Дни цветущей вербы

      Верболапка с тоской посмотрела на реку. Водичка была чуть прохладной — то, что надо в тёплый денёк Юных Листьев. Она уже помыла лапы после уборки у старейшин утром и успела оценить, насколько хорошо было бы сейчас окунуться.       Она с завистью вспомнила брызгающихся у реки, в тростнике, сестру и подругу. Рыболапка отдыхала — Ежевичинка и Пачкун упылили в племя Теней за какой-то травой, а совсем ещё маленькую ученицу брать с собой не стали. Ей компанию составила Сребролапка — Пушистая решила сходить на прогулку с Камышом, отправив свою ученицу с утра пораньше помогать Верболапке убираться и блох ловить. Ну, а потом они разошлись, потому что не всем так повезло в первые же дни учёбы.       Верболапка честно трудилась и постигала все тяжести обучения вот уже пять дней. И за эти пять дней она поняла: не стоило, явно не стоило так желать поскорее покинуть детскую. Ни минуточки свободной не выдавалось! Это Сребролапке хорошо, про неё наставница за пять дней только семь раз забывала, и три раза сбегала погулять со своим ухажёром. Да Стеблелапу — он всё просто на лету схватывает! Уже на второй день учёбы рыбу поймал! А вот Верболапке и Лисолапке приходилось туговато. Наставники им достались обеим строгие и очень ответственно подошедшие к воспитанию учеников. Вот и получалось, что кто-то утром поучился, вечером поучился, а в полдень бока налёживает, а кто-то с рассвета и до заката носится по территории в мыле, да то-сё изучает.       Верболапка пылала праведным гневом: несправедливо! Да ещё учитывая то, что её до сих пор и плавать-то не научили!       Кошечка снова покосилась на реку и вздохнула. Совершенно точно, не справедливо ни капельки. Но что уж тут поделаешь — такова её тяжкая доля, и…       Сетования ученицы оборвал громкий плюх. С небольшого выступающего участка земли над несущейся прозрачной водой шмякнулся вниз внушительный булыжник. Брызги взлетели вверх, осев на тёмной шерсти Верболапки. Она недовольно дёрнула кончиком хвоста. — Следующей вниз полетишь ты, — пригрозил наставник, совсем уже уставший третий раз повторять зависшей в прострации ученице простые истины по ловле рыбы. — Если сейчас же, лисы тебя разорви, ты не приступишь к делу! — Чего? — Верболапка вылупилась на светло-серого кота. За пять дней учёбы она поняла, что попасть в оруженосцы к Камню — возможно, даже хуже, чем к Чёрному Когтю. По крайней мере, Лисолапка не жаловалась на то, что на неё кричат.       И на многое другое. Так, например, Верболапке приходилось ежедневно давать пару кругов вокруг лагеря, вдоль берега реки, противоположного скрывшейся в камышах, тростнике и рогозе поляне. Мол, способствует повышению выносливости! Хотя кому что, кому что… Стеблелап, вон, в первый же день умудрился нагрубить наставнице, а потому теперь каждое утро начинал с уборки у воинов в палатке, чему те были несказанно рады — всё же, чаще приходилось делать всё самим. Уж лучше немного побегать, чем выносить подстилки ежедневно, считала Верболапка. — Показываю последний раз, — снова оборвал поток её мыслей Камень. — Подходишь к воде. Садишься, чтобы тень не падала вниз. И делаешь вот так, — он резко выкинул вперёд лапу, и почти моментально вытащил из реки небольшую рыбку, капли на чешуе которой в солнечном свете переливались радугой. — Ага-а-а, поняла! — сделала умный вид Верболапка. Поняла, не поняла — не важно, как уже узнала она за эти дни, главное — притворись всё уяснившей, а если не получится — тебе покажут заново, только ругать меньше будут. Военная, так сказать, хитрость, как окрестила её стратегию прознавшая Лисолапка.       Ученица спрыгнула на маленькую полосу песка под нависающим выступом берега. Вода лизала её лапы, заливаясь на крошечный участок берега с каждой особо сильной волной. Верболапка присела, но тут же вскочила — вода накатила на неё. Хвост и лапы моментально промокли. И всё бы ничего, но вкупе с налетевшим порывом ветра сделалось довольно прохладно. Вода, всё-таки, совсем ещё не тёплая.       