Железное небо

Настоящее… Роши удивлённо вскинул брови, глянув на время. Он ведь даже и не заметил, как вырубился на пару часов прямо за работой. Списать это на усталость оказалось проще, чем на неинтересный процесс создания необходимых чертежей, поэтому парень, особо не заморачиваясь, поднялся со стула и потянулся, зевая. Странным для него было только то, что он не помнил, как поставил будильник. Очкарик вернулся в квартиру, потирая ещё сонные веки, и ввалился на кухню. Мать, нахмурившись, оглядела его с головы до ног, а затем улыбнулась. — Может, всё-таки покушаешь? — предложила она, кивая в сторону уже расставленных на столе тарелок с обедом. Шатен плюхнулся на стул и тут же сделал три больших глотка из кружки. Кофе должно помочь. — Ты сегодня собираешься идти на работу? — продолжила Тамия. В её голосе Роши различил нотки беспокойства. — Нет, у меня сегодня вроде как выходной. — Тогда сходи в больницу. — Зачем? — А ты не в курсе? — искренне удивилась женщина, а затем замолчала на минуту, обдумывая, как сообщить сыну неприятную новость. — Ваш старик… Твой прошлый работодатель… — Что с ним? — тут же выпрямился очкарик, вмиг побледнев. Мать вздохнула. — Он жив, с ним всё хорошо, наверное… Но тебе лучше самому все подробности узнать, потому что из того, что произошло, я мало смогла понять, — призналась она, — а значит и объяснить не смогу. Роши молча отодвинул кружку и поднялся, собираясь отправиться в коридор, но Тамия поймала его за запястье и дёрнула обратно, заставляя сесть на стул. — Куда собрался? — вопрос был риторическим. — Сначала поешь, а потом иди мир спасай, герой. — Но я не… — Ты — да, — отрезала женщина. — Это наверняка связано с железными. Ешь, ибо в твоих интересах не провоцировать меня кормить тебя с ложечки. И то верно. Парень быстро уплёл приготовленный мамой обед, выпил ещё две кружки кофе и едва не светился от вспыхнувшей внутри него энергии. Шатен сменил одну толстовку на другую, чтобы выглядеть не таким помятым, расчесал стоящие врастопырку волосы, натянул кеды и был таков. Воздушного метро он с недавних пор опасался — точнее начал опасаться сразу после того, как узнал, что на одну из станций прибежала железная псина, а потому взял пример с Томо и добирался до нужных мест на своих двоих. Путь всё равно лежал ближе к центру города, поэтому сворачивать с намеченного пути почти не приходилось. «Ничего не меняется», — поймал он себя на мысли, оглядывая прохожих, пробки и рекламные баннеры. Действительно, людям будто всё равно, что в Тэррозе каждый день кто-то вёл борьбу за свою жизнь, будь то бомж с соседней улицы без гроша за душой, будь то работник городской полиции, будь то Охотник или железный, или даже они сами — простые прохожие и торчащие в пробках водители. «Что? Я могу сегодня умереть? Это не важно, мне нужно дочку из школы забрать». Каждый из них думал, что убьют-то точно не его, а в таком случае происходящее их не касалось, что в итоге и создавало этот безграничный поток равнодушия к другой жизни внутри города. До тех пор, пока в опросе не попросят поучаствовать, конечно. А после него снова дочку из школы забирать. Роши печально улыбнулся своему отражению в витрине и вздрогнул, когда спустя секунду его окликнул до боли знакомый женский голос. — Хива! Привет! Я уж думал, что мы больше не увидимся, — приветливо улыбаясь, выдохнул парень с облегчением. — Я тоже, — кивнула Хива, проигнорировав беглый заинтересованный взгляд очкарика, скользнувший по девушке рядом. Шестерёнки внутри головы юного гения лениво зашевелились, заставляя думать и складывать два и два. — Ты на работу? — Нет, в больницу к другу хотел зайти, — чуть более хрипло ответил Роши, стараясь не выдавать своего волнения. Да и стоило ли ему вообще говорить, куда он направлялся? После того страшного скандала, развернувшегося в участке, невольным зрителем которого стал Ятсуме, желание парня доверять Хиве резко свелось к нулю. Однако симпатия — а точнее влюблённость — никуда не делась и пудрила мозги с упорством какой-нибудь пропаганды. — А ты… Вы куда? Гуляете? — Ну, вроде того, — сухо улыбнулась Хива, кивая в сторону толпы девушек, занявших скамейку у входа в магазин, на витрину которого Роши пялился несколькими минутами ранее. Шатен окинул девчонок взглядом, но ничего необычного в их поведении не заметил, однако они всё