Железное небо

Вернувшись домой, Томо успел только скинуть куртку и кеды и мгновенно упал на кровать. Тело ломило от усталости, пульс отдавался шумом в ушах, мешая полноценно уснуть. Мужчине казалось, что он пытался провалиться в сон несколько часов, хотя прошла, наверное, всего пара минут. Он разлепил сонные веки только для того, чтобы взглянуть на часы, но стол, на котором они стояли, загородил… Сора. — Как ты тут оказался? — прохрипел брюнет вяло. — Пришёл. Удивительно, правда? — ухмыльнулся Ямарута, а затем провёл ладонью по волосам копа, рассматривая его уставшее сонное выражение лица. — Вымотался? — Да, — слабо кивнул охотник, находясь на грани между сном и реальностью и не понимая, что видел лишь иллюзию. Глаза его были слегка приоткрыты, поэтому он смог увидеть и узнать свою квартиру, но сознание само дорисовало железного, присевшего рядом на кровати. — Я только хотел сказать, что тоже очень устал, — выдохнул Сора, продолжая нежно гладить Томо по голове. — От чего? — От тебя. От регулярных драк. От твоих оскорблений, от того, что ты вечно огрызаешься, от твоих попыток задеть меня, — чуть подумав, добавил он и слегка улыбнулся. — В тюрьме мне чётко дали понять, что хуже, чем там, уже никогда не будет, и это действительно так. Я не обижаюсь на тебя… Но мне чего-то не хватает. И я злюсь. «Чего ты хочешь?» — хотел спросить полицейский, но вслух у него получилось лишь тихо выдохнуть. — Я не контролирую свою злобу. Она сильнее моей воли. А воля человека, решившего взять меня под свой контроль, должна быть по-настоящему… железной, — парень слегка улыбнулся. — Ты ведь не испугаешься меня, если я разозлюсь? Твоя воля сильнее моего гнева, да, Томо? Не показывать свой страх, так ты сказал… Ты ведь уже понял, да? — Понял что? — Что я хочу тебя немного… проучить, — ухмыльнулся Ямарута, сверкнув жёлтыми глазами, а затем на его лицо моментально наползла железная маска. Парень оскалился, словно дикий зверь, и, собираясь прокусить стальными клыками череп брюнета, зарычал и бросился на него. Томо мгновенно проснулся от увиденного, подскочив в кровати и начав оглядываться, выравнивая сбившееся дыхание. Охотнику потребовалась целая минута на то, чтобы осознать, что тот Ямарута, который только что хотел откусить ему лицо, был плодом его собственного воображения. Брюнет мотнул головой, сделав глубокий вдох, и глянул на время. Странно. Оказывается, он проспал несколько часов. После такого кошмара он не смог бы уснуть, пребывая в полной готовности к тому, что сон окажется реальностью, поэтому поднялся с кровати и направился в ванную. Томо быстро принял холодный душ, сгоняя остатки неприятного сна, переоделся и пошёл на кухню. В ящике под столешницей, расположенной рядом с плитой, всегда валялась одна-единственная пачка сигарет, оставленная там брюнетом на крайний случай. Он повертел пачку в руках, взвешивая все «за» и «против», ведь если коп покурит сейчас, то на одной сигарете не остановится. — Похер. Томо с трудом заставил себя бросить пачку обратно и задвинул ящик, после чего закинул в рот никотиновую жвачку, которая, пусть и не могла расслабить его так же хорошо, как сигареты, но всё же была лучше, чем ничего. Он никак не мог вышвырнуть из головы картину того, как Сора сидел рядом с ним на кровати, тепло улыбался, мягко гладил по волосам, а затем резко преобразился в железного и предпринял попытку убить его. Жутко. Непонятно. Действовало на нервы. Выглядело, как предостережение, которое лучше не игнорировать. «Я хочу тебя немного… проучить». Пошёл к чёрту. Нос не дорос. — Проучить он хочет. Разбежался, — раздражённо пробормотал брюнет, быстро завязывая шнурки на кедах. Как-то странно злиться на реально существующего человека за то, что он сделал в твоём сне. С парнем следовало всегда быть внимательным и в некой степени даже осторожным. Думая об осторожности, Томо имел ввиду вовсе не то, что в любой момент он должен быть готов к внезапной попытке Соры убить его, нет. Быть осторожнее — в смысле, в выражениях. Полностью изменить своё отношение к Соре он бы не смог, но как-то отрегулировать его — вполне. Хотя уже на улице эти мысли показались копу какими-то бредовыми и основанными лишь на дебильном сне, который ничего не значил. Наверное, ничего не значил. Воля, сильнее его гнева. Что это могло значить? Томо так и не смог выбросить дурацкий сон из головы и пришёл к неутешительному выводу о том, что у него всё-таки слегка поехала крыша, и со вздохом направился к магазину Тода, вспомнив, что Ямарута должен быть сейчас именно там.