Верболапка переборола желание вернуться наверх и забиться под какой-нибудь кустик, чтобы не было так холодно на продуваемом всеми ветрами кусочке мокрого песка. Ну нет, без рыбы она отсюда не уйдёт! И покажет Стеблелапу, кто тут лучший рыболов!       На глубине мелькнула тень. Верболапка постаралась как как можно точнее повторить то, что показал наставник, но уж что вышло, то вышло. Она опустила лапу вниз, в воду, и почувствовала, что ухватилась за скользкое тело рыбы. Пришлось быстро пустить в ход вторую лапу — обеими вытащить из воды средних размеров плотву. — Я поймала! Поймала! — она пыталась кое-как удержать рыбу в когтях. Скользкая плотва била хвостом и норовила вырваться, чтобы уйти под воду вновь. Верболапка думала было бросить её на песок и добить уже там, но быстро поняла: идея провальная. Рыбу просто смоет.       Плотва же, извернувшись, ударила ученицу хвостом прямо по морде. Верболапка от неожиданности разжала когти, и рыба моментально плюхнулась вниз, тут же скрывшись на глубине. — Да-а, давно я такой комедии не видывал, — задумчиво протянул Камень, свесившись с выступа. — Надо было на песок её швырнуть, но держать, чтоб с водой не утекла, и прибить одновременно. Или с берега бы ловила… хотя нет, не дотянешься, высоковато для тебя. — Но я ведь её почти поймала! — воскликнула Верболапка, и, присев, оттолкнулась задними лапами, запрыгивая вновь на берег. — «Почти» не считается, — сурово отрезал наставник. — Да я впервые в жизни рыбачу! — возмутилась кошечка. Нечестно! Опять нечестно.       Восклицание её было проигнорировано, и Верболапка совсем расстроилась: ну не могла же она с первого раза поймать рыбу! У кого вот получится? Даже у Стеблелапа до его грандиозного триумфа, после которого он целых два дня ходил весь из себя важный, было несколько провальных попыток.       Эх, а жаль плотвы! Из самых когтей ускользнула! И обидно за то, что не сумела всё-таки вытащить её. — Попробуем-ка в подлеске у водопада, — решил Камень, разворачиваясь и беря направление ниже по течению реки. — Там берег пологий, может что у тебя и получится. — Конечно, получится! Я же эту рыбу поймала! — решительно воскликнула Верболапка. Хотелось гордо задрать хвост трубой, но не вышло — намокшая шерсть тяжестью тянула вниз. За неимением лучшей альтернативы пришлось задрать подбородок и вприпрыжку поскакать догонять наставника.       Верболапке очень нравилась территория её племени. Лес мешался с полянами и заболоченными участками высокой травы, тут и там прорезали землю тонкие ручейки, которые впадали в широкую реку.       Ученица перепрыгнула один из таких ручейков. Он прорезал немного вязкую, покрытую сырым мхом землю, болотистую, в некоторых местах дрожащую от каждого шага. Вода, разлившаяся, как всегда бывает в Юные Листья, неприятно хлюпала под лапами.       Болото переходило в твёрдую, покрытую травой и мелкими жёлтыми цветочками землю, над которой рос редкий подлесок. Неподалёку шумел невысокий водопадик, находящийся ниже по течению реки.       Верболапка любила редкие подлески, любила вязковатую землю болот, пропитанную водой, любила высокие камыши вдоль реки и тростник у лагеря. Нравились ей и большие поляны, поросшие красивыми луговыми цветами, и густой лес ниже по течению, чем Нагретые Камни, разросшийся через реку. Нравились красивые цветущие деревья неподалёку от Гнёзд Двуногих, нравились склонившиеся над водой плакучие ивы, нравились вербы, стоящие в жёлтых барашках. И крошечные белые звёздочки в траве, и стрёкот цикад, и выскакивающие из травы кузнечики, разбегающиеся из-под лап прочь.       Верболапка искренне обожала все земли Речного племени. Всего-то ничего, пять дней, но за них прекрасные подлески, тёмные болотца и обширные поляны успели стать ей родными. Солнечная, которой ученица рассказала о своих эмоциях, улыбнувшись, заверила, что все в юности, впервые увидев окружающий их огромный мир, испытывали подобное.       