равно сбили его с толку. Парень не раз слышал о некой Рей, возглавляющей одну из сильнейших группировок железных, которую Хива, как оказалось, прикрывала от полиции. При первом же взгляде на спутницу Охотницы он мгновенно пришёл к выводу, что та и есть Рей, но стоило нарисоваться толпе других девушек, как в его догадках начали появляться трещины. Все девушки выглядели старше восемнадцати лет, а значит, подозрения могли пасть на любую. Или всё же на ту, что стояла рядом? Она выглядела немного старше остальных и была безумно красива. Таких обычно называли горячими брюнетками. Её дерзкий взгляд зелёных глаз без стеснения скользил по парню, оценивая. От этого становилось неуютно. Сказать точно Роши мог только одно — в радиусе десяти метров от него находился как минимум один железный. — Ну что, прощаемся? Мы пойдём, — разорвала неловкую паузу Хива, вырывая парня из размышлений. — Да, конечно… Слушай, а мы не сможем с тобой встретиться как-нибудь на днях? Мы давно не виделись, и я… — начал он смущённо бормотать, мгновенно переключившись на другую тему. — Нет, извини, — отрезала девушка. — Я занята. Да и потом, кое-кто очень не обрадуется тому, что ты водишься со мной. Это опасно. — А когда ситуация придёт в норму, тогда?.. — Нет, Роши, ситуация в норму уже никогда не придёт. И ты неправильно меня понял. Нам вообще не стоит видеться. Никогда, — Хива говорила абсолютно спокойно и смотрела будто бы сквозь Ятсуме, а потому никому бы на ум не пришло, что она получала удовольствие от осознания того, что делала парню больно этими словами. — Ты довольно скучный, а я такое не люблю. Это последнее, что я хотела тебе сообщить, так что мы пойдём. Удачи. Разрез. Словно Роши только что разрубили пополам одним точным взмахом то ли самурайского меча, то ли хвоста железного — не важно. И это издевательское «Удачи» вкупе с сухой улыбкой вышибло воздух из лёгких, заставляя замереть на месте. Этот маленький камушек застрял между двух шестерёнок, но работать перестали сразу все, скрежеща громче голоса своего обладателя. — Отстой.

***

— Думаю, даже если бы железные смогли ужиться рядом с людьми, то дела обстояли бы похожим образом, как сейчас. — Это понятно. — Я имею в виду, что Охотников никогда бы не существовало, но железных всё равно воспринимали бы… не как людей. Им бы нашли применение в той же полиции или в любом другом спецподразделении. Мы — оружие огромной боевой мощи, и позволять нам работать в цветочных лавках всё равно, что новенькую ядерную боеголовку засунуть под видом игрушки в детский сад. — Слишком сложное сравнение, Кода… — Я веду к тому, что разница в отношении к людям и железным всё равно была бы. Но если предположить, что этой разницы не существует, то… Железные вели бы такой же образ жизни, что и люди. Но они в любом случае отличались бы… Хотя, без выставленных напоказ масок и хвостов особой разницы не заметно. Но не в моём случае. — Почему? Эдисон мысленно отвесил себе подзатыльник. Кода выставил указательный палец, показывающий на его собственное лицо. — Челюсти. Я не могу их снять. — Да, я… — Эд замолчал на минуту и прикрыл глаза ладонью, пытаясь унять стыд. — Просто я уже привык к этому и не подумал, что другие люди сначала воспринимали бы тебя иначе. — Я к тому и веду, — будто не заметив неловкой заминки, продолжил Кода. — Если другие железные смогли бы хотя бы выглядеть как люди, смягчая отношение к себе, то я — нет. И на нормальную работу меня вряд ли бы взяли из-за моего лица. — Нормальное лицо, — вырвалось у начальника настолько резко, что Кода вздрогнул. — Во всяком случае, меня бы не смутила его железная часть. Сивый с минуту что-то обдумывал, сверля мужчину пытливым любопытным взглядом. По спине Охотника тут же пробежал холодок — больше из-за непривычности самого взгляда, чем из-за неприятных ощущений, вызванных жутковатой комбинацией этого взгляда и стальной части челюстей. Не каждый день на Эда смотрели, как на объект исследований. Мужчину сюда привёл то ли интерес, то ли скука. Он уже больше часа находился в специально оборудованной для этого железного камере и разговаривал с ним, сам не понимая, зачем. Сначала было непросто: Кода отвечал сухо и односложно, явно не испытывая интерес к беседе, однако Эд всё же смог вывести парня на диалог, а не на допрос, и сивый стал более разговорчив и