***

После убийства Трагера Сора чувствовал удовлетворение. Его даже не волновало то, что новость о смерти безумного учёного очень скоро дойдёт до Томо, а тот, в свою очередь, вряд ли ей обрадуется. Дело сделано, плевать на последствия. Парень всё же решил зайти к Тоду и пообщаться с ним и Анемон. Железный скучал по обычным будням в заведении, когда его насильно будили и заставляли работать. Было в этом что-то привычное, родное, уже так сильно полюбившееся, но… слишком долго Ямарута не смог бы думать о подобном в силу своей не сентиментальности. Звенькнул колокольчик над входной дверью. Старик обернулся на звук и, увидев Сору, присаживающегося за барную стойку, улыбнулся. — Привет, — парень ответил ему такой же улыбкой. Тод кивнул. — И тебе. Решил навестить или снова по делу? — удостоверился он. — Навестить, — Сора оглянулся и скользнул взглядом по залу. Четыре посетителя. Трое из них пугливо поглядывали в сторону железного. Ямарута вздохнул и вновь повернулся к старику. — Здесь до сих пор как-то тухленько… — Свои плюсы тоже есть, — не расстроился Тод. — Всё успеваем, например. А у тебя, я смотрю, работа прям кипит? — А? — Ямарута на секунду растерялся, затем оглядел себя и понял, что на красной рубашке пятна крови выделялись не сильно, но если присмотреться, то их можно было заметить. — Да уж… Мне бы переодеться… — Да и помыться тоже не мешает. Раны-то у тебя заживают, а вот запёкшаяся кровь никуда не девается, — заметил Тод, скрестив руки на груди и нахмурившись. — Иди давай, я тебе пока поесть приготовлю. Сора без лишних слов отправился в душ: холодная вода согнала сонливость и прояснила некоторые мысли. Затем парень переоделся в привычный чёрный свитшот с закатанными до локтей рукавами, но джинсы напялил те же, в которых пришёл. На всякий случай он взял ещё две таблетки (теперь у него с собой было четыре) и вложил их в карман джинсов, а затем вернулся в зал. На столе барной стойки его уже ждал завтрак и кружка кофе. — Я же не пью кофе, — нахмурился Ямарута, усаживаясь и начиная есть. Тод недовольно хмыкнул, оценивающе глянув на парня. — Ты бледный какой-то. Давление, может, низкое? Так что пей, — кивнул он на кружку. Сора спорить не стал. Пока он уплетал приготовленное, на столешницу взобралась фиолетовая утка, о существовании которой парень уже успел забыть, поэтому, увидев её, он подавился и закашлялся, испуганно соскочив со стула. Утка с гордым видом доковыляла до тарелки с едой, принадлежащей железному, и нагло стала клевать остатки. Каким-либо образом мешать животному Сора не решился: он, немного подумав, сел подальше от утки и стал допивать свой кофе, при этом морщась от горького привкуса так, будто ему наступили на яйца. Ещё через минуту вновь звенькнул колокольчик, и парень обернулся, услышав знакомый девичий вздох. — О, Сора! Ты всё-таки пришёл! — тут же оживилась Анемон, вешая сумку на крючок, а затем садясь рядом с Ямарутой, кивнувшим ей в знак приветствия. — Ты помнишь, что должен мне? — заискивающе улыбнулась малышка. — Да, но у меня денег нет, — протянул он с искренней досадой. — У меня есть, я же работаю, — напомнила девочка. — На самом деле, я всё ещё плохо ориентируюсь в магазинном районе, поэтому и хочу, чтобы ты пошёл со мной. Железный мысленно прикинул, сколько времени ему не удавалось нормально пообщаться со своими друзьями, и осмелился пренебречь правилами Ская, а именно — пройтись по городу без Охотника за спиной. Вдобавок к этому, Сора считал, что уже достаточно хорошо дал понять, что не собирался намеренно причинять вред людям, а значит и в надзоре не нуждался. — Хорошо, можем прямо сейчас и пойти. Под обиженно-злые вопли Тода в духе: «Ты только зашёл к нам и уже куда-то намылился?!», — Ямарута вместе с Анемон отправился в магазинный район. По пути до него мимо ребят проехали три машины: пожарные, городская полиция и скорая помощь. Сора сделал вид, что понятия не имел, куда они ехали, и на вопросы девочки лишь пожимал плечами и выдвигал привычные бредовые теории. — Вот эту хочу! — Так бери. — А как она на мне смотрится? — надула губы малышка. — Да нормально, нормально, — отмахнулся парень, который совершенно не имел чувства стиля. Анемон