Железное небо

— Простите, мы сегодня рано закрываемся, приходите завтра, — вежливо улыбнулся старик, предприняв попытку закрыть дверь, но парень, которого он принял за клиента, остановил манёвр мужчины, преградив путь двери до косяка выставленным вперёд ботинком. — Мне нужно с вами поговорить, — серьёзно кивнул незнакомец, тем не менее не вламываясь в заведение, а терпеливо ожидая разрешения зайти внутрь. Старик нахмурился и окинул парня взглядом, задержав его на хирургической маске, надетой на лицо. Он не знал этого человека, но на вид ему было примерно столько же лет, сколько Соре. И взгляд такой же, как у него. «Сора… Дайте-ка подумать… Я его не знаю, но он хочет поговорить… Маска на лице… Маска! Этот парень… железный, что ли?!» — мужчина подавился воздухом, попятившись спиной вперёд от двери. Парень расценил это как разрешение зайти. Мужчина лишь ещё больше напрягся. — Кто это? Клиент? Мы же закрываться собира… — Назад! — выкрикнул мужчина, преградив девочке путь рукой и толкая её за свою спину. Анемон уставилась на старика, непонимающе хлопая глазами, а затем на гостя. Мутный отрешённый взгляд, одежда в чёрных тонах и ботинки, похожие берцы. Парень стоял прямо, не прятал руки в карманах, не выказывая ни единой эмоции и не выдавая своих намерений. Старику показалось логичным, что раз уж человек перед ним — железный, то он собирался убить, или, вернее, даже покалечить старика, вот только об этом ему не говорило ничего, кроме собственного разума. — Кто ты такой? — хмуро пробасил мужчина, смотря на сивого исподлобья. Тот даже и не подумал скрывать правду: — Вы всё верно поняли, не сомневайтесь, — голос без эмоций, тихий и ровный. Старика передернуло. В паре метров от мужчины, без преувеличения, стояло одно из многих воплощений смерти. — Я хотел бы вернуть долг Соре. — Его здесь нет! — прорычал хозяин заведения, ощетинившись. Он, конечно, не относился к железным предвзято, но из-за последних событий в Тэррозе, связанных с этими самыми железными, начал менять своё мнение. Соры это не касалось. — Мы к вашим делам отношение не имеем! — Я знаю, — кивнул парень. — И не собираюсь вредить вам, — сивый скользнул взглядом по перепуганной малышке, словно раскалённым ножом по маслу. Анемон снова ощутила тот животный страх, прям как тогда, на стройке, и невольно вцепилась в руку старика, ища защиты. — Если у вас есть возможность, свяжитесь с Сорой и скажите ему, чтобы он не убивал Тая, — объяснил железный в ответ на отразившееся во взгляде старика недоумение. Тот растерялся. Немного подумав, он сглотнул и просипел: — Почему Сора не должен этого делать, ты, конечно, не скажешь? — Драка между Сорой и Таем — это ловушка для них обоих. Кто бы ни умер, выжившего придёт убить мой босс. Пожалуйста, предупредите Сору об этом, — спокойно попросил парень и, когда старик кивнул, немного помедлив, развернулся и бесцеремонно ушёл прочь. Старик, на минуту выпавший из реальности, на подкашивающихся от страха ногах отошёл к стене, съехал по ней вниз, сев на пол и вытирая капли пота со лба. От ужаса даже в глазах потемнело. Анемон так же села рядом с ним, дрожащими руками всё ещё цепляясь за него и глотая подступающие слёзы. — Я думала, он нас… Господи, старик, он был такой страшный… — Успокойся, — прохрипел мужчина, старательно улыбаясь, и потрепал девочку по волосам. — Всё хорошо, он ушёл. — Да… — кивнула Анемон, глубоко вдохнув, а затем медленно выдохнув и, наконец, успокоившись, вспомнила последние слова сивого. — Старик! Сора! Его надо срочно предупредить! — Надо, но… У него же даже телефона нет! Да и вряд ли он способен сейчас разговаривать, наверняка, драка