расслаблен. Видимо, ему всё это время казалось, что полицейский хотел у него что-то узнать, но уже спустя полчаса сообразил, что нет, иначе коп не стал бы тратить столько времени на попытки мягко разговорить Коду. — А тот красноволосый тип, — вновь заговорил железный, — ещё не решил, может ли он доверять мне? — Если бы решил, то ты находился бы не здесь, — резонно заметил Эдисон, попытавшись выдавить хилую улыбку. — Мне достаточно сидеть смирно в клетке, или он всё-таки выпустит меня, чтобы я дрался против других? — Ты так сильно хочешь вступить в драку с другими железными? — Нет… Мне всё равно, вступать или нет. Но, кажется, что-то скоро произойдёт, вот и спрашиваю, — пожал он плечами. — Что-то произойдёт, говоришь? — удивлённо выдохнул начальник, почему-то не сомневаясь в словах Коды. — Откуда тебе знать? — Я за новостями слежу, — кивнул парень в сторону телевизора. — Тот железный, которого вы сегодня застрелили, принадлежал группировке Рей. Она это просто так не оставит. — Рей, да? Она вторая Альфа, насколько я помню, — нахмурился мужчина, потирая переносицу. Несколько дней назад он разговаривал с Кодой о количестве Альф, их личностях и группировках, но запомнить всё оказалось слишком сложной задачей. — Если решит напасть, будет… — Разгром. Эд глянул на сивого; сначала злобно, исподлобья, а-ля «не-недооценивай-безымянную-полицию-ты-говнюк», а после — смиренно и согласно, вдобавок сокрушённо вздыхая. Опровергать неопровержимое смысла не было. — Из-за одного убитого железного она готова ввязаться в нечто масштабное? — недоверчиво хмыкнул коп. — А вы — нет? — и снова этот взгляд. Счёт давно перевалил в пользу Коды; сколько там уже ментальных подзатыльников Эд себе отвесил? — Но полицией я всё-таки восхищаюсь, — внезапно перевёл тему сивый. — Охотники на первый взгляд ничем не отличаются от среднестатистических горожан, однако, в бою они потрясающие. Чтобы кто-то дрался с железным в рукопашном бою… Да ещё и победил… Такое я впервые увидел, если честно. Все мысли о собственном превосходстве и бессмертии при виде подобного сразу исчезают. — А у тебя такие разве были? — С тех пор, как мне вырвали часть железной маски вместе с костями, нет. Эд поёжился. А ведь это лишь малая часть того, что пережил Кода; тем не менее, другую часть знать совершенно не хотелось. Он всё ещё пытался осмыслить, с чего вдруг захотел пообщаться с этим железным, и параллельно этому пришёл к выводу, что парень, похоже, стал разбираться в том, как именно работали Охотники. Сивый без колебаний указывал пальцем на железных, направляя копов, и даже рассказывал Скаю о местах встреч глав группировок, но последний никогда не отправлял туда Охотников. Кода мгновенно догадался, почему: у полиции против целой группировки шансов мало, а против оставшихся пяти сразу — вообще ноль, так что делать из своих людей камикадзе Скай не будет. Ему сейчас выгоднее отлавливать железных по одному; тем не менее, он напоролся на мину в лице железного, которого ошибочно принял за одиночку, и теперь назревал разбор полётов с Рей, личность которой так и не установили. — Интересно… — Мм? — Представим, что вам удалось уничтожить все группировки и убить всех железных, нападающих на людей. Интересно, в таком случае, что бы вы сделали с Сорой? Скай позволил бы ему жить среди людей? — Не знаю, — немного растерявшись, выдохнул Эд. — Знаешь. Он ведь поставил условие: Сора помогает убивать железных, а Охотники, взамен на эту помощь, позволяют ему вести более-менее привычный образ жизни, — стал рассуждать Кода, осуждающе глядя на копа за то, что тот будто бы поленился подумать над ответом. — Но когда железных, представляющих угрозу, не станет, надобность в помощи Соры отпадёт. Это значит, что для полиции Сора останется единственным железным, представляющим угрозу. — Это как если бы кто-то из лучших побуждений уничтожил всех убийц на Земле и в итоге остался единственным убийцей? — подхватил его мысль Эд, вспоминая одно очень старое аниме, посмотренное им в далёком детстве. — Именно так, — кивнул сивый. — Если говорить на твоём примере: знаешь, что в идеале должен сделать этот самый «миротворец», чтобы не стало последнего убийцы на планете и при этом никто не замарал об него руки? — Суицид? — сорвалось с языка копа даже раньше, чем он успел удивиться такому вопросу. — Абсолютно верно.

