Отвлекающий манёвр

Лестрейд в таких местах не бывал ни разу. Сразу видно — высший класс, роскошь, вышколенность персонала и гости — красивые, важные. Он чувствовал себя жутко неуютно во всем этом великолепии и ненавидел Холмса-старшего еще сильнее, мечтая только о том, чтобы при встрече набить тому морду. Грег с некоторым удивлением отметил, что зарегистрирован под собственным именем, хотя был уверен в обратном. Работа под прикрытием и всё такое… Ключ-карта была без опознавательных знаков, номеров и картинок, что заставило Грега слегка напрячься. Лестрейд отбросил дурное предчувствие и смело вошел внутрь. И замер посреди комнаты, которая явно служила гостиной. Приглушенный свет, тяжелые, цвета темного шоколада шторы, бежевые стены, подсветка по периметру пола и потолка, и шикарнейшая, явно кожаная молочно-белая мебель. Лестрейд тяжело вздохнул и положил сумку с лэптопом на стеклянный столик. Заглянув поочередно в каждую дверь, Грег обнаружил большую угловую ванну, туалет, сверкающий черным глянцем, и вошел в спальню, которая на время задания должна была стать его пристанищем. Шкаф был заполнен костюмами, бельем и прочими необходимыми атрибутами явно высочайшего класса, и Грег глубоко вдохнул, пытаясь унять ярость внутри и приказывая себе успокоиться. Всё было правильно и логично, как это обычно и бывает у мистера Совершенство. Насколько нелепо он смотрелся бы в своих обычных вещах, купленных в дни распродаж, думать не хотелось, а потому Лестрейд, наспех приняв душ, который по сложности управления мог сравниться с космическим шаттлом, разложил на кровати план расположения камер и список обслуги, внимательно вчитываясь и запоминая лица. Спустя час и три просмотра списка персонала, инспектор сладко зевнул и потянулся. Пока распоряжений о дальнейших действиях не поступало. Киносеанс был отменен в силу каких-то технических проблем, и Грегу хотелось уже приступить к своим непосредственным обязанностям. Хотя, что конкретно будет от него требоваться, он представлял весьма смутно. Лестрейд с некоторым недоумением покрутил в руках телефон и, пожав плечами, открыл крышку своего лэптопа. Инспектор почти загрузил систему, когда телефон пискнул входящим. «Малый зал. Третий столик у окна. Ужин» — Великолепно! — скривился Лестрейд и вскочил на ноги, разминая шею. Долго стоял у распахнутого шкафа, думая, что же ему надеть. Телефон вновь премерзко пиликнул. Фото загружалось долго и заставило инспектора заскрежетать зубами. Мужчина-модель выглядел броско, стильно и молодо. — Издеваешься? Но как оказалось, костюм именно такой, как был на фото, висел в гардеробе, ожидая своего часа. Со вздохом оглядев себя в огромном зеркале, Лестрейд засунул телефон в карман и покинул номер. Ужин был великолепен, персонал ненавязчиво расспрошен, а полученная от общения информация сложена в копилку расследования. Грег разительно отличался от гостей отеля и потому практически сразу стал «своим» парнем для обслуги. Улыбка ли, взгляд или обаяние, но все это расположило к инспектору добрую часть персонала. Бармен был не в меру болтлив и слил всю информацию о гостях, за что был тут же мысленно помещен в список подозреваемых. Правда, на втором месте после топ-менеджера курорта. Об управляющей отелем было крайне мало информации. О ней не судачили, не перемывали ей косточки, не говорили ничего. Ирен Адлер была жгучей брюнеткой, железной леди, при всей своей кажущейся хрупкости, и держала в кулаке весь отель. Её всевидящее око, казалось, было всюду. Персонал при одном упоминании о ней бледнел и впадал в состояние раболепного поклонения. Пожалуй, именно она стала первым человеком из списка, напротив которого Лестрейд мысленно поставил жирный красный знак вопроса. На следующее утро, после великолепного семичасового сна, Грег сидел за столиком в ресторане, балуя себя свежайшими круассанами и уже третьей чашкой кофе. — Старший детектив-инспектор, как Вы провели ночь? — спросила мисс Адлер, застывая напротив Грега и наигранно-заинтересованно склонив голову. — Великолепно. С кем имею честь? — промокая салфеткой губы, спросил Грег, вставая из-за стола. — Ирен Адлер, управляющая отелем. — Полагаю, мне представляться нет смысла. — Никакого. Вас все устраивает? — Да. — Что же, в таком случае я… — Кроме… — Да? — Адлер, казалось, была в небольшом недоумении. — Кажется, в моем номере барахлит вай-фай. — О, — кокетливо заправив выбившуюся прядь волос за ухо, произнесла молодая женщина, — приношу Вам свои глубочайшие извинения. Специалист будет отправлен к Вам незамедлительно. — Позвольте мне закончить мой завтрак, я бы хотел перекинуться парой слов с вашим мастером. — К вашему возвращению сеть будет полностью функционировать. Лестрейд смущенно почесал кончик носа и сказал: — Я бы хотел проконсультироваться с ним насчет моего лэптопа. Возможно, он мне смог бы помочь. Что-то с системой, кажется. Адлер вопросительно вскинула бровь и едва заметно улыбнулась. — Конечно, детектив-инспектор, как