У реки было спокойно. Верболапка уселась у кромки воды, неспешно текущей всё дальше, к шумевшему за поворотом водопадику, совсем небольшому, но очень громкому. — Постарайся схватить рыбу за жабры, — наставлял свою ученицу Камень, пока она вглядывалась в глубину, пытаясь заметить хоть какое-то движение. — Так ты точно её не выпустишь случайно. — Понятно, — закивала Верболапка. За жабры, надо же! И как тут разглядишь, где у неё жабры? Действовать-то надо быстро, иначе добыча уйдёт. С возрастом, конечно, придёт к ней ловкость, но пока что, с одним навыком таскания мальков из заводи, и вовсе что-то поймать — уже хорошо.       Яркое солнце выплыло из-за облака. Лучи осветили разом посветлевшую воду и отразились на серебристой чешуе юркой рыбки, проплывающей на глубине. Верболапка немного неуклюже шмякнула лапой по воде. Рыба метнулась вниз и ушла. — Смотри, ты бьёшь прямо подушечкой, — пояснил ей её промах наставник. — А попробуй слегка наискосок, так твоё движение будет быстрее.       Верболапка приняла к сведению и снова уставилась в воду. Рыбы метались, но слишком глубоко. Взрослая кошка, может, и поймала бы, но ей, совсем ещё малявке, просто-напросто не дотянуться.       Наконец, одна, с желтоватой спинкой, искажающейся в текущей воде, проплыла недалеко от поверхности, виляя тельцем. Верболапка торопливо рассекла лапой воду и, выпустив когти, схватила рыбёшку за спину. Та заюлила, пытаясь вырваться, и Верболапка, почувствовав, что долго её не удержит, вытянула её на берег. Рыба стремилась обратно к воде, и почти сорвалась, но Верболапка, подпрыгнув, откинула её подальше в траву. Рыба била хвостом по земле и хлопала ртом, но допрыгнуть до воды, как ни старалась, не могла. — Это кого я выловила? — Верболапка с интересом оглядела свою добычу. С определением видов рыб у неё всё ещё было довольно туго. Она знала плотву, карася и карпа, все остальные же были просто «рыбка». — Это язь, — ответил Камень, отодвигая рыбу подальше от реки лапой. — Он довольно вынослив, так что, скорее всего, ты донесёшь его ещё живым до лагеря. Вообще, язь гораздо больше, но это, видимо, ещё совсем молодой. — А у рыб можно возраст по чешуйкам посчитать, как у пенька по кольцам? — тут же поинтересовалась Верболапка. — У некоторых рыб на чешуе имеются годовые кольца. Одно кольцо соответствует четырём прожитым рыбой сезонам, — сказал наставник. Язь продолжал бить хвостом неподалёку, доживая свой короткий век. — Но какая тебе разница, сколько рыба прожила? Солнце ещё высоко, иди, попробуй ещё кого-нибудь поймать.       Верболапка честно пыталась до самого вечера, но рыба просто-напросто уплывала, напоследок, словно дразня, двинув хвостиком. Один раз Верболапка вытащила окуня, но опустила недостаточно далеко от воды. В один момент он извернулся и плюхнулся обратно в реку. — Дурак, всё равно ты помрёшь, а так бы хоть кого из наших покормил, — сказала она, наблюдая, как окунь скрывается из виду.       Потом она совсем расстроилась — так глупо упустить две рыбы! — и ничего больше не вышло. Впрочем, в первый же день рыбалки и одна рыба будет достижением, ведь так? — Ну что, что ты поймала? — Камень вернулся с центра реки, где ловил рыбу с большого валуна. Верболапка только головой покачала — ничегошеньки она не поймала, чего уж врать.       К вечеру заметно похолодало. Поднялся ветер, и болотная жижа уже не казалась такой приятной, да и промокшие лапы, которыми она таскала рыбу, подмерзали.       