Железное небо

— И всё же скажите, Вы считаете действия безымянной полиции правильными? — поинтересовалась журналистка, смотря в выцветшие глаза врача. Тот провёл ладонью по вьющимся седым волосам, а затем поправил очки, еле заметно улыбнувшись. — Мне абсолютно всё равно, как и каким образом безымянная полиция будет справляться с последствиями события полуторагодовалой давности. — Неужели Вам действительно всё равно, что Охотники взяли под своё крыло ещё одного железного монстра, о котором ровно ничего не знают? — не унималась блондинка, сверкая глазами. Она единственная среди всех журналистов смогла урвать пятнадцать минут у этого мужчины на интервью. — Для начала, железные — как бы вы их не боялись и не презирали — не вселенный продукт эволюции, не гости с другой планеты и не новая форма жизни, они — киборги. Такие же киборги, как и любой другой человек в нашем мире, который имеет искусственную конечность, — расставил всё по своим местам врач. — Разница лишь в том, что у железных искусственные конечности дополнительные, а у простых людей они заменяют утерянные. Регенерацию железным обеспечивает регент и особое устройство в позвоночнике. В теории, его можно установить любому человеку, сделав его железным в том самом смысле, к которому мы с вами привыкли, и подарив возможность не умирать от болезней и травм. Но это в теории. Тело взрослого человека, как правило, не может приспособиться к таким изменениям и они неизбежно приводят к отторжению, — уже тише добавил он. — И всё же… — Всё же, — невозмутимо перебил мужчина, — практически в любой сфере деятельности найдётся хоть один человек с протезом руки, ноги, пальца — да чего угодно, но их коллеги по этому поводу почему-то не возмущаются, хотя эти люди тоже являются киборгами, — резонно заметил он, плавно кивая самому себе. Журналистка даже перестала моргать на минуту. — Так что железные — не монстры. Они люди, киборги, максимум — полулюди, но никак не чудовища и не монстры. Увы, наше общество мыслит слишком примитивно и узколобо и видит в железных жутких тварей, а не таких же, как они, людей. Сами железные прекрасно об этом знают, а раз двое из них способны и хотят помогать безымянной полиции — что ж, так они обеспечивают себе будущее, а Охотникам — боевую мощь. Это выгодно для обеих сторон. — Вы не думаете, что, последовав примеру двух известных железных, остальные тоже попробуют пробраться в полицию? Причём не для того, чтобы ей помогать, а чтобы уничтожить её изнутри, — смело предположила девушка, нахмурившись. — Бред, — фыркнул врач. — Подобный обман слишком очевиден. В полиции может и есть дураки, но столь откровенную ложь они всё же разглядят. К тому же, я уверен, что существует определённая система сдерживания, подобная той, что вынуждала железных быть послушными в далёком прошлом. Скажем, взрывчатка в спине. Прийти в полицию и работать на неё, будучи железным, равно согласиться с внедрением такой системы в своё тело. Как я и сказал, железные — это киборги, но всё-таки необычные, поэтому такая перестраховка в отношении них — необходимое условие для обеих сторон. — Получается, их можно не бояться? А что насчёт страха перед другими железными? Жители стали сомневаться в Охотниках и их разумности, ведь люди попросту не понимают, как Охотники определяют, кому из железных верить можно, а кому — нет. Люди боятся, потому как думают, что «психованным монстром», — процитировала журналистка одного из участников опроса, — может оказаться любой прохожий, и от него они не уберегутся, просто не выходя на улицу поздно ночью. — «Психованным монстром»? — криво усмехнулся мужчина, вздёрнув седые