уже началась. Мы даже не знаем, куда он пошёл, — протянул мужчина задумчиво, поднимаясь с пола и по-старчески кряхтя. — Будем надеяться на то, что он выживет. Нет, этот засранец точно выживет, и когда он вернётся, мы всё ему расскажем. Да не волнуйся ты так, Анемон, он обязательно вернётся! — добавил старик, замечая сомнение во взгляде девочки. — Он справится, я уверен. Анемон мастерски подыграла старику, улыбнувшись и якобы подтверждая его слова, однако оба понимали, что разыгрывали дешёвую показуху, дабы утешить друг друга. Они оба настроились на худшее.

***

Тихо, спокойно… Не психуй. Мелкий тролль просто хочет тебя выбесить… Дыши ровно… Блять! — Блять! — повторил вслух Томо, брезгливо вытирая рот тыльной стороной ладони. Несколько секунд назад Сора неожиданно втянул копа в поцелуй, повиснув на его шее и вжимаясь в него так откровенно, что в голове у брюнета нахрен повыбивало все пробки, вгоняя в ступор. Томо не сразу сообразил, как он собирался с этим поступить. Отвечать на поцелуй он точно не был намерен — железного это, в общем, не смутило, и он, улыбаясь, беспрепятственно сминал его губы своими, иногда касаясь их языком. Оттолкнуть парня Томо банально не смог бы — Сора вцепился в него так крепко, а вжался так сильно, что, кажется, между ними даже лезвие бы не прошло. Ударить железного не вышло бы из-за невозможности вывернуть руку таким образом, чтобы попасть аккурат между глаз Ямаруты. Всего пара мгновений, но за это время внутри полицейского пронёсся калейдоскоп разнообразных эмоций. А ещё он заметил, что от железного пахло чем-то сладковато-мятным. Прошло лишь несколько секунд и реакция всё же последовала: Томо врезал Ямаруте по рёбрам, заставив оторваться от себя, и с силой оттолкнул. — Ты, сука, совсем страх потерял?! — проорал Охотник, вытирая рот и сплёвывая. — Да я как-то и не начинал бояться, — расплылся Сора в улыбке, удовлетворившись оценкой собственных ощущений и ненавязчиво облизнувшись. — Ты чё, блять, бессмертным стал?! — выбесился Охотник окончательно, развернувшись и наградив парня теперь ещё и ударом под-дых. Ямарута сдавленно выдохнул, согнувшись пополам. — Что, сука, в твоей ебанутой голове происходит? — Да ладно тебе, чего ты так распереживался! Подумаешь, поцеловал разочек, большое дело, — выговорил железный, сдавленно посмеиваясь. — Я и не думал, что тебя это так сильно волнует. — А тебя, значит, нет? — выдохнул Томо, вздёрнув бровь. — Тебе вообще плевать, с кем это делать? — Вообще-то я очень разборчивый и мой выбор пал на тебя, — пожал плечами Сора. — Правда, я до сих пор не понимаю, почему, но кто я такой, чтобы отказывать своим сиюминутным капризам? — заулыбался он снова. — Сиюминутным, значит, — прожигая парня взглядом, медленно выговорил Томо, а потом захрустел кулаками. — Тогда и я не буду отказывать себе в удовольствии, — последовала угроза. Сора тут же попятился от него спиной вперёд. — Не-не-не-не-не, это какое-то сомнительное удовольствие! Давай поищем другие, менее травмоопасные варианты! Да стой, остановись, хватит так жутко надвигаться на меня! — завопил Ямарута, ускоряя шаг и начиная спотыкаться. — Почему из всех желаний ты испытываешь только потребность избить меня?! — Избить? — искренне удивился Томо, на секунду остановившись. — Я убью тебя! — пообещал он, таки догоняя паршивца и пинком отправляя его в стену здания. Сора с глухим стуком врезался в бетонную преграду, сверху посыпалась пыль и что-то ещё. — В очередь встань! — ответил парень, отплёвываясь. — А я без очереди, — рыкнул Охотник, перехватив железного за ворот свитшота и опрокинув на