Вам будет угодно. И направилась к соседнему столику, приветствовать вновь прибывшего гостя. Что-то было в ней такое, что не давало покоя интуиции Грега. Что-то в ней было! Айтишником оказался молодой мужчина, невысокий, склонный к полноте и носящий в своих карманах мини-мастерскую. Пока Грегори переодевался, планируя поплавать (смс с указаниями так и не поступило), Боб колдовал над ноутом, что-то беспрестанно говорил в свой коммуникатор и ползал по полу на карачках. — Ну вот и все! — торжественно заявил он и улыбнулся. — Что было-то? — закидывая полотенце на шею, спросил Грег. — Да вероятнее всего, во время уборки пылесосом задели проводку, вот отсюда и проблемы. Я все исправил. А Вы плавать? — Ага. — Хотите скажу, где можно отлично провести время? Бассейн на границе территории. Олимпийский размер, глубина, уж не сравнить с этой лоханкой во втором корпусе. — Класс. И как туда попасть? — Я проведу, только Вы никому, ни-ни. По секрету скажу, его построили для Чарльза, — шепотом произнес Боб. — Для кого? — Принц Чарльз. Раньше он частенько приезжал сюда. — Спасибо, Боб, ты классный парень. Бассейн и вправду был отличный. И пустой. Блаженная тишина, плеск воды, голубые отсветы на стенах от воды — Грегори получал истинное удовольствие от плавания. Он всегда любил воду и научился плавать еще в пятилетнем возрасте. — Развлекаетесь? Он как раз вынырнул и схватился руками за бортик, отфыркиваясь и пытаясь проморгаться. Разве можно было не узнать этого язвительного голоса, этого холодного тона? — О, вот и Вы, мистер Холмс, — выплюнул Грег и резко развернулся, ныряя под воду. Майкрофт задохнулся от такой наглости и позволил себе скользнуть взглядом по обнаженному телу инспектора. Вода искажала изображение, но не слишком, а потому Холмс даже разочарованно выдохнул, когда Грег появился на поверхности и быстрыми гребками, едва не вспенивая вокруг себя воду, поплыл к противоположному краю бассейна. Техника кроля была отличной, насколько мог судить Холмс, и когда Лестрейд, наконец, вновь коснулся борта у туфель Холмса, тот произнес: — Что-нибудь узнали? Грег медленно, будто лениво поднял глаза от элегантных туфель на шнурках, вверх по идеальным стрелкам, задержался на бедрах и посмотрел прямо в глаза самого британского правительства. — Ничего. Он сперва хотел сказать про Адлер, бармена, который был слишком болтливым для заведения такого уровня, но вдруг понял, что не может этого сделать. Находясь в окружении тонн воды, у Грега неистово пересохло в горле. И он вовсе не собирался признаваться себе в том, что слишком рад видеть Холмса. Грег подтянулся на руках, сел на бортик и принялся разминать рукой шею. Он скорее почувствовал, чем увидел, что Холмс сделал шаг назад. — Плавать мне не позволяли? — хмыкнул Грег и повернул голову в сторону Майкрофта. — Вы здесь не на отдыхе, — отступая еще на несколько шагов, пробормотал Холмс. — Считайте, что это всего лишь каждодневная тренировка. Мне нужно будет представлять Вам отчет? Лестрейд вскочил на ноги, стряхнул с кончиков пальцев воду и положил ладони себе на бедра. Надо отдать должное Холмсу — смотрел он прямо в глаза инспектору, смотрел с выражением полнейшей невозмутимости и даже какой-то снисходительной жалости. — Информацию будете предоставлять в часы приема пищи. Вам лучше быть со мной милым, предупредительным и заинтересованным. — Заинтересованным? — Вы здесь в качестве моей тайной любовницы, — ехидно заявил Холмс и направился к выходу. Грег прикрыл глаза, сдерживая себя из последних сил, чтобы не схватить этого гада и не вытряхнуть из него душу. — А нам, любовницам, позволяется клянчить дорогие подарки? Холмс остановился, медленно обернулся и сказал: — Все, что будет необходимо для соответствующего антуража, будет предоставлено в своё время. — Ненавижу, — прошипел Грег. — Это было первым и последним проявлением Ваших чувств, — ледяным тоном произнес Холмс, — и впредь нигде в этих стенах и никогда не смейте высказываться подобным образом. — Ха! Что бы ты не думал, но ты мне не указ. Холмс резко развернулся. Быстрым шагом подошел к Грегори и сильно схватил его за подбородок, припечатывая: — Не испытывай мое терпение и не смей мне перечить! Ты будешь делать то, что я тебе прикажу! Любовницам надлежит выполнять прихоти сильных мира сего. Грега аж тряхануло от злости. Он резко мотнул головой, отбросил чужую руку от своего лица и прошипел: — Не трогай меня своими руками! Холмс лишь хмыкнул и направился в сторону двери. Уже распахнув створку, он обернулся и произнес: — Моли бога, чтобы это было единственное место, где нет камер. Во всех остальных помещениях их слишком много. — Да пошел ты! — У тебя, милая, двадцать минут, чтобы быть готовой к обеду. — Ошейник подари мне, с бриллиантами! — рявкнул в закрывающуюся дверь Грегори и нырнул в прохладные воды бассейна, кипя, как паровой котел. — Боже, дай мне сил, — пробормотал Майкрофт, смотря в приоткрытую дверь и прислоняясь лбом к холодной створке.