Белая Жрица

      Друзья полдня шли по пустыне, изнывая от жары и жажды. Нет, конечно, вода у них была, и её было достаточно, но они решили экономить её, всё же они не знали дороги, да и вообще, понятия не имели куда идут. Солнце давно уже было в зените, песок сильно прогрелся под его лучами, и теперь от него тоже шёл жар, словно от костра. Небо будто тоже раскалилось, и казалось белым от ярких солнечных лучей. Нигде друзья еще не встретили ни какого-либо растения, ни большого камня — ничего, в чьей тени можно было бы скрыться.       Туника противно липла к спине и груди Амелии, жёсткие лямки рюкзака больно врезались в плечи, её волосы, мокрые от пота начали виться. Принцесса тяжело дышала, в горле у неё пересохло, и губы потрескались от жары и сухости, кожа её казалась ещё более бледной, чем обычно. Амелия из последних сил перебарывала желание стащить ботинки и пойти дальше босиком, но мысль о том, что горячий, словно угли, песок обжигает её и без того измученные, стёртые в кровь ноги, останавливала её.       Зелгадису было и того хуже. Его каменная кожа, которая делала его неуязвимым, сейчас ни капли ему не помогала. Зелу казалось, что кровь внутри вот-вот закипит, он не снимал капюшона, не стал бы снимать и маску, но дышать и без того было тяжело. Химера едва волочил ноги, но всё же старался не подавать виду, ведь Амелия тоже старалась не ныть, за что Зелгадис был ей крайне благодарен.       — Ну и пекло, — сиплым голосом сказал Зел, остановившись.       — Зато мы живы! — постаралась улыбнуться принцесса, от чего на потрескавшихся обветренных губах выступила кровь.       — Прости меня, — выдохнул парень, закрыв глаза.       Амелия в недоумении уставилась на друга. Он выглядел таким усталым и обречённым, что принцесса почувствовала острую необходимость коснуться его, поддержать и подбодрить. Она положила руку ему на плечо. Он опустил голову, и девушка теперь не могла видеть его лица.       — За что? — тихо спросила она, стараясь заглянуть ему в лицо.       — За то, что затащил тебя сюда, — сказал он, наконец, взглянув на неё. — Я даже не знаю, куда мы идём. Скоро закончится вода, нам негде переночевать, и на случай бури, нам укрыться тоже негде.       — Ты можешь взлететь и осмотреться, — предложила принцесса.       — Какой от этого толк?       — Вдруг город или поселение совсем недалеко, а мы идём в противоположную сторону, — пожала плечами девушка.       — Портал… кому мог понадобиться портал, ведущий в пустыню… — пробормотал Зел.       — О чём ты?       — Ты права, — просиял вдруг Зелгадис, — я поднимусь. Порталы обычно не открывают посреди пустыни, их открывают в укромных местах, недалеко от места назначения, верно?       Амелия кивнула.       — Нужно было сделать это с самого начала! — химера передал свой рюкзак принцессе. — Держи и постарайся не влипнуть в очередную историю.       — Мы же посреди пустыни, — возмутилась Амелия, — и что значит «в очередную»?!       Зел только улыбнулся и в следующую секунду взмыл в воздух. Амелия задрала голову, но химера очень быстро скрылся из виду, девушка вздохнула и уселась на песок.       Тем временем Зелгадис осматривал окрестности. На востоке пустыню пересекали горы, с северо-запада она граничила с океаном, где виднелись очертания городов, скорее всего портовых. Пустыня простиралась далеко, насколько позволял увидеть глаз, на юг. Им с Амелией нужно было идти чуть севернее, и через несколько часов, если иди без остановок, то до темноты, они доберутся до города. Зел чертыхнулся, вспомнив Кселлоса, который мог бы и сказать, куда идти, и ринулся назад, к принцессе, надеясь, что очередные приключения миновали её.       