брови. — Уверяю Вас, каждый второй железный способен осознавать себя и нашу реальность, а так же логически мыслить. Лишь одна треть из них не справилась с тем, что им пришлось пережить. Именно они и становятся жертвами Охотников. Они, безусловно, опасны, но… Я буду с Вами честен. Бояться стоит тех железных, что не сошли с ума: они сильнее, умнее и намного злее… Сора не вслушивался в болтовню, доносящуюся из телевизора, потому как понимал, что услышанное ему не понравится. В ответ на предложение Бага прогуляться по городу и поговорить один на один, парень попросил его подождать полчаса, обосновывая это тем, что хотел бы ещё немного побыть с друзьями. Тод тут же учтиво предложил сыну мэра присесть за барную стойку и выпить кофе. На самом же деле Ямарута нашёл себе новое занятие: он снял наушник-телефон и нажал на маленькую кнопку сбоку, которая открывала небольшой голографический экран. Парень никому не дал узнать, какой текст он набирал на панели. «Отправить сообщение?» «Да\нет» «Да» Железный вперился взглядом в Роши, стараясь не слушать обсуждения Анемон и Бага о фиолетовой утке, усевшейся около кассового аппарата. — Что? — не выдержал этого испытующего взгляда шатен. Сора промолчал, сощурив глаза, и ещё через несколько секунд тяжело вздохнул, глянув в сторону. — Ничего. Роши вскоре покинул заведение старика, ссылаясь на то, что дома у него куча работы. Никто его особо не останавливал. Когда Ятсуме пропал из поля зрения Ямаруты, последний резко развернулся к Томо и выпалил: — Проследи за ним! — Чего? — опешил брюнет. — Проследи за ним! — громче повторил Сора. — Мне интересно, куда он идёт. — А я тут причём? — вздёрнул бровь коп. Сора чуть раздражённо застонал сквозь зубы. — Томо, пожалуйста, сделай, как я говорю, — напряжённо выговорил он. — Я потом тебе всё объясню, хорошо? Пожалуйста, — повторил Сора для пущей убедительности. Охотник обречённо вздохнул, стараясь не раздражаться. Он хотел было огрызнуться, но тут же проглотил слова, вспомнив сцену из недавнего кошмара. «Я хочу тебя немного… проучить». — Ладно, — выдохнул Томо неохотно, — но за тобой должок. — Ты чудо! — выкрикнул парень ему в след. И только когда брюнет исчез из виду, железный повернулся к Тоду, который хотел было что-то сказать, и зажал ему рот ладонью, приставив указательный палец другой руки к своим губам. Анемон и Баг недоумённо уставились на Сору, который в следующую секунду стал носиться туда-сюда, заглядывая под столы, осматривая диваны, барную стойку и углы зала. После тщательного обследования помещения парень плюхнулся на стул и, вновь сняв наушник и развернув на голографическом экране клавиатуру, быстро набрал текст, а затем показал его Тоду. «Здесь установлено опиздрически много подслушивающих устройств и камер, так что сейчас я буду говорить таким образом. Ответ набирай тут же. И вот что мне интересно. Ты ничего странного в поведении Роши не заметил?» Старик минуты две пялился то на экран, то на Сору, а затем всё же стал набирать ответ, терпеливо снося взгляды Анемон и Бага. «Заметил, на самом деле. Не так давно он пытался убедить меня в том, что я должен прогнать тебя, если ты придёшь, якобы потому что ты навредишь мне. Он был какой-то странный. Раньше был открытым, скромным, добрым, а тут пришёл и наговорил мне всё это с каменным лицом! Будто подменили!» Сора успел написать: «Может, и подменили…», — но передумал, стёр текст и набрал новый. «Странно как-то, потому что недавно я попросил его о помощи, и он согласился, да и вёл себя как обычно». «Ты уверен?» «Я похож на идиота?» «Вообще, да. Но речь не об этом. Я могу как-то помочь узнать, что происходит с