землю. — Стой! Пого… ди! Успокойся! — сдавленно простонал Сора, согнувшись пополам, когда в живот прилетел удар ногой. Полицейский занёс ногу над головой парня, готовясь впечатать её в бетон. — Всё, хватит! Правда, погоди! Послушай… Просто дай сказать… Коп замер, оставив ногу занесённой для удара и глядя на парня полным холодной злобы взглядом. — Уложись в десять слов. — Помнишь, ты говорил, что Тай хочет воплотить фантазии на мне? И правда в десять уложился. — Я сказал не так, — сощурил взгляд Охотник. — Ты сказал «десять слов», я уложился, что тебе ещё надо?! — искренне возмутился парень, косо поглядывая на подошву кеды, занесённой над его головой. Снова десять. Какой послушный. — Говори дальше, — позволил Томо, таки отойдя чуть в сторону. Сора тут же поднялся, отряхнулся от пыли и уставился на полицейского. — Я подумал, что если «позову» его, как в прошлый раз… — парень замолк, приподняв брови, как бы спрашивая разрешения сказать больше десяти слов подряд. Томо лишь кинул укоризненный взгляд. — В общем, подходящие для намёка места были только в городе, а там драться не вариант. Другой стройки поблизости могло бы и не оказаться, зато могли бы пострадать люди. Так что я решил, что уйти сюда и спровоцировать его самый верный способ. — А предупредить не мог? — Зачем? Чтобы договориться «без языка»? — ухмыльнулся Сора, за что получил мощный удар в челюсть. Голову дёрнуло в сторону, боль пронзила его всего на несколько секунд и тут же стала стихать. Он удивился только тому, что совсем не заметил, насколько быстро Томо сократил дистанцию. — Здесь нет свидетелей, так что я наконец-то могу пиздить тебя сколько душе угодно, — ухмыльнулся коп при виде того, как Сора, нахмурившись, сжал пальцы на своей челюсти, проверяя, сломана ли она. — Не хотелось бы расстраивать тебя раньше времени, но я не мелкий дрищ, не способный махаться, — резонно заметил Ямарута. — Я могу ударить в ответ, когда мне надоест. — Я испугаться должен? Сора аж завис. Охотник искренне не видел в нём никакой угрозы. — Ты нарочно нарываешься, потому что тебе это нравится. Готов поставить свою жизнь на то, что тебе это никогда не надоест, так что сыграем в эту азартную игру ещё раз, — ехидно усмехнулся Томо, прежде чем его кулак снова встретился с лицом Ямаруты. В этот раз получилось даже сильнее, парня дёрнуло в сторону почти всем корпусом. Он снова прикоснулся к челюсти и болезненно поморщился, оголяя клыки. — Ну что, ещё не надоело? А то я могу продолжить. — Подожди. Так не пойдёт, — выдохнул Сора. В первую секунду показалось, что его взгляд стал злым и серьёзным, но когда он посмотрел Томо в глаза, стало ясно — нихуя подобного. — Один удар за одну провокацию, идёт?! Чтоб честно было! А то я как будто бы получаю больше, чем заслуживаю! Как-то это неправильно, я сторонник равноценного обмена. Это чучело точно без царя в голове. — Тогда считай, что это за все предыдущие провокации, — вздохнул Томо, страдальчески прикрывая глаза ладонью. — Ты их считал? Я польщён. — Блять! Просто заткнись! Иначе Тай придёт не на драку, а на твои похороны! — Думаешь, успеешь закопать меня? Мы долго драться будем, я же регенерирую. — Ну да. Точно. Конечно. И как я не подумал об этом, — механически проговорил Томо. — Сам не пойму. Зато какие плюсы! Драться можно будет до утра! Как раз весь негатив спустишь! — Да заебись, только этого и не хватало. Вот-вот должен появиться твой ненаглядный ёбнутый ученик, а мы тут отношения на кулаках выясняем. — Ну, хочешь, скрестим «мечи»? — Как же ты… — Что? — Бесишь! Диалог наверняка бы продолжился, если бы до парней не стали доноситься неразборчивые посторонние звуки. То