Амелия сидела на песке, в том самом месте, где её и оставил Зел. Она устала ждать, сидя на самом пекле, у неё осталось совсем мало воды, а флягу Зела, она трогать не рискнула, не известно, как долго им придётся идти. Наконец, химера приземлился возле неё.       — На север, — радостно сообщил он, — в трёх-четырёх часах пути.       — Слава Цефеиду! — воскликнула принцесса, поднимаясь.       Зел поднял свой рюкзак, и друзья отправились в путь. *** *** ***       Таверна «Серебряная Кровь» в богатом портовом городе Миригард, принадлежала Део Филиусу, хозяину шахт, в которых добывали серебряную руду. Део так же был негласным правителем города, разумеется, имелся в Миригарде и мэр, но он был только картинкой, за которой скрывались владельцы шахт. В городе процветала работорговля. Живой товар везли со всего континента на Миригардский рынок, где людей покупали, продавали, обменивали или же оплачивали ими право торговать здесь тканями или специями.       Таверна, принадлежащая Део, была единственной в Миригарде и те немногочисленные гости города, свободные граждане, прибывающие в город на кораблях или с караванами из пустыни, останавливались именно здесь. Амелия с Зелгадисом тоже пришли именно сюда.       Дорога к таверне лежала через огромную торговую площадь, где кроме прилавков, заваленных мешочками со специями, разными амулетами и магическими снадобьями, были и толпы изнывающих от жары людей, ноги и руки которых были закованы в цепи. В тени здания, в котором располагалась таверна «Серебряная Кровь», тучный мужчина маленького роста торговал молодыми девушками, разодетыми в дорогие шелковые платья.       Зел, зрение которого позволяло увидеть всё это ещё из проулка, в котором они приземлились, жестом велел Амелии остановиться.       — Мел, — тихо сказал он, глубже натянув капюшон, — закутайся в плащ поплотнее.       — Что случилось? — спросила принцесса, тут же запахивая свой светлый плащик и натягивая на голову капюшон.       — Работорговцы, — тихо ответил химера. — В таверне молчи, судя по вывеске, она на той стороне площади. Нам ведь не нужны лишние проблемы, верно?       Амелия кивнула, и ребята двинулись в путь. Как только они вышли из проулка на площадь, и солнце скользнуло по их светлым плащам, Зелгадис обнял Амелию за плечи, чтобы держать её как можно ближе к себе. Принцесса радовалась тому, что капюшон скрывает её лицо от химеры, иначе он смог бы увидеть её пунцово-красные щеки.       Друзья миновали площадь и вошли, наконец, в таверну.       Зелгадис высвободил Амелию из объятий и тут же взял её за руку. Навстречу им вышла пожилая женщина, смуглую кожу которой испещрили глубокие морщины. Раскланявшись перед незнакомцами, она подвела их к прилавку, за которым суетился мужчина средних лет, совсем уже облысевший, но всё еще довольно привлекательный.       — Господин, — тихо позвала старушка, — постояльцы…       Мужчина, не скрывая раздражения, отмахнулся от неё и обратился к друзьям:       — Чем могу помочь?       — Нужна комната, — холодно сказал Зелгадис, швырнув на стол мешочек с золотом, — для двоих.       — Конечно, — закивал трактирщик, жадно схватив мешочек своими огромными руками.       — Мы хотим пойти в комнату сейчас же, — сказал Зел.       — Позвольте задать Вам один вопрос, господин, — склонив голову в нелепом поклоне, — ваша спутница ведь ваша жена?       — Жена? — опешил Зелгадис.       — Иначе я не могу вам дать одну комнату, это против законов города.       — Разумеется, — кивнул химера, тем временем Амелия положила голову ему на плечо, подыгрывая.       — Тогда никаких проблем, господин, — заулыбался трактирщик, — идёмте, я вас провожу.