Роши?» «Нет, не можешь, да и не стоит. Вдруг я правда наврежу тебе или кому-нибудь ещё… Так что просто информируй меня обо всём и будь осторожен». Железный тяжело вздохнул, обдумывая сложившуюся ситуацию и мысленно прикидывая, что же могло случиться с очкастым гением. Парень сначала и вовсе хотел сбросить все подозрения на паранойю, потому что это не удивительно, что шатен мог стать немного другим после работы в безымянной полиции. Однако столь сильные изменения в поведении и характере человека так быстро не происходят. К тому же, до сегодняшнего дня, по мнению Соры, Ятсуме вёл себя совершенно обычно, тогда как Тод был уверен в том, что Роши стал вести себя странно ещё несколько дней назад. Ещё и жучки, в огромном количестве понапиханные в заведении тут и там таким образом, что абсолютно любой разговор, шорох и чих будет слышен, а крупным планом видно будет даже волосы в носу новоприбывшего клиента, заставляли начинать подозревать юного компьютерного эксперта в чём-то очень нехорошем. Получается, это не паранойя (по крайней мере, не со стороны Ямаруты) и не результат работы в полиции, а нечто иное. «Но зачем ему следить за нами… или за мной… с помощью этих жучков? Он разве не… Стоп… Жучки!» — Сора аж подскочил, ударив ладонями по столешнице и тем самым заставив присутствующих вздрогнуть и перевести на него взгляд. — «Трагер сказал про жуков! Или он имел ввиду не этих жуков для слежки, а обычных, живых? Или какой-нибудь рисунок с жуками, вроде логотипа? Сучьи насекомые, горите в аду! Мне в любом случае нужно узнать про…» — Сора, с тобой всё хорошо? — забеспокоился Тод, едва ощутимо положив ладонь на плечо парня. Тот вздрогнул, словно придя в себя, и вздохнул. — Да, просто… Просто мне надо взбодриться, — нашёл он отговорку, постаравшись расслабиться, а затем, чтобы ускорить сей процесс, повернулся к Багу, который практически не сводил с него глаз. — Можем теперь, кстати, поговорить, ну или чего ты там хотел. — Тогда, прогуляемся? — Это так необходимо? Честно говоря, не понимаю, что тебе мешает сказать мне что-либо здесь, при всех. — Ничто не мешает, — тут же улыбнулся парень, — но я бы не хотел, чтобы кто-то посторонний ввязывался в наш разговор, и я был бы рад, если бы моё желание было уважено. Сора на секунду растерялся от такой вежливости, но протестовать не стал. Перед уходом Сора написал новое смс для старика, указав местонахождение всех жучков, чтобы мужчина понимал — слепых зон в заведении не было. Парни вышли на улицу и взяли курс на небезызвестный парк. Баг попытался поинтересоваться у Соры о том, почему он попросил полицейского проследить за их общим другом и почему он какое-то время разговаривал с хозяином заведения через телефон, но Ямарута благоразумно увиливал от ответа, не собираясь распространять важную информацию среди несведущих и малознакомых людей. — Прости, мне просто интересно, — глупо улыбнулся брюнет, — я ведь случайно оказался свидетелем всего этого. Выглядело очень странно. — Люди часто интересуются тем, что их не касается, — философски ответил железный. — А ты ещё слишком мал, чтобы понимать хоть что-либо из того, что касается меня, того копа и всех остальных. — Мал? — искренне изумился Баг. — Мне девятнадцать лет, у нас с тобой не такая уж большая разница в возрасте. — Девятнадцать?! Ты выглядишь на пятнадцать! — Такое бывает, — равнодушно пожал плечами парень, прекрасно зная о том, что его внешний вид не соответствовал его возрасту. — Честно говоря, я думал, такого, как ты, удивить сложно, — смутился он. — Тогда ты очень сильно заблуждался, — фыркнул Сора. — Я ещё многого не видел и не знаю, поэтому и удивляюсь