Верболапка устало плелась в сторону лагеря, волоча язя за хвост. Рыбка вроде как уже откинулась, но иногда слабо подёргивала головой — и правда, больно уж выносливая. — Я поймала рыбу, — гордо похвасталась она Стеблелапу, кладя свою добычу в общую кучу. — А чего добился ты? — А он добился мастерства в ловле блох и клещей, — усмехнулась Невидимка, дремавшая неподалёку. — Как дела, Верболапка? — Как у дохлого карася, — буркнула она. — Я устала и хочу обратно в детскую. — Ничего, привыкнешь, — Невидимка потрепала её хвостом. Потом к ней подошёл Чёрный Коготь и презентовал огромную щуку. Верболапка поспешно покинула начавшую мурлыкать парочку и забралась в палатку оруженосцев, где уже находилась Лисолапка напару с крупным карпом. — Поделишься? — спросила полосатая ученица сестру. Снова тащиться к куче за рыбой не хотелось. — Да бери, я так умоталась, что ничего уже не хочу, — пробормотала чёрная кошка. Выглядела она и впрямь уставшей. Верболапка подвинула к себе карпа и бухнулась в своё гнёздышко, находившееся по соседству с Лисолапкиным. — Чего вы сегодня делали? — поинтересовалась Верболапка. Карп оказался очень вкусным, она ещё раз предложила Лисолапке, но та отказалась после первого же кусочка. — А я рыбу поймала! — Тебе везёт, — чёрная с рыжим кошка отвела взгляд и уставилась в пол палатки. — Чёрный Коготь совсем не даёт мне передышки, — жалобно протянула она. — Мы сегодня начали боевую подготовку. Он прямо с первого занятия хочет от меня невероятных результатов! Будто я должна уложить врага на лопатки с первого же своего приёма в жизни! — Поверь, я тоже загонялась, — Верболапка вздохнула, потянулась и, торопливо прирыв косточки карпа, снова свернулась в гнёздышке. После долгой рыбалки и хорошего перекуса очень сильно хотелось спать. — Но ты больше. Пожалуй, я уже лягу…       Она накрыла хвостом нос. Сон пришёл быстро. Под шум снаружи, переговоры и чей-то смех Верболапка задремала.       У неё давно не было снов. Она засыпала, просыпалась, но ночью не видела ничего. И это было прекрасно. Пускай сны снятся Рыболапке — она будущая целительница, ей и ловить всяких звёздных кошек. А Верболапка обойдётся и без всего такого.       К сожалению, судьба любит посмеяться. Только ты думаешь, что всё хорошо, как тут же случается что-то, снова переворачивающее всё с ног на голову. И Верболапке, которая уже было и со своим происхождением примирилась, и перестала бояться засыпать, этим вечером опять пришла в сон полосатая звёздная незнакомка.       Верболапка не сразу поняла, что она видит сон. Сначала вскочила и недоумевала — что она делает на берегу реки?! — но потом вспомнила, что заснула у себя в палатке, а это, должно быть, очередное сновидение. По крайней мере, хорошо, что она осознавала свой сон, а не как в прошлый раз.       Верболапка двинулась вдоль реки, против течения. Брызги из бурного потока оседали на её шерсти. Было прохладно, свежо, трава не кололась, и вообще, здесь чувствовалось какое-то спокойствие, умиротворение.       И ученица уже почти не удивилась, когда серая с тёмными полосками кошка шагнула ей навстречу из-за высокого дерева. Кто такая была эта кошка, Верболапка не знала, но незнакомка была очень красивой и, кажется, ласковой. По крайней мере, те немногие разговоры с ней давали понять — кошка действительно личность приятная. А вот что ей надо… возможно, когда-нибудь и узнается. — Здравствуй, — поздоровалась незнакомка, останавливаясь напротив Верболапки. Какое-то незнакомое маленькой ученице чувство застыло в её тёплых жёлтых глазах. — Привет, — вежливо ответила Верболапка, немного насторожившись. В первую их встречу кошка едва ли обронила пару фраз. Во вторую Верболапка наблюдала за ней со стороны. В третью незнакомка явилась к ней на берегу реки и убеждала вернуться в лагерь. Сейчас же была четвёртая, и Верболапка надеялась, что на этот раз выйдет хоть какой-то разговор. — Прогуляешься со мной? — спросила кошка. Ученица живо закивала и поспешила за ней, уже направившейся вдоль реки.       