всё же сообразила, что советчик из него никакущий и подходил ей лишь в роли гида, а потому пошла на кассу, дабы оплатить новую юбку. — Здравствуйте! — тут же натянуто улыбнулась кассирша, а затем, увидев медленно приближающегося к кассе небезызвестного железного, нервно сглотнула, перевела взгляд на лыблющуюся малышку, и снова попыталась выглядеть приветливо. — В-вам пакет н-нужен? — пролепетала она. — Да, нужен, — довольно протянула девочка, доставая карту кибер-банка. Кассирша трясущимися от страха руками уложила предмет одежды в пакет и протянула его девочке, всё ещё бегло поглядывая на безмятежного Ямаруту. Тот встал рядом с малышкой, но смотрел куда-то в сторону и будто бы был чем-то недоволен, одним своим присутствием сильно пугая персонал магазина. — М-может я В-вам скидку сделаю? — заикаясь, прощебетала женщина, переходя на фальцет. — Здорово! Давайте! Сора так и не придал никакого значения поведению кассирши, пребывая в собственных мыслях. На обратном пути Анемон очень много разговаривала. В основном она делилась с парнем тем, к каким людям иногда доставляла посылки, а заодно сообщила, что поступила в школу. Затем девочка спросила парня про Хиву, о которой давно ничего не слышала, на что Ямарута, задумчиво нахмурившись, ответил: — Скай долго не мог понять, что с ней делать. По правилам он должен был убить её за то, что она делилась информацией с целой группировкой железных, — парень вдруг замолк, силясь сформулировать свою мысль правильно, после чего выдохнул: — Я так и не понял, почему, но он её не убил, видимо, сделав скидку на то, что она ещё подросток, который не понимает, с кем связался. Он выяснил всё о той группировке, а теперь, вроде как, через Хиву следит за ними. Так что эта стерва больше не двойной агент, а тройной. — Её наказанием станет смерть этих железных? — предположила девочка, заходя в заведение Тода. — Может быть, — Сора и сам не знал правды, но гипотеза достойная. Всего за пару минут до их прихода в магазин явился и Ятсуме. Он меланхолично попивал чай и о чём-то разговаривал с Тодом ровно до того момента, пока не заметил Ямаруту. Железный скользнул взглядом по шатену и нахмурился, но затем почти сразу улыбнулся и перевёл взгляд на сидящего рядом брюнета. Дольше четырёх часов Томо поспать не смог. Зато теперь вся компания в сборе, как когда-то раньше и было. — Эй, четырёхглазый, а где твои очки? — поинтересовался Сора, усевшись рядом с юным гением и подперев голову рукой. Взгляд железного всего на секунду показался Роши каким-то насмешливым. — Дома забыл, — спокойно ответил он, попытавшись выдавить улыбку. — Разве люди с твоим зрением забывают такие важные вещи дома? — продолжил напирать Сора, переглянувшись с полицейским. Тот вопросительно вздёрнул бровь, ожидая какого-нибудь намёка на ответ, но железный вновь перевёл взгляд на шатена. — То же касается и тебя. Анемон не должна таскать тебе таблетки, если ты по собственной глупости забываешь их дома, — припомнил Роши, ловко отбиваясь от нападок Ямаруты. Тот как-то странно хмыкнул, играя с парнем в гляделки. — Ладно, расслабься, я просто докапываюсь. Соскучился по вам, — развёл руками Ямарута, шустро замяв разговор. — Тут все про пожар говорят… — пробубнил старик, ища какую-нибудь другую тему для обсуждений. Анемон тут же встрепенулась: — Какой пожар?! — воскликнула она. — Кстати, пока мы с Сорой гуляли, то видели, как пожарная машина ехала на вызов! — вспомнила девочка. Тод начал щёлкать каналы на телевизоре, протяжно выдыхая. — Какое-то офисное здание сгорело, вроде. Наверное, туда они и ехали, — пробормотал он, найдя новостной канал, на котором сейчас сообщали подробности произошедшего. Услышав фразу: «офисное здание сгорело», — Томо, что до этого момента сонно потирал веки и не особо вникал в разговор, вмиг проснулся и медленно перевёл взгляд на Ямаруту. Тот исключительно плохо делал вид, что ничего не знал: его реакция на новость о пожаре была нулевая, что полностью его выдало перед копом. Последний взглянул на экран и прислушался. —…локализованный пожар в подвале серверной. К счастью, из персонала никто не пострадал, однако в серверной обнаружили сгоревшее тело. Его личность уже удалось идентифицировать: погибший оказался Крисом Трагером — подпольным учёным и врачом, за которым уже долгое время… Дальше Томо не слушал. Он вновь посмотрел на Сору, стойко