Ты мой

***

Рон — Мама, как ты могла? — спросил я просто раздавленную родительницу. К несчастью, Люциус успел поговорить с ней первым и теперь мне приходилось вести себя крайне осторожно, будто ступая по тонкому льду, который в любой момент может треснуть. — Зачем всё это? Зачем надо было поить Драко отворотным? — Я видела, как ты страдал из-за его измены. Мне больно было видеть тебя таким раздавленным. Зачем тебе омега, Ронни? Ведь ты всегда мечтал о большой и счастливой семье, а омегам нужен альфа. Пойми! Так природой заложено. В итоге вы всё равно когда-нибудь расстанетесь, только тебе будет ещё больнее, чем в первый раз. Пока ещё не поздно одуматься, сынок, и жениться на хорошей девушке, завести нормальную семью. Кстати, ты уверен, что Скопиус в самом деле твой сын? Омеги-мужчины не беременеют от бет.       Я задохнулся от возмущения и только неимоверным усилием удержался от того, чтобы наговорить своей родительнице много лишнего и довольно обидного. В конце концов, пора взрослеть и учиться держать себя в руках, как бы ни было больно. Родных людей слишком легко потерять, поэтому свой взрывной характер лучше оставить для работы, а для бесед с любимыми родственниками, так и не сумевшими принять мой выбор спутника жизни, лучше запастись поистине ангельским терпением и не срываться. Не срываться! Я выдохнул сквозь плотно сжатые губы, пытаясь пробудить в себе готовность к дальнейшему мирному диалогу. Это моя мать и ей и так досталось от Люциуса. Вряд ли он был с ней терпимым. — На все сто процентов. Скорп наш сын — мой и Драко. Мы провели обряд космического бракосочетания, и на тот момент мой супруг ждал ребёнка. Больше не ждёт. Слава Мерлину, хоть с ним всё обошлось без серьёзных последствий.       Она побледнела, как полотно, и, виновато глядя мне в глаза, потянулась к моей руке, но отдёрнула себя, не решившись прикоснуться. — Рон. — Мама, — я встал из-за стола, подошёл к ней и обнял самую главную женщину в своей жизни, чувствуя её мелкую дрожь. — Я люблю его, мама, люблю, пойми! Мне очень плохо без него да и не смогу я уже. Драко и Скорпи — смысл моей жизни, я не смогу быть без них обоих. Ради них я готов на всё — даже умереть, хоть Драко и называет это грифиндурством. Никакая, даже самая золотая в мире девушка, не сможет заменить мне мужа. Мы вместе, мама, мы — семья, и тебе, равно как и его родителям, придётся принять этот факт. — Космический брак? — неверяще спросила мама. В её тёплых карих глазах я увидел первозданный ужас, понимая, что она, к моему величайшему сожалению, пропустила все только что сказанные мною слова мимо ушей.       Печально вздохнув, я отошёл к окну и уставился на запущенный, заросший травой сад, не зная, что делать дальше. Как же так вышло, что ты предпочитаешь не замечать того, что происходит с нашей некогда дружной семьёй? Почему не желаешь принять ни один наш выбор? Билл и Флер стараются появляться в Норе как можно реже, а если и гостят, то жена моего старшего брата сразу же натягивает на себя маску легкомысленной французской дурочки, которую невозможно обидеть. Очень мудрая и любящая женщина попалась на Пути Биллу. Другая бы давно ввязалась в противостояние с тобой, а то и в самую настоящую войну, а Флер предпочитает несколько дней просто потерпеть. Чарли? Сколько раз он пытался познакомить своих пассий с семьёй до тех пор, пока окончательно не умотал к драконам — подальше от нас, поняв, что одобрения не дождётся? Насколько мне известно, у него есть в Румынии женщина, и они живут вместе довольно долгое время, но свадьбу играть не планируют. Перси? О, да! Зануде Перси не повезло, пожалуй, больше всех нас — он единственный омега-мужчина в нашей семье и теперь женат на работе. Как ты думаешь, мама, каковы шансы на то, что, если случится чудо и он встретит в министерстве своего альфу, то поведёт его знакомиться с родителями? Я бы назвал их крайне низкими, ибо, несмотря на занудливость, Персиваль парень очень умный и давно просчитал твою реакцию. ФредоДжордж? Да от них за версту несёт инцестом! Остаёмся я и Джинни. Со мной всё и так ясно, а вот сестрёнка… Зря ты так решительно и бесповоротно раскритиковала её выбор — бету Дина Томаса! Была бы очень уютная, пусть и небогатая, семья. Теперь же Джинни пытается себя сломать, превратиться в закоренелую стерву, охотницу за богатым состоянием, что ей не идёт совершенно; это может вылиться в очень серьёзные психические проблемы и разрушение личности. Надеюсь, она сумеет вовремя остановиться… Если так пойдёт дальше, ты, родившая и воспитавшая семерых детей, рискуешь добиться того, что от тебя отвернутся все. Это очень грустно, мама, очень… Но как донести до тебя эту истину и не обидеть? Я не знаю. — Космический брак, — согласился я. — Нотаций не надо. Люциус нас уже порядком отругал за эту, по его мнению, глупость. Мы знали, на что шли.       Впрочем, мне уже не казалось, будто я смогу достучаться до небес и быть услышанным. Она слышит только то, что желает услышать, или же то, что её шокирует, например, наше с Драко разделение душ. Оно вообще шокировало всех, кроме, как ни странно, Снейпа. Тот даже встал на нашу с Драко защиту в разговоре с Люциусом. — Нет, вы вряд ли представляете себе последствия этого ритуала…       Стало совсем грустно и отчаянно захотелось сбежать домой к моему белому и пушистому, до боли родному и любимому Хорьку, чтобы он одним своим видом развёл все мои беды и, непременно улыбаясь, сказал, что всё будет хорошо; что вместе мы со всем справимся, а потом мы втроём отправимся на Косую аллею, где купим Скорпу его первую метлу, посетим кафе-мороженное Флориана Фортескью и, может быть, навестим лавку близнецов, более-менее лояльно относящихся к моему мужу. Странно, но из всего моего многочисленного семейства мой выбор спутника жизни одобрил только Перси.       Помню, когда я спросил его, почему он поддерживает меня и не осуждает брак с Малфоем, то вместо ожидаемой лекции на тему очень выгодного брака получил недоумевающий взгляд поверх очков и очень простой, а оттого ещё более неожиданный, ответ, из-за которого я впервые взглянул на него под другим углом. «Он же твой Истинный», — ответил мне тогда Перси, чуть улыбнувшись, и снова зарылся носом в свои бесконечные бумаги. Чудно, но именно тогда я впервые понял, что мой средний брат помимо того, что бессменный секретарь министра, является ещё и омегой, пусть даже забившим на свою омежью природу, но может быть, оттого ещё сильнее всех ждущего чуда. — Мам, ты меня не слышишь. — Ты меня тоже не желаешь услышать, Рон. Я… — Я пойду, ладно? — Рон? — Мы совершенно не слышим друг друга, мам. Мы с тобой будто сами с собой и на разных языках говорим. Поверь мне: и Драко, и я прекрасно знали обо всех последствиях космического брака, когда читали катрены, а значит, ничего нового ты мне не откроешь. Почему тебе, когда-то сбежавшей из родительского дома, чтобы тайком и без родительского благословения обвенчаться с нашим отцом, так сложно принять выбор любого из нас? Я люблю Драко Малфоя, и для меня — это непреложная истина. Её не поколебать твоим принятием или непринятием, только всё же хотелось, чтобы мы все были одной большой и дружной семьёй. Не заставляй меня выбирать — это слишком больно. — Рон… — растерянно прошептала она, подходя и обнимая меня. Я поцеловал её в лоб, обняв в ответ. — Я люблю тебя, мама. — До свидания, Ронни.