***

Сегодняшний день прямо-таки напрашивался стать выходным для Дайлера. Он не выносил жаркую погоду, терпеть её не мог. Влажные от пота концы волос липли к шее и лбу, вся верхняя одежда резко начала казаться лишней — если бы Скай мог себе позволить, то он бы ходил по кабинету в одних трусах. Даже открытые нараспашку окна не помогали, ибо ветра, как назло, не было. Кондиционер ситуацию вообще не спасал. Результативность анализа какого-либо дела свелась к нулю ещё полчаса назад, и мужчина теперь просто крутился на стуле, создавая вокруг себя хоть какие-то прохладные порывы воздуха, а заодно сгоняя неприятную сонливость. Он потянулся было за сигаретами, но затем одёрнул руку так, будто обжёгся. Курение только усугубит его положение; станет ещё жарче, а запах табака выветрить не получится ещё целый день. Скай ритмично застучал пальцами по столу, пытаясь принять решение, покурить или нет, с таким напряжённым выражением лица, будто ему задали провокационный вопрос, как когда-то случилось в школьные годы: «Есть два стула: на одном пики точеные, на другом…». Нет, не этот вопрос. С грозным: «Эй, ты!..», — в кабинет Дайлера не хуже тайфуна ворвался Ямарута, заставив Министра подскочить на стуле от неожиданности и перевести на него охреневший взгляд. — Разговор есть, — нахмурился Сора, не сильно хлопнув дверью. Скай криво улыбнулся, не до конца придя в себя. — А как же прелюдия? — выдал он на языке Ямаруты, отчего тот поморщился, подходя ближе. — В жопу прелюдию, — прорычал парень. — Ты же в курсе, да, что был взрыв? И по поводу Альфы тоже всё знаешь, я правильно понимаю? Полиция собирается помогать мне с этим дерьмом или так и будет трусливо поджимать хвосты? Теперь ощетинился Скай, однако тут же стёр пугающую гримасу и широко улыбнулся. — Чего тебе, Ямарута? Ближе к делу. — Этот мудак мне угрожает! — взорвался, наконец, железный, пиная стол ногой. — На что этот кусок дерьма рассчитывает?! Хочет, чтобы я пришёл к нему с распростёртыми после того, как он подорвал магазин старика?! Да я эту ебливую мразь на хвосты как на вертел насажу! — Рад, что у тебя такой настрой, — неожиданно спокойно выдохнул Дайлер, потирая виски. — Только сейчас-то остынь, тут и без тебя довольно жарко. — Жарко тебе, да? — Сора, угомонись… — Жарко ему, сука! А мне не жарко?! Да я весь горю нахуй! Горю желанием выпотрошить этого уёбка и развесить его кишки над входом в полицейский участок, как гирлянду! Ещё и лампочек туда напихаю, блять! Из вредности! — Сора-а-а… — страдальчески взвыл Скай, зарываясь пальцами в волосы. — Что? — Ты закончил? — Нет! — А придётся, — мужчина постарался выглядеть серьёзнее. — Так чего именно ты от меня хочешь? — Пока я не найду эту суку и не сделаю с ним всё, что задумал, найди несколько не особо занятых Охотников и приставь в качестве охраны к моим людям. Я бы и рад сам за ними приглядывать, но я не могу быть во всех местах одновременно, — на одном дыхании выпалил железный. «Раздражающая наглость, достойная восхищения», — промелькнуло в голове Дайлера, зависшего на пару секунд. Он потёр веки и вздохнул. — Ты просишь невозможное, у меня нет не особо занятых… — Не заливай, здесь куча народа занимается какой-то бесполезной хренью! — упрямо настаивал Сора, снова начиная злиться, но теперь уже на Ская. — Городская полиция и пальцем пошевелить не сможет, оказавшись рядом с железным, а вы супер, блять, прокаченные! — Но мы не специализируемся на разминировании бомб и чём-то подобном, — терпеливо пробормотал Министр, всё же закуривая. — И я уже