практически постоянно. — Мм, думаю, я понимаю… Но знаешь, та штука, от которой ты меня спас, удивила бы кого угодно! — поёжился Баг, вспоминая габариты недо-железного. Сора понимающе закивал. — Так вот… Спасибо за то, что помог выбраться из-под завалов. Если бы не ты, я бы точно умер. Железный снова растерялся, но виду не подал. — Расслабься, я же уже говорил… — Нет, дослушай, — выдохнул Баг, останавливаясь около пешеходного перехода и ожидая, когда загорится зелёный свет. Ямарута скользнул хмурым взглядом по толпе прохожих и не без удовольствия отметил про себя тот факт, что к нему сейчас приковано мало внимания даже с учётом стоящего рядом с ним сына мэра Тэрроза. — Я знаю, как люди относятся к железным, в том числе и к тебе, так как ты долгое время был единственным железным, известным всем в лицо. Меня такое отношение угнетает, ведь ты-то точно не плохой. Сомневаюсь, что тебе удастся полностью завоевать доверие со стороны простых людей — прости уж за честность, — а потому с тобой мало кто будет сотрудничать, если ты не окажешься в сопровождении Охотника. — Это да… — с неохотой признал Сора. — Так что я подумал, что если тебе понадобится помощь, то ты можешь обратиться ко мне или к моему отцу. По крайней мере, если ты будешь в хороших отношениях с мэром, то хуже тебе от этого точно не станет, — улыбнулся Баг, взглянув на парня. Тот выглядел так, будто пропустил всё сказанное мимо ушей, и словно играл в гляделки с кем-то, кто находился в толпе людей по другую сторону дороги. — Сора? Уже зелёный свет дали… — Да-да, я вижу, — вздохнул Ямарута, глянув на брюнета и последовав за ним. Говорить Багу о том, что парень в толпе пешеходов случайно заметил старого знакомого, который, в свою очередь, мгновенно почувствовал на себе чужой взгляд и уже спустя пару секунд нашёл его обладателя, Сора не собирался. Тем более Ямарута не собирался сообщать своему спутнику о том, что этот старый знакомый являлся железным, который минуту назад одним лишь взглядом умолял парня молчать о том, что тот заметил его. Судя по всему, этот знакомый жил обычной жизнью, никому не мешал и хотел, чтобы его тоже никто не беспокоил. Раз так — пусть, Сора промолчит о его существовании. Однако со стопроцентной вероятностью уберечь его от полиции он всё равно не сможет. — Ты меня хоть слушал? — насупился брюнет. — Да, ты предлагал мне свою помощь, только вот я не совсем понимаю, чем мне может помочь мэр города или его сын, — хмыкнул Ямарута. — Скай Дайлер в этом плане куда полезнее, а о влиянии мэра или его сына я вообще ничего не знаю. Я думал, что мэры только кресла жопой давят да людям лапшу на уши вешают… — Ну, отчасти, — не обиделся Баг. — Но в том-то и дело, в информации, — с умным видом закивал подросток. — Если нашему обществу будет недостаточно дара убеждения Дайлера, то тут придёт на помощь мой отец. Главнее его только Мировое правительство, но Тэрроз — самостоятельный город-государство, он полностью обеспечивает себя сам, и лишь иногда делится или покупает что-то у других городов, а в остальном он предоставлен сам себе. Так что здесь главнее мэра никого нет. — Это ты сейчас на языке для дураков говоришь, чтобы мне было понятно? — Сора искривил губы в усмешке. — Если я начну говорить общими терминами, то ты меня действительно просто не поймёшь, — согласился парень, цокнув языком. — А если хочешь разобраться во всём этом, то почитай учебники по истории. В общем, просто запомни: в Тэррозе нет никого главнее мэра, так что если тебе нужна будет серьёзная помощь, которой тебя даже полиция и Скай не смогут обеспечить, то смело обращайся ко мне. В конце концов, я твой