ли кто-то что-то ломал, то ли кричал, то ли всё и сразу. Сора различил лишь последнее: «Тварь… Тварь. Тварь!» — прозвучавшее где-то сверху. Он поднял голову и встретился взглядом с обезумевшим от ярости Таем, спрыгивающим из одного из окон соседнего дома прямо на них. — Уходи! — Ямарута толкнул опешившего копа от себя, сам же отскочив в противоположную сторону. Железные хвосты Тая врезались в асфальт как раз там, где до этого спиной к зданию стоял Томо. Всё произошло словно в замедленной съёмке. Брюнет даже успел встретиться взглядом с Сорой и понять, что тот совсем не растерялся, а затем увидел хвосты, разрубившие старый асфальт и врезавшиеся глубоко в землю. Сора ожидал от Тая именно такой реакции. Точнее, он на неё даже рассчитывал. А ещё он знал, что Тай сделает это не один раз. — Ты труп, — металлическим голосом прорычал шатен, развернувшись к Охотнику. Ходили слухи о том, что жертва железного впадала в некий транс при виде хвостов, поэтому убежать вовремя становилось почти невозможно — счёт шёл на доли секунды. Свалить хотелось так быстро, как только возможно, но тело не слушалось, предательски не отзываясь на команды. Но Томо застыл не по этой причине. Он искренне полагал, что Сора рано или поздно с удовольствием избавился бы от него, чтобы вернуться к прежней жизни. Тем более после того, что было пару минут назад. Но Ямарута не стал пользоваться подвернувшейся возможностью — она не была ему нужна. — Мудак! Беги! — отрезвляюще прокричал Сора, достав свои хвосты. Он успел перехватить железо парня и дёрнуть его к себе, чтобы он не дотянулся ударом до Охотника. Лезвие всё же скользнуло в области пояса, на землю свалилась кобура с разрубленным пополам пистолетом. Хреново. Томо встрепенулся, придя в себя, и кинулся к той самой полуразваленной пятиэтажке, спрятавшись за стеной на первом этаже и судорожно перебирая варианты своих дальнейших действий. Мысли скакали, словно блохи, но он быстро разложил всё по полочкам. У него ещё остался пистолет. Обычный, против людей. Без экспансивных пуль будет тяжко. Сора, тем временем, сцепился своими хвостами с хвостами Тая. Железо дрожало, замерев воздухе и ограничивая движения. Любая попытка разрубить противника пополам могла закончиться фатально для того, кто рискнул бы. Тай тоже это понимал, поэтому сократил дистанцию и пошёл в рукопашную. Сора с лёгкостью уворачивался от ударов, предпочитая их не блокировать. Один такой приёмчик Тая сломал бы Ямаруте кость — блок бесполезен. Но и избегать ударов долго в любом случае не вышло бы: хвосты, сцепленные между собой, мешали отступать на более безопасное расстояние, поэтому вскоре Ямарута пропустил удар ногой в колено и сразу же заработал себе открытый перелом. Чтобы ходить, нужна была опора, в качестве которой парень частенько использовал один из хвостов. Но тогда, если он так сделает сейчас, Тай сможет атаковать освободившимся хвостом и прикончить его. Или не его? Сора раздумывал ещё пару секунд, отпустил все хвосты Тая и, быстро обвив сломанную ногу одним из своих хвостов и используя его в качестве опоры, отскочил в сторону, продолжая пятиться назад от обезумевшего железного. Шатен, не задумываясь, бросился к пятиэтажке, ища копа взглядом. Сора опустился на колени и буквально вбил ладонью торчащую из его ноги кость на место, поморщившись от жгучей боли. Затем он нашарил в кармане штанов таблетку и закинул её в рот, сразу же глотая. Если Томо продержится эти мучительно долгие пол минуты наедине с разъярённым железным, Ямарута пообещает не издеваться в следующую встречу целых полчаса. — Где же ты? Выходи, полицейский! Я с тобой просто