Не положительные

— Можешь объяснить мне еще раз, почему ты оставила моего сына у какой-то женщины вместо того, чтобы самой позаботиться о его безопасности? Да о чем я? Почему ты не отвезла его ко мне, чтобы я могла позаботиться о его безопасности?! — Поверь мне, это было лучшее, что я могла сделать в том состоянии. Ты попросила о помощи не того человека. Мне и самой помощь бы сейчас не помешала. — О чем ты говоришь? — О Килгрейве. Я боялась, что он идет за мной. И была права. — Твой Килгрейв, похоже, работает на Голда. Уж поверь, я бы с ним разобралась сама. — Ты слишком самонадеянна. Не знаю, какие у вас отношения с этим Голдом, но с Килгрейвом я бы посоветовала не связываться. Ни тебе, ни кому бы то ни было. — Я не просила у тебя советов. Я просила, чтобы ты нашла моего сына. Все остальное — не твое дело. — Это стало моим делом, дважды. Когда меня наняла ты. И когда меня наняли Мстители. А когда я увидела Килгрейва, это стало еще и моей проблемой. Все, приехали. Останови здесь. Желтый жук Эммы затормозил за углом. Джессике не хотелось привлекать слишком много внимания к дому Триш. Поэтому еще метров сто они прошли пешком. Вернее, пробежали бегом. По правде сказать, Джессика вообще не знала, зачем они приехали сюда, почему было сразу не дернуть в Башню… Но чутье подсказывало ей, что так надо. А детектив должен полагаться на чутье. К тому же Триш заслуживала, чтобы с ней поговорили по-человечески… — Этот дом? — спросила Эмма, оторвав Джессику от ее мыслей. — Как ты догадалась? — удивилась она, но тут же поняла. — Машина… Перед домом Триш стоял немного старомодный черный кадиллак. — Да. Это машина Голда. Он догадался про твою сестру. — Килгрейв догадался. Хотя бы не сразу, и на том спасибо. — И они все еще здесь… — Да. Послушай, Эмма… Может быть, тебе лучше остаться тут? Побудь на стреме, если я… Если у меня… — Ну уж нет! Я больше не собираюсь отсиживаться в кустах, из-за этого я уже позволила тебе потерять моего сына. — Черт! Эмма. Ты не понимаешь. Это опасно. И не только для тебя. Какая у тебя сила? — Огромная. Ну, не космическая, но моя магия очень сильна. — Магия. Ну да. Ты можешь отбросить человека так, что он пролетит несколько метров, или ударить так, что у него остановится сердце? — Могу… — Ну вот. А Килгрейв может заставить тебя это сделать. Он может заставить тебя захотеть это сделать. Уничтожить город. Убить человека. Кого угодно! Убить собственного сына. Убить меня. Убить себя… — Хватит. Я все равно пойду с тобой. — Ясно. Так я и думала. На вот, возьми это, — Джессика протянула Эмме плеер и большие наушники. — Мы пользовались такими с Триш, когда пытались убить Килгрейва. Вруби на полную мощность. — Как же я буду слышать тебя? — Никак. Сначала я должна убедиться, что мы в безопасности. Надевай. Иначе я никуда с тобой не пойду. Эмма вздохнула и, видимо, только для того, чтобы не терять больше времени, надела наушники. Они вошли. Все двери были открыты. Консьерж сидел на месте и, не отрываясь от экрана, играл в какую-то онлайн-стрелялку. По его красным, слезящимся глазам можно было сделать вывод, что играет он уже давно и не по своей воле. Дверь в квартиру тоже была открыта. Джессике стало страшно. Она почти вбежала в гостиную… И увидела Триш. Она была жива. Слава богу, она была жива, с ней все было хорошо. Триш сидела на краешке дивана и испуганными глазами смотрела на двух мужчин, один из которых сидел в кресле и нервно постукивал пальцами по набалдашнику трости, а второй не менее нервно мерял шагами просторную комнату. При появлении Эммы и Джессики все трое повернули головы. — Джессика, я… — Помолчи, Пэтси! — рявкнул Килгрейв, и Триш послушно затихла. — Видишь, Джессика, как глупо было отвозить мальчишку сюда? Пэтси очень гостеприимна: она сразу впустила и нас, и твоих друзей из чертовой Башни! Триш в отчаянии смотрела на Джессику. — Все хорошо, Триш. Ты не виновата. Эмма, пытавшаяся понять, что происходит, по губам и выражениям лиц, не выдержала и сорвала наушники. — Не