игнорирующего попытки копа прожечь в его голове дыру. Злоба закипала постепенно, медленно, но верно усиливая желание Охотника сжать пальцы протезированной ладони на горле железного. Он внезапно даже для самого себя оказался напротив Соры, положил ладонь на его плечо и силой развернул парня к себе лицом. Томо схватил Ямаруту за горловину свитшота и дёрнул на себя, заставляя подняться со стула, а вторую ладонь сжал в кулак, готовясь ударить. Сора упёрся локтями в стол позади себя, еле-еле держа равновесие, и обескураженно уставился на Охотника. — Ничего не хочешь мне рассказать? — ядовито прошипел коп, не стесняясь посторонних наблюдателей. Сора сглотнул и просипел: — Не хочу, — он попытался придать своему тону твёрдость, но вышло плохо. Отрицать свою причастность к пожару он даже и не пытался, ибо это бесполезно. Брюнет разозлился лишь больше и рывком отправил парня в сторону кладовки. — А придётся, — нахмурился он, надвигаясь на железного и намекая ему на то, чтобы тот уходил вглубь коридора, подальше от чужих глаз и ушей. Ямарута спешно зашагал спиной вперёд в свою комнату, с испугом смотря на взбешённого мужчину. Ещё несколько шагов — и Сора упёрся икрами в ящик около кровати, чуть не свалившись на него и поняв, что отступать больше некуда. Он зажмурился и повернул голову влево, приготовившись к удару. Но его не последовало. Железный, тело которого было напряжено до предела, только через полминуты осмелился открыть глаза и удостовериться в том, что всё это ему не причудилось. Коп, чуть сгорбившись, сидел на его кровати и потирал пальцами веки, то ли пытаясь согнать сонливость, то ли силясь унять злобу, чтобы не прибить Ямаруту на месте. — Просто объясни, что ты сделал и зачем, — неожиданно спокойно и тихо выдохнул Охотник. Сора нервно сглотнул, собираясь ответить сию секунду, но слова застревали в горле, а наружу вырывалось лишь невнятное бормотание. — Чего трясёшься-то? Говори, я слушаю, — тем же тоном произнёс брюнет. Железный смог различить в его голосе усталость. Парень заметил, что его собственное тело действительно потряхивало, и постарался унять непрошенную дрожь. — Это же очевидно, — размыто ответил Ямарута. — Что очевидно? Рассказывай, я жду, — настаивал Томо, не повысив голоса. Сору передёрнуло. — Я вернулся в серверную с напалмом и сжёг Трагера, — собравшись с мыслями, выдал парень. — Такой, как он, не должен жить! Из-за него столько людей могло пострадать! — тут же добавил он. — А с каких пор тебя беспокоят другие люди? — огрызнулся полицейский, напомнив Соре об его собственном равнодушии. — Меня же вынуждают работать на полицию и спасать людей, так что мне приходится беспокоиться о них! — быстро нашёл он оправдание. Томо не впечатлился жалкими потугами парня найти тысячу объяснений на каждый его довод, но на спор банально не было сил. Брюнет лёг на спину поперёк кровати Соры, тыльной стороной ладони прикрывая глаза из-за слепящего дневного света, освещающего комнату, но всё же поглядывая на железного. Ямарута до сих пор выглядел напуганным, но не мог заставить себя не смотреть копу в глаза. Последний, после минутного молчания, вдруг усмехнулся, а затем и вовсе залился смехом, содрогаясь на кровати. Сора растерялся, понятия не имея как реагировать на внезапный взрыв хохота у Охотника. Сейчас это был вовсе не тот редкий, но такой приятный слуху смех Томо. Этот смех пусть и был таким же по звучанию, но являлся чем-то настораживающим, а вовсе не расслабляющим. — Крис был единственным, кто мог создать замену твоим позвонкам и продлить тебе жизнь, — ещё не до конца отсмеявшись, простонал брюнет. Ямарута кивнул за голову копа, намекая ему на то, чтобы он повернулся. У изголовья лежал открытый ноутбук парня, а на экране была развёрнута фотография гигантского монстра — неудавшегося железного, — сделанная тогда, когда он был ещё жив и с энтузиазмом крушил жилые здания. — Крис сделал бы из меня это. Томо всего на секунду представил превращение Ямаруты из человека в монстра и тут же поморщился. Перспектива так себе. — Где-то же должна быть информация о том, как создать эти блядские позвонки, — пробормотал коп, хотя и сам очень сильно сомневался в том, что говорил. — Если бы она была, то весь город уже был бы заполонён железными, — резонно заметил Сора, осторожно садясь рядом с Охотником и всматриваясь в его лицо. — Перестань думать