Сначала кошка молчала. Они шли по лесу, между высоких деревьев, уходящих в небеса, под их раскидистыми кронами. В реке то и дело мелькала рыбья чешуя, блестел плавник на спине. Радовали слух переливы птичьих песнопений, раздававшиеся в вышине. — Что это за место такое красивое? — спросила Верболапка. Почему-то она никогда, даже в раннем детстве, когда ей снился исключительно лес, не задумывалась о том, что всё это — её фантазии. Она искренне считала, что и эта кошка, и эти прекрасные места существуют на самом деле, а мысли о том, что она сама придумала всё это, даже не приходили ей в голову. — Прекрасные угодья, куда попадают после смерти наши души, — ответила ей кошка. Они остановились на невысоком берегу, около наклонившегося над рекой дерева, касавшегося ветвями воды. — Звёздное племя? — уточнила на всякий случай Верболапка. — Но я не целительница, чтобы видеть его. — Ты видишь лишь его малую часть. Каждый хоть раз бывал здесь в своих снах. Видел приходящих к нему умерших родных или друзей, или просто охотился, а может, гулял и любовался природой, — сказала звёздная кошка. — Такое это место. — О, вот как! — воскликнула Верболапка. — А почему меня во сне навестила ты? — Хотела сказать тебе, как сильно мне бы хотелось быть сейчас с тобой рядом и в жизни, — кошка положила тонкий хвост ей на плечи и улыбнулась чуть грустно. — Вы учитесь всего пять дней, но уже делаете успехи. Твоя первая рыба, а у Рыболапки — успехи в применении лекарственных трав. Я тоже быстро всё схватывала при жизни. — Это… ну, хорошо, — растерянно пробормотала Верболапка, не понимая, почему незнакомая кошка говорит ей о её и её родной сестры успехах. — Я горжусь вами обеими. Ты станешь замечательной воительницей, Верболапка, а Рыболапку будет ждать предсказанная ей великая судьба. — А меня не будет ждать? — это что ещё за великая судьба у Рыболапки, интересно? Травки перебирать да раненых лечить? Да уж у неё получше будет! Тоже уж — «великая судьба»! — А тебя будет ждать долгая и полная событий жизнь, милая моя, — произнесла кошка. — Главное — никогда не отступайся от своих взглядов. И держись семьи. Она у тебя очень большая. Не забывай ни о ком, хорошо? — Ладненько, — согласилась Верболапка. Она как-то и не забывала никогда… к чему эти слова, интересно? — Тебе пора проснуться, — кошка встала с места. — Мы ещё увидимся с тобой. — Стой-стой, — торопливо остановила её ученица. Самое главное-то не спросила! — Кто ты?       Звёздная кошка подошла ближе и склонилась над ученицей. — Твоя родная мать, Верболапка.       И, не успела маленькая кошка что-либо ответить, взрослая коснулась носом её головы. Мир поплыл, а потом сон оборвался и пришла темнота, которая тут же была нарушена кем-то, трясущим её за плечо. — Вставай же! Вставай!       Верболапка неохотно приоткрыла один глаз, затем второй. Над ней стояла Пушистая — наставница Сребролапки. Снаружи палатки было уже довольно темно. Светила зависшая в небе полная луна, мерцали звёзды.       Ученица присела, принявшись приводить шерсть в порядок, а Пушистая пошла будить Лисолапку. Верболапка призадумалась над своим сном.       Стала бы кошка врать? Правда ли то, что она — её и Рыболапки настоящая мать? Долго мыслить ей не дали. — Давайте, шевелите лапками, малявки, вы идёте на Совет! — объявила Пушистая. Верболапка подскочила моментально: первый Совет! Все мысли о полосатой кошке моментально улетучились из головы. Тут такое событие, не до снов совсем!       Верболапка и Лисолапка вместе выбрались из палатки. Как раз вовремя: отряд, идущий на Священную поляну, уже собирался отходить. Ученицы пристроились к Стеблелапу и Сребролапке, которые уже обсуждали, как там, наверное, будет здорово. Вскоре к ним присоединилась и Рыболапка, попросив у Пачкуна разрешения идти с братом, сёстрами и подругой.       Отряд, выдвинувшийся в сторону Четырёх Дубов, был небольшим. Они все шумели, болтали, перекрикивались и обсуждали, что нового может быть у соседей.       Ночь была достаточно холодной. На траве висели крупные капли вечерней росы, на небе блестели звёзды, а луна была сегодня чуть желтоватой. Над землёй и вокруг лап идущих вились светящиеся в темноте крошечные жучки. — Светлячки! — восторженно пискнула Лисолапка. — Они так редко залетали в лагерь, но теперь их так много! — Они хорошенькие, — согласно кивнула Рыболапка. — Кстати, как у вас у всех успехи? — Всё замечательно, — решительно ответил за себя и трёх учениц Стеблелап. — А тебе там с травками возиться не надоело? Может, лучше в воины подашься? — Нет, — Рыболапка покачала головой. — Мне по душе целительство. Это моё призвание. — Как знаешь, — буркнул бурый кот и вернулся к беседе со Сребролапкой. Остальные шли молча и чуть впереди, разглядывая ночные территории.       