виновата? — взорвалась она, услышав конец фразы. — А кто виноват? Скажите, кто виноват в том, что мой сын похищен?! — Я считаю, что в первую очередь — его мать, — со сдерживаемым раздражением и насмешкой произнес Голд. — Однако предлагаю оставить решение этого вопроса до более спокойных времен. Я полагаю, вы — мисс Джонс? — Джессика. — Так-так. Очень приятно. С вашей сестрой мы уже познакомились. А это Эмма Свон. Килгрейв — Эмма. Эмма — Килгрейв. Килгрейв оглядел Эмму с ног до головы одним длинным взглядом, каким лошадники оценивают покупаемых кобыл. И тут же потерял к ней интерес. К счастью для нее, — подумала Джессика. — Что ж, а теперь мисс Уокер расскажет нам о том, что здесь случилось, правда, мисс? — Голд повернулся к Триш. Та перевела взгляд на Килгрейва. — Можешь говорить, Пэтси, — отмахнулся он. — Джессика, прости меня! — выдохнула Триш. — Я идиотка. Меня провели, как полную идиотку… Это была Наташа. Одна. Она была в штатском… То есть в платье с вырезом, на каблуках… я бы никак не подумала… — Что она хочет обвести тебя вокруг пальца? Господи, Триш, она профессиональный агент… — Знаю, теперь я вижу, какой была дурой… — она была готова заплакать, и, казалось, едва сдерживалась, только чтобы не показать слез при незнакомцах и… врагах. Джессике стало стыдно. Она снова к своему неудовольствию вспомнила слова Килгрейва о ее сестре. Как ему удается всегда задевать самые больные места? — Прости, Триш. Я не хотела срываться. Что она сделала? — Она сказала, что только вернулась с поисков Беннера… Что слышала, что тебе дали какое-то задание, с которого ты вот-вот вернешься, и рада, что ты в команде… Она говорила так, будто даже не знала ничего о Генри. Попросила меня помочь… поискать Брюса через мои связи… Я ее впустила. — Ну, конечно, старушка мать Тереза Пэтси Уокер не может отказать страждущим и жаждущим! — Заткнись, Килгрейв. — Я велела Генри сидеть в безопасной комнате, запереться там и ждать тихо. И все было нормально. Мы сидели, говорили… А потом, при прощании… Она взяла меня за руку, и я почувствовала… укол. Она вколола мне что-то… Так просто и глупо! Я отключилась почти сразу… А когда пришла в себя — комната была взломана и Генри исчез. — Черт. Ты не виновата, Триш. Наверняка за мной был хвост, я должна была заметить. — Видишь, о чем я тебе говорил, — кивнул Килгрейв Голду. — Она всегда виновата. Она же и всегда права. У собеседника нет совершенно никакого шанса почувствовать себя хоть сколько-нибудь имеющим значение. — Что? — Джессика уставилась на Килгрейва. — Ничего, — ответил за него Голд. — Сейчас это не важно. А важно следующее. Во-первых, мы все четверо здесь присутствующих заинтересованы в том, чтобы Генри был с нами. — Протестую! Лично мне плевать, — фыркнул Килгрейв. — Мне тоже, — не удержалась Джессика, однако поймав взгляд Эммы, вздохнула. – Нет. Конечно, нет. — Хорошо. Из-за того, что мы вовремя не смогли договориться, он сейчас у совершенно чужих людей. Кто-нибудь знает, зачем он им понадобился? — Мне сказали, что его нужно защитить, — Джессика хотела, чтобы эти слова звучали с вызовом, но вместо этого, глядя во властные и жесткие глаза мистера Голда, она поняла, что оправдывается. — От кого? — От вас, очевидно. — Все ясно, Эмма, — Голд повернулся к ней. — Это Август. Ему пришлось рассказать мне, что он видел Генри. Но он, как и я, не знал, что ты тоже здесь. И он не знал, к кому пойти, чтобы… — он печально хмыкнул. — Чтобы «защитить» Генри от меня. Вот он и обратился к Мстителям. А те, в свою очередь, обратились к Джессике. Потому что Август наверняка рассказал им, что со мной был человек, контролирующий разум. Но все это отнюдь не значит, что мы действуем друг другу во вред. Это просто недоразумение. — Вот как? — подала голос Джессика. — В таком случае, мы с Эммой сейчас поедем в Башню Мстителей, и поговорим с Кэпом, чтобы он вернул матери ее сына. Только и всего. — Уверены? Вряд ли они так просто выпустят вас оттуда. — Это еще почему? — Ну же, пораскиньте