***

      Денег Зелгадиса хватило на одну из лучших спален с собственной небольшой купальней. Пока Амелия отмывала своё тело и волосы от пыли и песка в теплой воде, которой Зел наполнил небольшую купальню с помощью заклинания, сам химера спустился вниз, чтобы принести какой-нибудь еды.       Когда Амелия наконец вышла из ванной, одетая в простенький темно-синий шёлковый халатик, химера, выпивший весь чай, что он принёс, задремал, сидя в кресле. Принцесса, впервые увидевшая столь необычное зрелище, тихонько хихикнула, зажав рот ладонью, и бывший рыцарь тут же пробудился.       — Я уж думал, ты утонула, — зевнул Зел.       — Я наполнила купальню чистой водой, — сообщила девушка.       — Не нужно было, — отмахнулся Зелгадис, — я уже умылся, грязь ко мне всё равно не пристаёт.       — Дело вовсе не в грязи, — закатила глаза Амелия, — неужели тебе не охота понежиться в тёплой воде после холодных подземелий и жарких песков?       — Это бессмысленно, — буркнул Зелгадис, скрестив руки на груди.       — Это вовсе не бессмысленно, — возмутилась принцесса, фыркнув.       — Я же сказал, что уже умывался, — вздохнул парень, кивнув в сторону умывальника.       — Не упрямься, — посоветовала Амелия.       Зелгадис открыл было рот, чтобы возразить, однако решил, что спорить с девушкой бесполезно, и повиновался. Химера медленно поднялся с кресла и стащил с себя чистую рубашку, в которую он переоделся, когда смыл с себя пыль. Он осторожно повесил рубашку на спинку кресла и прошёл в купальню, изо всех сил стараясь не хлопать дверью и скрыть своё раздражение.       Керамическая ванна была наполнена водой, на поверхности которой плавала белая пена, видимо, Амелия добавила какое-то мыло и ароматное масло, флакончики с которым стояли на керамическом полу. Прохлада и влага, царившие здесь, пахли мятой и мылом; от воды в воздух поднимался пар. Зелгадис снял брюки и быстро залез в воду, которая приятно обволакивала его каменное тело. Химера вытянул ноги и положил голову на край ванны.       Минут через двадцать он услышал, как щёлкнул дверной замок, босые ноги принцессы мягко ступали по керамическому полу, Зел лежал, закрыв глаза и положив руки на края ванны. Амелия, осторожно села на пол у него за спиной.       — Если бы твой отец узнал, что мы с тобой теперь и в купальни вместе ходим, он четвертовал бы меня голыми руками, — ухмыльнулся Зелгадис.       — Мне стало скучно, — тихо отозвалась принцесса. Зел сел и провёл рукой по металлическим волосам.       — Тебе не нужно здесь быть, Мел.       — Говоришь так, будто думаешь, что я сейчас прыгну в воду, бросившись тебе на шею, — сказала Амелия с усмешкой в голосе.       Зелгадис в очередной раз порадовался, что его кожа не может краснеть.       Амелия взяла в руки губку и придвинулась к краю ванны, девушка спустила ноги в воду.       — Что ты делаешь? — спросил химера.       Она не ответила. Её рука осторожно провела по двум косым шрамам, оставшимся на его спине после битвы с Гаавом, когда химера закрыл Амелию собой и чуть не погиб. Зел закрыл глаза и шумно выдохнул.       Девушка намочила губку и провела ей по шее химеры. Тёплые струи воды потекли по его груди и спине. Амелия намочила губку еще раз и провела ей по правому плечу парня, затем — по левому.       Друзья сидели в полной тишине, которую нарушал только тихий плеск воды и их ровное дыхание. Когда Амелия закончила натирать спину друга, она медленно поднялась, взяла с полки полотенце и накинула его на плечи Зелу. Принцесса пошла к двери, когда Зелгадис тихо сказал:       — Спасибо, Мел.       — Спокойной ночи, — отозвалась принцесса.

***

      Амелия проснулась поздно, Зела уже и след простыл. Он оставил для нее на столе маленький поднос с давно остывшим кофе и тарелкой с двумя причудливыми пирожными. Амелия завершила свой утренний туалет, влезла в походный костюм, оставив, однако, ботинки у двери, там же, где сняла их вчера. Принцесса быстро расправилась с завтраком и забралась на кровать, выходить из комнаты без Зелгадиса казалось ей небезопасным.       С рынка в комнату доносился привычный для Амелии городской шум, в комнате было душно. Амелия сделала плавное движение рукой, и воздух чуть охладился, однако сама принцесса вдруг почувствовала, как что-то обожгло шею. Рука инстинктивно рванулась к ложбинке между ключицами, пальцы нащупали нагревшийся медальон, который тут же остыл. Принцесса хотела было снять безделушку, однако замочек цепочки не поддался, и Амелия бросила эту затею, решив все же сказать об этом Зелу, когда он вернется.       Краем глаза девушка заметила рюкзак химеры, который был брошен на пол, рядом со шкафом. Она вспомнила про книгу и решила полистать её, раз уж им все равно придется совершить ритуал, который в ней описывался. Принцесса достала книгу, которая едва не сыпалась от старости, и раскрыла её, снова забравшись на кровать. Однако понять что-либо из книги ей не удалось, в ней не было букв, только картинки и странные символы, так что скоро принцесса махнула на неё рукой и стала убирать её обратно в рюкзак. Вдруг из книги выпал клочок бумаги, новый, заполненный аккуратным ровным почерком Зелгадиса. Юг. Святые источники для укрепления тела. Храм Азуры — исцеление. Символ на шее Мел — поглощение энергии. Белая Жрица. Амелия крутила между пальцами медальон, он не давал ей покоя, как и слова «Белая Жрица», где-то она это слышала, только не могла вспомнить где.