Совсем скоро они поднялись на вершину холма, с которого открывался вид на огромную поляну. В центре неё высились четыре больших дуба. Их толстые ветви сплетались между собой, а кроны вместе образовывали густой навес, посеребрённый луной. Под этими дубами, стоящими вполукруг, находилась высокая скала — место, откуда держали свою речь предводители. Сейчас там уже был один кот. В темноте было трудно разобрать цвет его шерсти, но он был большим, тёмным и косматым. — Это кто такой? — тихо спросила Рыболапка у идущей рядом Пушистой. — Предводитель племени Теней, Клок Кометы, — ответила воительница. — Очень суровый и воинственный тип. Хорошо, что у Речного племени с его котами ровные отношения.       Их племя присоединилось к племени Теней, уже сидящему на поляне. Эти коты не выглядели дружелюбными, хотя Верболапка и заметила, что некоторые воины из их племени общаются с другими. Так, Совокрыл и Мягкокрылая беседовали с каким-то светлым котом, а два воина племени Теней, рыжая кошка и чёрный кот, подошли побеседовать к Цветеннице.       Прошло не так много времени, когда на поляне появилось ещё одно племя. Пушистая, которую Рыболапка снова спросила о возглавлявшем его крупном чёрно-белом коте с длинным хвостом, ответила, что это племя Ветра, которое ведёт Звёздный Луч.       Стеблелап моментально упылил к собравшимся в кучку оруженосцам племени Теней и племени Ветра. Судя по последовавшему с их стороны смеху, и тому, что ученик быстро оказался в центре внимания, он нашёл себе новых товарищей. Рыболапку позвал Пачкун, и она направилась к нему и другим целителям, сидящим отдельно от воинов и оруженосцев. Сребролапка совсем скоро последовала за Стеблелапом к оруженосцам других племён, и Лисолапка с Верболапкой остались вдвоём. — Мне немного не по себе, когда тут так много котов, которые нам, вроде как, враги, — призналась Лисолапка. — Давай вместе посидим, тогда тебе не так страшно будет, — предложила Верболапка. Ей тоже было немного жутковато находиться рядом с теми, кого с детства Солнечная наказывала считать заклятыми врагами. Но признаваться сестре в этом ученица не собиралась.       Совсем скоро подошло ещё одно племя. Методом исключения Верболапка определила — это Грозовое. Его вела молодая стройная кошка с отливающей серебром шерстью. Она вскочила на скалу к трём другим предводителям, и все переговоры тут же стихли. Начинался обмен новостями. — Я объявляю Совет открытым! — громко прокричал Звёздный Луч. Лисолапка тут же с интересом воззрилась на чужих предводителей, а Верболапка принялась блуждать взглядом по поляне. Слушать чужие новости не особо интересно. Какая ей разница, что произошло у соседнего племени? — Смотри, смотри, какой он старый, — тихо зашептала Лисолапка, когда предводитель племени Ветра закончил свою речь словами «мы сильны, как никогда!», и вперёд вышел предводитель племени Теней. Лунный свет посеребрил его шерсть, отчего этот большой и неопрятный котяра казался седым стариком. — Тише ты, услышат — по ушам надают! — шикнула на сестру Верболапка.       У племени Теней никаких интересных новостей не оказалось. Зато когда слово взял Метеор, ученицы тут же подобрались. Скажут про них или забудут? Скажут или забудут? — В Речном племени с наступлением Юных Листьев всё стало хорошо, ну, а уж теперь, когда на подходе Зелёные, у нас всё просто прекрасно, — начал говорить их предводитель, выступив вперёд. Верболапка видела, что Стеблелап в компании других учеников тоже навострил уши, ожидая, когда их всем представят. — Есть у нас и чему порадоваться: котята Солнечной и Жуконоса пять дней назад стали учениками. Лисолапка, Верболапка и Стеблелап получили в наставники Чёрного Когтя, Камня и Невидимку соответственно, а Рыболапка теперь постигает науку исцеления под руководством Пачкуна. С ними ученицей стала Сребролапка, её наставница — Пушистая. На этом всё, Синяя Звезда, тебе слово. — Нас представили! — радостно зашептала Лисолапка, когда сдержанные поздравления стихли, а предводительница Грозового племени стала рассказывать свои новости. Ученицы больше не слушали, принявшись перешёптываться.       