сказал: у меня не занятых нет. Если я освобожу кого-нибудь от данного ему задания, чтобы поручить твоё, кто-то другой может пострадать. Да в любом случае кто-то пострадает, а мне, если честно, без разницы, кто это будет… — А мне не без разницы, — прошипел Ямарута, стискивая кулаки. — И тебе не должно быть, потому что если пострадают мои близкие, помогать полиции я перестану. Ты и сам это прекрасно знаешь. Наш уговор не односторонний. — Ну, а если пострадают незнакомые тебе люди, являющиеся близкими для других людей, то тебе и мне в равной степени посрать на это, а вот родня погибших и меня, и тебя, и всю полицию с дерьмом смешает, и весь город снова будет трындеть о том, что мы — ни черта не делаем, а ты — бесполезный мальчишка, по неясным причинам оставшийся в живых. Сора перегнулся через стол, схватил мужчину за горловину рубашки и подтянул к себе, угрожающе прорычав тому прямо в губы: — Я вижу здесь только одного бесполезного мальчишку, Скай. От тебя совершенно никакого толку, так зачем я тогда рискую жизнью, помогая вам, если вы не отвечаете мне тем же? — Полегче, суровый парень, я ведь и испугаться могу, — нервно ухмыльнулся Дайлер, совершенно не удивляясь собственной реакции. Железный опустил взгляд ниже и заметил, что левая ладонь мужчины лежала на кобуре — рефлекторно попытался достать пистолет, но успел вовремя остановиться. — Нашёл кому угрожать, — фыркнул Сора, отпуская парня. — Не занятых, говоришь, нет? — недоверчиво хмыкнул он, обходя стол, пока Скай тушил скуренную до середины сигарету в пепельнице. — Дай-ка я проверю, ты не слишком убедительный. — Эй, куда полез, тебе нельзя!.. Сора! — железный буквально выдернул Министра из-за стола, заняв его место и начав без зазрения совести копаться в хозяйском компьютере, пока Скай, не решаясь противостоять этому нападению, ругался, расхаживая по кабинету. — Твою мать, как Томо тебя терпит вообще?! — Таблетки от бешенства пьёт, — для галочки отозвался парень, уткнувшись в голографический монитор. — Я, конечно, терпеливый… Но, блять, не сегодня! Это невыносимо! — Быстро ты сдался. — Да я не о тебе, — отмахнулся Дайлер, словно от мухи. — Жара. Ненавижу. — А мне нравится, — тут же ухмыльнулся Сора. — Псих долбанный. — Не нарывайся. — Закрой варежку, Ямарута, не то у меня настроение, — предупредил Скай, буравя железного взглядом. — Вы только посмотрите, не то настроение у него, ну ахуеть теперь! А кому щас легко, Скай? Выруби нытика, я был о тебе лучшего мнения. — Господи, даруй мне сил не убить этого придурка прямо сейчас, — прошипел себе под нос Дайлер, отходя к окну и поворачиваясь к улице спиной. Лёгкий прохладный порыв ветра тут же остудил его пыл, и следующую реплику железного парень благополучно пропустил мимо ушей. — Ты не поверишь, но я сейчас о том же подумал, — раздалось в динамике наушника Ская, заставив того вздрогнуть. Знакомый мужской голос прозвучал ровно, но Дайлер не сомневался — его обладатель неприятно ухмылялся. — Веди себя спокойно. Отвечай так, чтобы Ямарута тебя не услышал. — Томо, ты… — И не двигайся. Ты у меня на мушке. — Я — что?! — Я же сказал — тихо, — цыкнул брюнет. — Где ты, мать твою, находишься? — Скай глянул через плечо на крыши зданий и бегло оглядел окна, но кого-нибудь, напоминающего парня с винтовкой или пистолетом, не обнаружил. Надо было смотреть дальше аж на две улицы. — На мушке? Серьёзно?.. — Могу сделать предупредительный выстрел холостым тебе в лоб. Хочешь? — Ты сбрендил?! — зашипел не хуже змеи Дайлер, испытывая возмущение и испуг