о том, сколько мне осталось жить, — внезапно и тихо выговорил он. Если бы я мог, то не думал бы. Мужчина лишь тяжело вздохнул вместо ответа, уставившись в потолок. Его почти сразу заслонило лицо Ямаруты, осторожно расположившегося на бёдрах полицейского. — Сам посуди: если бы Крис остался жив, то он бы создал что-нибудь ещё более жуткое и сильное. Мы с этим-то еле справились, так что я всё правильно сделал, — губы Соры растянулись в улыбке, но Томо не собирался отвечать парню тем же. — Закрыли тему, окей? — Тебе осталось жить от силы три месяца, — нахмурился брюнет, игнорируя его предложение. — Я тебе что сказал? — Указывать мне удумал? — Нет, — тут же отреагировал железный, — но если ты продолжишь позволять мне такое, то я буду указывать тебе постоянно, — заулыбался он ещё шире. — Я тебе и не позволял, — привычно ухмыльнулся Томо, чем вызвал облегчение у Соры, и лишь затем осознал, что Ямарута сидел уже не на его бёдрах, а откровенно на паху. Вместо того, чтобы продолжать болтовню, Сора жадно впился в губы полицейского. Тот, не раздумывая, ответил ему, перенимая инициативу поцелуя на себя. Левой ладонью коп пробирался под свитшот парня, а пальцы протеза сжал на заднице Ямаруты, прижимая его к себе. Томо лишь на секунду задумался о том, что действительно вымотался и нуждался в банальном сне и отдыхе, а вовсе не в сексе, но… Три месяца. Томо сам скинул с себя кожаную куртку, а Ямарута принялся расстёгивать пуговицы на его рубашке, начиная нетерпеливо ёрзать и кусаться в ответ. Парень ловил губами горячее дыхание Охотника и хрипло мычал от приятной тянущей щекотки внизу живота. — Дверь не запер, — еле слышно выдохнул Сора прямо в губы брюнету, почувствовав, как тот начинал стягивать с него джинсы вместе с нижним бельём. — Запри, — пробормотал коп, скользя ладонями по бёдрам Ямаруты и явно не намереваясь отпускать его ради того, чтобы запереть дверь. Сора всего на пару секунд высвободил хвост и с помощью гарпуна задвинул щеколду, а затем снова спрятал железо. Томо перекатился на кровати, заваливая на неё Ямаруту и разворачивая его на живот. Сора первым оказался полностью без одежды, тогда как полицейский не спешил снимать или даже расстёгивать собственные джинсы, топорщащиеся в области ширинки. Он упёрся правым коленом в кровать между ног железного так, чтобы мог тереться стояком о его задницу, навалился сверху и пропустил левую ладонь под парнем. Он провёл пальцами по его губам, настойчиво раздвигая их, и погрузил в горячий мокрый рот сразу два. Железный замычал, послушно вылизывая, и прикрыл глаза. Вскоре эти же пальцы прикоснулись ко входу. Ямарута догадался расслабиться, поэтому, когда внутрь него толкался уже второй палец, он лишь кусал губы и стискивал одеяло в ладонях, сдерживаясь, чтобы не поторопить брюнета. — Нежничаете, господин полицейский? — попытался ухмыльнуться Ямарута, облизнув пересохшие губы. — Вовсе нет, — с усмешкой ответил Томо и наклонился к его уху, добавляя понизившимся голосом: — Хочу, чтобы ты скулил, как сука. — В-вот же… сволочь… Ямарута то шипел сквозь плотно стиснутые зубы, то утыкался носом в одеяло, чтобы хоть как-то приглушить собственные стоны, которые с каждым толчком становились всё откровеннее и громче. Удовольствие свернулось в клубок внизу живота, заставляя парня непроизвольно тереться стоящим колом членом об кровать и двигаться навстречу пальцам копа. Сегодня Томо начал жалеть о том, что отказался от искусственной кожи для протеза, ведь одной рукой управляться с неугомонным Ямарутой оказалось не так уж и легко. Вряд ли Соре понравились бы холодные железные пальцы в собственной заднице или, скажем, на члене. Стоило исправить этот нюанс в будущем. — Хватит… Не дразни больше, — простонал парень, кусая костяшки кулака. Ухо железного обдало жаром, а следом раздался хриплый смешок брюнета: — Ты куда-то торопишься? — Томо! — капризно простонал Ямарута, подмахнув бёдрами, а затем повернул голову вбок и проехался губами по щеке полицейского. Тот снова усмехнулся, после чего втянул парня в поцелуй. Сора не смог начать протестовать, когда Охотник кусал его губы и горячий язык, а лишь постанывал ему в рот и жмурился от слишком приятных ощущений, распространяющихся от паха по всему телу. — Вставь мне, а то я свихнусь… Серьёзно, я не могу… — Можешь. Ты выносливее, чем хочешь казаться, — Охотник надавил на простату