***

— Ты как? — нахмурившись, спросил Драко, откладывая книгу, наверняка чувствуя своим омежьим носом мой душевный раздрай. Я опустился перед мужем, сидящим в кресле, на колени и уткнулся носом ему в живот. — Плохо. Почему всё так сложно?  — Как ты сам мне сказал недавно: люди — это всегда люди. И твоя мать тоже всего лишь человек. — Она не слышит меня совершенно! Мы с ней словно говорим на разных языках! А где Скорпи? Тихо без него.       Драко с улыбкой погладил меня по щеке. — Моя мама забрала. Ей сейчас очень плохо, чтобы оставаться одной, и я пообещал, что мы к ним присоединимся, как только ты вернёшься. Пойдёшь со мной, Рон? — Пойду, — согласился я, в нерешительности кусая губу. — Можно вопрос?       Он расхохотался. — А я всё думал, когда ты решишься? Можно. Я отвечу. — Кто в паре Люциус-Северус снизу? — А ты сам как думаешь? — Драко! — возмутился я. Он саркастически выгнул бровь, явно позаимствовав мимику у своего крёстного, ожидая моего варианта ответа. — Я думаю Снейп. Все-таки, во-первых, он младше твоего отца на целых шесть лет, а во-вторых — от него не так прёт альфой, как от лорда Малфоя. — Ты просто по-настоящему его никогда не злил, а вот мне доводилось. Ощущения жутковатые. Крёстный — это скала. Он очень сдержанный человек, привыкший контролировать каждый поступок, и это вводит в заблуждение всех, кто привык, что альфа — это прежде всего действия, а потом разум. В роли принимающего в их паре преимущественно отец. Тебе может показаться странным, но моему отцу нравится власть над ним, пусть даже это и не выходит дальше постели и позволено только одному единственному человеку.       Однако, не ожидал. Хотя Малфои — это Малфои, люди довольно непредсказуемые, и было бы даже странно, соответствуй они чьему-то ожиданию. Меня мой собственный благоверный не перестаёт периодически изумлять. Вот не далее, как сегодня утром, он сообщил мне, что они с сыном переезжают из мэнора в мою, как он выразился, хибару, где на нас втроём пока места хватит, а потом, если наша семья вырастет, надо будет озаботиться другой недвижимостью. — Знаешь, тут Гермиона организовала магический детский садик, наняла хороших воспитателей и сама работает там заведующей. В конце концов, нельзя вечно нагружать ребёнком твоих родителей, а Скорпу будет полезно общение со сверстниками. Может, попробуем? — Но Скорпи всего два с половиной года, — растерялся Драко. — Герми сказала, что самое время для того, чтобы приучить ребёнка к садику. Он у нас мальчик самостоятельный. И, к тому же, можно договориться, что мы его после обеда будем забирать домой. — Я подумаю.