должник. — Либо ты слишком благодарный, либо мне стоит тебя в чём-то подозревать, — тоном детектива проговорил Ямарута, сощурив взгляд. Баг задумчиво почесал затылок, сбившись с толку от такой прямолинейности. — Можешь подозревать меня в моей благодарности, например, — улыбнулся он, найдя подходящий ответ. Сора ещё раз оглядел парня с ног до головы. Ямарута не собирался ни в чём его подозревать, но теперь ему стало как-то не по себе. Казалось бы, с чего сыну столь важного человека в Тэррозе обращать своё внимание на железного, пусть даже тот спас ему жизнь? Выкинул бы тот случай с недо-железным из головы и занялся своими сынмэровскими делами, так нет же, запомнил, пришёл, поблагодарил и помощь предложил. То ли что-то тут не так, то ли Сора превращался в параноика, ищущего потенциальную угрозу в каждом встречном. От размышлений его отвлёк телефонный звонок. — Томо? Ты проследил за Роши? — с ходу налетел он на копа с вопросами. — Да, — послышалось недовольное, — он домой вернулся. Никуда не сворачивал и ни с кем не разговаривал по пути. Железный выдал задумчивое: «Хм-м-м…», — и забыл что-нибудь ответить. Томо, разумеется, начал раздражаться. — Ты впал в летаргический сон? — Чего-чего? — Значит, нет, — фыркнул брюнет. — Так нахуя мне надо было следить за этим помешанным? — Потом объясню, сказал же, — процедил Сора. — Поговорим позже, я занят, без обид, — парень сбросил трубку, не дожидаясь ответа и родных сердцу матюгов, а затем возвёл взгляд к небу с таким страдальческим видом, что Баг не сумел промолчать: — Кто-то умер? — Да, режим дня Томо, — саркастично отозвался Ямарута, невольно вспоминая выражение лица того железного, с которым он пересёкся взглядом на пешеходном переходе. А ведь если подумать, до этого момента парень не так уж и часто обращал внимание на окружающих людей. Наверное, поэтому он и не замечал среди них знакомых лиц. Сора, возможно, и дальше придавался бы мыслительным процессам, забыв про то, что он находился на улице в компании сына мэра, если бы Баг не начал тормошить его, тыкая пальцем в сторону огромного экрана, висящего на стене высотки. — Помехи! — Э-э-э… И что? — отрешённо отозвался Ямарута, взглянув на экран. Реклама новых воздушных скейтбордов стала прерываться, а изображение начало плыть и мигать. — Кто-то сигнал перехватил! Там… кто-то… Смотри! Видеоряд про скейтборды вытеснил другой: теперь на экране, на белом фоне красовался незнакомец в чёрной толстовке с накинутым на голову глубоким капюшоном, чьё лицо закрывала стальная маска; кончики пальцев обеих рук, на которых были надеты чёрные кожаные перчатки, соприкасались друг с другом на уровне груди. Фигура явно была мужская. Сора мгновенно, пусть и неосознанно, провёл параллель между увиденным на белом фоне силуэтом и железным скелетом из своего собственного сна. Было нечто похожее… Но не мог же кто-то забраться парню в голову и увидеть то, что ему снилось, чтобы спародировать это? — Железный?.. Что за херня?.. — выдохнул Сора, а затем стал судорожно оглядываться. Абсолютно все прохожие также смотрели на этого человека, не понимая, что происходит, и перешёптываясь. Многие достали телефоны и начали снимать происходящее на камеру, а следом замигали и все остальные, меньшие по размеру экраны, развешанные на других зданиях. — Сейчас только последний идиот не знает о моём существовании, так что буду откровенен: это не чья-то злая шутка, не прикол и не попытка какого-то обделённого умом хакера спровоцировать Охотников или кого-либо ещё, — заговорил искажённым металлом голосом парень на экране. — Ты всё правильно понял, Сора. Я Первый Альфа. Он сделал короткую