одновременно. — Что тебе нужно? — А что попросил Ямарута? — Охрану для своих, — недовольно пробубнил Скай, но перед этим ещё минуту прожигал затылок Соры взглядом. — Так предоставь, в чём проблема? Только оправдываться не начинай, он тебе просто не нравится, вот и вредничаешь, как подросток. — И как ты догадался? — ехидно усмехнулся Министр в ответ, чувствуя, как капельки пота стекали вниз по спине и щекотали кожу. — Я не понимаю, ты что, правда меня на мушку взял? Реально? — Нет, блять, понарошку. Это умный снайперский комплекс, Скай, пуля тебя в любом случае догонит, — спокойно отозвался Охотник. — Так что там с охраной? — Я подумаю над этим, — вздохнул Скай в ответ и снова зашипел как гадюка: — И ты только, блять, вдумайся, что произойдёт, если ты меня снимешь! Это пиздец как глупо будет с твоей стороны! — Думай прямо сейчас. У меня терпение не резиновое. И да, я прекрасно знаю, что будет: я убью тебя, на меня откроют охоту прямо как на железного и, скорее всего, казнят. Зато Ямарута будет чист. — Ха-а, так ты беспокоишься о том, что он может убить меня, если я ему откажу, и тогда ему точно своей шкуры не спасти? Вот это я понимаю — забота! — Не язви, а то курок чешется. — А у меня — правое яйцо, можно я почешу его?! — Ну конечно же нет. — Какой ты не солидарный, — фыркнул Скай, а затем добавил: — Ладно, сделаю, что смогу. — Ты всё ещё про своё яйцо? — Про охрану! Блять-сука-как-вы-меня-сегодня-оба-задолбали! — Командная работа, хуле, — усмехнулся Томо. — Но ему об этом знать не стоит. — Окей, спорить не буду, я ведь всё ещё под прицелом, — наигранно вздохнул Дайлер, пожав плечами. — Я уже сворачиваюсь, но ты отмечен, как мишень, так что имей в виду. — Ну ты и скотина, конечно. — Ты знал, с кем связался. Чао, Дайлер, — с довольным смешком пробормотал брюнет на прощание и отключился от связи, позволяя, наконец, Скаю расслабиться и вдохнуть полной грудью. Пару секунд Дайлер потратил на то, чтобы выровнять слегка сбившееся дыхание и учащённое сердцебиение, а затем подлетел к столу, жестом прогоняя Сору со стула. — Я не уйду, — тут же нахмурился железный. — Так и быть, я прямо сейчас найду подходящую охрану для столь важных для тебя персон, только прошу, пожалуйста, ради всего святого, свали с царского стула! — зло прошипел Дайлер, спихнув таки парня со своего нагретого места. — Тод Уилс, Ансунемон Суйрен, Роши Ятсуме… Это всё? — Ну, да, — опешил Сора от такой резкой смены настроения Министра. — За Томо, так и быть, сам пригляжу. — Здорово! Просто за-ме-ча-тель-но! — Скай демонстративно дважды хлопнул в ладоши, не слишком правдоподобно изображая радость. — Мы, надеюсь, договорились? Теперь иди и не мешай. Ямарута проглотил невнятное «Ладно», смерив мужчину оценивающим взглядом, после чего не спеша покинул его кабинет, думая, что Скай его ещё окликнет. Но так как этого не последовало, Сора мысленно напомнил себе о том, что должен поговорить по душам ещё и с Роши, и быстро набрал его номер. Трубку никто не взял ни на первый, ни на второй, ни на третий звонок. Железный, уже на выходе из участка, уточнил у охранника, работал ли сегодня очкарик, чтобы не бегать зря туда и обратно. Выяснив, что у того выходной, Сора направился в сторону дома Ятсуме, обдумывая, с какой стороны подойти к подростку с тем разговором, тема которого вертелась в его голове почти целый день. Благо знакомая фигура юного гения замаячила на горизонте уже через несколько улиц, что, конечно, значительно упрощало задачу Ямаруты в его поисках. Сора мигом подбежал к Роши, с