Пока жива надежда

О чем я думаю? О падающих звездах... Гляди – вон там одна, беззвучная, как дух, Алмазною стезёю прорезает воздух, И вот уж путь ее – потух... Не спрашивай меня, куда звезда скатилась... О, я тебя молю: безмолвствуй, не дыши! Я чувствую – она лучисто раздробилась На глубине моей души... В. Набоков Август, 1978 г. POV Марлин МакКиннон       Середина августа, несмотря на яркое летнее время, казалась мне более чем однообразной, и даже сочные листья деревьев, растущих в саду, не могли полностью заменить мне прогулку в парке. Или даже где угодно, но только чтобы не сидеть вечно здесь, в этом доме, по которому я уже смело могла бы пробежаться с завязанными глазами и ни на что не наткнуться. Сидя взаперти вот уже почти два месяца, я даже успела несколько смириться со своим положением, пока пару дней назад мне вдруг не пришла в голову по-настоящему гениальная идея. И теперь, проспав ночью не более трех часов, я собиралась с силами, чтоб рассказать о ней Снейпу.       Вообще-то... мы мало общались с ним уже два дня, с той самой незапланированной встречи с Сириусом, после которой, по словам зельевара, ему здорово влетело от Бродяги. Я... честно говоря, я слабо себе это представляла. Снейп злился на мою глупость и беспечность, и я до сих пор дулась, потому что к «инструкциям» Сириуса зельевар приписал еще пару пунктов, после которых я стала пленницей в прямом смысле. Он приходил, как и раньше, раз в два-три дня – уставший и готовый иронизировать по самому незначительному поводу. Я понимала, что он считал меня ненормальной, думал, что я и правда сходила с ума. В чем-то он был прав. Да, наверное, был.       Но вчера поздним вечером произошел некоторый сбой – Снейп не выдержал и все-таки пожелал мне спокойной ночи. Не то чтобы это прозвучало как-то особенно жизнерадостно, скорее он проворчал это обычным недовольным тоном, но я догадывалась, что он пытается зарыть топор войны. Вот и прекрасно, у меня как раз было к нему одно дельце.       Я не испытывала никаких угрызений совести за то, что в прямом смысле эксплуатировала Снейпа, возможно, подвергая его жизнь опасности. Я не знаю, должна ли. Я вообще чувствовала себя довольно сомнительно. Все хорошо, Марлс. Все в порядке. Они ведь сами хотели, чтобы я была паинькой и не высовывала носа за невидимую границу Дома, на которую было наложено множество самых разных заклинаний, и об этих заклинаниях я имела лишь смутное представление. Таким образом, Снейпу приходилось все решать за двоих, и иногда, как мне казалось, он искренне жалел, что когда-то согласился сотрудничать с Блэком. Вообще-то, если рассуждать здраво, я бы никогда и подумать не могла, что в один прекрасный момент из нас двоих получится неплохая команда. Допустим, я – вынужденная скрываться маглорожденная гриффиндорка и по совместительству настоящий генератор идей. А он – агент Дамблдора и к тому же слизеринец, владеющий искусством окклюменции и успешно притворяющийся Пожирателем смерти. Невероятно, но факт. И да... чертовски нескромно.       Я вздохнула, снова выглядывая в окно, за которым виднелся край ясно-голубого неба. Солнца мне видно не было, но я догадывалась, что в лазурной синеве сегодня нет ни единого облачка, и это не могло не радовать. Важный день, важный день… – с самого утра стучала в голове мысль. Такой важный, что я никак не могла просто сидеть в четырех стенах и размышлять, как же там все будет. Красивое ли у Лил платье? Я уверена, что просто потрясающее, по-другому и быть не могло. А Джеймс… Джеймс, наверное, первый раз в жизни будет в костюме, да еще и с аккуратно завязанным галстуком и застегнутыми манжетами на рубашке. Черт, я просто не могла это пропустить. И... да, осталось только объяснить это Северусу. Пальцы теребили покрывало в нервном нетерпении. Где же его сейчас носит?..       Не успела эта раздраженная мысль покинуть мою голову, как замок в прихожей знакомо щелкнул, и мое сердце как всегда пропустило удар. Не знаю, чего именно я каждый раз ожидала от этого звука, боялась ли или радовалось, но, стоило мне услышать щелчок отпираемого замка, как сердце начинало бешено биться в горле, а я не сводила глаз с двери в свою комнату. И только тогда, когда мой обостренный слух улавливал знакомое пошаркивание ботинок Снейпа, я позволяла себе успокоиться и выглянуть в коридор. Вот и сейчас, чуть приоткрыв дверь, я молча смотрела, как Снейп снимает ботинки и вешает черную мантию на крючок. Переведя на меня хмурый взгляд, он вдруг замер, прищурившись и не отводя взгляда. И я тоже задумчиво замерла, привалившись плечом к дверному косяку и со спокойной улыбкой позволяя себе оценить его внешний вид.       Странно, у него был все тот же крючковатый нос, худое бледное лицо и черные глаза-буравчики, от взгляда которых могло порой становиться немного не по себе. Длинные черные волосы свисали по обе стороны лица, концы некоторых прядей слегка загибались. Я хорошо помнила язвительные комментарии Джеймса Поттера в адрес этих волос и особого отношения "слизеринского Нюнчика" к мылу, помнила и глаза Лили, вспыхивающие яростью при этих словах. Глядя на Снейпа сейчас, я молча оценивала результат своей работы, в процессе которой пришлось похоронить, наверное, миллион нервных клеток. Но волосы-то теперь чистые. И нет, я даже нисколько не издевалась, просто пыталась доступно объяснить этому упрямцу, что таким он будет больше нравиться девушкам. Снейп лишь недобро усмехался, но на меня вроде бы не обиделся, и я невольно начинала размышлять – неужели он все так же любит Лили? «Странно, – думала я сейчас, не отводя взгляда вот уже половину минуты. – Внешне он практически не изменился, а думаю я совсем по-другому».       