паузу, давая зрителям возможность удивлённо ахнуть и начать искать Ямаруту взглядом. Тот, в свою очередь, оторопело завис, не смея моргнуть. — Как было бы славно, если бы никто не знал обо мне, но было бы ещё лучше, если бы двенадцать лет назад ты меня убил, да? Ты не помнишь? Очень жаль, — наигранно расстроился говорящий, покачав головой. Тон его был уверенным, а жесты и редкие покачивания головой плавными. — А ведь если бы убил, то никто не освободил бы железных, а те не смогли бы нападать на жителей этого безусловного прекрасного города, и никому не пришлось бы жертвовать своими жизнями ради того, чтобы поймать эту кучку психопатов. Между нами говоря, за всё, что случилось, вина и ответственность лежат на тебе. Ты допустил всё это, — заговорщицки прошептал Альфа, прекрасно понимая, что никакого «между нами» не было и его трансляцию сейчас видел не только Ямарута. Он издевался, добиваясь того, чтобы с горем пополам заработанное Сорой доверие со стороны людей вновь превратилось в ненависть и презрение. — Бред какой-то… — выдохнул Сора, почувствовав, как по спине пробежал холодок. Он не раз винил себя за то, что ничего не сделал с бессмертным при встрече, и даже за то, что не помнил его — хотя здесь всю вину стоило переложить на не идеальную память информационного накопителя в позвонках. Но сейчас, когда Сору начал винить в этом кто-то ещё — и не просто «кто-то», а, судя по всему, сам бессмертный, — он ощутил липкий страх, холодом растекающийся под кожей, и закипающую внутри злобу. — И теперь ты и Охотники пытаетесь отлавливать железных и ищете меня. Хм, хотя стоило бы поставить в угол для наказаний именно тебя, — Альфа задумчиво почесал железный подбородок. — Соглашусь с доктором Марком, железные — это всего лишь киборги. Необычные? Я бы так не сказал. Все железные были созданы в лаборатории. Они — продукт бесконечных экспериментов, нацеленных на создание бессмертной железной армии. Но они — незавершённое детище. То ли дело я, — после этих слов он слегка развёл руки в стороны, и показавшиеся из-за его спины четыре хвоста плавно начали их обвивать. — Я таким родился. Железных ошибочно считали новым видом, но это я — новый вид. Я — истинный железный, по-настоящему бессмертный. Мне не нужны таблетки, чтобы регенерировать, мне не нужны искусственные позвонки в спине, чтобы иметь стальные хвосты, и мне не нужны годы обучения, чтобы приобрести физическую силу, превышающую человеческую, ведь всё это досталось мне от природы. Понимаешь, Сора? Понимаешь цену ошибки, допущенной тобой? — Как жаль, что позвонки твоей матери не сочли тебя паразитом и не расщепили на атомы, — ядовито прошипел себе под нос Сора, сжав кулаки до побелевших костяшек, хоть и понимая, что этот парень его не слышал и, скорее всего, не видел. — Многие железные считают, что среди них есть один необычный экземпляр, которого они и сами опасаются. Тот, под чьей маской беспечности прячется жестокая и беспощадная сила, исходящая от его злобы. Правильно говорят? «Бойтесь гнева терпеливого человека». Так насколько же сильно нужно разозлить тебя, чтобы ты стал непобедимым? Давай вместе это проверим! Вместе со всем городом. Людям ведь нравится наблюдать за шоу. Устроим им шоу? Устроим им шоу, Сора? — повторил он весело, а следом на экране появилась прямая трансляция с улицы, на которой находилось заведение старика. Сора перестал дышать. — Докажи, что ты особенный. Докажи, что ты — нечто большее, чем живое оружие, которым могут помыкать недостойные. Для этого придётся вступить в игру. Хочешь победить — придётся меня найти. Захочешь сбежать — беги. У тебя есть время, чтобы подумать — сколько