пальцами и остался в таком положении на несколько секунд. Ямарута прогнулся в спине и сдавленно застонал, зажмурившись и дрожа. Когда коп отстранился, Сора с надрывом выдохнул и резко расслабился. — С-сука… Какой же ты… гад… — Кончил? — с усмешкой удостоверился Охотник, зная ответ на свой вопрос. Ямарута виновато покивал головой, недовольно нахмурившись. Ощущения от оргазма без рук не совсем те же, чувство удовлетворения не пришло и стояк никуда не делся. — Не понравилось, да? — Да иди ты… — замученно выдохнул Ямарута, смотря в глаза веселящемуся Охотнику. — В следующий раз терпи, пока я не скажу. Понял? — Угу. Томо предусмотрительно зажал рот железному протезированной ладонью, вынимая из него пальцы и ловко расправляясь с ширинкой. Он пристроился поудобнее и приставил влажную от смазки головку к разработанному отверстию, вслушиваясь в нетерпеливое мычание Ямаруты. Тот практически завыл, когда член полицейского медленно и плавно вошёл в него наполовину, и приподнял таз, слегка меняя угол входа: теперь уже Томо не сдержал сдавленный низкий стон. — Не дёргайся, — посоветовал он, надавив на голову парня правой ладонью и тем самым впечатав его щекой в одеяло, и плавно толкнулся в тугой жар внутри снова, входя до конца. Парень раскрыл рот в беззвучном стоне, искоса поглядывая на брюнета. Именно в этот момент выражение его лица было особенным: расслабленным, отражающим то, что Охотник получал удовольствие от происходящего и смотрел на то, что ему нравилось. Практически белая радужка стала мутного серого цвета, а короткая косая чёлка, которую полицейский смахнул набок, в некоторых местах слиплась чёрными тонкими прядями и забавно растрепалась. Сора скользнул взглядом вниз по телу Томо и теперь наблюдал за тем, как сокращались мышцы его пресса при каждом новом медленном толчке: ему тоже было приятно. Копу это беззастенчивое разглядывание начало действовать на нервы, поэтому он, дабы Сора прекратил отвлекаться, взял самый медленный темп, на который был способен, при этом двигаясь под таким углом, чтобы член каждый раз задевал простату. Уже спустя полминуты железный, теряясь в ощущениях, начал извиваться под Томо, насаживаться на него и умолять двигаться быстрее. Брюнет в ответ на подобные просьбы лишь самодовольно ухмылялся, но темп не менял. Когда Сора потянулся рукой к своему члену, чтобы помочь себе подойти к логическому концу, Охотник перехватил его запястье и завёл его руку за спину, больно дёргая её вверх, если Ямарута пытался вырваться или воспользоваться второй рукой. Такой обмен властью устраивал их обоих. Сора, правда, в эти моменты начинал проклинать полицейского: Томо доводил его до пика удовольствия и, когда парень должен был вот-вот кончить, вдруг замирал, не давая разрядке случиться. Это выматывало, лишало способности думать о чём-либо другом. Парень шипел и матерился, пусть даже и понимал, что в ответ на это Охотник просто дёрнет его руку вверх и тем самым причинит острую боль, способную остудить праведный гнев железного. Брюнет отпустил руку Ямаруты и навалился на него сверху, вновь перекатился на кровати, заставляя Сору лечь на себя, после чего обхватил его руками поперёк груди и продолжил двигаться. Ямарута дрожал без перерыва, вцепившись пальцами в запястья Охотника и царапая ногтями его кожу. Он очень старался сдерживать голос, но не мог перестать сходить с ума от этого мучительно-медленного темпа. Голова шла кругом, всё тело обдавало жаром, а внизу всё пульсировало. Он бросил все силы только на то, чтобы не кончить без рук, потому что уже знал, что это не так уж приятно. Ему до одури хотелось наплевать на всё и опустить руку на изнывающий член, но он шипел сквозь плотно стиснутые зубы и держался за Томо, уговаривая себя терпеть эту сладкую пытку. Охотник не отвлекался на посторонние мысли и с упоением медленно трахал парня, ведь когда, если не сейчас, у него будет подходящее настроение, чтобы продемонстрировать Соре его контроль над чужим телом? У железного то и дело закатывались глаза, он раскрывал рот в беззвучных стонах, выгибаясь навстречу, но так больше ни разу и не кончил, оставаясь послушным. Парень закинул руки за голову, давая понять, что не будет трогать себя. Томо перестал удерживать его и исследовал пальцами его тело: водил ими по груди, по подтянутому животу с не ярко выраженными мышцами пресса, оглаживал широко