Совет закончился быстро, ночь ещё и не думала переходить в утро, и предводители дали своим племенам немного пообщаться друг с другом. — Давай пойдём к Стеблелапу? — предложила Верболапка сестре. — Познакомимся с другими учениками. — Пойдём, — согласилась Лисолапка. Но только они двинулись к окружённому оруженосцами брату, как их окликнули сзади: — Эй, привет! Вы тоже ученицы, давайте познакомимся!       Верболапка обернулась и увидела небольшую кошечку, которая, судя по запаху, была из племени Ветра. Она была старше, но не намного. Ученица была светленькой и черепаховой. В серебряном свете было трудно разобрать, но, кажется, её шерсть составляли бурые и коричневые пятна разных тонов. — Я Росиночка, — тут же представилась кошка. — А вы? — Лисолапка, — первая выпалила чёрная с рыжим ученица. — Из Речного племени. — А чего ты Лисолапка, если ты чёрная? Лисы чёрными не бывают! — воскликнула Росиночка. — А у неё шерсть местами рыжиной подёрнута, — ответила её сестра. — Я Верболапка, будем знакомы. — Вы давно ученицы? Я — две луны! У меня есть сестра, но она лапу занозила и в лагере осталась, — тут же затараторила черепаховая кошка. — А мы всего пять дней, — пока Лисолапка открывала рот, выпалила Верболапка. — И у нас есть брат, Стеблелап. И сестра, Рыболапка. — Правда, Верболапка и Рыболапка нам со Стеблелапом по крови не родные, но всё равно мы вместе росли, и поэтому так вот, — ввернула Лисолапка, перебив Верболапку. — Ещё с нами росла Сребролапка, но у неё есть свой отец, поэтому мы её не считаем сестрой. — А твоя сестра, её как зовут? — раздражённо пихнув сестру, спросила Верболапка. Вот надо было Лисолапке эту тему поднять! Какая разница, родные они или нет? Росиночку это вообще касаться не должно! — Моя сестра — Пеплолапка. Она учится у нашего глашатая, а я у предводителя, — тут же похвасталась Росиночка. — Вам совершенно не повезло, — категорично заявила Верболапка. — Значит, с вас и спрос больше. — Ну, это да, — согласилась ученица племени Ветра. — Ой, а мы уходим! Пока-пока, увидимся ещё!       Она метнулась через всю поляну к своему племени, а Верболапка долго недоумевала, как она так быстро пробежалась. Это же совершенно невозможно физически, ну в самом деле! Хотя, не зря же говорят, что самое быстрое племя — племя Ветра. Вот Росиночка и носится, как быстрая птица.       Вскоре ушло и Грозовое племя, а за ним по домам засобирались и оставшиеся два. Верболапка, зевнув, поплелась рядом с Солнечной. — Ну, как тебе Совет? — спросила мать, с улыбкой глядя на уставших учеников. — Здорово, — честно ответила Верболапка. — Но очень долго. Я устала.       Солнечная только посмеялась над ней, сказав, что все они, её детишки, ещё совсем котята — какие им Советы, когда пять дней назад они детскую покинули? Верболапка не стала спорить, прекрасно понимая, что мама права: действительно, они совсем ещё не привыкли к таким нагрузкам, какими их завалили в первый же день учёбы.       А Совет ей действительно понравился. И Росиночка тоже, милая она кошка, может, можно будет и подружиться потом.       В лагере их ждали. Те, кто был на Совете, принялись пересказывать новости тем, кто не был. Верболапка же забралась в палатку учеников, где пока было пусто — Лисолапка слушала Стеблелапа и Сребролапку, которые говорили о других учениках, своих новых знакомых, — и тут же плюхнулась на свою подстилку. День выдался очень насыщенным, и ей нужно было срочно отдохнуть.