, Хейтер был, скорее, раздражён. Этот день должен был войти в историю! Как-никак он самолично соизволил почтить Комитет своим присутствием. Когда-нибудь (очень скоро!) они ещё и мемориальную табличку тут где-нибудь приколотят. А лучше памятник. Переименуют в его честь планету, не меньше. Однако будущие хейтеряне продолжили идти мимо, соблюдая дурацкое правило: в окрестностях Офиса передвигаться только пешком. В очередной раз попытавшись наступить на намозоленную новым сапогом ногу, не испортив при этом величественной походки, Хейтер поморщился, отчего шедший навстречу мальчик испуганно округлил глаза и поспешил перейти на другой край улицы. Но не успел Хейтер довольно ухмыльнуться, как как раз с той стороны показался человек, чьего трепета он уж точно не дождался бы. Знаем, плавали.       — Ба! Кого я вижу, неужто наш маленький скелетёнок вылез кости погреть? Тысячу лет не контачились, бро.       — Ха! Наконец заценил мою крутость, да, Круто? Я теперь лорд, — Хейтер ухмыльнулся и лихо подбоченился, выпрямляя сутулую спину и отчаянно маскируя упавшее в ноль настроение.       — А каламбурить так и не научился, — подошедший загорелый брюнет снисходительно хлопнул Хейтера по плечу и ещё сильнее расплылся в улыбке. — А это что за дополнение к твоему клоунскому костюму, приятель?       Хейтер раздраженно повёл плечом, сбрасывая чужую руку и уставился на Пиперса, как будто сам только что его заметил. Ищейка стоял, вытянувшись по струнке, и заворожённо наблюдал за рядами сверкающих клыков в обрамлении напомаженных губ незнакомца.        — Командующий моей армии, — не слишком воодушевлённо объяснил Хейтер.        — Что?! Вот это? — Круто залился громким хохотом, отчего половина улицы не преминула бросить в их сторону заинтересованный взгляд. — Вот напугал! Честное слово, издалека я принял его за девчонку. Даже удивился, что ты не сбежал от неё при первой же возможности.       Пиперс мгновенно побагровел то ли от смущения, то ли от гнева, а затем выхватил бластер и направил в наглеца.       — Может, ты мне и косметику подберёшь для полного сходства? Ты, я смотрю, специалист. — Левый глаз ищейки подёргивался от злости.         — Ути какие мы грозные. А ты в курсе, что за драки здесь нехило так штрафуют?       — Имей в виду, через десять минут я официально добавлю своё имя к списку галактических злодеев, — пригрозил уже искрящимся пальцем Хейтер. — И вот тогда-то из-под вакуума тебя достану и надеру наконец зад.       — Да ладно тебе, вы и правда очаровательная парочка, — Круто примирительно поднял руки и заговорщицки подмигнул. — Ладно, братишка, я пойду, а то бронь в тренажёр упорхнёт как пташка.        — Флёртова селёдка, — процедил Хейтер вслед ретировавшемуся парню.       — Ещё и девчонкой меня обозвал, а сам-то!       — У Круто всегда была какая-то нездоровая тяга к гламуру… К слову, ты действительно выглядишь как-то несолидно, Глазастик.        Пиперс обречённо вздохнул. Направлять бластер на лорда было бы непростительной ошибкой.       — Зато вы с лихвой это компенсируете, сэр. Честное слово, я даже удивлён, что не слышал о вас раньше. С таким-то именем вам суждено было стать злодеем.        — Это псевдоним. Хотя, сказать по правде, я сам уже своё настоящее имя не сразу вспомню. Так, а теперь к этому дурацкому офису шагом марш. А то небось тоже опоздаем.        Дальше они пошли молча. К Хейтеру вернулось хорошее настроение, и он даже что-то напевал себе под нос, горделиво посматривая по сторонам. Пиперс же кусал губу, пытаясь придумать ещё одну тему, подходящую для разговора босса с подчинённым. Инициатива в выстраивании дружеских отношений по совету Карла давалась ищейке с трудом, и он был почти благодарен накрашенному выскочке за целых десять секунд нормального диалога. Право слово, вписываться в коллектив собратьев и то было проще.        