разведённые бёдра с внутренней стороны, а затем снова возвращал руки наверх. Ямарута всхлипнул, сжимая его член внутри себя плотнее, и резко зажал рот руками. Он быстро задышал и начал бормотать: — Я не могу, не могу, не могу, Томо… — Хочешь кончить? — выдохнул Охотник ему на ухо, почти добираясь левой ладонью до истекающего смазкой подрагивающего члена, но останавливаясь совсем рядом. — Да, да, да, боже, пожалуйста, Томо, я… — Сора захлебнулся, жмурясь, переждал момент и тихо захныкал. Он так сильно хотел угодить копу и сдерживаться, что из его глаз действительно брызнули слёзы. — Я всё сделаю, всё, что хочешь, прошу, только… О господи, я не выдержу… Ох, чёрт… — Ещё нет, — Охотник продолжал ухмыляться, двигаясь всё так же издевательски медленно. — Томо, я… не могу… больше!.. — Нет. — Не могу, не могу!.. Блять!.. Блять, боже… — Сейчас. Ямарута ощутил горячую ладонь на члене и прогнулся в спине, стискивая пальцами одеяло, и с приглушённым благодаря второй руке копа надрывным вскриком кончил себе на живот. Его напряжённое до предела тело трясло так сильно, что он невольно продолжал насаживаться на Охотника, который не прекращал медленно водить кулаком по его члену, усиливая оргазм. Спазмы всё никак не заканчивались, вырывая из глотки парня срывающиеся хриплые выдохи. Томо сам едва сдерживался, потому что исключительное послушание парня подкупало безоговорочно. Сорваться и затрахать его до отключки хотелось просто безумно, но он дождался момента, когда парень всё же заскулит, как тот и хотел. Вдоволь наслушавшись гневного сопения железного о том, какой он гад и сволочь, Охотник резко возобновил движения и сразу ускорился, буквально вдалбливаясь в обмякшее тело парня и с удовольствием слушая его тихий скулёж, приглушённый прижатыми ко рту ладонями. Последний толчок получился особенно сильным и глубоким: Сора захлебнулся в собственном стоне, чувствуя, как член копа пульсировал внутри него, выплёскивая сперму. Мужчина крепко сдавил парня в своих руках, насаживая до упора, и прерывисто выдохнул ему в шею, зажмурившись. Перед глазами ещё некоторое время маячил космос. Сора выравнивал дыхание и окончательно приходил в себя в течении нескольких минут, не сразу осознав, что Томо тупо спихнул его на кровать, а сам ушёл в ванную. Парень хотел было начать возмущаться, увидев брюнета, быстро принявшего душ и одевшегося, но — то ли речевой аппарат Соры дал сбой, то ли у него на разговоры не было сил, — он просто что-то нечленораздельно промямлил. — Говори нормально, — нахмурился Томо, закатывая рукава рубашки. — Да я ещ-щ… ещё н-не… Бля, — выдохнул Ямарута, стараясь собрать мозги в кучу, вяло приподнимаясь и морщась из-за тянущего ощущения в самом неожиданном месте. — Как после… такого мож-ж… сука! Как после такого можно… нормально говорить? — с трудом произнёс он. — Какого «такого»? — как бы невзначай переспросил брюнет. — Ну такого… — железный пытался подобрать правильные слова, при этом прилагая все усилия, чтобы старательно их выговорить. — Такого… Ну… Вот такого! Господи, ты что, дразнишься?! — Последние сорок минут я только этим и занимался, — пожал плечами коп, самодовольно ухмыльнувшись. Сора смущённо покраснел, начав гневно сопеть, и не нашёл, что ответить. Кое-как добравшись до ванной, Ямарута помылся, мысленно жалуясь самому себе на ноющий зад, затем переоделся и вернулся в свою комнату. Водные процедуры отняли у него чуть меньше получаса, поэтому он совершенно не удивился, когда обнаружил дремлющего на своей кровати полицейского. Сора даже подумывал не будить его, но коп проснулся сам и, судя по слегка растерянному взгляду, был не слабо обескуражен тем фактом, что откровенно вырубился на полчаса. — Отдохни, робокоп, — улыбнулся Ямарута, подходя ближе. Томо принял сидячее положение, поставив ноги на пол, подавил зевок и сморгнул. — Я не устал. — Ну конечно, — фыркнул Сора и наклонился, легко коснувшись губ Охотника. Когда он отстранился, выпрямившись, Томо резко перехватил его за поясницу и подтолкнул ближе к себе, уткнувшись носом в живот и обдавая его тёплым дыханием даже сквозь ткань свитшота. Сора растерянно замер, приподняв руки, а после аккуратно зарылся пальцами в волосы на макушке Охотника, мягко поглаживая и улыбаясь. — Если не прекратишь, будет второй раунд, — предупредил брюнет. — Ты сам подтянул меня обратно, ты в курсе? — Вот и