И тут же одернула себя – я теперь о многом думала по-другому. И еще неизвестно, как на это реагировать.       – Доброе утро, – наконец произнесла я, нарушая повисшую тишину. Снейп нахмурился и, криво усмехнувшись, прошел на кухню, приглашая меня следовать за ним.       – Даже не думай, – произнес он, резко оборачиваясь ко мне. Я вскинула брови, сделав самое невинное выражение лица. – Даже не думай, что я забыл, какой сегодня день, и сразу не догадался, чего ты от меня хочешь, – продолжил Снейп, ставя чайник на плиту.       – Хотела пожелать тебе доброго утра, – лучезарно улыбнулась я, присаживаясь на табуретку у небольшого овального стола.       – Серьезно? – усмехнулся он, смерив меня пристальным взглядом. – Может быть, тебе еще интересно, как у меня дела, как день прошел?..       – День, ночь... – тут же вставила я, склонив голову набок. Зашипев, Снейп с досадой отвернулся, и я подавила желание засмеяться. Между прочим, я говорила искренне. Ну... почти. – Ладно, мне и правда интересно, – вздохнула я, пожимая плечами.       – Кажется, Лестрейндж стало не до тебя, – даже не взглянув на меня, произнес Северус, и я чуть не подпрыгнула на месте от удивления.       От удивления ли? Я замерла, медленно выдыхая через рот.       – А что случилось? – Вопрос прозвучал осторожно.       И настороженно. Почему-то я не чувствовала особого облегчения по этому поводу. Если цель шантажировать Сириуса любой ценой была отложена, значит, появилось что-то более важное, но что? Снейп подошел к столу с чайником и, наливая чай в кружку, небрежно произнес:       – Пожиратели шастают по городу в поисках невысокой брюнетки, которая тенью следовала по пятам за вашей компанией пару лет назад. Катрина "Кэт" Вайрес и, конечно, Орден Феникса. – На его губах появилась странная усмешка. – Темного Лорда просто выводит из себя то, что никто ничего не может узнать. Впрочем, о тебе ведь тоже ничего неизвестно, значит, я могу и ошибаться о его отвлеченности. – Северус быстро взглянул на меня и, нахмурившись, добавил: – Что-то ты притихла, МакКиннон.       Я попыталась выдавить улыбку. Честно говоря, я думала, что меня обрадует подобная новость или хотя бы обеспокоит, но... на деле она не вызвала у меня ничего, кроме растерянности и новых вопросов.       Катрина… в Лондоне?       – Я просто… – пожав плечами, я смолкла, не зная, как мне следует реагировать. – Если все внимание на себя обратит Орден Феникса, это… – я замялась и совсем тихо добавила: – Им будет грозить опасность.       – Им и сейчас грозит опасность, – неожиданно зло бросил Снейп. – Это происходит каждый день и, если ты не замечала раньше, они прекрасно знали, на что идут, с самого начала. – Я поймала его темный взгляд и молча покачала головой, ничего конкретного в виду не имея.       – Не заговаривай мне зубы, сейчас тебя волнует совсем не это.       Я вздохнула и быстро вскинула голову, пытливо глядя на Снейпа.       Темные глаза разглядывают меня с прищуром - словно считывают. Я могла психовать сколько угодно, но ничего не сделала бы против его умений, внаглую нарушающих право человека на неприкосновенность мысли.       Черт с ним.       Просто. Черт. С ним.       – Кэт Вайрес, говоришь? – Непринужденно. Как так и надо. Нахмурившись, я попыталась навести порядок в своей голове. – Погоди-ка… Та самая Вайрес, которая училась с нами на шестом курсе? – Я невольно поежилась, скосив на Снейпа быстрый взгляд. Поверил?..       Темный взгляд стал чуть менее подозрительным.       Прикрыв глаза, я вновь услышала давние голоса так, будто это было вчера.       – Ты можешь оставить свои надежды, малышка. – Негромкий голос, прозвучавший столь же неожиданно, словно удар хлыста. Замерев на месте и стараясь заглушить испуг, я повернулась и увидела прислонившуюся к стене девушку с гладкими черными волосами.       У нее была несколько противоречивая репутация в школе, ведь за один лишь месяц она буквально сделала так, чтобы ее обсуждали все вокруг. Как может одна девушка наделать столько шума? Впрочем, возможно, это случилось не по ее воле. Студенты собирались в группы и шептались по углам, что ей не место в Гриффиндоре, но напрямую сказать боялись. Лили держалась отстраненно, но почему-то была уверена, что Вайрес совсем не плохая. Что тут скажешь, это же Эванс, девочка с рыжими волосами, которая везде видит что-то хорошее. Во всем. Во всех. Даже в Нюниусе. Что касается меня…       Мне казалось, Катрина знала обо мне все, и это как минимум настораживало. Она знала даже, кем работают мои родители, знала, как звали медвежонка, с которым я засыпала в детстве. И про чувства к Сириусу она тоже знала. Я боялась ее, это был первый человек, которого я действительно боялась.       – Я устала, – покачала головой я, решительно проходя мимо, но она с кошачьей грацией прыгнула вперед, преградив мне путь. Темно-синие глаза опасно блеснули, и я невольно шагнула назад. – Отойди, – стараясь скрыть дрожь в голосе, произнесла я. Казалось, сердце билось где-то в горле, а дышать становилось все тяжелее. Из-за чего? Душно, МакКиннон? Или это накатывающая паника накрывает с головой?       <i>Да что с тобой?!       Ну уж нет. Если я убегу, я просто перестану себя уважать.       Решительно вскинув голову и глядя прямо в ее стеклянные глаза, я вдохнула и спросила как можно холоднее:       – Что тебе от меня нужно? Ты все время ходишь, смотришь, вынюхиваешь. Что?!       Катрина усмехнулась, спокойно и холодно – кажется, в ее глазах на секунду вспыхнуло что-то вроде сочувствия.       – Мне? От тебя? – Скривив губы, девчонка деланно непринужденно обошла меня кругом. – Я просто не хочу, чтобы ты тешила себя иллюзиями.       – Я не нуждаюсь в твоей помощи! – Где-то внутри, под слоем отчаяния и странного ужаса, полыхала ярость. – Какая. Тебе. Разница?! – Дыхание облачками пара вырывалось из легких. В коридоре было прохладно, и даже факелы не давали ничего, кроме слабого света.       А вокруг ни души.       – Ничего у тебя не выйдет, как ты не можешь этого понять! – жестко отрубила Катрина, толкнув меня к стене. – Он может дружить с тобой, и он дружит, – В ее голосе промелькнуло сожаление, но в следующий миг Вайрес склонила голову набок, и пряди черных волос упали ей на лицо. – Но ты никогда не станешь для него больше, чем другом, потому что ты… – Кэт снова усмехнулась. Медленно. Раздражающе спокойно. – …грязнокровка. А он – Блэк.       – Это всего лишь фамилия! – запальчиво возразила я, лихорадочно обыскивая взглядом коридор. Пусть кто-нибудь придет сюда, пусть кто-нибудь придет… – Он не такой, как его семья!       – Он – часть своей семьи, какими бы громкими фразами ни бросался, – настойчиво перебила она, наклоняясь ко мне. Ее глаза недобро блеснули. – А ты никогда не сможешь стать ею.       Несколько секунд я молча смотрела на нее. Не верила. Не хотела верить. Хотелось что-нибудь сказать ей, что-нибудь стоящее, но нижняя губа предательски задрожала. Она не отрывала от меня пристального взгляда, который в полумраке казался мне темным и угрожающим. Казалось, девушка вот-вот поднесет палочку к моему горлу и произнесет запрещенное заклинание.       Однако другая часть моего сознания тихо шептала, что Кэт Вайрес не причинит мне вреда. Почему? Я не знала. Этот странный блеск в ее глазах не давал мне покоя.       – Отойди от нее, Вайрес!       Мы обе обернулись на голос, и я облегченно выдохнула, почувствовав, как заледеневшие пальцы сразу же начали согреваться. Катрина лениво пожала плечами и сделала два шага назад. Стук каблуков эхом разнесся по пустому коридору.       – И тебе доброй ночи, Поттер, – бесстрастно произнесла она, а затем резко обернулась ко мне. – Остерегайся, солнышко. – Катрина чуть наклонила голову вниз, и длинные волосы бросили тень на ее лицо. – Мне бы не хотелось, чтобы ты превратилась в одну из тех глупеньких шлюшек, которых он ежедневно затаскивает в постель, – едва слышно добавила она, и в ее голосе послышалась скрытая усмешка. – Тебе бы тоже не хотелось. Спокойной ночи, МакКиннон. </i>       – Значит, Кэт...Катрина в розыске, да? – выдавила я, и Северус бросил на меня цепкий пристальный взгляд. – Она что, здесь?.. В Лондоне?       – Видимо, так и есть, – сухо ответил он, поднимая на меня темный взгляд. С интересом. – Ты что, испугалась, МакКиннон?       Я сделала глубокий вдох. Испугалась ли я? Нет, что-то другое. Что-то тяжелое, почти забытое. Непонимание. Растерянность.       – Нет, – снисходительно усмехнулась я. – Конечно же, нет. – Чувствуя его пытливый взгляд, я резко выдохнула и спросила прямо в лоб: – Ты сможешь достать мне пару волос какой-нибудь волшебницы, которую точно никто не ищет? – задала я вопрос на одном дыхании, стараясь не обращать внимания на мрачнеющее лицо зельевара.       – Я знал, что так и будет, – процедил он, опускаясь на табуретку напротив и сверля меня яростным взглядом. – Послушай, МакКиннон, что я тебе скажу, и послушай очень внимательно. Если ты не забыла, то все, что происходит с тобой – происходит исключительно для твоего же блага. Понимаю, это может быть несколько нудно и однообразно, но ты будешь жива. И если ты собираешься рисковать своей жизнью и жизнями других людей, которые пытаются тебя защитить, то все это будет бессмысленно, ясно? – Он сверлил меня пристальным пылающим яростью взглядом, и я, посидев немного в тишине, вскинула голову и четко произнесла:       – Как скажешь. – Поднявшись из-за стола, я наградила его выразительным взглядом и, больше не взглянув в его сторону, вышла из кухни.       – Куда ты? – бросил Снейп мне вслед, почти не скрывая раздражения. – Нельзя же быть такой дурой!       Замечательно! Вспылив, я даже и думать забыла о Катрине. Да, надо просто забыть о ней. Она обо мне наверняка даже и не вспомнит.       Я поборола желание вернуться и, стиснув зубы, зашла в свою комнату, села на кровать и замерла, прислушиваясь. Не поймите меня неправильно, я прекрасно понимала смысл того, что он говорит, но разве можно рисковать еще больше, если ты итак двойной агент? В конце концов, мне нужен всего лишь волос, ноготь или что-нибудь в том же духе. Сделав глубокий вдох, я попыталась взять себя в руки. Затем встала и решительно вернулась на кухню. Снейп вскинул на меня вопросительный взгляд, и я в последний момент проглотила язвительный комментарий. Издевается.       – Тебе же все равно! – почти умоляюще протянула я, присаживаясь на табуретку напротив него.       – Я вовсе не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось, – сухо ответил Снейп.       – Потому что Сириус оторвет тебе голову? – не в силах сдержать иронии, прозвучавшей в моих словах, я бросила на него насмешливый взгляд.       – Не только поэтому, – кратко бросил Северус, спокойно допивая чай.       – Да? – неожиданно переспросила я, изучая его внимательным взглядом. – Ты действительно так за меня волнуешься или из принципа не хочешь, чтобы я присутствовала на свадьбе с Джеймсом в качестве жениха? – Я прищурилась, больше не притворяясь обиженной и даже в какой-то момент перестав злиться. А что, если я права?       – Поттер тут не причем, – отрезал Снейп, тут же замыкаясь. – Просто это опасно.       – Неужели?       Я встретила его взгляд решительно и не собиралась отступать. Это было слишком важно, чтобы я позволила себе сдаться, когда еще оставалась надежда. Хотя можно ведь было обойтись и без оборотного зелья… Ну конечно! Мне вдруг захотелось засмеяться, несмотря на то, что Снейпу и этот план вряд ли понравится. Но попробовать-то можно!       – Чего ты улыбаешься? – с подозрением спросил меня Северус, явно не зная, чего еще от меня ожидать. Правильно, пусть нервничает.       – Ты ведь сейчас несильно занят? – спросила я, растягивая губы в обезоруживающей улыбке. Снейп молча смотрел на меня, и я приняла это за согласие. – Слушай. Можешь прямо сейчас найти Сириуса и попросить у него мантию-невидимку?       – Что? – не веря своим ушам, переспросил Снейп. – МакКиннон, знаешь, что…       – А… ради Лили? – перебила я. Запрещенный циничный прием. Удар под дых. – Я ее лучшая подруга, я и Алиса! Ты просто заберешь у Бродяги мантию, а дальше уже моя проблема.       Северус молчал.       Кто-то что-то говорила о жестокости Кэт Вайрес? Так вот, МакКиннон, ты, оказывается, тоже можешь быть сукой.       Я закусила губу и поморщилась. Может быть, впервые я так рвалась заткнуть свою совесть.       – Угу, – наконец буркнул зельевар, не сводя с меня мрачного взгляда. – И, конечно же, в твою светлую голову не пришла мысль, что твой Блэк сразу же обо всем догадается? Я не верю, что говорю это, но он совсем не идиот.       – Просто забери мантию, – попросила я, прижимая ладони к губам в молитвенном жесте. – Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста…       – Иногда мне кажется, что я подохну вовсе не от палочки Волан-де-Морта, МакКиннон, – произнес он бесцветным голосом. – Жди здесь.       Можно подумать, я могу куда-то уйти. Снейп трансгрессировал, а я осталась стоять на месте, размышляя, есть ли у него хоть какие-то шансы. В конце концов, мантия-то Джеймса, да и, зная Сириуса, могу смело предположить, что просто так он Снейпу ничего не отдаст, к тому же не так уж и много вариантов, кому эта мантия могла понадобиться в день свадьбы Лили и Джеймса. Но риск оправдан, по крайней мере, мне очень хотелось в это верить.       Северус вернулся через десять минут, держа в руке сверток с переливчатой тканью. Я смотрела на него расширенными глазами, искренне не понимая, как ему это удалось в такие... рекордные сроки. Снейп усмехнулся, протягивая мне мантию, и я тут же накинула ее на себя, исчезая прямо на его глазах.       – Очень вовремя, – произнес он голосом, не предвещающим ничего хорошего. – И советую в ближайшее время вообще мне не показываться.       – Так и сделаю, но… как тебе это удалось? – спросила я, сделав два шага в противоположную сторону. Было интересно наблюдать за выражением его лица, когда он может меня только слышать.       – Просто я вспомнил, что мантия была у Дамблдора, – деревянным голосом отозвался Снейп. – Он на удивление быстро согласился, так что не спеши думать, что тебе повезло.       – Спасибо, Северус, – искренне поблагодарила я, выглянув на секунду.       – Пошли, – усмехнувшись, он прошел мимо меня в прихожую, и я, не скрывая удивления, последовала за ним. Что он задумал? – Не смотри на меня так. С территории участка без меня ты трансгрессировать не сможешь. У тебя нет палочки, помнишь? Равно... как и вернуться обратно.       Да уж, вот тут он был прав. Моя палочка, по-видимому, тоже была конфискована во избежание возникновения экстраординарных идей.       – И что делать? – тут же спросила я, уверенная, что он все это придумал далеко не сегодня. Мерлин, мне вообще начинало казаться, что он думал об этом не первый день и знал все мои действия наперед. Значит, все остальное просто игра с расчетом немного меня позлить? Да уж, сцена явно потеряла талантливого актера.       – То же, что и в первый раз. Я буду ждать тебя здесь… – Снейп взглянул на часы и, как ни в чем не бывало, закончил: – Через три часа. Лучше не опаздывай.       – Спасибо, Северус, – снова произнесла я, протягивая из-под мантии руку. Зельевар сжал мою ладонь длинными пальцами, а в следующий миг... я услышала знакомые голоса.       Я оказалась на узкой и тихой улочке в гордом одиночестве – ни Снейпа, ни кого-либо другого здесь не было. Прямо передо мной стоял красивый двухэтажный дом, огражденный забором, на котором явно лежало как минимум несколько средненьких по мощности заклинаний, одно из которых, очевидно, оглушающее. По ту сторону забора, где сейчас находилась я, не было слышно ни единого звука, хотя в момент трансгрессии я отчетливо слышала голоса. Значит, это не просто заклинания, а своеобразный шатер… Великолепно, Марлин. И что теперь делать?       – Ну что, Сохатый, судя по твоей светящейся физиономии, я делаю вывод, что ты все-таки счастлив, – услышала я веселый голос и тут же обернулась на звук. По узкой дороге прямо ко мне шли Джеймс и Сириус, как всегда успевая подшучивать друг над другом. В руках у них были пакеты с бутылками, среди которых я узнала и сливочное пиво и даже магловское шампанское. – Ты ведь счастлив? – продолжил Блэк, косясь на друга.       Я следила за ними, не предпринимая никаких действий, мне было интересно абсолютно все – что они делали все это время, часто ли видятся, по-прежнему ли готовы шутить по любому поводу или вытворить что-нибудь невероятное, только бы не скучать?.. Я бы так и ходила за ними тайком, слушая их разговоры, и беззвучно смеясь над шутками, я могла бы прийти специально для этого, но сейчас у меня все же была несколько иная цель.       – Счастлив, – не раздумывая, согласился Поттер, и Сириус, присвистнув, похлопал его по плечу.       