***

      Зел забрался в местную библиотеку и просидел там до самого вечера, он просидел бы и всю ночь, но Амелия и так весь день просидела в комнате одна, нужно было взять ей с собой, у химеры было плохое предчувствие. Зелгадис вышел из библиотеки и сразу натянул на голову капюшон.       — Добрый вечер, господин Зелгадис! — раздался жизнерадостный знакомый голос у химеры над головой.       — Теперь будешь из подпространства меня доставать? — закатил глаза Зел.       — Вы не доверяете мне, — заметил жрец, — потому искали информацию о храме и медальоне.       — Я тебе никогда особо не доверял, — пожал плечами Зел, — как оказалось — оправданно.       — Я думал, вы понимаете насколько серьезно положение вещей.       — О чем ты? — насторожился Химера.       — На вашем месте я бы ни на шаг не отходил от Жрицы, особенно здесь.       Кселл замолчал, да и Зелгадису уже было плевать, что он мог сказать. Он бросился в таверну и подоспел вовремя.       В комнате был настоящий погром, двое мужчин связывали руки и ноги бесчувственной Амелии, лицо которой было бледным как полотно. Третий поднимал с пола рюкзак.       — Отойдите от неё, — приказал Зелгадис, в голосе его сквозил такой холод, что у любого пошли бы мурашки по коже.       Никто и не думал ему повиноваться, но и Зел не намерен был с ними церемониться, простенький огненный шар вывел похитителей из строя. Воспользовавшись тем, что мужчины были в отключке, Зелгадис подхватил свой рюкзак, быстро накинул лямки на плечи и на правое плечо повесил рюкзак Амелии. Саму Принцессу химера мягко поднял на руки, на запястье у нее красовался ожог, похожий на клеймо. Зел присмотрелся, на руке Амелии было выжжено «Серебряная кровь».       Зел пролетел над городом по направлению к ферме, где, как он выяснил с помощью библиотечных карт, уже лет двадцать никто не жил. На старой ферме, смутно напоминавшей сарай в Сейруне, Амелию было некуда положить, ничего мягкого и ли более менее чистого он не нашел, тогда он решил опустить бесчувственную принцессу на свой плащ, который он расстелил прямо на голом песке.       Химера развел магический костер, который не выдавал друзей дымом. Зел достал из рюкзака травы, которые купил для Амелии у травницы, бросил несколько щепоток сухого чая в флягу с водой и нагрел флягу над огнем. Амелия к утру пришла в себя, судя по всему, она отбивалась от похитителей и совсем вымоталась. Под глазами у неё запали темные круги, только сейчас в полумраке он заметил, как сильно она похудела.       — Зел? — просипела она, пытаясь подняться.       — Ну, нет, герой, — улыбнулся химера, — лежи, а то слишком уж часто ты стала падать в обморок.       — Они узнали, что ты ушел, — выдавила Амелия, изо всех сил сдерживая слезы. — Магическое клеймо…       — Не переживай, Мел, — покачал головой Зел, положив руку девушке на плечо. — Я должен кое-что сделать, а тебе надо хорошенько отдохнуть, прежде чем мы отправимся в путь.       — Я пыталась отбиваться, но… но эта штука…       Зелгадис посмотрел на ложбинку между ключицами Амелии, кожа под медальоном сильно покраснела.       — Давно? — только и спросил Зел, посмотрев Амелии в глаза.       — Началось вчера, я произнесла простенькое заклинание, чтобы воздух охладить. Я хотела его снять…       — Не нужно, — отрезал Зелгадис, — не снимай. Пока мы не доберемся до источников, тебе нельзя пользоваться магией.       Амелия была слишком слаба для споров. Принцесса приняла из рук химеры флягу, в которой Зел сварил для неё травяное зелье, и через силу выпила всё до последней капли.       — Отдыхай, — сказал Зел, поцеловав принцессу в макушку, — я скоро вернусь.