В офисе их встретили по-королевски. Хейтер не преминул картинно раскинуться на удобнейших диванах, а вот Пиперс всё же поборол искушение, прекрасно помня своё положение и находя некоторое удовольствие в соответствии ему. К тому же на вопросы предельно учтивой сотрудницы отвечать приходилось по большей части ему, используя заранее подготовленный материал. Командующий провёл целый вечер, записывая под диктовку любимые группы и фильмы Хейтера, а потом потратил ещё один, чтобы отобрать информацию организационного характера, которая тоже могла бы быть интересна общественности, но при этом не содержала ни единой военной тайны. Всё это пойдёт в качестве материала для личной странички на официальном сайте. Потом им обоим пришлось выслушать инструктаж для злодеев, который, как ни странно, содержал некоторые ограничения (например, захваченные миры запрещалось уничтожать) и прилагающийся к нему список санкций. Хейтер пожал плечами и кивнул, а Пиперс про себя отметил, что это не такой уж и плохой способ удерживать Галактику в состоянии контролируемого хаоса и требования Комитета разумны. Наконец, Хейтер поставил на протянутой планшетке свою размашистую подпись, и дело было сделано.        — И всё-таки, не понимаю, если с их подачи работорговля запрещена, каким образом я умудрился спасти ваш народец из столь плачевного положения? — спросил Хейтер уже на выходе.        — Как я понял, запрет в первую очередь для тех, кто действует масштабно. Так как одна планета за год может поменять десяток повелителей, надо обеспечить хоть какую-то сохранность населяющей её культуры. Мелким разбойникам этот Рейтинг — что зборнаку жабры, потому они легко игнорируют любые нормы, а Окраинные миры закрывают на это глаза. Особенно на рабство: так дешевле осваивать необитаемые системы, удобнее избавляться от экипажей ограбленных кораблей и обителей развороченных на ископаемые планет. Вот уж где царит настоящее беззаконие.       — А-а-а…       Тема иссякла, и в разговоре наметилась неловкая пауза. Хейтер задумался о чём-то своём, бубня под нос какой-то невнятный мотив, а Пиперс в очередной раз не знал, что сказать. Он уже понял, что лорд по большей части попросту забывает о его существовании, но перетянуть внимание на себя в городе проще, чем на корабле, где один скроется в покоях, а другого на части разорвут обязанности.        — Сэр… Я тут подумал. Может, поедим здесь? В смысле, на планете.       — Да я сам прикидываю, чем бы отпраздновать. Ну-ка, посмотрим, есть ли в этой глухомани что-то приличное.        Пиперс подумал, что Хейтер остановит свой выбор на респектабельном ресторане, но уже через полчаса злодеи сидели за столиком в переполненной кафешке где-то на окраине и с упоением набивали животы фастфудом прямо напротив голопроекции какого-то боевика.        — А спецэффекты ничего так! Вот это поворот. Нет, ты только глянь. Пипс?       Ищейка, тем временем осторожно, но заинтересованно тыкающий вилкой в принесённый желеобразный пирог, с неохотой развернулся к действу.        — Да, сэр, ничего.       — Ты даже ещё ничего не увидел. Не нравится залипать на пиксели?       — В том то и дело, что пиксели, сэр, да ещё и неаналоговый сигнал.       Хейтер нахмурился.       — Так, ботаник, отставить. Мудрить со своими малявками будешь, а со мной говори по-человечески.        — Э… — Ищейка, уже готовый в подробностях объяснить тонкости работы своей сетчатки, завис, пытаясь перевести свою мысль на «человеческий». — В общем, из-за чересчур хорошего зрения мне больно смотреть обычные фильмы. Всего двадцать кадров в секунду для меня выглядят как психоделическое мигание.       — Мда. Странные вы. Шедевры кинематографа смотреть ты не можешь, зато медузьи пироги уплетаешь за обе щеки.        