лёту закидывая ладонь на его плечо. — Вот ты где! Ты почему трубку не берёшь? — Я не слышал звонка, извини, — промямлил подросток, уставившись себе под ноги. — Ты чего-то хотел? — О да, о да-а-а! Хотел спросить у тебя, — расплывчато ответил железный, а затем замолчал ровно до тех пор, пока не переступил порог квартиры Ятсуме. Он бегло поздоровался с Тамией и буквально втолкал очкарика в его же комнату, закрывая за собой дверь. Роши вопросительно взглянул на парня, но в его взгляде читалось некое равнодушие к происходящему, что от Соры ускользнуть не смогло. — Что с тобой? Ты какой-то подавленный. Шатен пожал плечами. — Есть такое, — горько усмехнулся он. — Что случилось? — Хиву встретил. Она меня, можно сказать, послала. Не хочет со мной общаться. — О-о-о… Сочувствую, — на самом деле нет. — Самое противное — она попыталась сделать вид, что не хочет меня этим обидеть. — Так, может, она именно хотела тебя обидеть? — удивился железный. — В том-то и дело… Она хотела. И у неё отлично получилось, — подросток уткнулся лицом в ладони, вздыхая. — Только не реви, понял? Я хреново умею успокаивать людей, — на всякий случай предупредил Ямарута. — Переживёшь, с кем не бывает. — Это не всё, — он снова посмотрел на Сору. — Кажется, она встречается с какой-то девушкой. Та шла рядом с ней и приобнимала Хиву за талию всё время. — О, да ладно, перестань. Может, они очень близкие подруги… — Но я подумал, — невозмутимо перебил его Роши, — что хуже этого может быть только то, что той девушкой была Рей. Сора уставился на шатена недоумённым взглядом, забыв закрыть рот, затем сморгнул и пробормотал: — Ты уверен? В смысле, разве ты знаешь, как она выглядит? — Не уверен и не знаю. Но та девушка — длинноволосая высокая брюнетка. Помню, что на ней была кожаная куртка… В правом ухе несколько проколов заметил… И небольшой шрам на тыльной стороне ладони, как от ожога. — Это Рей, — обречённо выдохнул Сора. — Этот шрам у неё был ещё до того, как из неё сделали железную, поэтому он не заживает, — объяснил он на всякий случай. — Странно, что она разгуливает по городу, её ведь ищут… — Но в лицо знают очень немногие. — Это да, — не стал спорить парень. — Ладно, с этим потом. Ты в курсе про взрыв? — Угу, посмотрел запись новостей. — Ты сегодня утром в магазине не был? — Нет, я в гараже чертежи строил, — нахмурился подросток. — Правда уснул прямо за столом и проснулся только около часа назад. Ямарута уселся на компьютерный стул, начиная слегка покачиваться на нём, и уставился в потолок, почёсывая нижнюю губу указательным пальцем — позже Роши вспомнил, что это первый признак того, что парень пытался что-то вспомнить. — Старик сказал, что не так давно ты втирал ему, мол, я наврежу ему своим появлением, и поэтому он якобы не должен пускать меня в заведение. Ты что-нибудь подобное помнишь? — Впервые слышу о таком разговоре, — возмутился очкарик. — Я бы никогда такого не сказал! — Вот и я так подумал, — сухо пробормотал железный, углубляясь в размышления и не замечая, что начинал разговаривать вслух. — Кто-то притворялся тобой… Но как такое?.. Достаточно спросить у тебя, чтобы выяснить, где и когда ты был, чтобы обман раскрылся… Погоди-ка! — выпалил он, подскочив. — Вы не могли быть в одном месте одновременно, поэтому ему нужно было тебя чем-то занимать, чтобы… Сора резко прервался и начал шарить по ящикам стола, затем по сумке Роши, карманам его одежды, сложенной на спинке стула. После и вовсе опустился на колени, почти соприкасаясь ухом с полом, и продолжил поиски под