отойди. — Ты меня держишь, придурок бешеный. — Если не отойдёшь, я выдеру тебя так, что ты собственное имя забудешь. — Хотелось бы… Но давай в другой раз, — спокойно отозвался Ямарута, действительно отступая на шаг назад. Томо неохотно отпустил его. — Я же не слепой. Томо на минуту закрыл глаза и вздохнул, справляясь с сонливостью, а после кивнул, поднимаясь. Они направились обратно в зал. Стоило Соре показаться из коридора, как на него с ходу налетел старик: — Вы бы хоть детей постеснялись! — прошипел Тод Соре на ухо, решив, что именно он зачинщик всего того, что какое-то время назад происходило в его комнате. Парень удивлённо вылупился на старика, а затем заметил, как Томо давил усмешку. — Чё ты ржёшь?! Меня из-за тебя как последнего дебила отчитывают, а тебе смешно?! — начал он возмущаться. — Бери на себя ответственность, это ты начал! — Я? Не правда, не было такого, — ответили ему так, словно ничего и не случилось. — Слышишь, ты! Говнюк! — зашипел Ямарута не хуже змеи, на что брюнет заулыбался ещё шире и ещё довольнее и занял привычное место за барной стойкой. Сора, продолжая буравить копа взглядом, уселся рядом с ним с самым недовольным выражением лица, на которое был способен. — Кхм, вы… — заговорила Анемон, сидевшая слева от Томо. — Вас… все слышали, — выдавила она, не рискуя смотреть на парней. Железный очень быстро справился с чувством неловкости, а Охотник о нём и вовсе не беспокоился. — И что? — Да ничего, Сора! — рявкнул Тод, остервенело протирая стол белой тряпкой. — Даже клиенты рассчитывали на начало драки, хотя не хило перепугались, а вы устроили тут чёрти что! Не в мою смену, понятно?! Совокупляйтесь в другом месте! — Сово… тьфу, блять! В следующий раз будем делать это тише, — буркнул парень. Томо предпочёл игнорировать происходящее, уставившись в одну точку на стене и абстрагируясь от разговора. Роши, похоже, занимался тем же, благо звенькнувший колокольчик прервал беседу, обращая внимание на нового клиента. — Здравствуйте! — прозвучал весёлый голос вошедшего в заведение подростка. — Я не уверен, не ошибся ли адресом… А Сора Ямарута здесь? Сначала Тод, глянув на клиента, приветливо улыбнулся ему, а затем осознание ударило ему в голову с такой силой, что у мужчины даже челюсть отвисла. Анемон, так же обернувшись в сторону гостя, тут же начала лупасить ладошкой по плечу полицейского, призывая его глянуть на подростка. Тот, с вымученным вздохом повернувшись, аж выпрямился и замер, на секунду задержав дыхание. — Это я, — отозвался наконец Сора, после того как оглядел клиента с ног до головы. На вид ему можно было дать лет пятнадцать: черноволосый и черноглазый, низковатый, приятный на лицо, но с залёгшими под глазами тенями. — Эм-м… Вы… Ты… На ты, окей? Ты чего-то хотел? — осторожно поинтересовался Ямарута. — Да, именно. Дело в том… Сегодня ночью, когда ты дрался с тем монстром, ты спас мне жизнь, — улыбнулся подросток, не став ходить вокруг да около, но различив озадаченное выражение на лице железного, пояснил: — Ты помог мне выбраться из-под бетонных плит и мебели. — А-а-а, точно-точно, — закивал Ямарута в ответ. — Так вот, я хотел тебя поблагодарить… — Ой, да забей, — отмахнулся Сора. — Этого от меня требует полиция… — Томо пихнул Ямаруту локтем в бок, призывая заткнуться и слушать. — Ты чё меня бьёшь?! — Да нет же, ты не понял… — не обратил внимание на его недовольный бубнёж гость. — Да, Сора, ты не понял! — прошипел старик. — Ты… Ты вообще знаешь, кто перед тобой стоит?! — перешёл он на нечто среднее между шёпотом и фальцетом. — Ребёнок? — логично предположил Сора, за что тут же получил стариковский подзатыльник. — Это сын мэра города, Баг Дит! Тут-то шестерёнки в голове парня и зашевелились. Сначала он задумался, снова окинул этого Бага взглядом, а затем воскликнул: — Чё, серьёзно? Да ладно?! — Ямарута аж на месте подскочил. Подростка таким поведением откровенно сбили с толку, но ненадолго. — Ахереть! Погоди, так я вытащил с того света сына мэра Тэрроза? Нихера себе! Да я… Я… Я крутой! — Об этом я тоже хотел поговорить, — вновь обратил на себя внимание Баг, продолжая улыбаться. Теперь Сора напрягся и нервно сглотнул, вновь садясь на стул и смотря на подростка слегка взволнованно. Пусть этот парень и сказал, что хотел его поблагодарить, но всё же ожидать от него стоило чего угодно. А кто их, этих «знаменитостей», знает?