Is He Really Going Out With Him?

— Бэкхён! Ты серьёзно? Я думал, ты любишь Чанёля? — Кёнсу припёр меня к стенке на следующий день до начала занятий, и я сжался, зная, что не надул его. — Я на самом деле не серьёзен, просто пытаюсь заставить Чанёля ревновать, Кён, — объяснил я, облегчённо вздохнув, и он кивнул. — Допустим, я вижу, но ты не думаешь, что это немного резко? Что, если не сработает? — он выглядел обеспокоенным и я не мог обвинять его, так как на самом деле тоже нервничал. — Я знаю, но не имею понятия, что ещё сделать. То есть, если это не сработает, тогда я не знаю, что будет. Или всё, или ничего. — Прости, мне не следовало так говорить, потому что я бы точно так же сделал ради Чонина. В последнее время он мне открывается, но я не уверен, действительно ли нравлюсь ему или нет. Хотя я видел Чунмёна, приклеенного к Исину как банный лист, и тот сказал ему «да». Теперь они вместе, и я так им завидую! — Я знаю, мы вместе с Тао убедили его. — В самом деле? Может, нас тоже сведёшь? — он сложил руки вместе и поднёс их к своим щекам, даря мне щенячьи глазки. — Но я не общаюсь с Чонином. — Ты и с Исином не разговариваешь. — Ну, теперь я разговариваю! — Тогда почему не можешь сделать то же самое для меня? Да ладно, хён, ты нужен мне! Ты словно Купидон! — Вообще, попроси Тао, это он рассказал Чунмёну, что тот нравится Исину. Может, он нароет что-нибудь и про Чонина, — предложил я, и его лицо осветилось улыбкой. — Ладно, а где он? Разве вы, парни, не ходите вместе в школу? — Ходим, но он сказал, что ему нужно в душ. — О, я вижу. Ах, я точно хорош для Чонина? Ведь я не такой красивый парень, — он закусил губу, выражение на лице быстро обернулось угрюмым. — М-м, ну почему же, ты красивый. С этими большущими глазами, пухлыми губами, чёрт, если бы я не любил Чанёля, то точно встречался бы с тобой. Боже, как твои губы могут быть такими идеальными? Ах, я так завидую, — всё-таки я не врал, я чертовски завидовал его губам. Он должно быть хорошо целуется. Я, скорее всего, нет, так как у меня тонкие губы. Я такой уродливый. Может, мне стоит начать подводить глаза. Где мне взять подводку? Что, если моя мама заметит и начнёт ржать с меня? О боже, а что, если папа будет смеяться надо мной? — О, смотри, а вот и твой парень. Тао! Иди сюда! Мне нужна твоя помощь! — Кёнсу махнул ему, а я почувствовал, как он обнял меня со спины, устраивая свой подбородок на верхушке моей головы. — Привет, Бэк-хён, привет, Кёнсу-щи! Что ты хотел? — поприветствовал он, и большеглазый парень начал лопаться от смеха. — Какое к чёрту «щи»?! Для тебя — хён, Тао-Тао, — он подошёл и встал на цыпочки, чтобы взъерошить волосы высокого парня. — Тао-Тао? Идиотскую кличку ты мне придумал, — он хихикнул вместе с Кёнсу. — Насрать, лучше скажи, ты знаешь что-нибудь про Ким Чонина? Я действительно хочу знать, потому что он мне очень-очень-очень нравится. — Извини, но я на самом деле ничего о нём не знаю. Полагаю, что Сехун знает о нём больше, так как они были довольно близкими друзьями, до того как Лухан вмешался, — он всё время мило постукивал своим подбородком, будучи в раздумьях. В том время, как они вели разговор о чём-то, суть которого я не уловил, мои глаза начали блуждать вокруг. Наконец они остановились на двух людях, поглощённых сильным и страстным поцелуем. Подождите. Подождите. П-подождите… Я почувствовал, как моё сердце рухнуло вниз, к ногам, и умерло. Это не была просто какая-то случайная пара, это были Крис и Чанёль. Это. Был. Грёбаный. Крис. И. Чанёль. Я начал задыхаться, пытаясь не сойти с ума от того, что Чанёль сильнее толкает меня в глубокую меланхолию. Я увидел Тао, следящего за моим пристальным взором, и тогда его глаза расширились, как только он заметил этих двоих. Кёнсу наконец-то врубился и послал мне сочувствующий взгляд. — Чёрт побери. Почему он так со мной поступает? Почему… Бр-р, Тао, я больше не могу на это смотреть. Пожалуйста, помоги мне, — я развернулся, чтобы спрятать голову на его тёплой и приветственной груди, несчастно вздыхая. — Бэкхён! Прекрати быть таким печальным, это заставляет меня тоже грустить, — Кёнсу сзади обернул руки вокруг меня точно так же, как это только что сделал Тао. Для других могло выглядеть немного странно, что двое парней зажимали меня. Возможно, они бы подумали (то есть девчонки), что это что-то типа оргии, но нет. Прямо сейчас я просто благодарен, что у меня есть такие поддерживающие друзья, потому что, кажется, мой восемнадцатилетний лучший друг больше не считает себя таковым. Он слишком занят, трахая язык своего бойфренда. — Тао, — я выкрикнул его имя в отчаянии, как будто если бы он был единственным, удерживающим меня от падения. — Что? — Поцелуй меня. Кёнсу в шоке напрягся, отстраняясь и отступая шага на три, и поднял руки вверх. — Я, э, оставлю вас двоих. Увидимся, — он развернулся и ушёл на свой первый урок. — Хён, прекрати. Ты просто расстроен, — вздохнул Тао, поглаживая мою спину. — Нет, может, они увидят это. Может, это заставит Чанёля ревновать, — я сжал руки в кулаки, сопротивляясь подступающим слезам. — Успокойся, хорошо? Это просто поцелуй, разве ты не говорил, что целовал его прежде? Разве это не преимущество? — Нет! Он не считал его своим первым поцелуем… Я знаю, что нет. — И что? Даже если он не считает, то ты-то считаешь, а это и важно, так ведь? — продолжил он, и я полагаю, он был прав. Но это всё равно не делало меня счастливее. Я спрятался в мягких объятиях панды, так как не хотел оставлять единственное утешение, которое было у меня прямо сейчас. Я не хотел их видеть. Я надеялся, что Тао не злился на меня за мою спонтанную просьбу. — Прости, мне не следовало говорить такие нелепые вещи. — Всё хорошо, я не возражаю, хён. Если это действительно необходимо… Я-я и впрямь не против. — Нет, всё в порядке, точно. Это было глупо, — как только я это сказал, Чанёль с Крисом направились сюда. Гнев и ревность омрачили рассудок, и я полагаю, что моё тело действовало по-своему. Пофигу, всё равно больше нечего терять. К чёрту всё. Я положил руки на его затылок и притянул к себе, мягко прижимаясь к его губам. Тао издал удивлённый писк, и я почувствовал себя мерзко за то, что украл его первый поцелуй, но Чанёль и Крис точно видели это, я знаю. Интересно, почувствовал ли он что-нибудь, видя наш поцелуй. Я могу только мечтать. Ого, я и не подозревал, что у Тао такие мягкие и тёплые губы. Он, несомненно, осчастливит своего первого парня. Я отстранился, и он закрыл лицо руками, скорее всего, смущённый не только тем, что я украл его первый поцелуй, но и тем, что я сделал это на глазах у всех. Прости, Тао, я такой эгоист.