Пиперс скосил глаза на свою тарелку и обнаружил её почти опустевшей. Непривычное блюдо оказалось довольно вкусным, хотя ищейка просто ткнул в меню наугад, не зная, что выбрать из сплошь незнакомых названий.       — Почему у нас на корабле к столу нет фастфуда, а? — резко перешёл к командному тону лорд.       — Потому что я думал, в нём нет необходимости. Меню было тщательно сбалансированным и питательным, — мгновенно попытался оправдаться Пиперс под осуждающим взглядом.       — Значит так. К завтрашнему дню организуешь ресторанный дворик. В меню должны быть бургеры трёх видов, пицца с начинкой на выбор, и чтобы, не дай гроже, у нас будут класть недостаточно сыра! Знаю я их… Положат два ломтика и, типа, всё сделали.        К сожалению, сочинить полное меню Хейтер не успел. Он остановился на полуслове, когда к соседнему кафе подъехал длиннющий лимузин серебристого цвета. Выслеживала их эта селёдка, что ли?        Словно в подтверждение нехорошей догадки из лимузина высунулось несколько озирающихся бугаёв. Они профессионально просканировали своими визорами толпу и что-то доложили хозяину. Если бы Хейтер не следил за ними со всем тщанием, он бы даже не заметил секундно остановившегося на нём взгляда. Но он следил, уже имея нехороший опыт общения с телохранителями Круто. Флёртов папенькин сыночек совершенно зазнался, получив нежданное наследство, а вместе с ним — возможность зажигать не только в обшарпанных подвальных клубах, где они вместе когда-то тусили. Да и добродушные шуточки превратились в откровенные издёвки: он первый смеялся над несмываемым маркером, которым Хейтер рисовал на лице череп, и плакатом с Майором Террором над кроватью, утверждая, что дальше компьютерных игр захватнические успехи «скелета» никогда не уйдут.       Вот и сейчас Круто выбрался из лимузина, сверкнув нахальной улыбкой и кислотно-розовыми легинсами, манерно прошествовал через дорогу и демонстративно занял столик напротив.        Ну и флёрт с тобой, выпендрёжник, решил Хейтер и заставил себя перевести внимание на надкушенный гамбургер. Без особого аппетита он прожевал целый кусок, потом ещё один, потом не сдержался, скосил глаза на давнего соперника и чуть не подавился: за пять минут, проведённых в кафе, тот успел увлечь разговором хорошенькую официантку и теперь бесстыже её лапал под недовольные взгляды ожидающих заказ и бесстрастных телохранителей. Для полноты картины только плаката «А тебе слабо, неудачник?» не хватало.        Хейтер прямо почувствовал, как изнутри поднимается волна гнева и предвкушающего драку жара, и лёгкая щекотка могущественной магии коснулась его пальцев под перчатками.        — Сэр?..       Волна нашла на волнорез. Пиперс явно не знал, на кого смотреть и чего ждать, и только обеспокоенно косился на своего босса.       — Чего тебе ещё, глазастый?       Резкая смена тона заставила ищейку боязливо втянуть голову в плечи и самым нелепым образом округлить глаза. Что за ничтожество.         — Ч-что-то случилось? Сэр, вы сейчас сами на себя были не похожи.        — Не твоё дело.        Бросив разом недоеденный обед и надоедливую мелочь, Хейтер с противным скрежетом отодвинул свой стул и широким шагом направился к так бесившему его парню. Посетители живо расползлись в стороны, а натасканные бугаи разом приняли подготовительную позицию, скорее предупреждая, чем всерьёз угрожая, но Хейтера это только насмешило. Кафе осветила ярко-зеленая молния.       Смотреть, как меняется в лице много возомнивший о себе выскочка, — одно из величайших наслаждений во Вселенной, кто бы что ни говорил.        Под истошный визг официантки Хейтер раскидывал всё, что вставало у него на пути. Круто же сначала откинулся назад, на стол, потом обошёл его спиной вперёд на ощупь, потом откровенно попятился, пока не наткнулся на стену, уворачиваясь от разлетающихся ножек стола.        — Чувак, чувак! Что я такого тебе сделал? Может, просто мирно всё обсудим? Где ты научился таким классным трюкам? Раньше молний вроде не было!       — Теперь есть, и уж теперь-то я начищу тебе рожу, никакого тональника не хватит!       — А как же местные санкции?!       Хейтер ударил кулаком в паре сантиметров от того места, где секунду назад было чужое ухо. Круто испуганно вскрикнул и отодвинулся.       — Уважаемые злодеи, может, действительно переместитесь на более удобную площадку?..       Быстро оглядевшись, скелет постарался оценить расстановку сил на мизансцене. Большинство окружающих смотрели с опаской, но заинтересованно, несогласные с ними, видимо, давно разбежались, телохранители Круто приходили в себя — а Пиперс стоял посреди устроенного лордом бардака и напряжённо сжимал направленный на хозяина заведения бластер, чтобы тот не воспользовался зажатым в руке телефоном. Впрочем, тот уж явно был не единственным, кто мог вызвать полицию.       — На главной площади, в полночь, — прохрипел Хейтер на ухо вконец офигевшему тусовщику.       Собрав остатки самообладания, он величественно двинулся к выходу, чувствуя, как негодует магия. Пиперс на некотором отдалении последовал за ним. До самого корабля они не перебросились и словечком. 

***

      По прибытии Хейтер отослал командующего «куда-нибудь» под предлогом, что ему надо готовиться, но Пиперс только неуверенно переступил с ноги на ногу.       — А если он не придёт, сэр?.. Ищейку пугала, скорее, не перспектива встречи с Круто — в силу своего лорда он верил безоговорочно, — но целая туча мелких нюансов, на которые, как он уже всерьёз подозревал, Хейтеру глубоко начхать. Дилемма между слепым повиновением и желанием прояснить ситуацию была мучительна.        По иронии, ситуация подозрительно напоминала отношения с прежним начальством. Но при этом, хотя старшие ищейки могли и по ушам надавать за постоянные придирки, гнев Хейтера даже рядом не стоял с прежними выволочками, и вызывать его второй раз не хотелось совершенно. И сейчас, словив на себе мрачный взгляд лорда, Пиперс мог только спросить себя, какой флёрт его за язык тянул.       — Он придёт. Он всегда был слишком трепетным к тому, что о нём скажут, — проговорил Хейтер, немного подумав.       Пиперс мысленно выдохнул. Пронесло. Можно попробовать поднять следующий вопрос.       — И всё-таки. Вы уверены, что начинать драку на центральной площади — хорошая идея? Комитет...       — В топку этот Комитет с его идиотскими правилами!       — Но, сэр!..       Занесённая рука мгновенно пресекла любые возражения.       — Я не могу просто взять и отменить собственный вызов, Пиперс! Что тогда скажут обо мне? Разворочу ему морду, и мы быстро слиняем с этой планеты. В той забегаловке же с утра прокатило.       — А если нет? На нас теперь смотрит половина Галактики, глупо будет с самого начала так заявить о себе.       — И что ты предлагаешь, мистер умник?       — Может, вы попробуете договориться другим путём?       Хейтер скептически поднял бровь, всем своим видом показывая, что такая идея могла прийти в голову только полному идиоту, но Пиперс уже вошёл в раж, и его это не смутило.       — Я всю дорогу думал, как можно обойти их правила. В местных законах сказано только о поединках как таковых, но ничего — о других способах выяснения отношений. Танцевальная битва, рэп-баттл, армрестлинг, да хоть скоростное поедание блинчиков!       — Не думаю, что я собираюсь есть блинчики в ночь, когда планировал поставить эту рыбу на место, — проворчал Хейтер.       Впрочем, зерно здравого смысла в размышлениях командующего всё же было. Лорд вдруг задумался, откинувшись на ближайшую стену, потом внезапно улыбнулся и протянул:       — Знаешь, а есть у меня мысль по этому поводу.