кроватью и столом. — Ты… ты чего делаешь? — опешил подросток, забираясь на кровать вместе с ногами. — Ищу эту хрень, — размыто отозвался Ямарута, копошась в шкафу шатена. — О, вот это вроде… Да, это оно, — выдохнул он, закрывая дверцы и поворачиваясь к Ятсуме. — Ты в курсе, что тот, кто выдавал себя за тебя, выглядит точно так же, как ты? — Ну, думаю, это объясняет то, почему старик назвал тебе именно моё имя, а не чьё-то ещё, — поёжился Роши, чувствуя себя крайне неуютно. — Тебе в еду подкладывали снотворное, — отчеканил каждое слово железный, вертя в ладони маленькую упаковку доксиламина. — Как — я не знаю, ведь для этого нужно было миновать твою мать… — Она часто приносит мне еду в комнату, потому что мне привычнее есть у себя, — пробормотал шатен, поправляя очки. — И стоит тебе или твоей матери отвлечься на какое-то время, как он приходит и подсыпает тебе эту дрянь, — выдал вердикт Сора, складывая руки на груди с видом непревзойдённого сыщика. — Но чтобы такое провернуть, нужна слежка, а значит… Камеры! В заведении были камеры! Значит и здесь они есть! — И… всё это наш второй Роши уже услышал? — неуверенно пропищал подросток. — Блять. Да, — Сора хлопнул себя ладонью по лбу, прошипев себе под нос: «Идиот, мог бы и раньше догадаться». Затем что-то будто бы щёлкнуло в голове, заставив вздрогнуть. Раз жучки были в магазине старика и есть здесь, то и вторая бомба тоже тут? Если так, то… — Слышишь, поднимай задницу и… Нет, так не пойдёт. Парень быстро набрал текст на телефоне и показал его подростку. «Ищи что-нибудь, похожее на бомбу. И молчи об этом, а то оба взлетим на воздух вместе со всей твоей семьёй!» Ятсуме нервно сглотнул, едва сдерживая все эмоциональные вопли и эпитеты, которыми хотелось обложить всё вокруг, и послушно начал искать. Парни потратили около получаса на то, чтобы перевернуть каждый предмет в квартире, вызывая своим поведением недовольство Тамии, но оно того стоило. Взрывное устройство размером с коробок спичек нашлось в комнате младшей сестры Роши. Оно было прикреплено к крышке нижнего ящика стола с внутренней стороны. Никакого таймера или проводов не обнаружилось, а металлический корпус не позволял заглянуть внутрь самого устройства. — Так, — прохрипел шатен, расположив бомбу на своих трясущихся ладонях, будто подношение, — забери это и унеси куда-нибудь! — Почему я?! Оно в твоей квартире, ты и уноси! — Сора! Я от страха вот-вот обоссусь, не будь такой сволочью и забери эту штуку, пока я её не уронил! — Ты не посмеешь! — Скажи это моим нервным клеткам! Кажется, они все умерли! — Это мы щас умрём! — Сора!..

***

Сора уже двадцать минут прогулочным шагом слонялся по городу, осматриваясь с едва заметной улыбкой, словно турист. Он не обращал внимание на прохожих, вновь испепеляющих его взглядом и обходящих его стороной, будто вода Моисея. После угрозы первого Альфы иного ожидать и не стоило; теперь любой, кто общался с Ямарутой, рисковал быть убитым. К тому же, первый Альфа напомнил о том, что Сора не убил его двенадцать лет назад, а потому и виноват в происходящем только он сам — это ещё один повод для таких злых и презрительных взглядов в адрес парня. Но Соре всё это казалось такой мелочью, будничным пустяком, вроде утреннего стояка, мешающего справить нужду; у него сейчас куда более серьёзная проблема. Эта проблема лежала в его кармане и ждала своего часа, и именно она являлась причиной той лёгкой ухмылки, являющейся ничем иным, как предостережением: чем хуже становилась ситуация, тем шире делалась улыбка Ямаруты.