поиграю! Ну же, — наигранно улюлюкал Тай, обходя весь первый этаж того подъезда, в котором скрылся Томо. Куда брюнет делся потом — Тай не знал. Он, скорее, даже и не думал об этом. Слепая ярость — всё, чем железный на данный момент был поглощён. Его трясло от гнева. Шатен стал подниматься по лестнице на второй этаж, проводя по стене острыми гарпунами хвостов и гортанно рыча сквозь железную маску. Облупившаяся, покрытая пузырями штукатурка посыпалась вниз вместе с «крошками» бетона, покрывая слоем пыли одежду парня. — Я на крыше, тормоз! — послышалось с верхних этажей. Тай, скаля зубы в безумной улыбке, в пару шагов преодолел одну серую лестницу, вторую, третью… На пятом этаже парень случайно заметил шевеление в глуби помещения. Незначительное, но этого хватило, чтобы он решил-таки проверить пятый этаж, а уже затем вернуться и подняться на крышу. Железный не спеша прошёлся по коридорам, осматривая недостроенные пыльные бетонные комнаты. Избито, но должно сработать. Ближе… Подходи ближе… — Нашёл! — весело пропел железный, увидев за небольшой стеной, разделяющей два помещения, край кожаной куртки и, не задумываясь, лупанул по этому месту хвостом. — Обманул? Так не интересно, — расстроился Тай, подождавший, когда облако пыли уляжется и, глядя на порванную ткань, понявший, что та просто безвольно висела на вбитом в стену куске арматуры. Охотник где-то в другом месте. — Лови, — ухмыльнулся Томо, находящийся, как ни странно, на крыше, и через сквозную дыру скинул Таю в ноги зажженную зажигалку. Коп в считанные секунды пробежал до другого конца крыши, но уже на середине пути прогремел взрыв позади него. Здание затряслось, ударная волна чуть не подтолкнула Охотника к краю. Центр дома и выходящая наружу стена обрушились, часть бетонных обломков и строительного мусора разбросало по дороге. — Что там за хуйня происходит?! — Сора отскочил от летящего в него куска стены, взглядом ища в поднявшемся облаке бетонной пыли полицейского. Парень уже собирался вбежать в здание, когда что-то нехило так бабахнуло и разнесло половину правого крыла дома. — От такого он сдохнет? — послышался знакомый голос брюнета, и Сора тут же приметил его, выглядывающего с крыши. Ямарута глянул на часть здания, которая только что была разрушена взрывом, пытаясь разглядеть среди плотного серого полотна пыли силуэт, движение — хоть что-нибудь. Тая нигде не было, но Сору не покидало чувство тревоги. — Не думаю… Он не умер… Где же ты? — прошипел себе под нос парень, прежде чем его словно поразил разряд тока. Когда Тая загоняли в ловушку или сильно ранили, он нападал… — Снизу!!! Томо на каких-то животных рефлексах успел отскочить в сторону. Всего в паре миллиметров от его лица просвистели два хвоста, пробившие крышу насквозь и устремившиеся вверх на два метра. Затем, рядом с ними крышу пробила ещё одна пара хвостов, и те начали разрубать бетон по кругу. Кусок плиты обвалился вниз, а Тай ловко запрыгнул на крышу, встав перед Томо. — Хреново выглядишь, — нервно усмехнулся брюнет, видя, как «покоцало» парня взрывом. Ему оторвало руки, которыми он, видимо, пытался закрыться. Они медленно регенерировали, что можно было понять по нарастающим под ободранными краями толстовки мягким тканям и костям. Заметив, как обгорела одежда железного, коп только сейчас почувствовал жжение в собственном левом плече. Кажется, тонкая рубашка не спасла его от ожога, однако Таю было ещё хуже. Пусть руки у того почти закончили восстанавливаться, но обгоревшие лицо и шея оставались сплошной открытой раной. Охотнику следовало подумать о том, что делать, если у Тая были ещё таблетки, потому что последнюю