На Джеймсе был безукоризненно отглаженный смокинг и черные ботинки, начищенные до блеска. По-видимому, Сириусу удалось что-то сделать с его волосами, чтобы они не выглядели так, будто Поттер только что рухнул с тридцати метров. Оба были в школьных гриффиндорских галстуках, что сразу же бросалось в глаза и выглядело довольно забавно. И если Джеймс выглядел максимально аккуратно, что для меня казалось слишком непривычным, то Сириус, воспользовавшись тем, что он все же шафер, а не жених, позволил себе закатать рукава рубашки и пиджака так, что были видны белые манжеты, и при этом все равно умудрялся выглядеть совсем не хуже жениха. Блэку шло абсолютно все, и я просто не могла оторвать от него глаз, радуясь, что могу вот так наблюдать за ним и оставаться никем не замеченной. На голове Сириуса находилась цилиндрическая шляпа, придавая ему облик настоящего джентльмена. Когда мои друзья подошли к забору, я отошла на несколько шагов, чтобы ненароком никого не коснуться, но слышать все, о чем они говорили. Джеймс достал палочку, а я молча следила за ним обеспокоенным взглядом, надеясь, что этот ритуал не нужно проделывать каждому. Сохатый приложил руку к забору, и я едва сдержала удивленный вздох, увидев, что прямо посреди забора начала появляться калитка. Судя по шевелению губ, Джеймс произносил еще что-то, и, не успев испугаться, я поняла, что стою слишком далеко и не попадаю под действие оглушающего заклинания. Джеймс отворил калитку и зашел во двор, Сириус последовал за ним, и, недолго думая, я прошмыгнула следом.       И тут же замерла, обернувшись и наблюдая, как калитка исчезает, словно ее и не было. Во дворе дома под навесом – на случай, если пойдет дождь, – стоял длинный стол с ослепительно-белой скатертью. По периметру у забора и вокруг дома росли самые разные цветы, но больше всего было лилий. Они источали тонкий аромат, и я закрыла глаза, наслаждаясь наконец самыми разными запахами, которых не чувствовала уже очень давно. Наверное, так пахла свобода. Приоткрыв глаза, я позволила себе оглядеться по сторонам. Вокруг стола бегала невысокая женщина с добрыми глазами, по-видимому, мама Лили. Миссис Эванс что-то расставляла и отдавала четкие указания девушке с короткими волосами, которая следовала за ней вдоль стола. Девушка послушно кивала, запоминая, что еще нужно было принести, и было в ней что-то знакомое, но я никак не могла понять, что именно, пока она не обернулась.       – Алиса? – удивленно воскликнула я и тут же закрыла рот обеими руками, надеясь, что она меня не услышала. К счастью, я стояла слишком далеко, чтобы мой голос пробился сквозь негромко играющую музыку и звучащие инструкции миссис Эванс.       – Милые дамы, не нуждаетесь ли вы в моей помощи? – услышала я голос Сириуса, который направлялся к столу от крыльца дома. Алиса и миссис Эванс тут же вскинули головы, не в силах оторвать глаз от красавца Блэка. Сириус снял шляпу и отвесил им галантный поклон, из чего я вывела, что они еще не здоровались.       – Спасибо, молодой человек, но мы справляемся, – доброжелательно ответила миссис Эванс.       – Так что иди и не мешай, – тут же добавила Алиса, обворожительно улыбаясь. Я усмехнулась.       – Миллер, вот ты всегда так, – притворно-укоризненным тоном заявил Бродяга. – А волосы ты зачем остригла?       Алиса продемонстрировала ему руку с тонким колечком на пальце, отвлекаясь от сервировки стола.       – Во-первых, Блэк, я – Лонгботтом, а это уже говорит о том, что что-то изменилось, – назидательно произнесла она. – И да, если ты об этом не помнишь, то задумайся, стоит ли столько пить на свадьбах? – Алиса сделала невинное выражение лица и продолжила: – Во-вторых, перемены могут проявляться и внешне. – Посмотрев на него не без любопытства, мисс Лонгботтом добавила: – Лучше скажи, мне идет?       – Ты как всегда прекрасно выглядишь, – признал Сириус, поднося ее руку к губам.       – Видела бы тебя твоя Марлс! – рассмеялась Алиса, возвращаясь к сервировке.       Сириус еще раз поклонился и, нахмурившись, пошел в противоположную сторону. Я последовала за ним, замечая, как из дома с тарелками в руках выходят другие гости. Подавив любопытство, я усмехнулась и, ни к кому не обращаясь, протянула:       – Видела бы тебя твоя Марлс…       Сириус замер на месте и резко обернулся в мою сторону.       Я застыла, боясь пошевелиться. Что-то мимолетное, полыхнувшее в его взгляде, заставило меня буквально прирасти к земле. Просто замереть, не имея ни малейшего понятия о том, что теперь делать.        И я стояла неподвижно, молча дожидаясь момента, когда он стянет с меня мантию-невидимку. Внутри все трепетало от нехорошего предчувствия, но в то же время я с нетерпением ждала, когда он сможет, наконец, меня увидеть. Взгляд Сириуса выражал недоверие, а в следующий миг он быстро схватил меня за руку и оттащил к ближайшему дереву, крона которого могла бы нас спрятать. Мантия слетела с плеч, и я тут же отошла на пару шагов. Отошла? Ха. Отпрыгнула, отскочила, отлетела.       – Спокойно… – пробормотала я, пытаясь улыбнуться. – Ты злишься, я знаю, но…       – Черт побери, кажется, я просил тебя никогда больше так не делать?! – процедил Сириус как можно тише. – И когда ты начнешь меня слушаться?..       – Извини, но я не могла поступить по-другому, и тебе это прекрасно известно, – тихо отозвалась я, умоляюще взглянув на него. – Сириус… Пожалуйста, я буду вести себя хорошо, ни на шаг от тебя не отойду, но я должна здесь быть!       – Не должна, – буркнул Бродяга, сверля меня изучающим взглядом, но я видела, как тает ярость в его глазах. Настоящая ли она?.. – Ладно. Несмотря ни на что, я безумно рад, что ты здесь, моя радость. Если хочешь, можешь пойти помочь Лили, она на втором этаже вместе с МакДональд, а Миллер, как ты уже заметила, помогает с сервировкой стола. – Блэк усмехнулся, склонив голову набок. – Чего ты на меня так смотришь?       – Соскучилась, – произнесла я, не отрывая от него внимательного взгляда и стараясь запомнить каждую черточку его лица. В следующий миг до меня дошел смысл его слов, и я удивленно вскинула брови, пытаясь понять, серьезен он или шутит. – Подожди… ты хочешь сказать, что я могу познакомиться с гостями?       – А ты хотела весь день ходить в мантии-невидимке? – вопросом на вопрос ответил мне Блэк.       – Ну, не весь день, а всего три часа.       – Иногда и этого бывает достаточно, – уловив грустные нотки в моем голосе, возразил Бродяга. – Пойдем. – Взяв меня за руку и уже развернувшись, чтобы пойти в дом, Сириус неожиданно остановился. Затем медленно повернулся ко мне и вдруг быстро сократил разделявшее нас расстояние. Я счастливо зажмурилась, стараясь надолго запомнить его поцелуи. – Идем, – повторил он, оторвавшись от меня, и я молча кивнула, не скрывая улыбки.       Заходя в дом, я подумала, что не была здесь лет тридцать – не меньше. Вокруг все казалось другим, и я вынуждена была признать, что Лили неплохо поработала, стараясь изменить саму атмосферу дома. В гостиной играла музыка, и, заглянув внутрь, я увидела Джеймса, который бегал из угла в угол, словно что-то искал. Вскинув брови, я замерла и молча указала Сириусу на нашего взволнованного друга, рука которого то и дело тянулась к волосам, но затем он вспоминал, что его лохматая шевелюра тщательно уложена не без помощи заклинаний (или же лака для волос) и ее не так-то просто взъерошить. Бродяга тихо хмыкнул, прижимая меня к себе, а затем уже громко произнес:       – Сохатый, ты бы не мельтешил так. Я, конечно, понимаю, что у оленей брачный период длится с апреля по ноябрь, это вообще установленный факт, но я первый раз вижу такого... нервного оленя. – Бродяга явно ожидал ответной реакции, но Джеймс так и продолжал вышагивать от одной стены к другой. – Поттер! – не выдержал Сириус. – Ты хоть слышал, что я сказал?       – Отстань, Бродяга, – едва взглянув на него, ответил Джеймс. – Привет, Марлин. – Сделав еще два шага в сторону, Поттер замер и, медленно обернувшись, недоверчиво уставился на меня. – Марлин?       – Привет, – улыбнулась я, помахав ему рукой. – Я смотрю, ты сильно занят. – Заметив, что Поттер до сих пор не осознает до конца, что происходит, я кивнула и добавила: – Ладно. Оставляю тебе Сириуса. – Повернувшись к Блэку, я быстро чмокнула его в щеку и прошептала: – Я к Лили.       Блэк кивнул, крепко сжав мою руку, и тут же отпустил, позволяя мне подняться на второй этаж. По перилам деревянной лестницы вилось красивое растение с крупными белыми цветами, и, поднимаясь по ступенькам, я на всякий случай задержала дыхание – чтобы ненароком не повредить такую красоту. Поднявшись на второй этаж, я огляделась по сторонам и увидела две двери – одна, как мне было известно, вела в бывшую комнату родителей Джеймса. Я прошла по коридору и остановилась напротив второй двери, занося руку, чтобы постучать.       Я не успела даже коснуться деревянной поверхности, как дверь внезапно распахнулась, и Лил стиснула меня в объятиях так, что мне стало трудно дышать. Затем объятия исчезли так же внезапно, как и появились, и Лили, не церемонясь, затащила меня в комнату.       – Я знала, что ты придешь! – радостно воскликнула она, отходя к комоду и доставая оттуда жемчужное ожерелье.       – Повернись, – произнесла я, и Лили тут же обернулась ко мне. Ее зеленые глаза сияли в предвкушении, но также было заметно, что она сильно волновалась. И все-таки явно не так сильно, как ее будущий муж. Платье Лили само по себе отливало каким-то таинственным жемчужным светом, и, замерев в ожидании, она была такой красивой, что я невольно залюбовалась, напрочь забывая о необходимости высказать свое мнение. Платье не было особенно пышным, но, взглянув на невесту еще раз, я поняла, что все именно так и должно быть. Лилс действительно выглядела потрясающе, как и положено выглядеть невесте. Ниспадающие завитые пряди струились по спине и плечам рыжим водопадом. У подола платья, норовя подобраться к ногам, бродил подросший Живоглотик. Кот явно не понимал, что происходит и почему все вокруг такие взволнованные.       Бросив взгляд на стоящий рядом с Лил стул, я увидела на нем знакомую кожаную куртку и удивленно вскинула брови. Лили проследила за моим взглядом и усмехнулась, на миг превращаясь в знакомую старосту, следящую за порядком.       – Здесь были Джим и Сириус, пока Алиса не послала их в магазин за напитками, – пояснила Лил. – Куртка не сочетается с сегодняшним нарядом Бродяги, но он все равно принес ее с собой.       Я засмеялась, подошла к стулу, взяла куртку в руки и села, положив ее на колени. В тот же миг что-то вылетело из внутреннего кармана и с негромким стуком ударилось о пол. Мы с Лили одновременно перевели взгляд вниз и увидели... волшебную палочку.       Я смотрела на нее почти с ужасом.       – Вот балбес, – пробормотала Эванс, поднимая палочку с пола. – Кто же сейчас ходит без оружия?       – Очевидно, я. – Я вздохнула, резко поднимаясь, и решительно подошла к Лили. Затем пояснила, отвечая на ее непонимающий взгляд: – Это моя палочка.       Несколько долгих секунд Лили пристально разглядывала меня, затем покачала головой, и в этот момент невозможно было понять, о чем она думала. Не говоря ни слова, Лили протянула палочку мне и серьезно произнесла, хотя глаза ее весело блестели:       – Я никому не скажу. – Заметив, что я еще сомневаюсь, Эванс вложила палочку мне в руку и нравоучительно добавила: – Марлс, это же не шутки. К тому же, эта палочка по праву принадлежит тебе.       Несколько мгновений я тупо смотрела на палочку, которую сжимала в руке, а затем перевела взгляд на Лили. Да, она просто потрясающе выглядела, и только благодаря ей я больше не безоружна. Улыбнувшись, я прошлась взглядом по вьющимся рыжим прядкам, по лифу платья с мелкими жемчужными цветками, по тонкой талии и расходящимся складкам юбки.       – Ты прекрасна, Эванс, – выпалила я, не в силах оторвать от нее глаз. – Джеймсу точно понравится.       – Понравится? – в комнату небольшим ураганом влетела Мэри МакДональд, заставив нас вздрогнуть от неожиданности. И это было полностью в ее духе. Быстро обняв меня, Мэри тут же придирчиво оглядела Лили со всех сторон. Я даже не удивлялась, что она не задавала мне никаких вопросов – возможно, она даже не помнила, что я куда-то «пропадала». – Да он и двух слов связать не сможет! – категорично заявила Мэри, не сводя с Лили оценивающего взгляда. – Я эту прическу с самого утра делала! Ты только посмотри, Марлс! – Так мы и замерли вдвоем, глядя на Лили, у которой на щеках уже начал появляться нежный румянец.       – Перестаньте! – воскликнула невеста, смущенно отводя глаза. – Мерлин, я так волнуюсь…       – Еще одна, – пробормотала я, покачав головой.       В дверь неожиданно постучали, и Лили, вздрогнув, порывисто обернулась на звук. Ее щеки горели румянцем, и мы с Мэри, переглянувшись, растянули губы в улыбке. В комнату заглянул мужчина с добрыми карими глазами, вокруг которых собрались морщинки. Он улыбался, глядя на взволнованную Лили, а Лили, сама того не замечая, нервно теребила ткань платья длинными пальцами.       – Лили, дочка, нам пора, – негромко произнес мистер Эванс, и невеста, широко распахнув и без того круглые глаза, торопливо кивнула. Сделала шаг. Еще один. И тут же споткнулась на ровном месте, едва устояв на ногах и беспомощно оглядываясь по сторонам.       – Осторожно, – ласково произнесла я, подхватывая ее под руку.– Послушай меня, Эванс. Ты ведь и сама знаешь, что все пройдет замечательно. Слышишь? – Я вопросительно вглядывалась в ее лицо, и Лили, вдохнув поглубже, кивнула немного спокойнее. – Вот и умница, – добавила я, передавая подругу в надежные руки мистера Эванса, и медленно последовала за ними вниз по лестнице.       С детства я любила разные торжественные события. Помню, когда мне было лет шесть, мы с мамой были приглашены на свадьбу ее подруги. У меня было очень красивое платье, я завороженно наблюдала за церемонией, мечтая поймать букет, который в конце кидала невеста. Букет я все-таки не поймала, но эта детская мечта жила во мне до сих пор. Скользнув взглядов по людям, снующим на первом этаже, я пыталась отыскать Сириуса, но его нигде видно не было. Вообще-то... я никогда всерьез не задумывалась о свадьбе, но, глядя на трепещущую Лили... неожиданно почувствовала, что и мне хотелось испытать это волнение. У двери, обрамленной тем же вьющимся растением, что и перила лестницы, с серьезным и торжественным видом стояла женщина – по-видимому, из Министерства. Женщина держала в руках небольшую книгу.       Гостей было не так уж и много – вероятно, не все смогли приехать в Годрикову Впадину или же просто боялись – но некоторые из присутствующих все же были мне незнакомы. Стоя наверху, я увидела улыбающуюся Алису и Фрэнка, которого не видела уже очень давно. Миссис Эванс вскинула голову, наблюдая, как ее дочка под руку с отцом спускается вниз, где ее уже ждал волнующийся жених.       Как я уже говорила, Джеймс выглядел потрясающе. Он стоял по левую сторону от работника Министерства, а чуть подальше за ним находился Сириус Блэк, то и дело что-то уверенно говорящий другу. Услышав шаги, они оба вскинули головы и так и замерли, не в силах отвести глаз от Лили. И все-таки верно придумано, что нельзя жениху видеть невесту до церемонии – ее внешний вид должен оставаться тайной, чтобы потом она могла видеть эти потрясенные и восхищенные взгляды, наполняющие ее уверенностью. Я улыбалась, глядя на ошарашенное лицо Поттера – такое ощущение, что он видел ее в первый раз.       – Пойдешь со мной? – неожиданно обернувшись ко мне, спросила Лили. Ее щеки пылали, глаза горели взволнованным огнем, но от этого она была только красивее. Я с улыбкой кивнула и, спустившись по лестнице, медленно пошла следом за Лили, становясь позади нее. Сохатый не отрывал от Эванс горящих карих глаз, осторожно, словно во сне, протягивая ей руку. Лили улыбнулась, когда его пальцы сжали ее ладонь.       Через пару мгновений гости, оторвавшись от жениха и невесты, начали рассматривать свидетельницу, и по гостиной побежали шепотки. Некоторые смотрели на меня с таким удивлением, будто меньше всего ожидали увидеть меня здесь, однако сам факт того, что меня узнали все – даже те, о ком я не имела ни малейшего представления, – заставил меня невольно поежиться. Значит, все действительно очень-очень плохо.       Женщина из Министерства открыла книгу и начала свою торжественную речь. Перешептывания гостей тут же смолкли, все взгляды обратились на нее, а я украдкой бросила взгляд на Сириуса. Блэк стоял позади Джеймса с кривой улыбочкой, я вообще сомневалась, сможет ли он представить себя на месте Сохатого. Эта загадочная улыбка не сходила с его лица до тех пор, пока не зазвучали клятвы. Как только Джеймс и Лили стали повторять слова клятвы, лицо Сириуса приняло задумчивое выражение, и я едва сдержала прерывистый вдох, быстро отводя глаза.       – …пока смерть не разлучит нас, – повторила Лили немного дрожащим голосом. Медленно и осторожно они взяли кольца, не сводя друг с друга внимательных глаз. Словно во сне, Джеймс бережно надел кольцо на палец невесты. Казалось, гости затаили дыхание, наблюдая за этим процессом       – Жених может поцеловать невесту, – подытожила женщина с легкой улыбкой, закрывая свою книгу, и Джеймс тут же приник губами к пылающим губам Лили.       Гостиная взорвалась аплодисментами и криками «Горько!», все тут же кинулись поздравлять жениха и невесту, а Бродяга, подхватив меня сильными руками, на радостях закружил так, что мир перед глазами завертелся калейдоскопом цветов. Опустив меня на землю, Блэк тут же сжал мою руку. Казалось, все это время он волновался не меньше жениха, но как всегда тщательно это скрывал.       – Наконец-то, правда?.. – спросила я, восторженно глядя на окруженных гостями молодоженов. – Стоило столько ждать ради этого!       – Семь лет, – усмехнулся Сириус. – А ведь я ей говорил еще на третьем курсе, что от судьбы не уйдешь, – так или иначе, она все равно когда-нибудь станет миссис Поттер! Но Эванс же упрямая, не верила!       – Я бы тоже не поверила, – осторожно ответила я, наблюдая за его реакцией. Но Сириус не успел мне ничего ответить, потому что в ту же секунду к нам подлетела счастливая Алиса, делясь своими впечатлениями и как всегда резко меняя темы.       – Я... когда увидела, что ты свидетельница... просто к месту приросла, честное слово! – тараторила наша миссис Лонгботтом, порывисто меня обнимая. – Я так рада тебя видеть, Марлс!       Какая там была официальная версия? А, впрочем, какая разница, если все вокруг уже знают правду? Кажется, Сириус хотел познакомить меня с гостями? Отлично, думаю, сейчас самое время. Тут же я услышала голос Лили, которая приглашала всех во двор. Саму виновницу торжества видно не было – она все еще была окружена наперебой поздравляющими ее гостями.       – Идем, – позвал меня Сириус. Лили и Джеймс тоже подошли к нам вместе с незнакомыми мне людьми, среди которых неожиданно появился более чем знакомый голос.       – Рад видеть вас, мисс МакКиннон, – произнес Альбус Дамблдор, появляясь с другой стороны. – Прошу прощения у мистера и миссис Поттер за то, что пропустил церемонию, – профессор Дамблдор повернулся к Джеймсу и Лили. – От всей души поздравляю вас. – Подмигнув смущенной Лили, Дамблдор отошел к мистеру и миссис Эванс, давая мне возможность рассмотреть людей, которых я сегодня видела впервые.       Что ж, их не нужно было долго рассматривать, чтобы понять, что передо мной стояли мракоборцы. Две девушки и трое мужчин, два из которых были близнецами и смутно мне кого-то напоминали. Они смотрели на меня сосредоточенно, словно все еще не могли понять, что я здесь делала. Я уже хотела открыть рот, чтобы прервать эту звенящую тишину, которая на фоне музыки и праздничного стола выглядела совсем не уместно, но Сириус меня опередил.       – Марлин, это Доркас Медоуз,– спокойно произнес Блэк, кивая на светловолосую девушку с темно-серыми серьезными глазами. – Карадок Дирборн. – представил Сириус мужчину лет двадцати восьми с резкими чертами лица. Я кивнула ему, и мужчина едва заметно кивнул мне в ответ. – Эммелина Вэнс. – Я перевела взгляд на невысокую темноволосую девушку, и она единственная улыбнулась мне. – Ты должна помнить Гидеона и Фабиана Пруэттов, – обернулся ко мне Сириус, кивая на двух близнецов. Я тут же кивнула, мгновенно вспоминая, откуда они показались мне знакомыми. – Дамблдор хотел выделить их для охраны, но Сохатый заявил, что у них нет охраны, есть только гости.       – А мы и так справимся, – обнадеживающе произнес Гидеон, не сводя с меня тяжелого взгляда.       – Что ты здесь делаешь? – когда с официальным знакомством было покончено, накинулась на меня Доркас. От неожиданности я едва удержалась, чтобы не отступить. Бросив на Лили быстрый взгляд, я увидела такую же тревогу в ее зеленых глазах.       – Ты что забыла, что тебя ищут? – поинтересовался Фабиан, бросив на меня насмешливый взгляд. Казалось бы, он не столько возмущен, сколько воодушевлен моим присутствием.       – Перестаньте, – неожиданно дружелюбно произнесла Эммелина. – Девочка не могла пропустить такое событие, это же ее лучшие друзья.       – Она просто безрассудно рискует жизнью! – воскликнула Медоуз, бросив на Вэнс осуждающий взгляд. Затем снова обернулась ко мне, намереваясь подойти еще ближе, но между нами неожиданно встал Сириус.       – Она вернется в дом через час, Дор, – твердо, голосом, не терпящим возражений, произнес Блэк. – Давайте пройдем к столу, остальные гости нас уже заждались.       Доркас Медоуз, смерив меня неодобрительным взглядом, повернулась в противоположную сторону вместе с Карадоком и братьями Пруэттами. По дороге они о чем-то переговаривались. У стола их встретили Фрэнк и Алиса, подключаясь к разговору.       – Не обращай внимания, – услышала я голос Эммелины, видимо, проследившей за моим взглядом.       – Они знают про Дом? – спросила я у Сириуса, который так же хмуро наблюдал за мракоборцами.       – Не больше, чем я, – покачал головой Блэк.       – Пойдем за стол, – светло улыбнулась Лили. – Ты должна хорошенько запомнить этот час.       – Да и Рем там что-то скучает, – усмехнулся Джеймс, подмигнув мне. Я улыбнулась. – Марлин, – неожиданно серьезно добавил он, и я вскинула на Поттера вопросительный взгляд. – Никто не сможет до тебя добраться, слышишь? – Джеймс говорил так уверенно, что ему нельзя было не поверить, и я благодарно кивнула. Эммелина, бросив на нас вопросительный взгляд, сделала два шага в сторону навеса, затем развернулась и пошла к остальным гостям, оставив нас вчетвером.       – Я так за вас рада, – неожиданно широко улыбнулась я, обнимая сначала Лили, а потом Джеймса.       – Мерлин, только этого нам не хватало, – неожиданно мрачно произнес Сириус, и мы все тут же перевели на него обеспокоенный взгляд. Блэк смотрел в сторону забора, и весь его вид не предвещал ничего хорошего. Быстро обернувшись ко мне, Сириус твердо произнес: – Накинь мантию.       – Что? – удивленно воскликнула я, быстро открывая сумочку и доставая переливчатую ткань. Накинув ее на себя и убедившись, что меня никто не видит, я уставилась на забор, слыша сбоку встревоженный голос Лили:       – Что случилось, Сириус?       – У нас гость. И, честно говоря, не понимаю, что ему здесь нужно, – почти что выплюнул Блэк, не сводя глаз с забора. Затем криво усмехнулся и добавил, отвечая на вопросительные и непонимающие взгляды друзей: – Это Хвост.