мозгами. Что сделали Мситители, узнав, что Джессика не выполнила их приказ? Прислали своего агента завершить начатое. Причем в обход Джессики. Не поговорив, не ответив на звонок… Ведь так, мисс? Мстители проигнорировали ваш запрос? Так вот, отсюда напрашивается вывод, что Генри нужен им самим. Они не видят ни во мне, ни в вас, ни в Эмме достойных доверия людей. Конечно — только они могут растить героев. Только им доверено следить за порядком в этом городе, и они уничтожат любую потенциальную угрозу. Даже если потенциальная угроза исходит от маленького мальчика. Или его матери, с чьими способностями они вообще еще не знакомы. И лучше бы им с ними не знакомиться. Лучше — для вас.       Эмма уставилась на Джессику, будто ожидая, что та даст Голду отпор. А Джессика не знала, что сказать. Почему именно от нее все всегда ждут действия? Это вообще не ее битва! Почему ее должен волновать исход или стратегия боя? — Я не знаю, — честно сказала она. — Но я знаю, что они не причинят Генри зла. Это точно. И тебе тоже. Эмма вздохнула с облегчением. — В таком случае, пойдем к ним! — Вот только что они понимают под «злом»? И что под «злом» понимаете вы? — спокойно уточнил Голд и даже улыбнулся своей кривой улыбкой, в которой так и сквозило чувство собственного превосходства. Они были знакомы всего несколько минут, а Джессику он уже начинал раздражать. Не удивительно, что они с Килгрейвом так спелись. — Голд, не тяни, говори прямо, — Эмма, похоже, разделяла чувства Джессики. — Кажется, я уже все сказал, Эмма. Тебе сейчас нужно принять решение: готова ли ты вступить в их игру и играть по их правилам. А в эти правила входит служение долгу, городу и людям, которые ненавидят все необычное и всех, кто от них отличается. В эти правила входит смертельная опасность не только для тебя, но и для твоих близких, потому что они неминуемо попадут под удар. И главное — в эти правила входит полное и беспрекословное разделение их взглядов на то, что имеет право на существование, а что нужно запереть под землей, или даже стереть с ее лица. Ах, да, я забыл: еще бонус в виде глупой униформы с плащом и полумаской. Впрочем, возможно, тебе пойдет. Помнится, от плащей был без ума твой бывший возлюбленный — от поисков которого тебе, кстати, придется отказаться, потому что Мстители не приветствуют личные интересы… — Я не могу, — Эмма со страхом повернулась к Джессике, ища у нее поддержки. — Это не мой мир, Джессика, я не хочу в это впутываться… У меня есть свои дела. У меня и у Генри. — Да, знаю: открыть портал между мирами, чтобы воссоединиться с семьей. Если я правильно поняла, в прошлый раз такая процедура уничтожила ваш город. Можно поинтересоваться, стоит ли мне собрать вещи и переехать заранее? — Эмма? — Голд с интересом посмотрел на нее. — Это правда? — Я… Думала, что когда-нибудь мы сможем попытаться… — В таком случае вам наверняка понадобится моя помощь. — Генри тоже об этом говорил. — Джессике до ужаса хотелось отвязаться от этой истории, как от чего-то липкого, противного и затягивающего. Но она чувствовала, как с каждым словом, звучащим в комнате, ее засасывает в эту трясину все глубже и выбраться все сложнее. Триш по-прежнему молчаливо и испуганно следила за разговором. Молодец, Джессика, еще и сестру снова впутала в эту дрянь… И как тебе только удается? — Он говорил, что его дед мог бы помочь… Но даже он вам не доверяет, мистер Голд. — Это естественно, мисс Джонс, — ухмыльнулся Голд. — Мне никто не доверяет. И это правильно. Но недоверие не отменяет того, что не доверяющие мне люди, с завидным постоянством зовут меня на помощь. «Мистер Голд! Мистер Голд, окажите услугу!», — передразнил он тонким голосом. — «На помощь! Спасите! Помогите! Румпельштильцхен!» Мы опять влипли в историю… — последние слова он произнес с мрачной, почти усталой улыбкой. — Так ты поможешь? — спросила Эмма. — Попробую. Но для начала нам нужно забрать Генри у них. И — нам нужно, чтобы они не узнали о тебе. Мое условие таково: мисс Джонс и Килгрейв разбираются с Мстителями и приводят к нам Генри. Обе блондинки остаются здесь. Ты, Эмма, держишься подальше от Башни. Потом мы уже работаем над тем, как с помощью Генри, установить связь с Зачарованным Лесом. – Какое дело мне до этого? — в один голос сказали Джессика и Килгрейв и посмотрели друг на друга. — Вам, мисс — никакого. Если только вы не чувствуете себя виноватой в том, что Генри вообще оказался у Мстителей. Джессика поймала взгляд Эммы, которая тут же отвела глаза. — И тебе, Килгрейв — никакого. Если только не пойдет мисс Джонс. — Если Джессика пойдет, так и быть, я готов рискнуть. Готов в очередной раз умереть, ради того чтобы посмотреть на Кэпа или Мердока, когда они увидят, что мы вдвоем в команде против них! — Мы не в команде, — осадила его Джессика. Но снова посмотрев на Эмму, добавила. — Но я пойду… Надеюсь, получится сделать это быстро и не развязать гражданскую войну… — Вот это да! — просиял Килгрейв. — Я и Джессика Джонс! Вместе. Идем штурмовать Башню Мстителей! Голд, я твой должник! — Идет, — хитро прищурился Голд. — Ты снова все просчитал, да? — повернулась к нему Эмма. — Но зачем это тебе? Ты ведь и пальцем не пошевелишь, если в этом нет выгоды. — Суровое обвинение. Суровое и лестное. В чем моя выгода? Ну что ж, я скажу. Я тоже заинтересован в том, чтобы Генри продолжил писать. Пока он не пишет, все, что делаем мы — лишено смысла, наши действия оказываются только действиями, а не превращаются в истории. Время проходит мимо нас пустым, разве ты не ощущаешь этого, Эмма? Тогда как оно должно наполняться нами. Я многое сделал здесь, в этом мире, но ничто не приносит мне удовлетворения. И я уверен, так будет продолжаться, пока Генри снова не возьмется за перо. Голд замолчал. — Серьезно? — нарушил паузу Килгрейв. — Вся эта хрень нужна только для того, чтобы какой-то малец занялся чистописанием? Пфф! Голд… Даже мне хочется сказать, что ты врешь. Джессика заметила, как Голд сверкнул на него глазами, и тут же повернулась, чтобы увидеть, как Килгрейв встретит этот взгляд. Его губы по-прежнему кривились в насмешливой улыбке, однако в глазах промелькнуло что-то зловещее. Джессика поняла, что и она, и Эмма, и Триш, и Генри рискуют вот-вот оказаться как раз где-то между косой и камнем, молотом и наковальней, Сциллой и Харибдой. Стараясь не отвлекаться и не начинать прикидывать, кому какая из вышеперечисленных ролей подходит больше, она снова заговорила с Эммой. — Ты доверяешь ему? То есть, я имею в виду: ты уверена, что доверившись ему, мы не сделаем хуже? Знаешь, меня просто уже порядком достало, что я вечно оказываюсь виновата во всех чертовых бедах этого мира. — Не знаю… Джессика. Я не знаю, но мне очень нужна твоя помощь, чтобы вернуть Генри. Пожалуйста! Со всем остальным я справлюсь сама. — А как, интересно, я потом буду справляться с тем, что в очередной раз предала Мстителей? — Ну, ты можешь в очередной раз сказать, я в очередной раз подчинил тебя, — пожал плечами Килгрейв. — Думаешь, они поверят? — Почему нет? Даже я поверил тогда, на пирсе, что могу снова тебя контролировать… — он вздохнул. — А уж когда ты Капитан-честь-наше-все-Америка или Мэтт-защищаю-отморозков-Мёрдок — ты просто патологически веришь «в лучшее в людях», бла-бла-бла. Джессика с тоской посмотрела на Триш. И не удержалась. — Что бы сделала ты? — Если я бы могла, — голос Триш дрожал, но не только от волнения, но и от решимости. — Я бы вернула Генри матери. Но ты не обязана туда идти, Джесс. Не обязана, потому что это не ты его упустила. Это я… — закончила она очень тихо. Ну вот. Черт. Не хватало еще, чтобы из-за нее Триш чувствовала себя виноватой. — Нет. Это моя вина. И я все исправлю, - она повернулась к Голду. - Но потом – все. Больше на меня не рассчитывайте. Ясно? Вы — все трое — и близко не подойдете ни ко мне, ни к Триш. И Мстители должны думать, что я действую под контролем Килгрейва. Такие условия. У меня все. Идет? — Идет, — Голд с довольным видом откинулся в кресле.