он, кажется, принимал уже давно. Но Тай не торопился шарить по карманам обгоревшей одежды в поисках пилюли, а просто стоял перед копом, хрипел и истекал кровью. Хвосты железного двигались без проблем, но что-то явно было не так. Плохая связь позвонков с телом? Или просто медлил? Сора в несколько движений не без помощи хвостов поднялся на крышу, встав между парнями и сверля бывшего ученика изучающим взглядом. Ямарута тоже чувствовал, что что-то не так. — Я просто… — прохрипел вдруг Тай, от чего парни невольно вздрогнули, готовясь к драке. — Просто хотел увидеть… тебя, Сора… — шатен убрал маску, под которой была скрыта его вымученная улыбка. Ямаруту словно холодной водой окатило. — Просто хотел, чтобы… ты обратил внимание на… меня… Так он всё это время знал, что он болен? — Я не… — слова застряли в глотке. Ямарута затравленно смотрел на Тая и не мог ничего сказать. На мгновение он увидел не поехавшего железного, а своего лучшего ученика, готового на всё ради Соры. На того самого Тая. На парня, покрытого свежими, кровоточащими ожогами, поломанными, торчащими из-под продырявленной одежды рёбрами, улыбающегося так до боли знакомо. — Тай… Это не он. Это не Тай. Прими это. Остановись. — Сора, пожалуйста, — шатен протянул дрожащую ладонь вперёд. — Я больше не… …не можешь? Сора, поддавшись минутному порыву, словно заворожённый, сделал шаг в сторону Тая. Он проглотил образовавшийся в горле ком. Почему-то он решил, что Таю нужно было помочь. Стоп. Нужно успокоиться. Нужно успокоиться и понять, что за человек перед ним стоял. Необходимо действовать, но как? Парень всего на пару секунд погрузился в свои мысли, не до конца понимая, что происходило. Но этого хватило, чтобы улыбка Тая превратилась в жуткий оскал, и он хлестанул хвостами прямо по парню. Охотнику едва не оторвало запястья, когда он собирался оттянуть Сору, не слышавшего никаких предупреждений. Крыша снова частично обвалилась, и Ямарута пропал из поля зрения Томо. Зато перед ним вновь стоял Тай. — Ну что, я был убедителен? — парень расплылся в безумной улыбке и начал хлестать хвостами крышу под ногами копа. Охотник каким-то немыслимым образом избегал смертельных объятий хвостов, увеличивая расстояние между собой и железным. — Долго ты скакать не сможешь, даже не пытайся! — рассмеялся шатен, внезапно таки изловив копа одним хвостом за протез руки и с силой швыряя его в чердачную стену так, словно бы мужчина не весил ни грамма. Стена частично обрушилась на Охотника, заваливая обломками его вмиг потерявшее всю энергию тело. Томо не мог пошевелить даже пальцем. Он не мог вскрикнуть, сплюнуть кровь или заставить себя сфокусировать взгляд. В ушах зазвенело сразу после удара затылком об стену, голова немилосердно раскалывалась. Остальных ощущений просто не было. Перед глазами плыло. Двигайся… Тай встал всего лишь в каком-то метре. До жути смешное расстояние. Железный всё ещё что-то говорил, никуда не торопился. Двигайся! Хвосты плавно поднялись вверх. Томо стиснул зубы и, глубоко вдохнув и превозмогая боль в рёбрах, попытался пошевелиться: он должен был встать, отскочить — хоть что-нибудь, ему нужно было просто убраться отсюда, но собственное тело казалось неподъёмным. Тай резко развернулся назад, услышав за спиной чужое приближение, и успел извернуться, широко размахнувшись одним из хвостов. Сора не обратил внимание на боль, но замер, прислушиваясь. По его щекам стекала прозрачная вязковатая жидкость, смешанная с кровью. Парню разрезало глаза. Охотнику от подобной картины неожиданно резко захотелось расстаться с содержимым желудка. Или дело было в боли? Он сглотнул. Но появление