угодно времени, но учти… Ямарута уже бежал вдоль улиц, задыхаясь, расталкивая зевак и думая лишь о том, что он должен успеть. Не важно, мимо каких зданий он пробегал, его везде сопровождал этот искажённый металлом уверенный ровный голос первого Альфы. — Чем дольше ты думаешь, тем больше близких тебе людей пострадает. За рекордно короткое время Сора преодолел расстояние до заведения: ему оставалось всего лишь перебежать дорогу, но в следующую секунду раздался взрыв, снёсший с ног несколько прохожих. Входную дверь и окна заведения повышибало, а из образовавшейся прямоугольной дыры в стене здания на улицу повалил густой тёмно-серый дым. Парень всего на мгновение замер, отдалённо слыша чьи-то болезненные стоны и вопли, после чего рванул внутрь здания и, размахивая перед собой ладонью, стал искать Тода. «Это моя вина». «Всё это — моя вина…» Парень на ощупь определял, где находился, выкрикивая имена тех, кто оставался в магазине во время его ухода, и, прислушиваясь, пытался уловить малейший шорох, стон, хоть что-то, что помогло бы найти их. В зале никого не оказалось, лишь разбросанные и сломанные столы и диваны. Находясь на грани немой истерики, Сора обогнул барный стол, щурясь из-за дыма и видя перед собой лишь размытые очертания предметов, и дрожащим голосом выдохнул: — Пожалуйста… Кто-нибудь… «Если бы я мог хотя бы вспомнить…» «Это моя вина. Я струсил. Я не убил его тогда. Почему я даже не попытался?». «Я допустил всё это». Никто так и не ответил. Железный пробрался на кухню, дыма в которой оказалось гораздо меньше, и увидел растянувшегося на полу Уилса. Внутри парня всё похолодело от ужаса, желудок сделал кульбит и рухнул куда-то вниз. Сора рефлекторно подбежал к Тоду, убедился, что тот без сознания, а затем взял мужчину на руки и направился на улицу. Около заведения уже собралась огромная толпа зевак, отдалённо слышался вой сирены скорой помощи. Ямарута свалился на колени около бордюра, продолжая держать Тода, готовый кричать от той беспомощности, что сдавила его со всех сторон. Парень успел подумать о том, что мог забыть про Анемон, но, подняв взгляд и увидев её среди десятков прохожих, шокированную и пытающуюся прорваться к нему, но невредимую, облегчённо выдохнул и приковал всё своё внимание к мужчине у себя на руках. Дыхание Тода было тяжёлым. Он явно ранен, так как его затылок вымазан в крови. Сора просидел так ещё пару минут, не слыша воплей добравшейся до него Анемон, прежде чем приехала бригада скорой помощи, переложила мужчину из его трясущихся рук на носилки и погрузила в машину. Ямарута смотрел на свои руки, испачканные в крови Тода, так, будто всё ещё держал его, и медленно осознавал, что происходило с ним и в какую ситуацию он попал. Почему Первый нацелился на Сору? Что ему вообще нужно? Что ещё за игра? Для чего? Почему? Парень скользнул растерянным взглядом по людям, которые не стеснялись обсуждать произошедшее прямо перед пострадавшими, и почувствовал укол злости и непонимания. «Почему они просто смотрят? А вон те… улыбаются… Что тут весёлого?» В голове кроме «Почему?» больше ничего не крутилось, сердце билось в горле, клокоча от нарастающей паники. Сора недоумённо взирал на, как ни странно, равнодушных зрителей, и не понимал, как справиться со своим шквалом эмоций и что ему теперь делать. Он вздрогнул, почувствовав, как кто-то тронул его за предплечье, и перевёл прояснившийся взгляд на фельдшера бригады. Тот присел перед железным на корточки и холодным выражением глаз изучал его лицо несколько секунд, прежде чем спросил: — Вы поедете с нами? Рассудок в ту же секунду прояснился, и Сора, не задумываясь, ответил: — Да.