Ямаруты придало сил. Томо стал выбираться из-под груды камней, опираясь протезом на остатки стены. Регент сделал своё дело, рана исцелилась моментально. Сора смотрел на Тая ярко-жёлтыми глазами, в холодном потухшем взгляде которых не отражалось ровным счётом ничего. Ни гнева, ни разочарования, ни обиды, ни отчаяния, ни смирения. Ему будто бы было всё равно, кто перед ним стоял. Он так же проигнорировал шипевшего от боли полицейского, считая его достаточно сильным, чтобы тот в данный момент мог обойтись без посторонней помощи, и стал надвигаться на Тая, уводя его в сторону от копа. Драка продолжилась на хвостах. Томо, сев около уцелевшей стены и переводя дыхание, наблюдал, а точнее, пытался уследить за движениями хвостов, но кроме солнечных бликов, отражающихся от железа, он почти ничего не разглядел. Слух резал свист и лязг металла, заставляя морщиться от столь неприятных звуков. За следующие двадцать минут до Томо так и не добрались. Он уже вполне уверенно и твёрдо встал на ноги, стойко игнорируя все раны, и искал взглядом смертоносную парочку, потерявшуюся из виду на пару секунд. За чуть менее, чем полчаса, железные полностью разрушили всю правую часть здания, в котором дрались изначально, затем перекинулись на соседний дом, сделав одну из его стен похожей на дуршлаг, и в конце концов продолжили на земле. Сора неоднократно ломал кости, лишался рук — ноги он берёг, не брезгуя отступить и немного побегать — или ловил собой гигантские куски арматуры, древние, поросшие мхом детали автомобилей, и вырванные из земли дорожные знаки. Действие таблетки Тая закончилось уже давно, но он, невзирая на многочисленные переломы и открытые рваные раны, продолжал драку. Однако количество травм, полученных Сорой, также имело свой вес. Регенерировать он мог, но следовало избегать смертельных ран, учитывая, что действие регента хоть и можно было предугадать, но заканчивалось оно всегда резко и не вовремя. — Такими темпами они там реально до утра протанцуют, — фыркнул Томо себе под нос, видя, чего пытался добиться Ямарута, и ощущая острую необходимость вмешаться. Помочь. Точнее, сделать что-нибудь глупое. Не обращая внимания на переломанные рёбра и явное сотрясение мозга, он спустился с крыши на первый этаж, а затем и вовсе вышел на улицу. Сора всячески пытался изловить все четыре хвоста Тая и удержать их своими двумя, дабы оставшимися скрутить парня и лишить возможности двигаться, но это было не так просто. Ямарута уже почти выдохся, силой удерживая себя в сознании и стараясь закончить начатое, тогда как Тай из-за собственной злобы и больного разума всё ещё был переполнен энергией. — Эй, — выкрикнул Томо, превозмогая жгучую боль в рёбрах, в попытке обратить внимание Тая на себя, — ты ведь меня убить хотел? Ты ещё не закончил. Шатен задохнулся от ярости, начиная вырываться из хватки хвостов Соры, взревев, как зверь, и откровенно ломая себе руки в попытке выскользнуть. Тай не мог дотянуться до копа хвостами, но он отчаянно рвался к нему, желая разорвать его на куски. — Что такое? Не можешь? — Томо выдавил издевательскую усмешку и сплюнул кровь в сторону. Он глянул на слегка опешившего Ямаруту, явно не ожидавшего, что Охотник попытается помочь, а затем снова заглянул в безумные глаза Тая и хрипло усмехнулся: — Недостаточно мотивации убить меня? Мне стоило трахнуть его прямо здесь? — Сука! Сука! Сука! Я убью тебя! — взревел Тай хуже прежнего. — Я убью тебя сколько раз, сколько потребуется! — срывая глотку заорал парень и приложил такую бешеную силу в попытке вырваться, что таки оторвал собственные руки, зажатые в тисках хвостов, почти до плеч. Сора в тот же момент последовал за Таем, резко сокращая дистанцию, и, дождавшись, пока тот замахнётся хвостами для удара, скрутил их своими. Тай не остановился и даже не оглянулся, продолжая тянуться вперёд, но безуспешно. Сора натянул хвосты, а сам подошёл ближе и пнул парня под коленом, заставляя рухнуть. — Пусти меня! Блять, отпусти! — Теперь уже точно не отпущу, — холодно отозвался Сора, без проблем удерживая Тая, находящегося на последней стадии истерики. По его щекам градом полились слёзы. Он сжимал зубы и выл, рычал и продолжал дёргаться, но встать с колен уже не мог. Как только Тай в порыве слепой ярости самолично оторвал себе руки, исход драки был предрешён. Всё кончено. — Ну хватит, Сора, пошутил и всё, — взмолился железный. — Зачем ты так? Это же я, Тай! Зачем ты… поступаешь так… со мной? — Ты же хотел моего внимания. Нравится? — Очень, — послышался тихий выдох. Сора продолжал выглядеть невозмутимо, но что-то в его взгляде мелькнуло на секунду. — Я не хочу умирать, сенсей, — всхлипнул шатен, перестав брыкаться. — Тай. Ты сделаешь так, как я скажу, — холодно заговорил Ямарута не терпящим возражений тоном. — Тогда всё будет хорошо. Договорились? — Да, конечно. Что нужно делать? — Не дёргайся. Тай кивнул и действительно больше не шевелился. Сора скользнул взглядом по Охотнику, приподнял свои сломанные руки, намекая, что не сможет добить парня сам, и кивком головы подозвал Томо к Таю. Охотник приблизился, наклонился к стоящему на коленях железному и поднёс руку к его пояснице. — Сора? — вновь заговорил Тай. — Что? — Я не хочу… — Так нужно. Тай, прости. Правда. За всё. Тай даже не сразу понял, что произошло. Громкий хруст ломающихся костей эхом отдался в голове железного, отпуская все мысли. «Спасибо». Томо не впечатлился ни диалогом, ни взаимоотношениями этих двоих. Он поднялся на ноги, едва не потеряв равновесие из-за резкой жгучей боли в боку и груди, и посмотрел на Сору. Парень больше напоминал мраморное изваяние, лишь искусно исполненное в виде человека. Коп хотел было что-то сказать, но железный вдруг свалился на колени, упёршись сломанными руками в асфальт и сплёвывая кровавые сгустки. — Эй, Ямарута… — заволновался брюнет, подойдя к парню и начиная его тормошить. — Ямарута, приём! — Мне хре… ново… — судорожно выдохнул Сора, выблёвывая кровь и моментально бледнея. — Да неужели, какое совпадение, — огрызнулся Охотник. — Сдохнуть тут собрался? Поднимайся. Сора поднял трясущуюся руку, дабы затормозить копа и что-то ответить, но силы покинули его слишком резко, и парень свалился на перепачканный кровью асфальт. Он уставился помутневшим ничего невидящим взглядом в небо и захрипел: — Взрыв… как… — Какая сейчас разница? Совсем мозги отшибло? Вставай, сука, не беси меня! — Охотник снова опустился вниз и сжал пальцы на плече парня, попытавшись его приподнять, но сделать это одной рукой оказалось слишком тяжело. В рёбрах сразу же закололо тысячью раскалённых игл. — Взрыв… объясни… — В заброшках часто валяются баллоны с газом. Всё? Доволен? Теперь открывай моргала и поднимайся! — коп требовательно встряхнул парня, но тот лежал неподвижно, закрыв глаза и, кажется, почти перестав дышать. — Эй, не смешно уже. Я тебя не дотащу. Серьёзно, я не стану. Слышишь меня, Ямарута? Сора не реагировал. Томо сам приоткрыл ему веки и убедился: взгляд стал почти таким же мутным, как у трупа. — Долбоёб, не смей дохнуть у меня на руках! — тут же проорал Охотник и, ощутив резкий прилив адреналина, взял Ямаруту под руку и взвалил себе на спину, кусая губы до крови от невыносимой боли в рёбрах. Терпи. Терпи. Терпи... Нужно было скорее убираться отсюда.